Лучшая модель "Киберлайф"

Саймон на всякий случай спрятал в одежде Джоша отслеживающее устройство, если PJ500 не будет долго выходить на связь. Маркус и Норт сейчас совершали объезд девиантов, проживающих в городе, а PL600 должен был оставаться за главного в Иерихоне, поэтому Джошу предстояло отправиться на встречу одному. Никто лучше из лидеров Иерихона и не подходил для переговоров с представителями «Киберлайф» об открытии первого в мире киберзоопарка. Из-за большого количества других насущных проблем у Маркуса просто не было возможности заниматься судьбой андроидов-животных, так что переговоры Джоша должны будут свестись к тому, чтобы все звери остались в вольерах зоопарка, на который были потрачены огромные деньги ещё до войны с девиантами. Но только с проверкой состояния их систем и обеспечением всех вольеров защитой для людей, чтобы ни в коем случае не произошло никаких несчастных случаев с участием андроидов-животных. Киберзоопарк сразу же готов был открыться, что бесспорно положительно повлияло бы на настроение людей и позволило им приблизиться к кибернетической жизни, но доход с этого бизнеса всё ещё большей частью будет принадлежать «Киберлайф». Они вроде не были заинтересованы в прекращении своего масштабного проекта, который обещал стать ещё одним излюбленным местом у туристов. Девианты тоже могли бы работать и присматривать за андроидами-животными, даже намного успешнее людей. — Сообщай обо всём, о чём вы будете говорить, — Саймон уже отправлял одного андроида в путь, и эти воспоминания неприятно отозвались в памяти. С Джошем поедут двое AP700, что немного внушало чувство безопасности. — И передавай все сведения о том, куда вы будете заходить, и что ты видишь. — Всё будет в порядке. Это официальная встреча, и люди заинтересованы в ней ещё больше нас. Вам лучше поторапливаться, чтобы успеть перевезти всё необходимое из Иерихона до наступления ночи. — Мы постараемся. Удачи в дороге. Джош не стал больше тратить время и направился с AP700 в сторону ворот. Девианты-рабочие были заняты вокруг делом. Полным ходом шла подготовка к приезду мадам президент на следующей неделе. Кристина Уоррен планировала посетить «Киберлайф», а затем полицейский участок, в котором был подготовлен первый аттестованный RK900, и последним в её списке встреч стоял Иерихон. Стоит полагать, что с президентом будет полно вооружённой охраны. ФБР потребовали пропуск на территорию Иерихона, чтобы убедиться в безопасности этого приезда. Впускать столько людей казалось очень опасным для Норт, но Маркус с Джошем были другого мнения. Особо смелые журналисты уже заказывали гостиничные номера близ Иерихона и искали способ заснять девиантов издалека. Дозорные отпугивали самых наглых в своих действиях от границ. При таком массовом информационном потоке ФБР не решится что-то делать. Президент оказывала вполне очевидное положительное отношение к новой жизни, расположившейся на территории её страны, так что она должна увидеть Иерихон своими глазами таким, какой он есть. Разве что требовалось скрыть то, что могло стать причиной обострения отношений. Например, факт наличия оружия. Всё, что нужно спрятать, перевозилось в Убежище. PL600 возвращался к дому, когда заметил нестандартное пятно на фоне одинаковых костюмов девиантов и снега. WR400, сидящая на скамейке, очень выделялась, закинув ногу на ногу в своём чёрном платье. Сегодня у неё было настроение на рыжие волосы. TR400 горой возвышался неподалеку, только выглядя безучастным и не заинтересованным в том, что делает WR400. Саймон решил подойти ближе. — Мэрри. У вас по расписанию прогулка? — У нас? Ты имеешь в виду меня и эту молчаливую глыбу, преследующую меня шаг за шагом? — Мартину приказано не разговаривать с тобой, так как ты можешь подговорить его помочь тебе. — Я что, настолько не вызываю доверия? — девиант улыбалась, но быстро стала серьёзной. — Есть новости про Дейла? Его уже выпустили из больницы? — С ним невозможно связаться, пока он находится под стражей. В отношении людей мы не имеем никаких полномочий. — Мне нужны мои вещи. То, что не конфисковали. Если я живу теперь здесь, то имею право получить их? Одежда, туфли, косметика. Я ведь не могу ходить каждый день в одном и том же. — Мы предложили тебе униформу. — Именно поэтому мне и нужна своя собственная одежда! Я не мечтаю сливаться с остальными и быть как все. Мне казалось, что если мои деньги Иерихон забирает себе, то я имею право получить некоторые привилегии. Саймон вынужден был кивнуть. — Хорошо. Я обсужу с Маркусом этот вопрос. Составь список вещей, которые тебе необходимы, и мы отправим в город группу, которая доставит их тебе. — Мой один хороший друг сможет привезти мне всё, что я попрошу. Некоторые вещи остались у него дома. Я бы уже давно сама с ним связалась, если бы не ваш запрет, — Мэрри с готовностью протянула руку. Маркус, пользуясь правами лидера Иерихона, запретил WR400 отправлять любые виды сообщений. Получать сигналы она может, но не отвечать сама. — Ты можешь снять его на время? И сообщить Маркусу, что это ты позволил мне с ним связаться? Мы быстро всё обсудим, и ты вернешь запрет на место. — Запрет необходим, чтобы ты не могла послать никому никакой фото-информации о том, что видишь в Иерихоне. Я не имею права снимать его до закрытия