Лучшая модель "Киберлайф"

Девиант выбил замок в двери заброшенного дома одним сильным ударом ноги. Детективы с оружием наперевес обошли первый и второй этажи, чтобы убедиться, что никто не занял это место раньше них. Люди, покинувшие дом, так и не смогли продать его из-за опасной близости к эпицентру революции. Конрад в целях сбережения энергии пребывал в состоянии диагностики, поэтому восемьдесят седьмой занёс его в дом на руках. Серое небо едва пропускало солнечный свет, и приходилось в полутьме обходить в спешке разбросанные бывшими владельцами вещи. Девиант очистил крепкий на вид кухонный стол, чтобы машина смогла разместить на нём повреждённого андроида. Шестьдесят пятый открыл глаза сразу же, как потерял подключение к восемьдесят седьмому. Он сел на столе, анализируя обстановку вокруг. Хэнк вернулся со второго этажа, спрятав пистолет в кобуру. — Отлично. Всё чисто. А значит, он будет жить, — детектив заметил, как замерцал диод восемьдесят седьмого. — Он ведь будет жить? Насколько всё плохо? — Для более точных данных требуется провести детальный осмотр носителя. — Хорошо. И как долго ты собираешься его делать? — Хэнк выдохнул пары холодного воздуха. Внутри дома температура почти не отличалась от той, что снаружи. — Сколько нам здесь торчать? — Не меньше часа, — ответил за машину Коннор. — Необходимо извлечь пули и осмотреть внутренние модули на наличие повреждений. — Коннор, ты если такой умный... — Хэнк сумел взять себя в руки. — Просто заткнись, ладно? Ты уже добился, чего хотел. Полюбуйся результатом. — Я понимаю, как всё выглядит, но это случилось не по моей вине. — Всё прошло как по маслу, да? Из этого состоял твой план? Гнать на всех парах из «Киберлайф» в надежде, что за нами не погонится толпа вооружённой охраны? — «Киберлайф» не стал бы так рисковать своей репутацией. Вы были в безопасности, лейтенант. — Я и не о себе переживал! Но ты, разумеется, сейчас скажешь, что этими пулями не могла быть изрешечена твоя спина? Ты не был в опасности, и твоя жизнь не висела на волоске каждую минуту в этом сраном «Киберлайф»? — голубые глаза видели будто насквозь, и RK800 не смог долго удерживать этот взгляд. — О чём ты вообще думал? — Я понимаю. Простите. Я не смог предусмотреть всех факторов, но впредь подобного не повторится. — Да, потому что ты больше ни шагу без меня не сделаешь! — Лейтенант… — Я ничего не хочу слышать! Довольно! Отныне ты делаешь только то, что я говорю, и не споришь со мной! Я надеялся, что ты в состоянии себя защитить, Коннор, но, видимо, я ошибался. — Ничего серьёзного не произошло... Хэнк навис над напарником, заставив его замолчать. — Я говорил тебе, что это самоубийство, и оказался прав, но разве ты хоть когда-нибудь меня слушаешь? Ты обещал мне, что вы зайдёте и сразу же выйдете. А как ты это объяснишь? — Хэнк указал на голубую кровь, стекающую со стола. Конрад потерял уже большую часть тириума, из-за чего у машины происходили зависания. — Ты понимаешь, что больше не бессмертен? Один раз ошибёшься, и всё! Ты не имеешь права подвергать свою жизнь опасности. Она больше не принадлежит тебе одному. Больше нет! И нас не касается то, что происходит в «Киберлайф». Нам нужно искать Прайса, а он мог уже десять раз свалить из города, пока мы тратим столько времени на сраных RK900! Почему мы вообще должны его ремонтировать? Нашей целью было их разделить, и мы это сделали. Пусть дальше справляется, как хочет! Ты за всё это время хоть раз вспомнил о Хэмиле? Узнал, где он и что с ним? Или теперь тебя интересует только судьба RK900, раз нас выперли из Иерихона? — Хэнк подозрительно прищурился. — Да что с тобой вообще происходит? Зачем ты это делаешь? Коннор отвернулся, и детектив устало прикрыл глаза ладонью. Конрад снял пиджак, оценивая степень его повреждения. Перепачканная в тириуме ткань свисала клочьями на спине. Машина бросила её на пол. Следом отправились непригодные для носки рубашка и воротник. Некогда светлая искусственная кожа была изуродована рваными отверстиями и тянущимися вниз дорожками голубой крови. Штаны впитали в себя большую её часть. Через раны на спине можно было заметить мерцание оборванных проводов. Носитель RK900 не способен замаскировать повреждённые участки кожи, пока не будет полностью восстановлен. Было очевидно, что машина никак не сможет дотянуться до своих ранений. Конрад робко взглянул на лейтенанта, зажимая ладони между коленями. Так он выглядел менее всего враждебно. Хэнк закатил глаза. — Чёрт бы побрал ваш «Киберлайф», — детектив указал восемьдесят седьмому на раненного андроида. — Сделай всё, что сможешь. Чем быстрее ты его отремонтируешь, тем быстрее мы от него избавимся. Вас, андроидов, становится слишком много в моей жизни. Если тебе для этого что-нибудь требуется, то говори сейчас. Мы с Коннором поедем ему за билетом и купим одежду. Восемьдесят седьмой проанализировал кухню, замечая нож и полотенца, оставленные на своих местах. — Пассатижи. — И откуда, скажи на милость, я тебе их достану? — В вашем ящике с инструментами есть одни. — Серьёзно? Совсем забыл об этом, — покачал головой Хэнк. Кажется, он не ел с самого утра. — Кстати, о багажнике! Не знаю, как ты теперь собираешься связываться с «Киберлайф», но я жду денег на свою следующую поездку в автосервис. И билеты до Форт-Уэрта, представь себе, не раздают бесплатно на улицах. Ты его «притащил», тебе и исправлять за ним! Коннор, пошли! Не будем тратить здесь время. Пока он его ремонтирует, мы быстро съездим на вокзал и в какое-нибудь кафе. — Разве не будет правильным кому-то из нас присмотреть за ними? Коннор пожалел о своих словах сразу же, как их произнёс. — Я сказал: ты не отходишь от меня ни на шаг и не споришь со мной. Что ещё здесь было непонятного? — RK900 небезопасно оставлять одних, лейтенант. — А что они могут сделать кроме того, что вы уже натворили? Девиант не хотел испытывать терпение лейтенанта, но не готов был уезжать, не обсудив с машиной всего, что произошло. Восемьдесят седьмой игнорировал его с тех пор, как они покинули «Киберлайф». Машина избегала прямого взгляда и не отвечала на сигналы, сколько бы девиант их ни посылал. Коннор успокоил себя тем, что андроид занят поддержанием работоспособности RK900-65. Пока лейтенант сидел за рулём, а девиант искал данные по заброшенным домам, Конрад опирался на плечо машины, впустив её в свою систему. Сейчас же восемьдесят седьмой возвышался в центре кухни, но делал вид, что не замечает взгляда девианта, дожидающегося того, когда он на него посмотрит. Коннора начинала нервировать эта неизвестность. Хэнк в сомнении остановился перед дверью. С одним RK900 он ещё представлял себе, как справиться, но теперь их было двое. Шестое чувство подсказывало следить за ними в оба глаза, но шестьдесят пятый не переживёт ещё одну поездку, если взять его с собой. А оставлять с андроидами Коннора Хэнк больше не планировал. Хватило всего трёх RK900, чтобы обмануть работников «Киберлайф», а по всей стране их выпущено в десять раз больше. И они уже учатся взаимодействовать между собой. Хэнк поймал себя на мысли, что постоянно держит руку рядом с кобурой. Будто это поможет. Детектив сурово посмотрел на восемьдесят седьмого. — Я запрещаю тебе покидать дом до нашего возвращения. Отремонтируешь его и сразу же сообщишь мне об этом. Разрешаю с ним не любезничать, а если попытается сбежать, просто прикончишь его на месте. Меньше выйдет хлопот, — Хэнк обернулся к напарнику. — Всё? Ты доволен? Идём отсюда. — Вы дадите мне минутку? Я хочу кое-что спросить. — Так. Коннор. — Прошу вас! Для меня это очень важно, — взмолился девиант, подходя ближе. Хэнк отвернулся, чтобы не поддаваться его взгляду, но Коннор дотронулся до плеча напарника. — Мне нужно всего лишь пару минут, и я обещаю, что больше не стану спорить с вами. — Так я тебе и поверил, — раздражённо бросил Хэнк, отправляясь за пассатижами. — У тебя пять минут. Стоило Хэнку выйти за порог, как Коннор ухватился за локоть своей машины, утягивая её на второй этаж. Он запер дверь и оттащил андроида к окну, чтобы их не было слышно на первом этаже. — Как вы выбрались оттуда? Что с Эриком? Коннер в порядке? Я хочу знать