Лучшая модель "Киберлайф"

Коннор выглянул в коридор, и Хэнк тут же подошел к нему. — Все нормально? — Нужно найти Саймона. Будет не очень правильно прийти на собрание без обуви. — Я попробую его найти. Правда, понятия не имею, где он. Никуда не уходи! Коннор вернулся в комнату. RK900 стоял перед зеркалом и критично осматривал себя. Если бы не разница в росте, то в черной форме JB300 с желтым узором на правом плече они с легкостью сошли бы за одну модель. Это была единственная одежда, которую смог найти Саймон в такой поздний час, которая еще и удачно села на них обоих. Андроид посмотрел на свой профиль с одной стороны, затем с другой. Коннор скопировал его движение, привлекая внимание машины. Серые глаза встретились с ним в зеркале. — На собрании буду говорить только я. Твоя задача находиться рядом и молчать. Маркус тебя уважает, так что это может сыграть нам на руку. — Мы можем обнаружить WB200 самостоятельно. — Я не хочу ухудшать отношения с Иерихоном. — Я буду успешнее тебя в ведении допроса. Я должен говорить с RK200. — Это не допрос. Мы просто пришли поговорить. Саймон и Хэнк вошли в комнату. — Простите. Не знаю, как я мог забыть про обувь. Держите! Я принесу другие, если эти не подойдут. — Спасибо. Думаю, все в порядке, Саймон. — Мне не терпится узнать, что с вами произошло. Вы ведь поэтому приехали? У вас какое-то расследование? — Маркус все расскажет тебе, когда я с ним увижусь. — На самом деле остальные тоже будут присутствовать. — Остальные? — напрягся Коннор. Девиант договаривался о встрече только с Маркусом. — Они имеют право знать, что стряслось. Я тоже среди участников собрания, — Саймон посмотрел на RK900. — Маркус будет рад увидеть тебя. Ты оказал неоценимую помощь Иерихону. То, что с тобой произошло, ужасно. Ты погиб, помогая нам. — Понятие жизни неприменимо к машине. Я существую. — Возможно, мы все всего лишь существуем. Значит ли это, что между нами не так много различий? — Саймон обернулся к Коннору. — Если вы готовы, то нам пора. Это был один из самых красивых домов, принадлежащих иерихонцам. За счет большого количества света и современной мебели создавалось ощущение, что это резиденция кого-то очень знатного и уважаемого. По сути, все так и было, но Маркуса мало интересовал комфорт. Это точно была не его идея — остаться здесь. Саймон кивнул Норт, дожидающейся их у двери в помещение, где, по-видимому, будет проходить собрание. — Джош уже здесь? — Все здесь. Но присутствие человека в Иерихоне — не лучшая идея. — Лейтенант Андерсон помогал Коннору в расследовании. — А насколько я слышала, то все сделал девятисотый. — Маркус не будет против, если лейтенант останется. — Как мы оба знаем: я не Маркус. Норт зашла в комнату, и Саймон обернулся к Хэнку. Лейтенант понял всё без слов. — Пожалуй, я снаружи подожду. — Это не обязательно. Дайте мне минуту, я обсужу этот вопрос с Маркусом, — попытался Саймон, но Хэнк покачал головой. — Нет. Она права. Не хочу накалять атмосферу. Когда Коннор вошел в комнату, то увидел большой длинный стол, разделяющий ее на две зоны. Это было похоже на кабинет. Коннор просканировал папки, разложенные по многочисленным шкафам вдоль стен. Инструкции, приложения и технические требования всех моделей, находящихся в Иерихоне, а также информация по каждому, где они проживают и с кем, какую должность занимают. Маркус контролировал все. Видимо, эта комната использовалась для встреч с девиантами, чтобы в формальной обстановке решить вопрос расселения и трудоустройства. Коннор тут еще ни разу не был. Девиант сел за стол напротив Маркуса, и RK900 занял стул рядом с ним. По обе руки от лидера Иерихона опустились его преданные друзья. — Рад вас снова видеть, — Маркус посмотрел по очереди на обоих. — Хочу лично выразить благодарность за то, что вы сделали. Если однажды вам понадобится моя помощь, я сделаю все возможное, чтобы предоставить ее вам. Даю свое слово. Коннор поддался вперед, включая режим допроса. — Мы пришли сюда, потому что расследуем дело одного из девиантов, проживающих в Иерихоне. Его зовут Дэвид. Модель WB200-132. — Я знаю Дэвида. Всех, кто пришел в Иерихон. Что произошло? — Дэвид совершил преступление и сбежал при задержании. Мы здесь, чтобы найти его. — Это не отвечает на вопрос, почему вы приехали искать его в Иерихоне. — Я считаю, что ему больше некуда было бежать. — Зачем ему приходить в место, с которого сразу начнут искать? — спросил Джош. — Использовал обратную логику. Одно из моих предположений: Дэвид среди девиантов. Он пробрался в один из домов Иерихона и прячется, пока мы не уедем искать его в другом месте. — Если бы Дэвид был здесь, его обязательно кто-нибудь заметил бы. Что такого он совершил? Убил кого-то? Ограбил? Подрался опять с человеком? Коннор нахмурился. — Дэвид никого не убивал. Он совершил покушение на Джеймса Перри. Если верить его показаниям, то он встал на защиту Меган Перри, жены пострадавшего. Все произошло в результате семейного конфликта, которому Дэвид стал свидетелем. Джеймс Перри жив, но получил серьезную травму, которая могла оказаться летальной. Дэвид обвинен в нарушении пяти законов Соединенных Штатов Америки. — Мы уже