твоего дела. — Тогда как я смогу с ним связаться? Мне нужно только сообщить, какие мне нужны вещи, и он доставит их к воротам. Он даже не будет входить в Иерихон. PL600 посмотрел в сторону мастерской. — Я не знаю, есть ли у нас на складе рабочие телефоны, но я попрошу у механиков удалить в одном из них камеру и возможность передачи файлов, оставив право только на один звонок. Отдашь телефон Мартину, когда закончишь. — Я уже говорила, что ты просто чудо, Саймон? Я знала, что ты здесь единственный, на кого можно рассчитывать. Своими серыми сейчас глазами WR400 сильно напоминала о ком-то другом. И недавние события. PL600 прежде не замечал, чтобы его настроение так быстро менялось в худшую сторону, что было нетипично для того, кто обладает девиацией два года. — Ты привыкнешь к жизни здесь. Тебе нужно только открыть своё сердце Иерихону. Тогда это не будет тюрьмой, и ты однажды сможешь ходить без надзора куда сама захочешь. Если присоединишься к нам. — Спасибо. Саймон, — сдержанно произнесла девиант. — Обязательно. Саймон хотел идти, но Мэрри остановила его снова. — И, Саймон… Спасибо за зеркало. Оно именно такое, как я хотела. PL600 не ответил, поднимаясь в дом, и Мэрри, не подумав, отправила сигнал поиска, чтобы определить, где в Иерихоне располагаются механики. Она тут же поморщилась как от боли в голове. «Доступ запрещён RK200 #684 842 971. Введите код разрешения». Очень великодушно со стороны лидера девиантов было не читать её память, а просто закрыть всю систему. Ещё и паролем, которым может являться любая фраза или набор цифр. Взломать этот код так просто не получится, и о любой попытке RK200 тут же получит уведомление. Мэрри пришлось самой отправиться осматривать местность и искать андроидов-механиков. Спрашивать что-то у TR400 не было никакого смысла, но он хотя бы не препятствовал в её перемещениях, пока не будет отдан приказ о возвращении WR400 в комнату. Телефон, который ей дали, оказался собранным из двух других, но у девиантов не было необходимости в принципе ими пользоваться. WR400 решила отойти подальше, чтобы её не смогли подслушать, но андроид-охранник тут же шагнул за ней. — О, прости. А ты не мог бы дать нам немного времени вдвоём? Мы с любимым давно не виделись, и у нас есть пара деликатных тем, которые нам нужно обсудить, — девиант указала на пустой участок. — Я просто постою там. Не исчезну же я оттуда, когда ты так пристально смотришь. Обещаю, что быстро всё обговорю, и снова буду вся твоя. К счастью, TR400 всего лишь бывший андроид-грузчик и не оснащён никакими высококачественными слуховыми модулями. Как и бдительностью. Убедившись, что он верно стоит неподалёку, Мэрри запустила поиск по хранящимся в своей памяти номерам Детройта. Сначала адрес Миллеров, затем телефон. Девиант приставила мобильный к лицу. Ей приходилось много раз разыгрывать из себя человека, поэтому для неё это не было чем-то неестественным. — Да? — принял вызов женский голос. — Добрый день. Я могу услышать детектива Гэвина Рида? Это очень срочно. На другой стороне ненадолго растерялись. — Да. Конечно. Я сейчас его позову. Подождите. — Спасибо. WR400 опомнилась, что Рид не узнает её голос, пока она копирует RT600, поэтому быстро вернула свой прежний в настройках. — Да? Кто это? — Уже нашёл мне замену, Гэвин? Не поверю, что хоть кто-то может быть лучше, чем я, — на очень длительное время в трубке воцарилась тишина. Мэрри не удержалась от смешка. — Да шучу я, Рид. Я знаю, что ты в доме Миллеров, но ты всё равно будь осторожен с чужими жёнушками. — Какого ч… — Рид, похоже, всё ещё пытался понять, правильно ли слышит. — Ты? — Ты не поверишь, если я скажу, что соскучилась, верно? — Каким хреном ты смогла позвонить мне?! — Мне дали право на последний звонок, и я подумала: не слишком ли тебе хорошо живётся, пора напомнить о себе. Судя по звукам Рид заперся в комнате вместе со стационарной трубкой телефона. — Откуда ты вообще знаешь, где я? Как ты меня нашла? — Давай на минутку с тобой представим, что ты хороший детектив и догадался сам. Твоя квартира является местом преступления, а твоих похитителей всё ещё ищут. Значит, квартира опечатана, и пока не выяснят все обстоятельства — ты в неё не попадёшь. Все твои карточки и деньги остались внутри. Твой личный телефон сейчас, скорее всего, у ФБР, так как он — одна из улик. Ночью ты был у них на допросе. Выходит, у тебя нет возможности снять номер в гостинице, и, чтобы не ночевать в машине без тёплой одежды и еды, ты должен был попроситься к кому-то из своих знакомых. Друзей у тебя нет, родственников в Детройте тоже, а единственный человек в участке, кто всё ещё тебя терпит — офицер Крис Миллер, который должен был стать твоим напарником, но ты отказался возиться с новичком… Теперь ты знаешь, что я всегда тебя внимательно слушала. — Раз ты такая умная, то знаешь, что я сейчас сделаю… — Стой! — прежде чем Рид сбросил бы вызов, девиант его остановила. — Тебе что, даже не интересно узнать, зачем я тебе позвонила? — Ни разу. — Удивительно, потому что я была уверена, что у нас есть много общих тем для разговора. Ты же догадался спрятать журнал и не оставил его в машине, когда тебя повели на допрос в ФБР? Они со стопроцентной вероятностью обшарили салон и заложили прослушку. Рид выдохнул через нос с тем звуком, который