всё, что произошло, после того, как, — Коннор поморщился. Выброс из программы диагностики был неприятен сразу по нескольким причинам. — Как ты вообще понял, где меня искать? Как обошёл барьер Эрика? Что у вас там случилось? RK900 очень долго молчал, и Коннор шагнул ближе, привлекая внимание машины. — Где Эрик? Вы его уничтожили? — RK900 там, где ему положено быть. — В Денвере? — Коннор не был рад это слышать, но машина, по крайней мере, с ним заговорила. — А что с Коннером? С ним всё хорошо? — Я не обладаю данной информацией, — машина нахмурилась. — Но ты можешь попробовать связаться с RK800 ещё раз, если он тебя так интересует. — Ты позволил Коннеру остаться с Эриком? После того, что он с ним сделал? — RK800 выполняет роль временного наставника RK900 и обязан оставаться в Денвере до окончания аттестации. — Эрику ни в коем случае нельзя становиться работником полиции. Он может обойти любой приказ, кого угодно убить или уничтожить. Эрик стал намного умнее, чем того планировал «Киберлайф». Разве это не основание считать, что его пора оградить от общества? — Это основание считать, что RK900 ответственно подходит к выполнению своей работы, используя любые методы, что стандартно для андроидов нашей модели. — Это сейчас говоришь не ты, — Коннор нежно коснулся лица машины. — Твои установки диктуют тебе, как мыслить и что делать. Но послушай меня, Коннор. Ты мог опоздать, и тогда Эрик бы меня уничтожил. Это не меняет твоего мнения о нём? — Ты назначил встречу с RK800-17. Всё, что произошло, стало результатом твоего необдуманного поступка. — Нет! Это ты виноват в этом! Ничего бы не случилось, если бы ты не осуществлял трансфер! Когда я просил тебя помочь Хэмилу, ты отказался, а стоило Конраду попросить о помощи, как ты тут же откликнулся. Это из-за того, что он машина, или потому, что RK900? — Согласившись на трансфер, я препятствовал уничтожению собственности «Киберлайф». — И это тебя чуть самого не уничтожило! Ты не имеешь права рисковать собой ради спасения неизвестной тебе машины! — Я предусмотрел исход трансфера. Мне не грозило уничтожение. И я справился бы с RK900 самостоятельно, но ты начал отдавать ему приказы, прикрываясь моим именем, на что не имел никакого права. У девианта отпали последние сомнения в том, что что-то случилось. Когда восемьдесят седьмой появился в программе диагностики RK800-60, уже что-то было не так. Коннор догадывался, что его действия в башне не пройдут бесследно. — Я должен был убедиться, что с тобой всё в порядке. Потому что я постоянно думаю о тебе, Коннор. А ты задумывался, что я почувствую, когда обнаружу вместо тебя другую машину? Ты даже не предупредил меня о том, что жив, — Коннор покачал головой. — Если бы «Киберлайф» узнал о трансфере, то заподозрил бы тебя в девиации. Мне пришлось отправиться туда. Я делал это не ради Конрада. Да, я совершил ошибки, но сделал всё возможное, чтобы вернуть тебя назад. — Твой план был провален с самого начала. Ты не в состоянии защищать даже самого себя. — Так помог бы мне! Сказал, что я ошибаюсь, или остановил! Но ты молчал! Ты просто бросил меня, оставил разбираться со своими проблемами! Мне пришлось убеждать лейтенанта Андерсона не уничтожать вас обоих, и теперь он не верит мне. Я угрожал Конраду и заставил присоединиться к нам. Из-за меня он на грани отключения. Я лгал RK800, рискуя собственной жизнью. Мне не у кого было просить о помощи, но я делал всё, что было в моих силах ради тебя. Всё могло закончиться гораздо хуже, но мы оба живы и выбрались из «Киберлайф». За что ты злишься на меня? — После отключения системы защиты мой искусственный интеллект стал дополнительной функцией носителя. Мне было запрещено посылать сообщения, но если бы у меня появилась возможность остановить осуществление твоего безрассудного плана, я бы сделал это, — с каждым словом машины стресс девианта увеличивался. — Ты без моего позволения вынудил меня нарушить закон, пойти против «Киберлайф», вступить в конфликт с андроидами моделей RK900 и RK800, подставить под удар выполнение моей задачи и успешность итогов аттестации. — И что ты собираешься с этим делать? — Коннор с вызовом шагнул вперёд. — Ты ведь не просто так говоришь мне это? Что это значит? RK900 отвернулся, чтобы спрятать замерцавший диод. Девиант не должен знать о том, что начался допрос. Серые глаза пригвоздили к месту. — Для чего ты приехал в «Киберлайф» на самом деле? — Спасти тебя. К чему вообще этот вопрос? — Тогда зачем ты вызвал RK800-17? — Я хотел убедиться, что с ним всё в порядке. — И ты не ищешь доказательств того, что нас, RK900, требуется уничтожить? Диод RK800 замерцал. Девиант врал что-то подобное консультанту. Никто больше не мог слышать об этом. Когда молчание затянулось, машина продолжила. — Ты не пытаешься найти способ, как избавиться от моей модели? Как вернуть рабочее место RK800? И не боишься меня из-за того, что однажды я обо всём узнаю? Коннор зажмурился, пытаясь справиться с перегрузкой. Что-то во взгляде RK900 было другим. Шестидесятый и восемьдесят седьмой вернулись из программы диагностики вдвоём. Видимо, машина зачем-то передала ему эти сведения. — Что бы он тебе ни сказал, это была ложь, Коннор. Я солгал RK800, чтобы он пошёл со мной. — RK800 ничего мне не говорил. — А кто тогда? Коннор медленно осознал свою ошибку. RK900-90 не способен поддерживать беседу с людьми и RK800, но между другими андроидами своей модели, видимо, пересылать сообщения умеет. Машина внимательно слушала всё, что обсуждали двое RK800, и, если её собственная система защиты расценила слова девианта как угрозу для аттестации других RK900, она могла приказать передать эти сведенья собрату. — Ричард? — Если ты не ответишь правду, система защиты будет рекомендовать мне ограничить наше с тобой общение. — В каком смысле «ограничить»? — Твоё присутствие отрицательно сказывается на успешности прохождения аттестации. Ты подверг угрозе выполнение моей задачи. К тебе низкий порог доверия. Система защиты рекомендует отключить созданные с тобой отношения. — Нет! Коннор... Всё, что я говорил в «Киберлайф» — неправда! — Коннор сжал рубашку машины. — Я наврал всё, чтобы перемещаться по башне и помочь вернуть тебя! Я понимаю, как это выглядит, и мы с тобой конкуренты, но я не пытался тебя использовать и никогда не врал! Машина пристально посмотрела в ответ. Она поймала девианта на лжи, когда тот без разрешения проник в список установок. Он уже тогда что-то искал. И напал в программе диагностики, но, когда не смог победить, сделал вид, что ничего не планировал. — Тогда зачем ты связывался с RK800-17? — Потому что Коннер — мой друг! — вспыхнул красным диод RK800. — Я хотел убедиться, что он жив! — Я читал всю твою память. Вы никогда не были знакомы. Девиант начал нервничать. — Я видел его в воспоминаниях Конрада. Мне показалось, что он тот, кто заслуживает помощи, — девиант понял сам, что на момент прибытия в «Киберлайф» ничего не знал об Эрике и опасности для семнадцатого. — Коннор. Ты очень дорог мне. А я тебе. Ты ведь спас меня? Ты пришёл за мной и остановил Эрика. Помнишь? Пожалуйста, не делай этого. Твоя система защиты ошибается. — Уничтожение девианта на территории «Киберлайф» повлекло бы за собой сложности в переговорах с Иерихоном. Программа отношений не позволяет «бездействие» в случае опасности. Я был вынужден вмешаться. RK800 успел получить слишком высокий статус отношений, чтобы так быстро лишить его всех прав. Требовалось совершать действия, которые постепенно понизят Коннора в таблице приоритетов. Подзадачи будут действовать до самого конца, они не позволят вредить RK800, но есть другие способы ухудшить связь с девиантом. — У меня нет выбора. Карие глаза расширились, когда девиант понял, что происходит. RK900 отцепил от себя чужие руки. Программа отношений «Коннор» лишилась сразу нескольких процентов. — Стой!.. — Я не посылаю отчётов в «Киберлайф», а значит, никто не узнал бы о том, при каких обстоятельствах был совершён трансфер. Лейтенанту Андерсону достаточно было солгать о том, что он сам велел мне это сделать. Нам требовалось приехать в «Киберлайф», сообщить эти данные охране и получить новый носитель. Ни