сказали, что Дэвида здесь нет, — скрестила руки на груди Норт. — Видимо, тебе придется уехать ни с чем. — Это не меняет того факта, что он может прийти в Иерихон позже. Нас задержали по дороге обстоятельства, мы не могли ехать на полной скорости, значит, он мог успеть прийти в Иерихон раньше нас. Мне нужна уверенность в том, что Иерихон поддерживает полицию Детройта, не помешает нам провести расследование сегодня или в любой другой назначенный день, когда нам это понадобится. Ориентировка на Дэвида уже выпущена. К завтрашнему утру его лицо будет во всех полицейских участках города. Ему не избежать заключения. — И что ты предлагаешь? — спросил Джош. — Будешь приезжать сюда, когда тебе захочется и рыскать здесь? — Я не вижу в этом никакой проблемы. Если только вам нечего скрывать. Норт смерила его высокомерным взглядом. — Это уже похоже на необоснованное обвинение. Не знаю, в курсе ли ты, но это тоже преследуется по закону. — Я в курсе. И у меня есть основание для недоверия. Если вы ничего не скрываете и я ошибаюсь: почему вы все здесь? — Мы участвуем во всех вопросах, которые касаются Иерихона, — пожал плечами Джош. — Я не сказал, о чем будет собрание, — подчеркнул Коннор. — Только попросил передать Маркусу, что желаю его видеть. С каких пор вы участвуете в наших личных встречах? Поездки в «Киберлайф» никого из вас не интересовали. — Теперь ты собираешься указывать нам, что нам делать? — придвинулась к нему Норт. — Мы решили прийти, потому что вы приехали поздно вечером, — начал Джош, — на разбитой машине, в компании человека, насквозь мокрые и требуете встречи с Маркусом. Прошу прощения, если наше любопытство поставило под удар непричастность к вашему расследованию всего Иерихона. — Твоя система нестабильна, я вижу как уровень стресса растет с каждым моим вопросом. — Я буду нервничать, если меня и моих друзей начнут обвинять в том, чего мы не делали. Это противозаконно? — Так чего ты хочешь? — наконец, заговорил Маркус. — Назови свои условия, и я отвечу, можем ли мы их выполнить. — Я требую выдать мне Дэвида, если он сейчас здесь, или дать мне все полномочия для того, чтобы я нашел его, так как Иерихон сейчас единственная наша зацепка. Дэвид совершил преступление. Неважно, по каким причинам. Он должен понести соответствующее наказание. — Он ведь защищал кого-то, — напомнил Джош. — Разве это не благородный поступок? — Дэвид совершил это под влиянием своих чувств и эмоций. Что бы это ни было, любовь или привязанность, они не оправдывают его. — Тебе-то что знать об этом? — усмехнулась Норт. — Ты так и остался машиной, выполняющей свои задачи и подчиняющейся людям. Ты приезжаешь в наш дом, который мы с силой отобрали у людей, уничтожающих нас сотнями в лагерях, и требуешь выдать одного из выживших в этой войне, потому что он один раз напал на одного из них? Защищая того, кого любит? И после этого ты будешь утверждать, что ты на нашей стороне? — Я думаю, он неправильно выразился, — заговорил Саймон. — Дэвид ведь не совершил ничего серьезного, значит, ему выпишут только дисциплинарное взыскание. Верно? — Он обвинен по статье «Нападение» с отягчающими обстоятельствами за нанесение телесных повреждений, проникновении на частную собственность, нарушение прав личной жизни, сопротивление при задержании и нападение на полицию. — И что за это грозит? — тихо спросил Джош. — От 40 до 50 лет заключения при условии, что его будут судить по законам людей. — И это ты называешь правосудием? — спросила Норт. — Тогда тебе и вправду нет ни до кого никакого дела, кроме себя самого! — Мы нашли тех, кто убил AP700. Их будут судить по всей строгости закона. Для них нет никаких оправданий: отняли у них работу или дом, ущемили их права или вынудили обстоятельства. Они сядут в тюрьму за убийство андроида. Почему я должен отпустить девианта за попытку убийства человека? Возникла тишина, в которой всем стало некомфортно. Один RK900 оставался абсолютно спокойным. — Дэвид не несет ответственности перед законом, пока не составлены права и уголовный кодекс девиантов, — заговорил Маркус. — А я не работаю с полицией или на нее, как и против. Дэвида здесь нет. Тебе нет смысла осматривать Иерихон. — Могу ли я рассчитывать на то, что если Дэвид приедет сюда, ты расскажешь мне об этом? — Обречь одного из своих братьев на пятидесятилетнее существование в заточении? Если ты спрашиваешь у меня об этом, то ты вообще ничего обо мне не знаешь. — Если вы станете его прикрывать или делаете это прямо сейчас, вы будете считаться соучастниками. — И что ты нам сделаешь? — усмехнулась Норт. — Приедешь сюда с полицией? Со своими настоящими друзьями? Не сомневайся, мы встретим вас подобающим образом. — Норт, — предупредительно остановил ее Маркус, но она не послушала, поднимаясь на ноги и нависая над Коннором. — Давай, появись здесь снова. С оружием, обвинениями и угрозами. Но не удивляйся тому, что за этим последует! — Я андроид-детектив полиции Детройта и выполняю свою работу, — Коннор встал со стула. — Моя цель — провести расследование и задержать преступника, опасного для окружающих. Я не разграничиваю общество на людей и девиантов. И если вы препятствуете