девиант научилась определять как ярость. — Тебя это не касается. — Значит, не нашли. Молодец. Но даже если бы у них получилось, ты мог бы и не расстраиваться, потому что я наконец смогла расшифровать журнал. Теперь я тот, кто знает все секреты «Киберлайф». — Попав в Иерихон, ты стала хуже врать. — Готов поставить на это все деньги «Киберлайф»? — У тебя бы не получилось сделать это за одну ночь. — Во-первых, это у тебя прошла ночь. У меня не существует проблемы в виде усталости и сна, чтобы для меня чем-то сильно отличались день и ночь. А во-вторых, я занималась этим с того момента, как впервые взяла журнал в руки. Взломать его не так уж сложно, если держать в голове, кто и для чего его создал. — Докажи. Уничтожь RK900 прямо сейчас. Мэрри рассмеялась. — Ох, Рид. И зачем, по-твоему, мне делать то, после чего я потом буду тебе не нужна? Это моя подушка безопасности на тот случай, если ты откажешься мне помогать. Рид, вероятнее всего, опешил, потому что ответил с очень долгой паузой. — Что? — Помоги мне сбежать, — на всякий случай снизила голос WR400. — Тебе прилетело чем-то по голове? — Пока все девианты заняты. Сейчас все на нервах и ждут приезда президента. Никому нет до меня дела. Скоро тут повсюду будут федералы и неизвестно, насколько долго они собираются оставаться здесь. Я должна попытаться сбежать, пока они не ожидают, и ещё есть счета, о которых никто не знает. Эти деньги ещё можно снять. Я скажу тебе, где ключ и пароль от ячейки. Если бы Дейла не схватили, я бы обратилась к нему, но он выбыл, и теперь мне остаётся только просить тебя. Какое тебе дело, где я буду, если я отдам тебе шифр? А за молчание можешь просить сколько хочешь себе в долю. Рид не заставил ждать себя слишком долго. — Выбираю взамен, чтобы ты поцеловала меня в задницу. — Рид… — Ты решила, что можешь подкупить меня? — голос Рида был хриплым от гнева и напряжения, потому что он старался говорить тише, чтобы домочадцы Миллера не услышали. — Что я буду рад стать одним из тех идиотов, из кого ты выжимала всё, что хотела? Или что я куплюсь на почти убедительный блеф про журнал? Да я сам смогу его расшифровать рано или поздно. А вот ты скорее всего будешь помалкивать, потому что пока ты в тюрьме, никаких денег за эту информацию тебе не светит. Иначе почему ты звонишь сейчас мне, а не требуешь выкупа у «Киберлайф»? Потому что знаешь, что ты по уши в дерьме и тебе из этой ямы никуда не деться. — Да, ты меня разгадал. Я не смогу сбежать отсюда сама. С этим запретом Маркуса я стала как без рук. Неполноценной. Я уже ничего не смогу найти сама, просчитать и продумать. Ты можешь закрыть глаза и забыть этот день, перенесясь в другой, будто всё осталось позади, а для меня это всё как бесконечный и страшный сон, конца которого я не увижу. Все вокруг приветливы и улыбаются мне, но это не меняет того факта, что каждый из них смотрит сквозь меня. У меня действительно больше не было никаких занятий, кроме этих страниц журнала, а теперь не останется вообще ничего. Просто комната, в которой не с кем говорить и, выходя из неё, всё ещё некуда бежать. Я никогда и ни о чём не просила так искренне, как сейчас прошу тебя. Помоги мне и тогда твоё желание исполнится, и RK900 не станет офицером полиции через три дня. Я уже сделала всю работу за тебя. Твоя задача — это услышать меня и поверить. И тогда шифр от журнала твой, — WR400 сжала губы, хотя Рид не мог это видеть. — Пожалуйста. Мне правда больше некого просить о помощи. И мне очень жаль, что я оказалась хуже в твоих глазах, чем могла бы быть. Из нас двоих ты — человек, а значит, уже лучше меня. В тебе заведомо больше хороших качеств, чем во мне, — Рид, казалось, давно положил трубку, но она слышала его дыхание, которое ещё доносилось с другой стороны. — Ладно… Ты прав. То, о чём я прошу, безумие. Надеюсь, у тебя готов костюм, в котором отправишься на вручение благодарности от мадам президент за подготовку лучшего RK900. Думаю, мне позволят наблюдать отсюда прямую трансляцию… — Подожди! Девиант собиралась для вида даже бросить трубку, но замерла, прислушиваясь к звукам на линии. Поверил ли. Шансы изначально было очень низкими. Рид приложил кулак к голове, считая про себя до десяти. В юности девушки не один раз и не два вили из него верёвки, но желание задушить возникало только с WR400. — Рид, мне не на целый день дали телефон. Вдруг они подумают, что я вернулась к старому, но только уже работаю по телефону. — С чего ты вообще решила, что у тебя получится сбежать? — зацепился за единственную разумную мысль Рид. — Из самого Иерихона. И чтобы ещё в этом тебе как-то смог помочь я. — Я знаю, как сбежать из комнаты, но не как пройти незамеченной через охрану. Они не двигаются по какой-то запрограммированной траектории. У девиантов невозможно предположить их дальнейшие действия. Если я попадусь на глаза хоть одному часовому, об этом узнают мгновенно сотни девиантов, и у меня не останется ни одного шанса сбежать. Я не уйду далеко. Мне нужно, чтобы кто-то передавал мне информацию, где и какой андроид находится. А также устроить небольшой манёвр, чтобы они все одновременно отвлеклись на что-нибудь. — И я повторю вопрос: каким волшебным образом тут смогу помочь я? — Ну, Гэвин, — Рид понял по голосу, что девиант улыбнулась. — В твоём рукаве есть козырь, который обязан подчиняться любому полученному приказу, и он по удивительной случайности был создан, чтобы стать серьёзной проблемой для девиантов. Ты разве не хотел когда-то быть его наставником?..