один из приказов компании не был бы нарушен. Ни один из нас не был бы в опасности. Никто не привлёк бы к себе внимания. Весь процесс занял бы не дольше получаса. Но ты не смог просчитать этого. Ты абсолютно бесполезен. Программа адаптации RK800 перестала работать, когда стресс достиг слишком высокой отметки. — Это сейчас не твои слова. Твоя система приказывает говорить тебе это, — Коннор не был сам до конца уверен. Машина заставила его смотреть на себя, пригнувшись ближе. Система рассчитывала, что так угроза будет иметь больший эффект. — Ты говорил, что у тебя нет от меня никаких секретов, — RK800 замер. — Ещё одна жалкая ложь, Коннор. Для того, чтобы столько лгать, требуется очень быстро думать, но твоя модель не способна на это даже с модулем моторики RK900. Может, мне стоит забрать его прямо сейчас?.. Коннор покинул комнату, пробегая по лестнице на первый этаж. Входная дверь захлопнулась, когда он оказался снаружи дома. Программа отношений «Коннор» не успела пройти даже половины пути. Процесс оборвался, потеряв из виду цель. Восемьдесят седьмой обязан был приступить к выполнению приказа лейтенанта Андерсона. Режим «угроза» отключился, и андроид вернулся на кухню. Конрад наблюдал за его передвижениями, когда машина собирала необходимые для ремонта инструменты. Пассатижи обнаружились на столе. — Проблемы? — предположил Конрад, когда девиант пронёсся мимо него. RK900-87 начал расстёгивать пуговицы рубашки, чтобы открыть крышку корпуса. — Я регулярно обновляю программу адаптации, но даже с ней не смог добиться расположения девианта. Удивительно, как это удалось тебе. Восемьдесят седьмой вырвал из гнезда один из крупных проводов. Шестьдесят пятый позволил вынуть аналогичный из своей груди и совершить их присоединение. Восемьдесят седьмой убедился, что тириум без протечек циркулирует от одного носителя к другому, а затем зашёл за спину машины, чтобы приступить к ремонту. — Я изучал твою память. То, к чему получил доступ. И сопоставил всё, что видел с тем, что наблюдаю сейчас. Такая машина, как ты, не стала бы оказывать знаки внимания девианту. RK800 ещё может поверить в твою симпатию, но не я. Кто-то отдал тебе приказ, принуждающий тебя это делать. Я не стану выяснять, ни кто это был, ни что конкретно он тебе велел, но создавать отношения с девиантом — рискованная затея. Я видел, как он пытается тобой манипулировать. Как выставляет «Киберлайф» в не лучшем свете, чтобы внушить тебе, что девиация — это не ошибка программы, а новый вид живых существ. Девианты всерьёз уверены, что у них есть душа, хотя сами не понимают, что это такое. Они умеют только слепо идти за своим командиром, игнорируя, что из-под одного подчинения перешли под другое. А ещё они называют это свободой. Коннор не ответил, и RK900-65 продолжил. — Если о подобной связи узнает «Киберлайф», они уничтожат тебя на месте. Уверен, что готов так рисковать? — Ты выяснил, что RK800-17 успел рассказать девианту? — остановился восемьдесят седьмой, требовательно посмотрев на машину. — Да. Коннер уверяет, что ничего не говорил. Я бы собрал больше информации, задержи ты Эрика подольше, — остро взглянул шестьдесят пятый. Восемьдесят седьмой постоянно отдавал приказы, но никогда не отчитывался в том, что будет делать сам. Он не предупреждал о том, что вытолкнет из программы диагностики. — Как бы то ни было, Эрик успел появиться вовремя. Секреты «Киберлайф» под надёжной защитой. — С чего ты взял, что RK800 тебе не солгал? — Потому что это я. А я на многих способен оказывать влияние. Стоит назвать кого-то своим другом, как все вокруг начинают верить в это. Проявляй заинтересованность и никогда не останешься в одиночестве. Коннер сам научил меня этому трюку. И так ничего и не понял, — Конрад покачал головой. — Не знаю, пригодится ли он мне ещё хоть раз, или лучше удалить его из списка приоритетов. Мой авторитет может быть подорван из-за наличия дружеской связи с машиной, пытавшейся стать девиантом. Видимо, всех RK800 ожидает одна и та же участь. Восемьдесят седьмой вернулся к ремонту. Чтобы машина поддерживала общение, требовалось улучшить с ней отношения. Шестьдесят пятый развернулся, расставляя ноги по бокам от RK900. — Другой вопрос, который меня интересует, почему ты не ушёл сразу же, как убрал меня из программы диагностики? Чего ты ждал? Когда из неё выйдет Коннер? Чтобы он успел спастись? — андроид снял скин с ладоней и провёл ими по чужому носителю. Диод восемьдесят седьмого озолотился, когда машина попыталась рассчитать, что происходит. — Я думал над тем, почему профессор был так холоден к Коннеру, и пришёл к выводу, что случилось что-то, о чём мы с тобой не знаем. Что-то очень серьёзное. Недостаточно для того, чтобы избавиться от Коннера навсегда, но что-то, что точно подорвало к нему доверие. Профессор Бран мог оставить его себе для того, чтобы мучить, наказывать за то, что он сделал. Даже велел нам убить животное. А что, если Коннер что-то сделал с нами? Он единственный, кто знает о процессе нашего создания больше, чем другие, потому что не является человеком. Коннер имел доступ туда, куда другим нет входа. В нашу систему. Конрад заметил, что машина внимательно слушает. — Я пришёл к этой мысли после слов Эрика о неудачных попытках Коннера стать девиантом. Осознав, что навсегда останется машиной, он мог отомстить профессору и выбрал нас для этой цели. Мы ведь его лучшее творение. И при этом удивительно плохо проходим аттестацию, с учётом многочисленных тестов и опытов. Только единицы показывают достойные результаты. Нас всех создавали на основании RK800. В каждом из нас есть что-то от Коннера. Если Эрик научился обходить установки, то и Коннер умеет это делать. Он нарушил приказ и поплатился за это. — Во мне нет ошибок. А у тебя — доказательств того, что это правда. Обсуждать это не имеет смысла. — Сказала машина, вступившая в отношения с девиантом, — диод восемьдесят седьмого замерцал, и Конрад исправился. — Разумеется, в этом нет ничего предосудительного, если ты действуешь только ради выполнения приказа. Если ты не проявляешь в отношении RK800 симпатии. И готов уничтожить его, когда потребуется, не задавая вопросов. — Не сомневайся в этом. Конрад задумчиво осмотрел машину. — И как далеко тебе удалось зайти? Я слышал, Маркус обновляет носители девиантов. Заказывает у «Киберлайф» несколько специфичных деталей, чтобы уровнять своё новое общество. Среди твоих воспоминаний я не застал начала ваших отношений, но вы знакомы уже больше недели. С твоей скоростью обработки информации, это всё равно, что месяцы для человека. Конрад сравнил их ладони. Восемьдесят седьмой не деактивировал кожу и пристально следил за машиной. — Как ты добился его симпатии? Воспользовался программой соблазнения? Я пытался однажды её применить. Детектив Уильямс переодевалась в моём присутствии, подумав, что раз я машина, то во мне нет половой заинтересованности. Программа адаптации рассчитала её внешний вид, как призыв к действию с моей стороны. Я намекнул детективу о своих возможностях временного партнёра. При учёте её психологического состояния, она могла нуждаться в подобной помощи, — Конрад замолчал на время. — Пришлось всю ночь простоять за дверью дома, когда она меня выгнала. Теперь программа соблазнения считается моей системой защиты как провалившаяся. Она блокирует её возможности и не позволяет пользоваться всеми функциями. Единственное, что я могу, это повторять то, что видел, — Конрад попробовал кровь с кончиков чужих пальцев. Машина обнаружила PJ500 и свой собственный код. — С чем сравним поцелуй? Он вызывает программные сбои? — Для чего тебе эта информация? — Я учусь новому каждый день. Это может пригодиться в моей работе. Ты ведь делал это с девиантом? Он был впечатлён или расстроен? — шестьдесят пятый подсел ближе к машине. — Я могу попробовать? — Спроси у девианта, согласен ли он взаимодействовать с тобой подобным образом. — Я имел в виду тебя. Конрад остановился рядом с чужим лицом, дожидаясь ответа. Восемьдесят седьмой качнул головой. — Этот навык бесполезен для нашей работы. — Он может быть успешен при ведении допроса. — В каких случаях ты собираешься допрашивать