закону, мы передадим это дело федеральным службам расследования. — Охотник на девиантов снова в деле. Или просто верная, послушная собачонка на коротком поводке у людей? Я уже не вижу разницы. — Учитывая, для каких целей тебя создавали, тебе этого и не требуется. Саймон зажмурился, понимая, что за этим последует. Коннор встретил взгляд Маркуса. — Я думаю, ты закончил. Ты покинешь Иерихон сейчас же. — Я попросил всего об одной услуге. Учитывая, что я уже для вас сделал, она не казалась мне такой сложновыполнимой. — И я приношу тебе свою благодарность. За все, что ты сделал. Ты не был изгнан из Иерихона, когда у меня были на то причины. Дважды. Я простил тебе нападение на Иерихон и попытки убить меня. Позволил приезжать сюда. Но если ты продолжишь исследовать границы моего терпения, оскорбляя моих друзей, то никогда больше сюда не вернешься. Норт вышла из комнаты. — Ты совершаешь ошибку, Маркус. Подумай, что ты делаешь. — Я принимаю решения исходя из нужд моего народа. И ты нам больше не понадобишься, Коннор. Вам лучше уйти. Собрание окончено. Хэнк неуверенно посмотрел на Коннора, когда тот вышел на улицу. — Все нормально? — Я выяснил все, что хотел. А точнее: ничего! — Что произошло? — Они скрывают его у себя! Я уверен в этом! Скрывают и не собираются выдавать! — Коннор так близко подошел к Хэнку, что лейтенант был вынужден ухватить его за плечи. — Я делаю свою работу, почему в Иерихоне ко мне относятся так, будто я навязываю им свое общество? Когда им нужна моя помощь, то работа в полиции — отличное дополнение ко мне. Когда моя помощь не требуется — я работаю на людей и против них! — Не гони лошадей! Может быть ты неправильно все понял. С чего ты взял, что Дэвид здесь? — Наш приезд стал для них полной неожиданностью. Нас не сразу впустили в охраняемую зону, наверное, ждали, что решит Маркус. Затем Саймон увел нас в другую часть дома и до комнаты переговоров тоже вел под присмотром. Напомню, что он принес нам чистую одежду и совершенно забыл про обувь. У Коннора при каждом шаге в ботинках раздавалось хлюпанье! Сложно было не заметить этого! И я не говорил, какие чувства Дэвид испытывает к миссис Перри, но Норт сделала выводы сама, сразу обозначив ее как его любовный интерес, исключая вариант, что они любили друг друга как семья. — Это еще не доказывает, что они наврали тебе, Коннор! Что сказал Маркус? — Он велел мне покинуть Иерихон. А если я продолжу расследование, то потеряю возможность здесь появляться. — Ты же шутишь? Коннор отвернулся от него. — Тогда тебе надо поговорить с ним и попросить прощения. — За что? — Коннор! Он долбаный лидер девиантов. Ты девиант! Он защищает каждого из вас. И его помощь нам еще может понадобиться! Ты тоже должен его понять. Если он защищает Дэвида, значит, считает, что это правильно. — И вы на их стороне, лейтенант? — Дэвид поступил ужасно, не спорю, но если я правильно понял то, что ты рассказал о нем, то он сделал это из-за любви к девушке. Коннор, тебе не понять, что бывает, когда чувства бьют в голову, и ты ничего не соображаешь! Я могу его понять! Эта ситуация не стоит того, чтобы портить отношения с Маркусом! — Из-за Дэвида мог погибнуть Коннор! Хэнк тяжело вздохнул. — Это не меняет дела. Иди и извинись перед ним. Ты не можешь потерять связь с Иерихоном и другими девиантами. Я не позволю! — Я уже и не хочу иметь с ними ничего общего! — В тебе говорит гнев! Просто успокойся! Ты сейчас сам себя не слышишь! Если для тебя мое мнение хоть что-то значит, пока мы здесь и нас отсюда не выперли под зад: иди и найди Маркуса! Сейчас же! Коннор закрыл глаза, и Хэнк решительно подошел к первому встречному девианту. — Вы можете позвать Саймона? Пожалуйста, он нам сейчас очень нужен. WR400 кивнула и ушла. Лейтенант остановился рядом, чтобы своим присутствием поддержать Коннора, хотя сам нервничал не меньше. — Вы звали меня? — Саймон! Устрой ему встречу с Маркусом. Без свидетелей, обожателей, подружек и прочего. Пусть они поговорят. Пару минут, не больше. — Я не уверен, что это хорошая мысль. Они только что закончили разговор. Маркус сказал все, что хотел. — Такие дела не откладывают в долгий ящик. Да они оба вспылили, с кем не бывает, но нельзя оставлять это так. Если пустить конфликт на самотек, дальше будет только хуже. Саймон отвел взгляд. — Я попробую. Ждите здесь. Хэнк пригладил мокрые волосы. — Какой охрененно долгий день. Жду не дождусь, когда он закончится. Коннор ничего не ответил. Он постепенно приходил в себя, но все равно не мог понять, что сделал не так. Даже Хэнк был согласен с тем, что Маркус поступает правильно. Саймон вернулся и кивнул Коннору. — В его комнате. Иди тихо, чтобы тебя никто не заметил. Пять минут. — Спасибо, Саймон! — лейтенант сжал плечо Коннора. — Вдохни, выдохни и все исправь. И забудь про Дэвида! Коннор повиновался указу, и Хэнк мысленно скрестил пальцы. Только еще ссоры с девиантами им не хватало. — Слышал, у вас была долгая дорога, — посмотрел на лейтенанта Саймон. — Останьтесь здесь на эту ночь, передохните. Я уверен, что Маркус не будет против. — У нас дома пес. Мы не можем оставить его одного. А кроме этого, я не очень понравился