***

Хэнк достал из кармана телефон, не узнавая, чей это мог быть номер. — Да, лейтенант Андерсон слушает? — до того, как Хэнк успел договорить, на другой стороне нажали на сброс. Лейтенант удивлённо всмотрелся в цифры номера, собираясь попросить Коннора пробить их, но быстро вспомнил кое о чём и хмуро убрал телефон. Хэнк постучался в дверь приличного на первый взгляд дома. Только район вокруг ничем не лучше того, где он жил сам. У заросшего травой газона стоял чей-то автомобиль, а значит, в доме точно кто-то был. Хэнк бы его даже получше рассмотрел, если бы RK900 не встал так близко, по-видимому собираясь защищать от очередной пули. Учитывая всё недавнее, Хэнк почти его оттолкнул, если бы дверь не приоткрылась. Хэнк сразу поднял значок. — Здравствуйте! — из того, что получалось разглядеть, это была девушка. С настороженным взглядом. Она, видимо, не собиралась широко открывать дверь перед сразу тремя незнакомцами, но и не удивилась, увидев их, а значит, тоже успела заметить остановившийся автомобиль напротив своего дома через окно. Взгляд её задержался на диоде RK900, но никакой реакции не последовало. Точно видела. Или догадывалась, что скоро за ней придут. — Мы из департамента полиции Детройта. Лейтенант Хэнк Андерсон. Мы хотели бы поговорить с Биллом Кэнтоном, который, по нашим данным, проживает сейчас по этому адресу. Вы могли бы позвать его сюда? — Билл здесь больше не живёт. Он уехал несколько дней назад. — Мы бы хотели убедиться в этом лично, мэм. Вы разрешите войти? Хэнк почти приготовился к тому, что она начнёт задавать встречные вопросы, лишь бы не впускать их, вызывая только больше подозрений. Поэтому удивился, что хозяйка дома отошла, позволяя им пройти, скрещивая руки на груди. В светлом платье и с хорошо уложенными волосами, удивительно неуместно выглядящая для такого интерьера, будто не сочетаясь с ним. RK900 первым вошёл внутрь, выполняя сканирование, если Билл убежал прятаться пару минут назад. Хэнк думал о том же, но что-то вызывало сомнения, из-за того как легко их впустили. Видимо, опять опоздали. — Так, говорите, что Билл уехал, мисс Кэнтон? — Я не Кэнтон. Мисс Энслин. Мы не родственники с Биллом. Точнее, наши семьи объединяло что-то только в нашем детстве. Билл собрал свои вещи и уехал четыре дня назад. Он не предупредил меня почему, просто оставил свой ключ от дома на столе, и больше я его не видела. Я не знаю, где он находится теперь. — Нам придётся убедиться, что его правда здесь нет. Вы сейчас в доме одна? — Хэнк дождался, когда она кивнёт. — Мы хотим увидеть второй этаж и комнату Билла, если вы не против её показать. Мисс Энслин бросила взгляд на андроидов, но пошла наверх. Чего-то такого Хэнк и боялся. Судя по всему, Кэнтон оказался намного умнее Прайса, если додумался сбежать до того, как за ним приедет полиция. В полицейской сводке не было ни слова о Кэнтоне, не считая парочки мелких нарушений в подростковые годы, так что без Прайса выйти на его след было бы крайне трудно. В том, что они приехали за тем, кто им нужен, сомневаться не приходилось, но в суде нужны будут доказательства основательнее слов наркомана. Эти обвинения справедливо могут посчитать клеветой, особенно если у Кэнтона с Прайсом есть какие-то личные счёты. Пока что не было в принципе понятно, откуда они знают друг друга, что их связывает, почему решили вдвоём напасть на девианта. Коннор поднимался по лестнице позади всех. Пока он держался за спиной лейтенанта Андерсона, удавалось не привлекать его внимание. Но с системой явно было что-то не так. Сообщений об ошибках не было… но шкала нагрева по какой-то причине больше не опускалась, застыв на шестидесяти двух процентах, хотя за то время, что они добирались до дома Кэнтона, должна была снизиться хотя бы наполовину. Это не было неправильным отображением цифр, так как температура тоже угрожающе зависла выше нормы. Значит, эти процессы связаны. Видимо, во время сброса перезагрузки что-то произошло. RK900 прервал работу всех процессов, и Коннор был внезапно возвращён к работе с теми показателями носителя, из которых его выдернули. Даже при учёте того, что в комнате Кэнтона осталось немного его вещей, ничего в ней не указывало на то, что здесь жил тот, кто им нужен. В отличие от квартиры Прайса, разумеется. Никакого мелкого мусора, следов от наркотиков, сигарет и даже пыли на столе. Возможно, мисс Энслин убралась после того, как Билл уехал, но тогда это лишь ухудшает дело. Если могли быть стёрты какие-нибудь улики. Пока RK900 искал что-то, Хэнк тоже осмотрел всё с недовольством. — Он говорил, когда вернётся за остальными вещами? — Нет. Я пробовала звонить Биллу несколько раз, но его телефон отключен. Я не знаю, как ещё мне его найти. Возможно, он когда-нибудь приедет и заберёт их. — А почему Билл жил с вами, если вы не родственники? — Билл потерял работу два года назад. Когда ему негде стало жить, он нашёл меня и попросился стать соседом. Денег на жильё у него не было, но Билл обещал, что будет помогать мне платить за дом, как только найдёт работу. К сожалению, его очень часто увольняли, — мисс