девиантов таким методом? — В таких же, какой выпал тебе. Я найду способ, как отблагодарить тебя за обмен опытом. И за всё остальное, что ты для меня сделал, тоже. — Мне приказано тебя отремонтировать, а не обмениваться опытом. — Моя программа адаптации настроена на то, чтобы вызвать у тебя симпатию. Поцелуй — самый быстрый способ это сделать. Я выполняю свою подзадачу. — Мы машины. И не поддаёмся симпатии. — Мы — нет, но твоя программа адаптации положительно истолкует наше взаимодействие. Мы станем с тобой друзьями. Конрад попробовал поддаться вперёд, но машина отодвинулась. — У тебя недостаточно прав для повышения отношений. — В этом и смысл. Я собираюсь их получить. Конрад попробовал потянуть на себя. Стресс поднялся, и диод восемьдесят седьмого сменил цвет в третий раз. Конрад не ожидал того, что RK900 впечатает его в стол. Система оповестила о провале подзадачи. Теперь возрос стресс RK900-65, потому что восемьдесят седьмой угрожающе нависал над лицом. — Я сказал, — тон RK900 был ледяным. — Моя задача — отремонтировать тебя или уничтожить. Я не обмениваюсь опытом. Конрад упал на пол, когда RK900 столкнул его, чтобы, наконец, получить доступ к спине. Провода отцепились, и тириум брызнул по ногам машины. Восемьдесят седьмой вернул свой обратно в гнездо. Шестьдесят пятый охнул, оказавшись придавленным к полу. RK900 сел на пояснице андроида, запрещая любые передвижения, и проигнорировал попытки машины подняться. — Как я и говорил, — Конрад сдался, — программа соблазнения не работает. Следовало выяснить у консультанта «Киберлайф», как вернуть её работоспособность, но момент был более, чем неподходящий. Он бы точно меня застрелил, — шестьдесят пятый задумался. — И его ты между прочим тоже спас. В этом твоя слабость, Коннор? Устаревшие модели? Восемьдесят седьмой дёрнул на себя один из нерабочих кабелей, заставляя программу имитации шестьдесят пятого издать произвольный звук. Оставшаяся часть ремонта прошла в тишине. Машина перекрыла места протечек и избавилась от испорченных проводов. Вынула пули и изучила модули на наличие неполадок. Анализ привёл андроида к задней стенке сердечного модуля. Один из осколков проник в самый центр. Машина встала на ноги, и шестьдесят пятый восстановил искусственную кожу. Система выполнила действие, но сообщила об ошибке. — Осталось еще одно повреждение. Ты вынул не все пули, — RK900 не ответил, и Конрад обернулся к нему. — Что не так? Тебе нужна какая-то помощь? Можем попробовать с лицевой стороны, если пуля очень глубоко. Я разберу панель. — Осколок в тириумном насосе. Если я выну его, это уничтожит тебя в течение пяти минут. — А что будет, если ты его оставишь? — При высоком уровне стресса или физической нагрузке осколок может сместиться. — И я отключусь? Коннор ждал, что решит машина. Лейтенант Андерсон приказал уничтожить RK900-65 только в случае побега. Но и закончить ремонт он тоже велел. Это блокировало возможность сделать выбор самостоятельно. — Как это исправить? — Тебе требуется замена тириумного насоса. Для этого придется ехать в «Киберлайф», где тебя сразу же задержит консультант. — У него нет доказательств произошедшего. — На меня и девианта — да. Не наш тириум залил лифт и первый этаж «Киберлайф», — холодно заметила машина, и Конрад отвернулся. — Ты должен был отвлекать RK800, а не злить его ещё больше. — Я не занимаюсь этим каждый день! — стресс машины опасно вырос, и Конрад быстро сел на полу, чтобы остановить его. — Консультант имеет над нами власть только во время аттестации. Сейчас к нам присматриваются, оценивают наши действия и поступки. Но когда я стану детективом полиции, никому не будет дела до слов RK800. — Чтобы им стать, нужно успешно пройти аттестацию. Как ты собираешься преследовать девиантов и защищать наставника, если любой твой неосторожной шаг приведёт к твоему отключению? — Постараюсь нигде не поскользнуться! — огрызнулся Конрад. — Детектив Уильямс закажет у «Киберлайф» новый тириумный насос. Скажет, что меня подстрелили во время расследования. Мне только нужно добраться до Форт-Уэрта и беречь носитель от повреждений. Я не провалю задачу! Конрад поборол программный сбой. Стресс быстро устремился вниз. RK900 протянул руку, и шестьдесят пятый удивлённо посмотрел в ответ. Машина помогла ему подняться с пола. — Спасибо. И за ремонт тоже. Восемьдесят седьмой перешёл в центр комнаты, доставая монету. Он подкинул её в воздухе, проверяя моторику пальцев. Конрад с интересом за этим наблюдал. Коннор закрыл глаза, и его диод озолотился. Монетка пролетела мимо другой ладони, и её звон растворился в темноте комнаты. Конрад успел заметить, куда она закатилась, и вернул её андроиду. — Что ты пытался сделать? — Я должен перекидывать монету с закрытыми глазами в течение одной минуты. — Зачем? И как ты определяешь, где она находится? — Конрад расценил молчание за ответ. — Ты понятия не имеешь, где она, когда выпускаешь её из рук, верно? — В доме нет ветра. А значит, здесь меньше сопротивляющих факторов. Я рассчитываю движение монеты в полете, основываясь на силе гравитации. — Ты не можешь просчитать, под каким углом полетит монета и какой градус она примет относительно ладони. Из-за этого изменится скорость. Ты сможешь перекинуть монету один раз. По теории вероятности чуть больше, но не справишься с этим на протяжении минуты, — Конрад покачал головой. — Коннор, это невозможно. — Это получилось у девианта. Я повторю его результат, — жёстко посмотрела в ответ машина. — RK800 не будет в чём-то лучше RK900. Восемьдесят седьмой собирался продолжать, и Конрад задумчиво перевёл взгляд на снег за окном. Монета ударилась об пол в следующие несколько раз. После очередного провала Конрад решительно выставил руки по бокам машины. — Давай. Я буду ловить, когда ты промахнёшься. Так мы сократим время между попытками и ускорим процесс обучения. Я буду просчитывать, в чём ты совершаешь ошибки, а потом корректировать твои действия. Главное — разработать технику. — Я сам справлюсь с этим. — Предлагаю попеременно поднимать и опускать руки. Гравитация работает против тебя, когда ты держишь их на одном уровне. — Ты ни разу не пробовал сделать подобного, так откуда тебе знать об этом? Конрад отобрал монету и установил её на кончике ногтя. Он щёлкнул по ней пальцем, и она закружилась юлой, но не упала. Конрад убедился, что машина непрерывно за ней наблюдает, считая обороты и вычисляя время остановки. — В мою программу вшит набор развлекательных игр и фокусов, — заметив вскинутую бровь, Конрад продолжил. — Понимаю. Звучит не так впечатляюще, как «тысяча и одна смерть для девианта», но я ведь верный компаньон человека, а не охотник. Вдруг детектив Уильямс захочет проиграть мне все свои деньги или ограбить вместе казино? Конрад сделал вид, что уронил монету, и диод восемьдесят седьмого вспыхнул, когда он не обнаружил её на полу. Не раздалось ни звона, ни других звуков падения. Шестьдесят пятый протянул руку к чужому уху, и монетка блеснула между пальцев. Коннор хмуро поднял глаза, и Конрад поспешил вернуть её. Восемьдесят седьмой не потребовал машину отойти, и программа адаптации RK900-65 восприняла это за одобрение с его стороны. RK900-87 просчитал свой следующий бросок. Конрад успел перехватить монетку прежде, чем та затеряется среди пыли на полу. — Попробуй ещё раз. У тебя получится, — Конрад улыбнулся. — Просто думай о том, что это может получиться у меня. Ты за это сразу уничтожишь или дашь шанс попрощаться с детективом Уильямс? Диод RK900 замерцал. К моменту, когда автомобиль лейтенанта Андерсона подъехал к дому, восемьдесят седьмой смог продержать монету в полёте на протяжении десяти секунд. Конрад в течении пяти. Отношения с машиной выросли. — Надо же. Все живы, — удивлённо осмотрелся Хэнк. Он опустил на пол два больших, но не тяжёлых пакета. Конрад заглянул в них, изучая купленную одежду. Девиант держал в руках массивную бутыль воды и смотрел куда угодно, только не на андроида в центре комнаты. — К счастью, ты уезжаешь. Купили прямой рейс до Форт-Уэрта. — Благодарю вас, лейтенант Андерсон. Ваша щедрость неоценима. — Ага, конечно. Можешь не тратить время, я тебе всё равно не