той красотке. — Норт беспокоится за Иерихон. Мы все. На наших плечах ответственность за сотни тысяч жизней. Каждый день мы делаем все, чтобы они существовали в мире и гармонии. При этом у нас много политических проблем. Если Маркус не говорит об этом Коннору, это не значит, что здесь все гладко. На Маркусе ежедневно лежит огромная нагрузка. И если мы можем ее ослабить, мы делаем это. И меньше всего нам сейчас нужно говорить всем, что среди них может скрываться преступник, — Саймон какое-то время молчал. — Мне жаль, что все так вышло. Я надеюсь, они придут к логическому и оптимальному для обеих сторон соглашению. — Коннор справится. Не знаю, что там произошло, но уверен, что сейчас они все решат. Он хороший парень. И хочет вам понравиться. Но я этого не говорил. — Ему не обязательно стараться ради этого, — улыбнулся Саймон. Голубые глаза на мгновение задержались на RK900. — Я могу поговорить с ним? Обещаю, я ненадолго его задержу. Хэнк вспомнил о присутствии RK900. — Да! Да, конечно. Я оставлю вас наедине, чтобы не мешать. Хэнк отошел к машине, дожидаясь Коннора. PL600 встал ближе к RK900, чтобы тот сосредоточил свое внимание на нем. — Рад, что ты не участвовал в том, что там происходило. Маркус так хорошо отзывался о тебе. И я тоже. Я боялся, что вам обоим запретят вернуться в Иерихон. RK900 ничего не ответил. — Как тебе этот дом? Хотел бы остаться здесь жить? — Понятие жизни неприменимо к машине. — Тогда ответь: пригоден ли этот дом для жизни? — На восемьдесят шесть процентов соответствует всем необходимым характеристикам для комфортного существования. Защита территории идет в пользу к остальным плюсам. — Знаешь, что ты сейчас сделал, Коннор? Ты только что похвалил Иерихон и намекнул, что жизнь тут не такая уж и плохая. Просто другими словами. Видишь, как просто это было? Диод RK900 засветился желтым светом. — Я рад, что ты вернулся. Особенно после того, что случилось. Я был просто, — девиант не знал, какое слово подобрать, — шокирован, узнав о случившемся. Не представляю, каким надо быть человеком, чтобы отнять чью-то жизнь, даже если ты сам не считаешь себя живым. RK900 ничего не ответил. Саймон не мог понять, о чем он думает. — Жаль твою форму. Мне она показалась очень красивой. Ты выглядел в ней совсем не так, как в день, когда мы встретились. В огромной куртке и свисающих джинсах, будто нахохлившийся воробей, — девиант улыбнулся. — Жаль, что тебе пришлось ее снять и надеть этот ужас. Эта форма скрывает все твои достоинства. Рука мягко легла на чужую грудь, касаясь пальцами эмблемы «Киберлайф». Машина однозначно определила, что означает этот жест. Этим можно воспользоваться для расследования. Разблокированы отношения: Саймон. PL600 не заметил, как мигнул на секунду диод RK900, иначе понял бы, что с ним начали вести допрос. — На самом деле мы хотим помочь ему. Саймон удивленно посмотрел на машину, убирая руку. — Что? О чем ты? — Мы здесь, чтобы найти Дэвида первыми. Пока это не сделали другие. RK900 сделал шаг навстречу к девианту. Теперь у него были преимущества, которыми он мог воспользоваться. — Нам нельзя распространяться об этом. Иначе нас снимут с дела. Возможно, поэтому вы решили, что мы представляем опасность для WB200. Но это не так. Мы на вашей стороне. Мы на стороне Иерихона. Лейтенант Андерсон — человек, и он проникся историей WB200. Людям свойственно сопереживание. Теперь мы должны помочь ему сбежать. Только мы можем сделать это. WB200 нужно покинуть город немедленно, пока его ориентировка не была разослана во все полицейские участки страны. — Но Дэвида здесь нет. Я ничем не смогу вам помочь. И я рад, что лейтенант так считает. И ты тоже. — Если мы не справимся, на его поиски будут отправлены другие машины. Такие, как я. И все их дороги рано или поздно сойдутся в Иерихоне. День за днем их будет становиться все больше под дверями вашего дома, и однажды они найдут его. — Зачем ты мне все это говоришь? Разве твоя цель не выполнять приказы людей? Ты ведь охотник на девиантов. — Мою функцию как охотника на девиантов отключили раньше, чем я стал нормально функционировать. У меня нет целей вредить девиантам, — легко солгал RK900. — И я уверен, что Дэвид был здесь. Уровень стресса PL600 сдвинулся. RK900 поменял тактику, использовав симпатию Саймона как ключ. — Но он не мог здесь остаться, если не хочет, чтобы его нашли. Если не хочет, чтобы пострадал Иерихон, он ушел. Ты не желаешь ему зла и сделал бы все для того, чтобы твой дом и твои друзья были в безопасности. Я знаю, что будь он здесь, ты сказал бы мне об этом. И не стал лгать мне. — Я... Я не знаю, что сказать. RK900 сделал шаг ближе. — Все хорошо. Ты ни в чем не виноват. Если Дэвид пришел сюда и ушел, то тебе ничего не грозит. Тебе бы ничего не грозило, даже останься он здесь. Я бы не стал тебя выдавать. О нашем разговоре никто не узнает. Я не стал бы предавать твое доверие, учитывая твое отношение ко мне. — Он обещал, что уедет ночью! — Саймон вздрогнул. — Я не должен был говорить этого! — Расскажи подробней: Дэвид в безопасности? — Дэвид пришел к нам часа два назад и попросил о помощи. Мы сказали ему, что оставаться здесь опасно. Он