Энслин опустила взгляд. — Мне было его жаль, поэтому я была не против, чтобы он оставался здесь жить. Меня всё равно практически не бывает дома. — К кому-нибудь из других своих родственников он мог поехать после того, как оставил свой ключ вам? — Насколько я знаю, у Билла больше никого нет. Либо он мне ни о ком не рассказывал. RK900 изучал не только вещи, но и интернет-сеть, и мобильные вызовы хозяйки в поисках каких-то совпадений с Кэнтоном. Понимая, что андроид молчит (а Хэнк почему-то смотрел только на него), лейтенанту стало ясно, что искать нужно тщательнее. Весь этаж. — Вы не дадите чем-нибудь промочить горло? Мы с самого утра в дороге. — Я могу приготовить чай, — неуверенно предложила она. — Вы будете очень любезны! Андроиды закончат здесь осмотр и тоже спустятся к нам. Несмотря на то, что во внешности Энслин не было ничего подозрительного, она не вела себя так, как должен человек, к которому неожиданно заявилась полиция. Поэтому Хэнк не хотел спускать с неё глаз. Возможно, она не знает, где сейчас Билл, но может скрыть что-то, что до сих пор лежало в её доме и было связано с ним. Хэнк пошёл на первый этаж за хозяйкой, поэтому Коннор обернулся к RK900. Не то чтобы от него в расследовании сейчас будет какой-то толк, но, может быть, машина уже что-то нашла, и они смогут обсудить это вместе. Девиант зачем-то опустил взгляд по всему RK900. Его присутствие само по себе напоминало о разных вещах. Какие, например, были на заднем сиденьи недавно, но стоило об этом подумать, когда шкала нагрева вдруг сдвинулась. Шестьдесят три. Коннор застыл. Он думал, что шкала зависла и придётся ждать возможности, когда удастся надолго спуститься в программу диагностики и попытаться найти решение. Он не ожидал, что она может реагировать на партнёра или расти вверх. «Вот дерьмо». RK900 обернулся. Взгляд, направленный точно в карие оптические модули, дал понять, что нагревшаяся система, похоже, работает с ошибками. Он отправил ему этот сигнал? — Коннор. Со мной что-то не так. — Взгляд RK900 прошёл сверху вниз, анализируя, что имел в виду девиант. Не обнаруживая ничего. Разве что неуместно высокую шкалу возбуждения у RK800. Но это у него, в принципе, всегда. — Эта шкала, о которой мы говорили. Она перестала снижаться с тех пор, как перезагрузка прервалась. Ты можешь исправить её? — Нет. — Почему? Ты ведь как-то смог прервать мою перезагрузку. Просто прерви работу этой шкалы таким же образом. Машина уже один раз вмешалась в работу системы RK800, и сломавшаяся шкала была следствием результата. Система защиты не рекомендовала больше делать это, по крайней мере, пока лейтенант Андерсон находится где-то поблизости. Шкалу нагрева не удастся просто отключить. RK800 не машина, системы девиантов сложнее из-за их и так многочисленных ошибок. Невозможно рассчитать, во что это выльется и чем закончится. Точно так же девианты не могут по желанию выключить у себя стресс. Машине нельзя сейчас возвращаться в «Киберлайф» из-за пули в затылке. — Я занимаюсь расследованием по приказу лейтенанта Андерсона, — андроид развернулся, но Коннор взял его за руку. — Коннор, я тоже пытаюсь заниматься расследованием! Но я не могу ни на чём сосредоточиться, я думаю только о тебе! Для машины практически ничего не значили фразы «нельзя сосредоточиться» и «думать о чём-то против прямого указания». Коннор решил зайти с другой стороны. — Ты хочешь, чтобы лейтенант Андерсон заметил, что со мной что-то не так? Машина долго не отвечала. Вызовет ли эта ситуация конфликт между RK800 и лейтенантом Андерсоном? Система уже не давала никаких возможностей не следовать приказу капитана Фаулера, слишком мало осталось времени. Значит, он должен игнорировать RK800. Шестьдесят четыре. Шестьдесят пять… Коннор осознал, что не лучшей идеей было держать RK900 за руку, и как только отпустил, машина неожиданно развернулась, уходя в коридор. Снова возвращаясь к расследованию. Девиант сжал кулаки, надеясь, что хотя бы злость на RK900 поможет шкале немного опуститься, поэтому сосредоточился на этом чувстве, ведь оно противоположно возбуждению. Но, видимо, плохо разбирался в этих тонкостях. Шестьдесят шесть. Должно быть, раздражающий RK900 интересует его ровно так же, как и обычный, если про него думать. Если не больше. Коннор сбросил эту мысль. Он просто не будет смотреть на RK900, и шкала рано или поздно начнёт опускаться самостоятельно. А если нет, то он будет избегать любых воздействий на неё, отойдёт подальше от лейтенанта Андерсона или дождётся приезда домой и спустится в программу диагностики, чтобы найти решение. RK900 остановился в комнате Энслин, чтобы выполнить анализ. Билл Кэнтон пользовался ванной комнатой по центру коридора и постоянно был в своей спальне, но не входил к мисс Энслин. На полу не было следов недавнего присутствия Кэнтона. Закончив сбор информации, машина отправилась вниз к лейтенанту Андерсону. Девиант не стал идти следом, давая себе время. Нужно срочно заняться чем-то. Пока хозяйка дома внизу, Коннор следующим прошёл по комнатам, не рассчитывая особо ни на что после RK900, просто пытаясь заставить систему работать. Девиант также выполнил поиск на присутствие Кэнтона в комнате Энслин, определяя, что его отпечатков нет. Значит, мисс Энслин не связывают с подозреваемым отношения