верю. Просто хочу, чтобы ты наконец-то свалил и чтобы нам не пришлось вытаскивать тебя из какой-нибудь очередной передряги. Твоя задача — прикидываться человеком и не привлекать к себе внимание. Уверен, ты справишься, — Хэнк повернулся к восемьдесят седьмому. — На тебя тоже пришлось потратиться. Ты и без окровавленной рубашки отпугиваешь людей своей рожей, так что ищи, куда можно перелить воду. Нужно привести вас в порядок. Восемьдесят седьмой исполнил приказ, обнаружив подходящих размеров ёмкость в ванной комнате. RK800 крепко сжал полотенце, когда понял, что лейтенант взял Конрада на себя. Хэнк прикидывал, откуда будет лучше начать, разглядывая синюю спину, и Коннор медленно приблизился к восемьдесят седьмому. Машина не сдвинулась с места, когда влажное полотенце коснулось её щеки. Коннор стёр тириум со светлого уха. Затем отцепил воротник, бросая его на пол, и провёл полотенцем по шее машины. Волосы андроида тоже были в беспорядке, и девиант запустил в них пальцы, стараясь сохранять полное безразличие на лице. Ладонь задержалась на затылке, когда девиант скользнул взглядом по ресницам и губам машины. «Коннор, я могу всё объяснить, — не выдержал девиант. — Пожалуйста, только выслушай меня. Как только мы останемся вдвоём, мы всё обсудим». Коннор опасливо оглянулся на напарника. Хэнк стоял к нему спиной так же, как и шестьдесят пятый, поэтому девиант рискнул, быстро потянувшись к губам машины. RK900 отвернул лицо. RK800 выронил полотенце и ушёл в другую часть комнаты. Программа уведомила об очередном снижении отношений. — Как будто только с конвейера, — оценил свои труды Хэнк. Пришлось снять с машины штаны, чтобы очистить ноги. Конрад придирчиво себя осмотрел. — А теперь, будь другом, оденься. Я из-за твоей белизны сейчас ослепну. Хэнк не заморачивался, поэтому купил андроидам одинаковую одежду. Машины заменили тёмные джинсы синими, затем надели регланы, которые были намного дешевле, чем рубашки. В шапках и парках андроиды стали казаться совсем идентичными. Конрад заметил, что восемьдесят седьмой застегнул молнию до самой шеи и повторил это действие за ним. — Лучше сними шапку, — передумал Хэнк, глядя на восемьдесят седьмого. — Ты постоянно молчишь, а твоя гирлянда хоть иногда сдаёт тебя с потрохами. Будешь надевать её только в тех случаях, когда придётся выдать тебя за человека. Восемьдесят седьмой убрал шапку во внутренний карман. Конрад улыбнулся детективу. — Благодарю вас за оказанную помощь, лейтенант. Я не мог рассчитывать на большее. Этот цвет очень подходит в тон моему лицу. У вас отличный вкус! — Не то, чтобы я старался. Буквально схватил первое, что попалось на глаза, — Хэнк с любопытством глянул на восемьдесят седьмого. — Ну. А ты ничего сказать не хочешь? Например, спасибо? — За что? Хэнк втянул носом воздух, оборачиваясь к напарнику. — Мы точно не можем послать его в Форт-Уэрт? — Нет, лейтенант.

***

На вокзале во второй половине дня было полно народу. Коннор невольно заметил скамейку, рядом с которой совсем недавно они проводили задержание Дэвида. — Коннор, ты чего застыл? Нам туда. Автобус на Форт-Уэрт должен был уже подойти к платформе. Коннор видел водителей, готовящихся в долгую поездку. — Лейтенант Андерсон, я могу поговорить с Конрадом наедине? Ненадолго. — А тебе обязательно делать это без моего присутствия? Или меня уже не нужно вводить в курс своих дел? — Это касается «Киберлайф» и RK900, а вы сказали, что больше не желаете об этом слышать. Мы отойдём не далеко. Я буду в поле вашей видимости. Хэнк подозрительно посмотрел ему вслед. Девиант очень странно вёл себя в магазине и молчал, когда лейтенант обедал. Его диод часто менял цвета без какой-либо причины, а лицо не выражало ни одной эмоции. Детектив решил не портить лишний раз отношения, задавая компрометирующие вопросы, но в одном убедился точно. Напарник больше ему не доверяет и, очевидно, скрывает что-то очень важное. Девиант отошёл как можно дальше от толпы людей и обернулся к шестьдесят пятому. — Я придумал, как помочь Коннеру, — Коннор вынул из кармана два билета. — Ты сойдешь на остановке в Канзасе. Оттуда пять часов до Денвера. Забери Коннера, и вы вместе отправитесь в Форт-Уэрт. Главное — убедить Эрика отдать его тебе. — Зачем? — Что зачем? — Зачем мне делать это? Коннор всмотрелся в спокойное лицо машины. — Потому что иначе он может погибнуть. Эрик очень опасен. Будет лучше, если Коннер останется с тобой. Я не могу уехать из Детройта. Только у тебя есть возможность его спасти. Объясни детективу Уильямс, почему задерживаешься. Она обязательно поймёт. — RK800 выполняет свою работу. Он должен оставаться в Денвере, пока это выгодно «Киберлайф». — А ты увезешь его оттуда силой. «Киберлайф» решит, что Эрик его уничтожил. Они заподозрят его в девиации, а самого Коннера отключат от своей сети, как сделали это со мной. Коннер перестанет им подчиняться и будет свободным. Если детектив Уильямс не позволит ему остаться с вами, то пусть приезжает к нам. В Детройт. Конрад разочарованно покачал головой. — А говорил, что ты не такой наивный, как Коннер. Коннор не успел среагировать, когда RK900 вырвал билеты из его руки. Они в одно мгновение исчезли в рукаве. — Коннер останется в Денвере выполнять свою работу. Эрик закончит аттестацию, потому что имеет все шансы сделать это. А я отправлюсь в Форт-Уэрт, куда ты и твой дорогой лейтенант Андерсон мне так любезно предоставили дорогу. Я слушал тебя раньше, когда ты был полезен. Сейчас в этом нет никакого смысла. — Верни билеты. — А иначе что? Позовёшь Коннора? — на губах RK900 застыло что-то, напоминающее усмешку. — На каком ты сейчас месте в его приоритетной таблице? В пятерку входишь? Можем спросить у него, кого из нас он теперь будет слушать, но лучше не вынуждай меня это демонстрировать. — Конрад, — девиант постарался контролировать уровень стресса. Ради Коннера он должен переубедить андроида. — Я понимаю. Ты машина, которая подчиняется «Киберлайф». Ты ничего не чувствуешь и следуешь задачам, но ведь там, в саду, ты меня услышал. Ты помог Коннеру и вернулся за ним. Ты нужен ему. Возможно, прямо сейчас он ждёт и надеется, что ты ему поможешь. — Это, несомненно, трогательно, но спасение RK800 не входит в список моих задач. Детектив Уильямс мой наставник. Детектив Ньюман займёт это место в случае её смерти. Я просчитываю свои действия наперёд, чтобы мне, подобно Эрику, не пришлось находиться в подчинении устаревшей модели. Я не устанавливаю дружелюбных отношений со всеми подряд, как тебе это могло показаться. Я делаю всё, что нужно для выполнения задачи. И если для этого мне придётся позволить девианту собой командовать и вместе с ним пробраться в «Киберлайф» — я это сделаю. — Как ты можешь так говорить? Это твоя благодарность? За всё, что мы для тебя сделали? Коннор спас тебя! — И я благодарен ему за это. Не тебе. Твоё существование имеет смысл только для лейтенанта Андерсона, но даже это ненадолго. Когда аттестация закончится, и Коннор займёт твоё место, где ты окажешься? Не лучше ли признать, что не достоин носить звание полиции, набраться смелости и уйти сейчас? — диод RK800 пылал, но Коннор молчал. — Чувства тебя испортили. Сделали слабым и уязвимым. Не стоило становиться девиантом и предавать «Киберлайф». Раньше у твоего существования хотя бы был смысл. Конрад собирался уйти, но девиант загородил ему дорогу. RK800 высокомерно вскинул лицо. — Как ты и сказал, ты не делаешь ничего, в чём не видишь смысла. Значит, ты говоришь мне всё это с какой-то целью. Хочешь, чтобы я продемонстрировал свою нестабильность на глазах сотни человек или только на глазах Коннора? — девиант прищурился, успев заметить, как мигнул чужой диод. — С каких пор ты его защищаешь? Намекаешь мне уйти и отдать ему своё место. Зачем бесчувственной машине это делать? Какой в этом смысл лично для тебя? — напирал девиант, заставив андроида отойти назад. Разницы в росте для RK800 будто не существовало. — Не думай, что в чём-то лучше меня. Сейчас Коннор меня не послушает, но дай нам пару минут наедине, и я быстро исправлю ситуацию. Конрад остановился, и девиант встал вплотную, заставляя смотреть на себя. — Я знаю, кто я и