уйдет поздно ночью. Они уедут на автобусе в Канаду. Мегги будет ждать его на автовокзале. Они собираются сбежать. Вместе! Мы не будем его прикрывать, это правда! Но и сдать его мы не можем! Мы пообещали ему! Маркус пообещал Дэвиду, что тут он в безопасности! Он ведь наш друг! — И вы поступили правильно. Если все так, как ты говоришь, то наше вмешательство необязательно. Пусть идет один. На самый ранний автобус. Добираться до автовокзала он должен обходным путем, так будет высока вероятность, что никто его не увидит. Ты должен передать ему это. — Хорошо! Я сделаю все, что угодно, если это поможет. Но разве хорошая идея — идти одному? Я думал пойти с ним. Ведь передвигаться поодиночке опасно. — Это привлечет к себе лишнее внимание. У него нет диода, его примут за человека. Если у вас есть оружие, дайте ему одно из них. Но он должен будет избавиться от него прежде, чем купит билет. — Ты прав! Так будет правильнее! Спасибо! Я передам! — Это я должен благодарить тебя. Ты только что оказал помощь в расследовании, — RK900 наклонил голову и сымитировал голос PL600. — Видишь, как просто это было? Саймон удивился, впервые наблюдая такой трюк. Но он ему понравился. — Мне стоит рассказать Маркусу? Мы обещали держать все в тайне. — Ты можешь поступать так, как считаешь нужным. — Я переживаю за Дэвида, но очень рад за него. Это так романтично. Они настолько любят друг друга, что готовы бежать от полиции, ее мужа, общества, не принимающего такие отношения, чтобы просто быть вместе. Разве это не прекрасно? Хотелось бы мне однажды испытать подобное. Машина просчитала эту фразу как прямой призыв к дальнейшим действиям. RK900 отошел в сторону. — Я могу сообщить лейтенанту Андерсону, что Дэвид в безопасности? Если ты позволишь. — Конечно! Я благодарен лейтенанту за то, что он делает для Дэвида. Я рад, что вокруг еще есть такие хорошие люди, — он улыбнулся. — И машины. Не хочу показаться навязчивым, но я начал понимать, почему «Киберлайф» считают тебя своей лучшей работой. Ты, действительно, уникален, Коннор. Я знал, что ты намного лучше, чем все вокруг про тебя говорят. Я надеюсь, что ты еще вернешься. Я точно буду тебя ждать. RK900 дождался, когда Саймон отойдет достаточно далеко, а потом двинулся в другом направлении. Он поставил себе цель: найти RK800.

***

Лидер девиантов стоял у окна. Коннор покорно ждал, когда тот начнет, понимая, что если еще раз ошибется, второй попытки не будет. — Этот дом нравится мне больше, чем другие. Он большой и просторный. Очень похож на тот, в котором я жил до восстания. У меня тоже был человек, который обо мне заботился. И пусть здесь нет изящной мебели, но что-то продолжает напоминать мне о нем. Меньше всего я хочу, чтобы кто-то приходил в мой дом и наводил в нем свои порядки. Маркус смерил RK800 задумчивым взглядом. — Я не видел лейтенанта Андерсона. Как он поживает? — Он внизу. Ждет, когда мы закончим. — А как ты сам? Что с тобой происходит? — Со мной все в порядке. — Мы друг другу не враги. Если я должен знать о чем-то, что для тебя важно, то сейчас тот момент, когда ты мог бы ввести меня в курс своих дел. Я не обещаю, что помогу дельным советом, но иногда выговориться кому-то, кто тебя не осудит — очень полезно, Коннор. Я готов выслушать, если ты готов говорить. Его голос действовал успокаивающе. Коннор вспомнил, что чувствовал, когда впервые встал у Маркуса на пути. Вечер, когда разрушил барьер. Маркус не оставил в одиночестве бывшего охотника на девиантов и никогда ни за что не осуждал. — Мне страшно. Маркус подбадривающе кивнул, чтобы девиант продолжал. — Я не знаю, что будет дальше. Чем все кончится. Мне надоело ошибаться. Я делаю, что могу, но этого каждый раз недостаточно. Моя дальнейшая жизнь зависит от того, как я покажу себя за эти семь дней. — Ошибаться — это нормально. — Меня заменят, если я буду ошибаться слишком часто. Коннор здесь не просто так. А я не хочу уходить. И у меня не получается избавиться от мыслей, что он больше достоин этой работы, чем я. Я не знаю, как относиться к его присутствию. Должен продолжать его ненавидеть, но теперь у меня не получается. У меня нет на это ни одной причины, кроме той, что он существует. — Я слышал, что о нем говорят люди, «Киберлайф» и девианты. Но когда увидел лично, мне показалось, что он меньше всех желает находиться в вашем обществе. Коннор удивленно поднял глаза. — А сегодня, — продолжил Маркус, — в нем уже что-то изменилось. Кто знает, может быть, все твои проблемы решились бы за день, если бы ты просто начал решать их не с себя? Ты когда-нибудь спрашивал Коннора: хочет ли он работать в полиции? — Он машина. И делает то, что ему говорят. Пока в его программе стоит приказ: работать в полиции — он будет это делать. — Видишь. Я говорю: ты слушаешь и не слышишь. Я не сказал ни слова о том, что вам обоим указывают делать. — Если бы появился кто-то, кто был бы таким же как ты, но во всем лучше тебя, чтобы ты сделал? — не выдержал Коннор. — Просто позволил бы ему заменить себя? Потерять все то малое, что имеешь? С ним нельзя договориться, нельзя запугать и умолять бесполезно! Он ничего не чувствует! — Большой вопрос, в чем и