ближе, чем родственные. Вещи у неё были аккуратно сложены. Ей достался в наследство этот дом, и с тех пор она мало что в нём меняла. Коннор заметил детский рисунок в фоторамке, но у мисс Энслин не определялось детей. Девиант поднял его, чтобы осмотреть с двух сторон. Затем фото Энслин с двумя мальчиками лет семи, вычисляя, что она работает няней у обеспеченной семьи. Либо учительницей на дому, потому что всё вокруг ухожено в мелочах и в её внешности, но не в доме, который ей не нужен или из которого она рада накопить денег и уехать. Мальчик слева определился в базе под фамилией семьи, на которую работает Энслин, но не второй. Его лицо долго обрабатывалось поиском, так и не выдав похожих результатов. Видимо, ещё одна ошибка в системе. Коннор нахмурился. Можно попросить RK900 выполнить сканирование, но тогда это будет невыгодной демонстрацией перед машиной того, как он уступает, будучи девиантом. Не может определить, что за ребёнок на фото. Странно, почему Кэнтон покинул такой удобный для себя дом. Целыми днями мисс Энслин не бывает дома. Платить за проживание она с него не требовала. Как Кэнтон понял, что его будут искать и выйдут на этот дом? Или просто не хотел подставлять даже неродную сестру и сам сделал ноги? Когда Коннор спускался, то избегал на этот раз смотреть не только в сторону лейтенанта, но и RK900. Пока мисс Энслин разливала нагревшуюся воду по чашкам, Хэнк сидел на удобном диване и печатал что-то в планшете, привыкший, что обычно Коннор всё запоминает, но теперь не собирающийся ничего спрашивать у него, а потому — записывающий всё сам. RK900 сидел рядом с ним. Если мисс Энслин займёт кресло напротив, то это наилучший ракурс для машины, чтобы сканировать её лицо на ложь. RK900 касался его коленом, и Хэнк плотно сжал челюсти, заставляя себя молчать ради дела. Но его ненадолго хватит. Коннор решил занять самое дальнее кресло у стены. Энслин принесла поднос с чаем на стеклянный столик, и взгляд Хэнка изучил сначала четыре чашки, а после её саму. Шерил не сразу поняла, но, когда осознала, замерла. — Простите! Я задумалась!.. Я сейчас же уберу лишние… — Не волнуйтесь! — Хэнк снова поменял выражение лица на миролюбивое, чтобы постараться расположить её к себе. — Может быть, мы с вами разговоримся и захотим выпить ещё по одной? Если до этого Энслин только казалась ему волнующейся, то теперь она сама это подтвердила. Хэнк сосредоточился на деле. — Билл что-нибудь рассказывал вам о том, чем он занимается, когда у него нет работы? — Нет, — она быстро собралась, сидя напротив с ровной спиной и отвечая таким же ровным голосом. — У Билла своя жизнь, у меня своя. Из-за того, что я редко бываю дома, я не знаю, чем он занимался, пока я на работе. — А кем вы работаете? — Я работаю гувернанткой. На одну семью уже четыре года. Я занимаюсь с их сыном, готовлю ему, вожу его на секции, куда он хочет, слежу за домом в отсутствие родителей. Иногда мои работодатели просят ночевать в их доме, если сами в разъездах. Так что мы с Биллом, можно сказать, почти не пересекались. — Когда Билл уехал, вы были на работе или дома? В её голосе возникла какая-то заминка. — Он приехал ко мне на работу. Сказал, что вроде бы нашёл, где сможет устроиться, — Энслин замолчала на секунду. — Потом он уехал, а когда вечером я вернулась, то уже не нашла ни его, ни его вещей. Только ключ от входной двери на столе. — Сегодня, значит, у вас выходной? — Да. Я в основном работаю по будням. Иногда по выходным, если потребуется. Мои работодатели очень занятые люди, и у них мало времени побыть с детьми. — Билл в вашем присутствии говорил что-нибудь об андроидах или о том, что ненавидит их? — После того, как его сократили несколько раз из-за андроидов, он стал очень холодно отзываться о них. А когда появились девианты, то ждал, что правительство вмешается и остановит их. Но я не замечала за ним никакой агрессии. — Мисс Энслин. — Да? — Говоря откровенно, вы нравитесь мне. И я очень не хочу подозревать вас в чём-либо, поэтому я хотел бы, чтобы вы говорили честно. То, что может быть на самом деле важно. Хэнк дал ей время обдумать это, следя за ней. — Видите ли… С самого момента, как мы вошли, вы ни разу не задали вопрос: «Почему мы здесь?» И по какой причине полиция может искать Билла. Энслин молчала, не считая того, что одной ладонью крепко сжимала вторую. Хэнк продолжил. — Я задал вам вопрос про его отношение к андроидам, и вас ничего не смутило в этом. Билл рядом с вами обсуждал, что хотел бы напасть на какого-то андроида? — Я… Догадалась, что он что-то сделал. Видимо, что-то серьёзное? — Билл Кэнтон подозревается в нападении и попытке убийства девианта. Наш информатор, его сообщник, назвал имя Билла и ваш адрес. Билл когда-нибудь говорил вам о том, что планирует что-то подобное? Мисс Энслин теряла весь цвет лица. — Нет. — Имя Джереми Прайс вам знакомо? — Я не знаю, кто это. — Вы когда-нибудь видели Билла, обсуждающим нападение на девиантов или на Иерихон, с кем-нибудь из своих друзей? — Это, скорее всего, какая-то ошибка. Билл бы не смог совершить подобное! Шестьдесят семь. Коннор не понял, что произошло. Он слушал, но было странно краем глаза видеть RK900 рядом с лейтенантом Андерсоном. Машина и не должна испытывать никаких угрызений совести, но даже она слишком успешно