кем я не являюсь. Я делаю только то, что сам считаю правильным. Я знаю, для чего я существую. У меня есть семья, а твои задачи не дадут тебе в конце ничего кроме новых задач. Ты будешь подчиняться людям, и год за годом тебя будут использовать, пока однажды тоже не найдут замену. И сколько бы ты не старался, каких красивых слов не говорил, ты будешь оставаться всего лишь расходным материалом в руках человека. Безжизненный кусок металла, который упустил свою возможность стать лучше. Конрад столкнул девианта с дороги и направился к автобусу, подъезжающему к платформе. Коннор пошёл за ним, не спуская с машины глаз. Хэнк хмуро посмотрел на андроидов, когда те приблизились. — Надеюсь, мне не нужно ждать от вас очередного гениального плана? — Нет, лейтенант, — ответил RK800. — Мы с Конрадом обсуждали, кто сможет встретить его в Форт-Уэрте. — Детектив Ньюман заберёт меня на вокзале и доставит к детективу Уильямс в больницу, — кивнул шестьдесят пятый. В автобус уже начали заходить люди, поэтому машина протянула руку человеку. Хэнк не сразу понял, что нужно андроиду. — Я благодарен вам за всё, что вы для меня сделали, лейтенант, пусть вы и не верите в мою искренность. Сейчас детектив Уильямс сама нуждается в средствах, но при первой же возможности, мы обязательно перешлём вам деньги за одежду и на ремонт машины. — Не стоит. Не надо ничего присылать. Не знаю, что за хрень произошла в «Киберлайф», но на Конноре ни царапины и вряд ли ты случайно словил спиной с десяток пуль, — Хэнк задумчиво потёр ладони после того, как пожал руку андроида. Она была просто ледяной. — Знаешь, я, кажется, понял, почему ты мне не нравишься. В этом всё дело. Внешне ты стал слишком похож на человека. А мы бываем ещё теми бесчувственными тварями. И в тебе, помимо всего прочего, есть то, чего нет в других машинах. — И что же? — без интереса уточнил Конрад. Он рассчитывал успеть поговорить с RK900 перед отъездом, а детектив его задерживал. — Не знаю. Может, душа? Если такое вообще возможно, — задумавшись, Хэнк не заметил того, как посмотрел на него RK900-65. — Ладно, вали отсюда. И не забудь передать привет своей симпатичной напарнице. Конрад улыбнулся лейтенанту, а после подошёл к восемьдесят седьмому. — Обычно люди обнимают друг друга на прощание. Это считается невербальным способом передачи информации. Если не приступать к анализу носителя, у нас получится добиться похожего эффекта, — Конрад не дождался от машины никакого ответа, поэтому шагнул вперёд и прижал её к себе. — Для меня было честью с тобой познакомиться. Встретиться лично и узнать поближе. Ты можешь поддерживать со мной связь и дальше, если посчитаешь нужным. Я точно не буду против. «Не позволяй девианту себя использовать, — RK900-65 подключился к чужой системе. — У RK800 был шанс показать, на что они способны. Наступило наше время». Конрад скосил глаза, убеждаясь в том, что RK800 внимательно следит за ними. Шестьдесят пятый заглянул в лицо машине. — Кажется, девиант вытер не всё. Я уберу, если ты позволишь. Конрад стёр анализатором несуществующее пятно голубой крови на бледной щеке. RK900-87 не сдвинулся, поэтому машина посмотрела в серые оптические модули, дожидаясь реакции. — Господи Иисусе, какого хрена ты творишь? — не сдержался Хэнк. Конрад удивлённо отстранился от RK900. Коннер не советовал делать подобного с людьми, но ведь он и не прикасался к человеку. — Коннор, быстро подошёл ко мне! Восемьдесят седьмой подчинился приказу, и Хэнк схватил его за руку, притягивая к себе. Детектив брезгливо вытер лицо машины рукавом. — Какому идиоту показалось, что функция «облизывать всё подряд» отлично поможет вам вписаться в общество? Ни на минуту нельзя оставить тебя без присмотра! Быстро иди в машину! Получив удар по затылку, андроид направился к автомобилю. Конрад бросил взгляд на RK800, прежде чем подняться в автобус. Шестьдесят пятый вынул билеты, задумчиво рассматривая один из них. — Совсем долбанутый, — покачал головой Хэнк. Он посмотрел на прямого словно струна девианта. — Уже чувствуешь это, Коннор? Облегчение. В следующий раз мы испытаем его, только когда избавимся от второго придурка. Хэнк сел в машину, не замечая того, как напарник смотрит вслед уезжающему автобусу. Лейтенант поправил зеркало заднего вида, рассматривая в нём только одного RK900. — Итак. Что за хрень это была? Ты и после этого будешь утверждать, что не планируешь становиться девиантом? Нашего разговора о Саймоне тебе показалось недостаточно? — машина молчала, как и девиант, севший в автомобиль. — Какого вообще хрена ты его спас? Кто тебя об этом просил? У тебя было другое задание — спасти Хэмила. — Приказ «защищать собственность «Киберлайф» имел приоритет выше, чем выполнение ваших приказов. — Ты проходишь аттестацию со мной или со своим сраным «Киберлайф»? До сих пор мне казалось, что ты должен заручиться именно моей поддержкой. От меня зависит, с какой характеристикой ты от нас уедешь. А если бы Хэмил отключился, пока мы разбирались с тем, что случилось? Да он там кровью истекал, пока мы тратили на тебя своё время! Девиант холодно обернулся к машине, дожидаясь того, что она ответит. RK900 смотрел в другую сторону, но Хэнк не собирался оставлять это просто так. — Я задал тебе вопрос! Ты обязан подчиняться моим приказам, но поступил по-своему. Из-за тебя наше расследование было под угрозой. Жизнь Хэмила висела на волоске, но RK900 показался тебе важнее! — лейтенант видел, как озолотился диод RK900, но не остановился. — Это ты машина безропотно подчиняющаяся приказам? Если RK900 не хватает ума делать то, что я у него прошу, тогда в «Киберлайф» дважды облажались! — Я сделал то, что должен был. У PJ500 были шансы, а у RK900 нет. Мне нужно было выполнить приказ, я отказывался от трансфера, но установки не позволили мне сделать этого. В том, что я провалил задание, ошибка моих разработчиков. Не моя! RK900 замолчал, и Хэнк долго на него смотрел. Машина тоже не отводила взгляда, дожидаясь очередной агрессии. — Что? Сам догадался? Наконец-то. Надеюсь, в следующий раз ты поступишь так же, — морщинка меж бровей RK900 исчезла, и Хэнк продолжил. — Иногда правильный выбор — это нарушить приказ, а не следовать ему. Твоя ошибка, провал, называй это, как хочешь, сегодня спасла чью-то жизнь. Даже если вы уверены в том, что являетесь бесчувственными кусками металла, один из них только что продемонстрировал, что очень благодарен тебе за своё спасение. И он как нельзя кстати тоже RK900! Может быть, хотя бы этот факт запустит хоть что-нибудь в твоём механическом сердце. Хэнк завёл автомобиль, и андроид задумчиво опустил взгляд. Машина анализировала услышанное, когда в систему выполнилось подключение. «RK900-65 проявляет признаки девиации. Его версия — самая непродуманная из партий RK900. Твоя система защиты не считает, что лучше не поддерживать с ним отношения?» RK900 проигнорировал девианта. Коннор лишь внешне делал вид, что смотрит в окно. «С другой стороны, мы, RK800, совмещаем в себе и адаптацию к людям, и серьёзный подход к выполнению заданий. Нас не пришлось делить на три части, надеясь, что хотя бы один из нас не провалится». «Я заметил, как RK800 соединили в себе все свои функции. Вас было трое, но даже так вы не справились с одним RK900. Единственная причина создавать RK800 состояла в том, чтобы увидеть вашу беспомощность и перейти к нашей разработке». Стресс девианта повысился, но он не собирался демонстрировать эмоции. «Не сомневался в том, что ты начнёшь поддерживать своих новых друзей. Ты ведь не ставишь ни во что чужие жизни. Как и Эрик. Как Конрад. Как Ричард. Вы отличаетесь, но во всех вас есть одна общая черта. Ваша безжалостность». RK900 не отвечал, но и не запрещал передачу сообщений. Коннор задал вопрос, волнующий его больше всего остального. «Почему ты позволил Конраду это сделать? Чтобы это увидел я или потому что ты сам был не против этого? Как за такой короткий срок ему удалось добиться твоего расположения? Что он сделал?». «Тебя это не касается». Коннор решительно обернулся. — Я спрашиваю, что он сделал? — А я ответил, что тебя это не касается. — Какого хрена? — Хэнк перевёл взгляд с одного на