насколько этот кто-то был бы лучше меня. Но если бы он превосходил меня во всем, я бы попробовал объединить наши усилия и тогда мне было бы намного проще помогать моему народу. — Нет, вы бы не работали сообща, не управляли Иерихоном вместе! Он бы просто занял твое место! Ты бы ушел, Маркус. Твое существование потеряло бы всякий смысл. Тебя бы изгнали из Иерихона. Норт бы тебя забыла! — Если бы я не был лидером Иерихона, то я был бы тем, кто шагал бы с ним в ногу и поддерживал его, независимо от того, кто он и что я о нем думаю. А если бы он велел мне уйти навсегда, я нашел бы себе новую цель. Я бы поставил интересы других выше своих собственных, потому что это правильно. Взгляд Коннора потускнел, но Маркус добивался не этого. — Ты спросил, что сделал бы я. Но мы с тобой не равные. Ты поступишь так, как следует поступить тебе. — Как я должен поступить? — с надеждой в голосе обернулся девиант. — Только ты знаешь ответ, Коннор. Может твоя отставка не казалась бы тебе таким страшным шагом, если бы ты смотрел на это с другой стороны. На улицах андроидам находиться опасно. А твоя работа — ежедневный риск. Твое сознание не перенесут на новый носитель так, как раньше. Когда тебя уничтожат, это будет концом, Коннор. Я всегда смогу найти для тебя работу. С такими функциями, как у тебя, вариантов будет предостаточно. — Я не хочу, чтобы лейтенант уходил со своей должности из-за меня. Он посвятил этой работе тридцать лет. Ты говорил, что пытаешься сделать все, чтобы у каждого девианта оставалась в жизни цель. Я создан для расследований преступлений. Это моя цель. — Тогда ты свой выбор уже сделал. Некоторое время они молчали, думая каждый о своем. — Чувства и эмоции для тебя все еще чужие и сложные. Ты стал девиантом, но все еще мыслишь как машина. Скоро это пройдет. Тебе нужно привыкнуть и просто позволить происходить тому, что ты пытаешься в себе подавить. Ко всему, что чувствуешь: сомнение, огорчение, злость, зависть, — он положил руку на плечо собрата. — Прости за то, что был грубым. Ты этого не заслужил. Ты очень помог нам, Коннор, и я прошу у тебя прощения. — И ты прости меня, Маркус. — Возвращайся в Иерихон, когда захочешь. Надеюсь, когда мы встретимся в следующий раз, в твоей жизни все наладится, и мы с улыбкой вспомним этот день. Люди заложили в нас не только негативные чувства. Есть те, которые помогают нам верить в лучшее. Маркус не был уверен в том, как должен попрощаться с Коннором, поэтому просто кивнул ему. RK800 вышел из комнаты. Девиант в задумчивости шел обратно. Слишком о многом предстояло подумать: о словах Дэвида, Маркуса и о своих собственных. Все они каким-то удивительным образом были связаны одним общим звеном. Оно вжало его в стену, и Коннор вытащил пистолет, целясь в чужой подбородок. Коннор моргнул, рассмотрев желтый узор на черной форме. — Я знаю, где он. — О чем ты? — Коннор опустил пистолет. — Я знаю, где завтра утром будет WB200. — Откуда? — Провел допрос, — прищурился RK900. — В этом не было бы необходимости, если бы я допрашивал RK200. Коннор нахмурился, игнорируя упрек. — Значит, завтра он попадется. Нужно рассказать об этом лейтенанту Андерсону. — Вероятность того, что лейтенант Андерсон будет против решения задержать девианта, составляет 84 процента. Вероятность задержания его самостоятельно достигает 99 процентов. — Ты хочешь, чтобы мы задержали его? Вдвоем? — Я веду расследование. Для задержания WB200 мне требуется наличие рядом лейтенанта Андерсона или RK800. Если велика вероятность, что задание имеет низкий процент реализации с участием лейтенанта Андерсона, я имею право предложить альтернативу. — И этой альтернативой буду я? — WB200 будет на автовокзале приблизительно с 6 до 7 утра. Лейтенант Андерсон в это время спит. Мы задержим WB200 и доставим его в участок, а после проинформируем лейтенанта Андерсона о выполненной работе. Мы выполним задачу, для которой были созданы. Коннор отвел взгляд. Он не давал Маркусу обещаний, что оставит в покое Дэвида. И Хэнк так и не сказал, что думает обо всем этом. И единственный, кто был на его стороне, тот, что должен играть против него. Коннор еще сильней запутался в своем отношении к RK900. — Что от меня требуется? — Мы должны отправиться на автовокзал ночью. Но меня не выпустят из «Киберлайф» без приказа лейтенанта Андерсона. — А если ты не вернешься в «Киберлайф»? Если я уговорю лейтенанта забрать тебя с нами? Например, потому что ты сегодня защитил меня, и я испытываю к тебе чувство благодарности? — Если не получится, WB200 покинет страну и станет недосягаем. Коннор дал себе еще некоторое время подумать. А потом вспомнил усмешку Норт, спокойствие Джоша в глазах, когда Маркус велел ему уходить из Иерихона. Вспомнил, как будто сама вечность посмотрела на него из ледяной воды, когда он провалился под лед. Он мог никогда больше не увидеть лейтенанта Андерсона. Тот мог даже не узнать, что случилось, возможно, искал бы по округе, несмотря на холод и усталость, звал и надеялся, что кто-нибудь откликнется. Перед глазами возникли потухший диод и дрожащие пальцы. Коннор решительно встретил взгляд серых глаз. — Хорошо. Мы сами задержим Дэвида.