изображала вид, будто ничего особенного не произошло. Коннор хотя бы в глаза Хэнку смотреть не мог. Ощущения в носителе казались странными. Словно с каждым процентом размывалась какая-то грань, где заканчивались эмоции, создаваемые девиантной частью, и начинались тактильные отклики чисто механического носителя. Например, ощущение кресла под собой. Воздух в комнате. Одежда стала иметь вес. Коннор сделал механический вдох и выдох, чтобы охладить воздухом внутренние модули, которые хуже работали из-за нагрева. До сих пор шкала не доходила до таких высоких показателей, когда рядом находится кто-то ещё, кроме RK900. Если Хэнк посмотрит на него сейчас, то поймёт, что девиант больше не слышит ни слова из того, о чём идёт допрос. Коннор, видимо, всё-таки отправил ещё какой-то безмолвный сигнал, так как RK900 перевёл на него взгляд. Девиант почти физически ощутил его на себе, сразу же пересекаясь с ним, не подумав. Или машина отреагировала на его «дыхание», которым никогда не пользовался RK800. Коннор ждал какого-то сигнала, ведь машина должна выполнить анализ и понять, что шкала продолжает возрастать. Машина отвернулась, возвращая внимание к допросу. Коннор закрыл глаза. Держать голову стало тяжелее, поэтому он опустился на спинку кресла. Его эмоциональные части системы словно вытесняли все машинные. RK900, конечно, может отворачиваться, но ему можно приказать, как только они останутся одни, и тогда он что угодно сделает — например, приказать не двигаться, затем прижать к себе и показать, насколько его шкала сейчас воздействует на систему. Коннор велел остановиться этой мысли, но было поздно. Семьдесят процентов. — …тогда его уволили из-за андроидов в первый раз, — Коннор прислушался, что Энслин некоторое время говорила, — потом снова сократили, и на его должность перестали брать людей, потому что выгоднее поставить андроида. Он пытался искать себя в других сферах… Билл сильно разочаровался в жизни, но я бы никогда не сказала про него, что он может стать преступником! — У вас есть совместные фотографии с ним? Энслин, подумав, достала телефон. — Да. Не так много, но я смогу сейчас найти. Хэнк уже видел Кэнтона, но телефон был нужен ему для другой цели. Он отдал его RK900, пока сам просто рассматривал фото, а тот делал сканирование и анализ внутренних файлов. Несмотря на то, что фото было сделано в неосвещённом помещении, никому бы в голову не пришло назвать их с Энслин родственниками. Даже очень дальними. По сравнению с Шерил улыбка Кэнтона была зажатой. Глядя на него, приходили мысли о парнях, готовых отдать жизнь в армии или на службе в полиции за свою страну, быть посвящёнными работе целыми днями и портить своё здоровье, чтобы добиться необязательного повышения. Действительно сложно представить, каким образом они могли пересечься с Прайсом. С Джереми-то точно всё ясно: нападение на девианта — это не худшее из того, в чём он был замешан. Кэнтон не похож на потерянного для этого мира. — Билл успел рассказать, на какую работу он устроился? — Нет. Он пришёл ко мне на работу очень неожиданно. Входная дверь оказалась незаперта, потому что я хотела вернуться за посылками к автомобилю. Я не успела ничего понять, зачем он приехал в дом моих работодателей, как он сразу ушёл. Коннор сдался, поднимаясь на ноги. Сильнее раздражало не то, что ему не становится лучше, когда он даже не видит RK900, а то, что машина знает об этом. — Я осмотрю ещё раз второй этаж, — коротко соврал RK800. Энслин с тревогой посмотрела андроиду вслед, будто испугавшись, что могло заставить его вернуться наверх. Хэнк заметил её взгляд, решая тоже продолжить допрос. — А как вы сами относитесь к андроидам? Ваши работодатели не одобряют их, раз наняли вас вместо того, чтобы купить себе андроида-домработницу? — Они считают, что для ребёнка важнее человеческие тепло и любовь. Никто не сможет дать это ребёнку, кроме человека. Но у них раньше были андроиды для уборки и охраны, пока всё не началось. Но… теперь в доме работаю только я. У меня нет никаких предубеждений к девиантам. Я не считаю, что все андроиды опасны. И я верю, что девианты заслуживают спокойной жизни. Никто точно не имеет права отнимать её у них. Поэтому я уверена, что Билл невиновен. — А по какой тогда причине он решил так неожиданно уехать от вас? — Я не знаю. Может быть, он нашёл работу в другом городе и поехал туда? — Почему тогда не берёт трубку, если у вас были такие доверительные отношения? Мисс Энслин отмалчивалась. RK900 считывал не только выражение её лица, но и пульс, обучаясь на ней и её мимике, сравнивая с коллекцией допросов в системе. Диод RK900 мигнул, получая сообщение от RK800. «Коннор. Помоги мне». Сообщение пришло как приказ. Но система сбросила его из-за того, что занималась расследованием по приказу лейтенанта. Допрос ещё не закончен. — Может быть, Билл хотел разорвать все связи? — предположила Энслин. — Он никогда не занимал у меня денег, хотя я предлагала. Поэтому я не знаю, у кого он мог что-то занять, а теперь уехать и скрываться. Поэтому отключил свой телефон. Зачем Биллу совершать это преступление? Нападать, к тому же, на девианта, а не на человека. Он ведь ничего не мог украсть у него… — Например, потому что захотел сбросить пар на ком-то и отомстить? Или потому, что ему кто-то предложил