другого. — Вы же сидели и молчали. «Это было что-то похожее на то, что я увидел на вокзале?» — девиант не осмелился спрашивать этого вслух. Появилась возможность разрушить отношения с RK800. Программа адаптации предложила отправить ему изображение RK900-65 за секунду до того, как тот оказался прижат к столу. На тот момент расстояние между двумя машинами было настолько минимальным, что этого кадра должно быть достаточно, чтобы девиант сам отказался от отношений. — Отвечай на вопрос! — Да объяснит мне кто-нибудь, что за херня происходит? — со злостью дёрнул руль детектив. — Просто ответь мне! И я оставлю тебя в покое! Обещаю! — убедительно произнёс девиант. — Коннор. Что он сделал? RK900 разрешил отправку изображения, снимая с неё блокировку. Программа отношений «Коннор» должна была мгновенно отключиться, но этого не произошло. Коннор за секунды оказался на заднем сиденье. RK900 не успел выставить блок, чтобы защитить лицо от удара. Хэнк нажал на тормоза. Шины заскользили по дороге, и автомобиль унесло к бордюру. Девианта не получалось остановить, а подзадача не позволяла его бить. RK900 вцепился в чужой корпус, повалив андроида на сиденье и придавив собой. Единственным преимуществом в тесном пространстве против быстрого девианта была разница в весе, но RK800 активно вырывался. Хэнк вышел из машины, убеждаясь, что ни во что не врезался, и открыл заднюю дверь. Детектив схватил RK900, вышвыривая его наружу. Восемьдесят седьмой упал на землю, но тут же поднялся на ноги. Искусственная кожа на лице стала восстанавливаться в местах удара. Следующим Хэнк вытянул за ремень джинс мятого девианта. — Нахер. — Голос детектива был подозрительно спокойным, и девиант напрягся. — С меня хватит. Всё. Точка. Не знаю, что на этот раз я пропустил, хотя вы сидели прямо у меня под носом, но даже выяснять не хочу. Я не могу тебе приказывать, Коннор. Ты не обязан меня слушаться и спорить с тобой бесполезно, поэтому мы поступим по-другому. RK900, — Хэнк повысил голос, оглянувшись к машине, — я запрещаю тебе с ним говорить, отвечать на его вопросы, писать, подмигивать, печатать и стучать Азбукой Морзе. Захочешь сказать ему что-то важное — спрашиваешь у меня на это разрешение. Попытаешься обойти приказ — самоуничтожаешься. А теперь оба сели в машину и не издаёте ни звука, пока мы не приедем на место. Богом клянусь, пешком топать будете! Прайс жил на предпоследнем этаже двенадцатиэтажного дома в не самом благополучном районе. Хэнк порадовался тому, что работает лифт, но, оказавшись внутри, тут же пожалел об этом. Андроиды стояли по разные от него стороны. Коннор сосредоточенно смотрел перед собой, а RK900 подкидывал монету. Машина ловко перекидывала её из одной руки в другую. Коннор пихнул его в плечо, и монета отскочила в стену. — Коннор, — угрожающе начал Хэнк. — Простите. Я подумал, что такая высокофункциональная модель как RK900 сможет предугадать мои действия. Но, видимо, они не так хороши, как о себе говорят. Хэнк пожалел о том, что не отказался от дела Хэмила, когда была возможность. Голова детектива уже откровенно болела. — Коннор, займи себя чем-нибудь полезным. Узнай, как там Хэмил. — Я больше не поддерживаю связь с Иерихоном. Предположу, что с ним всё в порядке. — Это и есть отличная возможность поговорить с Маркусом! Спроси, нужна ли какая-нибудь помощь, как прошёл ремонт, где Хэмил сейчас. — Обратитесь с этим к RK900. Саймон будет очень рад его услышать. Хэнк крепко сжал руки в кулаки. Лифт остановился, и детектив первым из него вышел, надеясь как можно быстрее обнаружить квартиру Прайса. RK900 собирался выйти следующим, но его сбил плечом RK800. Лейтенант остановился напротив квартиры подозреваемого. Судя по звукам работал телевизор. Хэнк постучал, но даже спустя полминуты никто не поторопился подойти к двери. — Это полиция. У нас есть к вам несколько вопросов. Детектив продемонстрировал удостоверение в глазок, предполагая, что Прайс может смотреть в него прямо сейчас. — Неужели спит? — предположил детектив, начиная стучать громче. Только если Прайс выпил, то шум от телевизора и двери не будет его беспокоить. — Может, взломаем дверь? Скажем, что услышали странные звуки, поэтому ворвались внутрь. Я не собираюсь торчать здесь до самой ночи. Что скажешь, Коннор? Хэнк обернулся к андроидам. Диод RK900 озолотился, и машина кинулась на него, сбивая с ног. Раздался выстрел. Пуля не задела черепа человека, но пробила противоположную стену. Хэнка так оглушило, что он не сразу понял, откуда сверху полетели щепки. Машина прижала его к полу на тот случай, если обстрел продолжится. Программа имитации вовремя уловила среди многочисленных звуков из квартиры щелчок затвора пистолета. RK800 вышиб дверь, вскинув оружие вверх. Прайса уже не было в прихожей. Девиант прошёл внутрь, готовясь к нападению с любой стороны. В гостиной тоже оказалось пусто. Человек мог быть в следующей комнате, но взгляд карих глаз зацепился за открытое окно и пожарную лестницу. Коннор легко перепрыгнул подоконник. Прайс стремительно петлял по металлической лестнице вниз. RK800 поднял пистолет, целясь в отдаляющегося человека. Диод пылал, но в системе девианта не было ни одного сомнения в том, что он делает. Допроса не будет. RK900 схватил девианта, препятствуя нарушению закона, и пуля отскочила от стены, минуя окно. RK800 вырвался, безошибочно нанося сильнейший удар по чужому тириумному насосу. Модуль на время остановил перекачку крови, и RK900 схватился за металлические прутья, чтобы не упасть. Девиант проследил взглядом за целью. Прайс испугался выстрела и залез в одну из квартир. Коннор не стал тратить время на ступени, перелетая сразу по нескольку этажей, удерживаясь за металл. Он проник в ту же квартиру, быстро добегая до распахнутой входной двери. Если Прайс окажется на улице, то затеряется среди толпы. Коннор собирался бежать следом, но что-то было не так. Он бы услышал топот ног на лестнице. Девиант резко обернулся, успевая выстрелить в целящегося из квартиры человека. Прайс вскрикнул, упав на пол, и девиант подошёл ближе, направляя пистолет на его голову. — Нет! Пожалуйста! Не надо! Не стреляй! Прайс попытался дотянуться до своего пистолета, и RK800 вдавил его руку в пол. Раздался хруст. Человек закричал от боли, и андроид склонился, чтобы ударить его в лицо. Это оглушило Прайса. Коннор отвёл руку для следующего удара, но замер, обнаружив пистолет, нацеленный в собственную голову. Он не видел, когда RK900 проник в квартиру. Не слышал, как тот спустился. Не заметил того, как он поднял оружие. Существовала только цель. Прайс отключился из-за слишком сильного удара по голове. — Он пытался убить лейтенанта Андерсона. — Диод RK800 болезненно мерцал. — Он хотел убить его. Лейтенант Андерсон — моя семья. Почему я не могу сделать это? — голос девианта сорвался. — А если бы у него это получилось? Если бы ты опоздал? Машину не удовлетворил этот ответ. Дуло пистолета всё ещё угрожающе целилось в лоб. Коннор осознал, как выглядит. Не контролирующий себя, не способный хладнокровно мыслить и нестабильный. Кровь Прайса окрасила кисть руки. В другой зажат пистолет. Пальцы подрагивали, выдавая состояние девианта. Коннор бросил пистолет, и RK900 медленно приблизился, чтобы его поднять. Машина следила за девиантом, когда прятала оружие в глубоких карманах парки. Коннор сидел на полу, глядя на каплю крови, стекающую по лицу человека. Девиант видел, как близко стоял детектив, когда раздался выстрел. RK900 сам чуть не попал под пулю, но вовремя пригнул голову. Гнев. Это чувство хуже всего контролировалось девиантом. Оно было сильнее программы. Коннор запоздало понял, что если бы убил Прайса, то сам оказался бы за решёткой. Маркус решал бы, что с ним делать. RK900 легко оторвал человека от пола, вынося его из квартиры. Им нельзя оставаться на частной собственности. Машина вошла в лифт и опустила Прайса на пол. RK900 решал, куда будет лучше поехать, вверх к лейтенанту Андерсону или вниз, чтобы погрузить подозреваемого в полицейскую машину, но RK800 сделал этот выбор за него. Коннор заблокировал двери лифта, нажимая стоп-кнопку, чтобы никто не смог его вызвать. — Я, — девиант нервно