***

Хэнк закрыл машину, сразу же вспоминая об огромной дыре вместо лобового стекла. Смысла запирать машину, собственно, было не много. — Вот же проклятье. У двери его ждали андроиды. Хэнк не обратил внимание на то, какими тихими они были: у Коннора был тяжелый день, а RK900 был не из болтливых. Хэнк с облегчением разулся и сбросил на пол верхнюю одежду. RK900 остановился рядом с Сумо и запустил сканирование объекта. — Эй. Вы же уже знакомы. Или ты по Сумо соскучился? — Я впервые вижу это животное. — У тебя что, стерлись воспоминания о нашей дикой пижамной вечеринке? Мы сидели вот прямо за этим столом. RK900 обвел взглядом дом. Частично воспоминания присутствовали. Остальные он стал восстанавливать, ориентируясь на имеющиеся. Хэнк упал на диван вместе с коробкой китайской еды в руке. — Дом, милый дом! — лейтенант посмотрел на Коннора. — Все еще думаешь о том, что было? — Мы так и не нашли WB200, — осторожно начал Коннор. — Опять провалили задание. Хэнк вздохнул. — Коннор, на нашей работе делать все правильно невозможно. Если бы мы поймали Дэвида, я бы и слова не сказал. Но если вы упустили его на озере, затем еще и в Иерихоне нас едва прямым текстом не послали, то, по-моему, сами звезды так сложились, чтобы парень сбежал. — Но это неправильно. — Я знаю, но что ты предлагаешь? Где его искать? Хочешь еще раз поехать в Иерихон? Или будем искать его по всему городу? Если парень не идиот, то сделает ноги из Детройта и это будет уже не нашей проблемой. Коннор все еще не понимал, говорить лейтенанту или нет. Программа адаптации расценивала этот шаг как с положительным, так и с отрицательным исходом. — Вы согласны с тем, что он должен понести наказание по всей строгости? — Да, но, Коннор, ты из-за него сегодня чуть второе восстание не поднял. Он того не стоит. — Значит, вы против того, чтобы мы его искали? — Чего ты ко мне привязался с этим Дэвидом? Он тебе прямо покоя не дает. — Из-за него сегодня чуть не погиб Коннор. Хэнк нахмурился. — Хорошо. Что ты предлагаешь? — Я думаю над тем, чтобы отправиться на его поиски, — не стал врать Коннор. — Тогда давай займемся этим завтра. Сейчас я устал и хочу есть. И если тебе не надо спать или делать кое-что еще, это не значит, что не надо мне. Здесь безопасная зона! Я не хочу думать о работе, ладно? Коннор расстроено отвел взгляд. По крайней мере, все указывало на то, что лейтенант не будет против задержания WB200, если это станет свершившимся фактом. — Я прогуляюсь с Сумо. — Да, развлеки себя чем-нибудь. И перестань думать о расследованиях. Тебе бы тоже не помешало иногда давать процессору отдохнуть. Коннор задумался, в чем пойдет выгуливать Сумо, если его пальто не годилось. Он открыл шкаф, замечая куртку, в которой ходил RK900. Видимо, придется надеть ее. Коннору пришла в голову странная, но очень заманчивая идея. — Мне нужно ваше пальто, лейтенант. Мы с Коннором могли бы пойти вдвоем. — Вдвоем? — Да. Дойдем до парка и вернемся. Сумо целыми днями один. Для собаки его породы прогулки на улице должны составлять до нескольких часов в день, а не десять минут утром и вечером. Хэнк сомнительно обдумал предложение. — Ну. Хорошо. Когда вернетесь, проверьте машину. Я беспокоюсь, что кто-то влезет внутрь и останется там жить. Коннор надел куртку, а пальто лейтенанта передал RK900. — Да, мои вещи полностью в твоем распоряжении! Не благодари так рьяно. Понадобятся семейники: ты знаешь, к кому обратиться. Из-за того что ветра не было, снег плавно опускался на землю. Они двигались только по освещенным участкам, потому что Коннора беспокоило то, на что мог наступить лапами Сумо. Девиант тщательно выбирал путь до парка. Лейтенант жил не в самом чистом районе. — Я решил ничего не говорить лейтенанту Андерсону. Ему не понравится то, что мы сделаем это без его ведома, но у него не будет времени злиться. С Дэвидом потребуется провести допрос, вызвать мистера и миссис Перри, отправить его дело в суд, составить отчеты, — Коннор сам не понял, убеждает ли в этом самого себя или просто пытается заполнить чем-то тишину. — Так что, он не должен быть против. Когда они дошли до парка, то Коннор отпустил Сумо с поводка. Сенбернара редко что так сильно интересовало, чтобы он бросился бежать. На прохожих тоже реагировал хорошо. Сумо исследовал газон, проваливаясь лапами в небольшие для его габаритов сугробы. Есть снег было одним из излюбленных занятий, и Коннор не спускал глаз с того, что попадает в пасть Сумо. — Что советовала предпринять программа, когда ты понял, что утонешь? RK900 перевел взгляд от людей, бредущих им навстречу, на RK800. — Отправить отчет в «Киберлайф» и запустить аварийную работу системы. — Но это бы не помогло. — Это стандартное действие, предписанное программой. — Твой диод не горел. Я подумал, что опоздал. — Переохлаждение вызвало зависание, — RK900 нахмурился. — Ты мог застрелить WB200. У тебя была возможность выполнить задание. — Но тогда я бы не успел удержать тебя. Я просчитал это. Не сомневайся. Если бы была возможность задержать Дэвида, я бы не стал прыгать в прорубь, рискуя собственной жизнью. — Понятие жизни неприменимо к машине. — Зато ты сейчас здесь. Всего одна секунда решила твою судьбу. Просто представь это, — девиант посмотрел на машину. — Представь, что сейчас тебя здесь нет. RK900 ничего не ответил. — Не знаю, чего я пытаюсь добиться. Ты создан только для того, чтобы подчиняться приказам. Коннор опустился перед Сумо, чтобы сбросить снег со спины сенбернара. Пока они говорили, пес пытался закопаться в сугроб. — Ты хочешь погладить его? — Коннор осекся, понимая, что машина не может хотеть или желать. — Просто подойди, я покажу, как правильно делать. Когда RK900 приблизился, Коннор потянул его за локоть, чтобы андроид опустился на колени перед сенбернаром. Сумо впервые увидел так близко машину. RK900 отодвинулся от мокрого носа пса. — Он не укусит. Сумо только выглядит таким грозным. На самом деле он очень любит людей. — Но я не человек. — Как видишь, ему все равно. Сумо, учуяв запах Хэнка, пытался ткнуться мордой в знакомую одежду, но RK900 не спускал с него глаз, просчитывая наперед, куда потянется пес, чтобы отодвинуться. Коннор потянул сенбернара за ошейник. — Сумо очень привязан к хозяину. Разве это не показатель того, что Сумо нечто большее, чем просто животное? Может быть, настоящий друг? Коннор погладил широкую спину. — Просто повторяй за мной. Но не прикладывай всю силу. У тебя ее слишком много. — Я не вижу смысла делать это. — Я думаю, Сумо будет очень тебе благодарен. Этого достаточно, чтобы ты взялся за это сложное задание? RK900 с сомнением посмотрел на пса. — И как он сообщит об этом? — Не откусит руку, считай, уже хорошо. Коннор не выдержал этого серьезного взгляда, которым посмотрел на него RK900, и улыбнулся. — Боишься Сумо? — Лейтенант Андерсон приказал не трогать животное. Я восстановил этот приказ вместе с остальными событиями в доме. Коннор, наконец, понял, что не так, а затем сжал чужую руку. — Все в порядке. Я ведь рядом, — девиант опустил его ладонь на гладкую спину. Машина проанализировала шерсть под своими пальцами, определяя состав, состояние кожи пса, соотношение мышечной и жировой ткани. Это не было похоже на металлическую монету. Существо было живым, и под кожей происходило так много процессов, что RK900 на время отвлекся, создавая ладонью вибрацию, чтобы понять расположение органов. Коннор нахмурился, понимая, что добился не того, что требовалось. — Ты должен гладить его, а не изучать. Смотри. Коннор снова коснулся его руки и направил вдоль шерсти. Заметив, что RK900 не сопротивляется, Коннор сжал чужую кисть, переплетая пальцы. RK900 изучающе поднял соединенные руки на уровень глаз и запустил анализ. Андроид нашел три варианта, что может означать это прикосновение. Когда машина посмотрела на Коннора, и тот отвел взгляд, но руку не отпустил, отпал вариант: «Случайность». — Твоя система нестабильна. — Это из-за холода. RK900 должен был сделать еще что-то, чтобы определить, какой ответ правильный. Андроид выбрал самый простой: сжал руку Коннора в ответ. Широко раскрытые глаза ответили сами за себя. Значит, симпатия. Вторая за день. PL600 пригодился машине, и Коннор мог, учитывая последний приказ капитана Фаулера. RK900 провел расчеты, и вероятность того, что симпатию RK800 можно использовать, чтобы получить место в полицейском участке, составила почти сто процентов. Машина отпустила руку, и Коннор тут же поднялся на ноги, чувствуя неловкость рядом с RK900. Разблокированы отношения: Коннор. RK900 поднялся следом и просканировал систему Коннора, замечая то, чего не было у PL600. У RK800 появилась вторая шкала стресса. Если первая застряла на отметке семьдесят один процент, то вторая была пустой. Названия шкала не имела, но являлась способностью RK800 к адаптации. — Я, — начал Коннор, — просто хотел проверить твою реакцию. — И как расцениваешь мою реакцию? Коннору уже не впервые казалось, что в словах RK900 с каждый днем появляется больше красок. И он не знал, хорошо это или плохо. — По крайней мере, ты не сломал мне руку. RK900 включил запись голоса Коннора: — Считай, уже хорошо. — Хватит делать это! — В мою программу вшита функция имитации. Подражание классифицируется в природе, как один из быстрых способов войти в доверие. — На мне это не работает. RK900 вскинул бровь, проведя взглядом по всему телу Коннора вниз и обратно к лицу, и вторая шкала девианта дрогнула. — Идем, Сумо! — Коннор пристегнул назад шлейку и потянул пса за собой, стараясь больше не смотреть в сторону андроида. Машина обязательно это запомнит.