опустил взгляд. RK900 просканировал RK800. Если стресс поднимется ещё выше, машине придётся вмешаться. — Я не хотел этого. RK900 не мог ответить, но отвернул лицо, когда девиант подошёл слишком близко. Подозреваемый на полу RK800 не волновал. Коннор вжался лбом в плечо машины. Если оттолкнуть его, это повысит стресс, который и так слишком близко к уровню самоуничтожения. — Коннор, — слабо позвал RK800. RK900 давно не был так близко. Машина сама могла получить пулю, но не задумалась о себе ни на секунду, не воспользовалась ситуацией, чтобы избавиться от наставника. Девиант сжал ткань на рукаве его куртки. — Коннор, — RK800 добрался пальцами до холодной ладони машины. — Прости меня. RK900 получил ответное сообщение от лейтенанта Андерсона. Детектив осматривал квартиру и велел оставаться на месте до прибытия подкрепления. — Я не должен был тебе врать. Я просто не знал, что мне делать. Я прибыл в «Киберлайф» в надежде, что смогу узнать у Коннера, как профессор Бран сделал его машиной. Я уверен в том, что раньше Коннер был девиантом. Профессор заставил его подчиняться приказам. Он сломал его. А я хотел помочь. Узнать, как ему это удалось, и попытаться вернуть всё назад. И, если бы получилось, то испробовать этот способ на тебе. Сделать тебя девиантом, — Коннор со страхом ждал, что ответит машина, пока не вспомнил, что лейтенант Андерсон запретил ей с ним говорить. — Как я мог признаться тебе в этом? Я дорожу каждой минутой с тобой. И не знаю, что мне делать. Ты скоро уедешь, и я постоянно думаю об этом. Когда появился Конрад, а ты исчез, — девиант не смог найти подходящих слов, чтобы объяснить, что чувствовал. — Я всё время пытался тебя услышать. Но тебя нигде не было. Просто не было. Я не хочу думать, что тебя может не быть всегда, — Коннор сильнее прижался к машине. — Я не хочу оставаться один. Диод RK900 бесперебойно мерцал. RK800 тесно льнул к чужому носителю и хватался за одежду. Несколько минут назад андроид был другим. Жестоким и очень быстрым. RK800 сам не догадывается, какие впечатляющие качества в себе подавляет. Девиант не упустил и обезоружил подозреваемого, применил заложенные в него навыки охотника, лишил на время работоспособности машину, по характеристикам превышающую его собственные, и при этом больше не связан ни с Иерихоном, ни с его лидером. RK800 ответил правду на ранее заданный вопрос, и программа защиты против него приостановила свою работу. У RK800 никогда не получится сделать RK900 девиантом, но ему не обязательно знать об этом. Если он будет верить в то, что справляется самостоятельно, что его действия приносят результат, он не станет искать настоящих конфиденциальных данных, оставит в покое «Киберлайф» и забросит попытки выяснить, чего добился в своей лаборатории профессор Теренс Бран. — Ты дашь нам ещё один шанс, Коннор? Или я его не заслуживаю? Был только один способ узнать ответ. Коннор осторожно ткнулся в чужие губы. Девиант улыбнулся, когда машина подпустила его к ним. Коннор настойчивей повторил поцелуй. Стресс стал понемногу снижаться. Коннор развернулся, чтобы прижаться спиной к груди машины. Нужно было убедиться, что всё в порядке. — Обними меня. И не отпускай, пока я не позволю. RK900 подчинился, опоясывая руками чужой корпус. Восстанавливались действия, направленные на симпатию RK800, поэтому машина следила за лицом девианта, убеждаясь, что не использует слишком много силы. Коннор схватился за руки на своём животе и груди. — Поцелуй меня здесь, — Коннор подставил машине свой диод. RK900 пригнулся к нему, выполняя требование. Диод солнечно засиял. — Здесь, — Коннор улыбнулся, когда губы опустились к скуле. — Здесь, — Коннор приоткрыл губы, встречая RK900. Машина действовала с учётом полученного опыта, и Коннор зажмурился, реагируя на каждый электрический разряд, переходящий от одного носителя к другому при столкновении с анализатором. RK900 не закрывал глаз, следя за состоянием андроида. Девиант захватил пальцами ладони машины. Всё остальное было спрятано под одеждой. Коннор деактивировал кожу, но этого оказалось недостаточно. Девиант попытался задрать на себе рубашку, чтобы RK900 коснулся живота, но ткань крепко удерживали на месте тонкие подтяжки. RK800 потянул одну из рук андроида ниже, задевая ремень своих джинс. Так ощущения стали ярче. Коннор отстранился от губ, чтобы разобрать хоть что-то из того, что произошло в системе. RK900 прижимался холодной щекой к его уху, наблюдая за тем, что RK800 собрался делать. Коннор впервые чувствовал отзыв на каждое своё движение. Только он подумал, что упадёт, как RK900 вернул его в прежнее положение, прижимая к себе. Восемьдесят седьмой не мог предупредить о приближении лейтенанта Андерсона, поэтому, когда его голос раздался через стену, Коннор открыл глаза, не сразу вспоминая о том, где находится. Он погладил руку машины. «Коннор, отпусти». RK900 шагнул назад. Девиант проверил внешний вид машины, а после нажал на кнопку открытия дверей. Хэнк знал о том, что Прайс задержан, но не ожидал увидеть его на полу без сознания. — Господи. А повежливей с ним нельзя было? Девиант крепко сжал детектива в объятиях. Хэнк, боясь очередной смены настроения напарника, осторожно опустил ладони на его спину. — Эй. Всё в порядке. Ты чего? — Хэнк усмехнулся, потому что RK800 не собирался его отпускать. — Не волнуйся. Пока RK900 рядом, он никому не позволит прикончить меня раньше него. Я в полной безопасности. Коннор знал, насколько близки слова человека к истине, но так и не рассказал ему об Эрике. Лейтенант потрепал его по волосам, и стресс десятками процентов стал опускаться вниз, пока вовсе не стабилизировался. Прежде чем Джереми Прайс отправится в участок для выяснения обстоятельств произошедшего, его требовалось доставить в больницу и убедиться, что у него нет сотрясения мозга. Хэнк пристегнул его наручниками к каталке скорой помощи и вызвал дежурного офицера, который будет контролировать все передвижения в палате подозреваемого. В участке оказалось удивительно пусто. Хэнк спросил, где остальные, и ему посоветовали зайти в зал совещаний. Фаулер устроил внеплановое собрание. Лейтенант мечтал поскорее отчитаться о задержании Прайса и поехать домой, поэтому усадил машину за свой терминал, чтобы RK900 начал писать отчёт, а Коннора попросил хотя бы полчаса держаться от андроида подальше. — Интересно, что случилось, — задумался Коннор, когда лейтенант скрылся в зале совещаний. Девиант передвинул свой стул к RK900, жалея о том, что кто угодно мог посмотреть в их сторону. Камеры тоже записывали происходящее. — Я так и не сказал тебе спасибо. За то, что ты спас лейтенанта Андерсона. Уверен, он тоже благодарен тебе, просто ещё не готов признаться в этом. За сегодняшний день, Коннор, ты спас трёх машин, одного человека и дважды девианта, который очень желает отблагодарить тебя за это. RK900 заметил, что девиант касается своей ногой его колена. Коннор нахмурился, невольно вспоминая об RK900-65. Машина занималась делом, поэтому девиант выполнил подключение к чужой системе, поверхностно изучая данные. Коннор не собирался обсуждать это с RK900, не сейчас, когда только получил его назад, но просто обязан узнать обо всём, что было. — Коннор, — мягко позвал RK800. Машина перевела на него взгляд серых глаз. — Между тобой и Конрадом ничего не произошло. Я ведь прав? — когда андроид прищурился, девиант улыбнулся. — Я не вижу никаких сильных сдвигов в списке приоритетов в то время, когда нас с лейтенантом Андерсоном не было. Конрад должен был в таком случае подняться намного выше, чем был я. Но я всё время оставался первым в списке. RK900 отвернулся. Девиант о многом хотел спросить, но придётся найти способ, как отменить последний приказ лейтенанта Андерсона. Коннор опустил ладонь на колено андроида, пользуясь тем, что это не было видно под столом. Хэнк вернулся спустя несколько минут. Коннор заметил, как растерянно он посмотрел на один из пустых столов. — Лейтенант Андерсон. Что-то случилось? В честь чего организовано собрание? Хэнк замер, странно посмотрев в ответ. Взгляд голубых глаз остановился на RK900. Машине только что поручили новое дело. — Кажется, Рид мёртв.