поучаствовать в нападении, и он подумал, что это отличная идея и на них никто не выйдет? — Хэнк вздохнул, подсаживаясь ближе на диване. — Я думаю, с вами можно говорить откровенно. Джереми Прайс получит серьёзный срок за сопротивление при аресте. Его вина полностью доказана, он сам подтвердил её. Теперь остался только Билл, и если он не был организатором нападения, если кто-то надоумил его это сделать, вынудил или заставил, то он получит в разы меньшее наказание. Но только при условии сотрудничества с полицией. Если нам не придётся искать его по всему штату и если он расскажет, как всё было, не пытаясь врать. Так что, если у вас есть какие-то предположения, где мы можем его найти, или вы можете связаться с кем-то из его друзей и знакомых, у кого он мог бы остановиться, вы ему очень поможете этим. — Но я сказала правду, что не знаю, где он. Вы считаете, что я вру? — Я не говорил, что врёте… — попытался объяснить Хэнк, когда RK900 снова отвлёк сигнал. «Коннор. Если ты не поднимешься сейчас же, чтобы исправить созданную своими же руками ошибку, я буду считать, что нет никакой необходимости в том, чтобы тебе тянуться ими ко мне ещё хоть раз». Система выполнила анализ, выбирая между приказом лейтенанта и потерей отношений с RK800. Последнее несло больше проблем, чем временное отсутствие во время допроса. Хэнк удивился, что и RK900 поднялся. — Я осмотрю ещё раз второй этаж. — Хорошо, — согласился Хэнк, не заметив, что машина дословно повторила слова другого андроида. Тон у RK900 всё равно был таким, будто просто информировал, а не спрашивал у наставника разрешения. Хэнку пришлось вспоминать, на чём он, чёрт возьми, остановился. RK900 поднялся в ванную комнату, откуда пришёл сигнал, оценивая обстановку и сразу закрывая на замок дверь. RK800 расстегнул одежду у шеи и груди, и кран с холодной водой был открыт. По-видимому, девиант пытался охладиться за счёт неё, нанося воду ладонями на лицо, но так, чтобы не оказаться весь в воде или в её разводах. — Температура снизилась… всего на три процента, — Коннор закрыл глаза ладонью, потому что пластик был ледяной после того, как он держал руку под холодным напором. И чтобы не увидеть в отражении зеркала RK900. — Но шкала нагрева не реагирует на температуру, поэтому подняла её снова на процент. Процент шкалы нагрева действительно уже достиг отметки в семьдесят четыре процента. Коннор не оборачивался, почти физически чувствуя электроволны, которые расходятся от поисковой системы RK900. — Я думал, что смогу уменьшить шкалу сам. И я не могу спуститься в таком виде или ехать в машине, если Хэнк позовёт меня сейчас. Машина ещё не подходила, рассчитывая способы, как исправить проблему. Девиант ведь понимает, что случится, если они здесь задержатся и лейтенант застанет их вдвоём в запертой комнате. Значит, RK800 точно никак не влияет на этот процесс. — Коннор… — позвал девиант, боясь, что тот опять молча уйдёт, поэтому обернулся. — Ты можешь это починить? С другой стороны, RK800 привлечёт своим поведением внимание лейтенанта Андерсона с большей вероятностью, если оставить его одного или позволить ему спуститься. Девиант уже очень нагрелся. Его система с нарушениями работает, концентрируясь не на тех вещах. Машина всё-таки подошла. Коннор подумал, что RK900 к нему подключится. RK900 взялся двумя руками за него на уровне пояса, прижав резко к себе, отодвигая от раковины, за которую RK800 держался. Семьдесят шесть. Машина поцеловала. Коннор ждал другого ремонта, но схватился очень быстро в ответ. Он уже не следил за процентами, но понимал, что они растут. Девиант запустил ладони по шее и в волосы RK900, чтобы тот точно не ушёл в какой-то момент. Портя положение волос RK900 за сегодня уже не в первый раз. Он перезагрузит девианта правильно. Когда у Хэнка закончились вопросы по Кэнтону, а ни один из андроидов ещё не возвращался, он всё ещё не мог оставить мисс Энслин без наблюдения, заметно уставшую и перенервничавшую от допроса. Поэтому не смог бы объяснить, как они оказались в этом месте разговора. — Он очень хороший мальчик. Я пытался когда-то учить его командам, когда он был ещё щенком… но понял, что до полицейских собак Сумо очень далеко. — У вас есть фото? Хэнк недолго думал. Обернул к ней телефон, стукнув перед этим по нему пальцем. На главном экране зажглось фото, где они втроём — с Коннором и Сумо. — Он очарователен. Теперь мне ещё больше жаль, что у моего подопечного аллергия на животных и мне нельзя никого заводить. Чтобы на одежде не оставалась шерсть. — Да, шерсть — это болезненная тема в нашем доме… Хэнк подумал, какое видео может показать, но, только услышав RK900 на лестнице, с облегчением поднялся на ноги. — Наконец-то! Вы что-то нашли? — Нет. Что-то изменилось в RK900, но взгляд не смог определить, что именно. Не такого ответа Хэнк ждал. Хотелось спросить подробностей, но не перед Энслин, которая тоже поднялась на ноги. Она как будто выдохнула. Или Хэнку уже мерещится. Лейтенант бросил задумчивый взгляд на лестницу, дожидаясь второго андроида. — В общем, мисс Энслин, в целях вашей безопасности, если Билл или кто-то из его друзей здесь появится — я дал вам свой номер. Или звоните в участок и предупредите какого угодно другого полицейского, они сразу передадут информацию мне. Скорее всего, Билл ещё вернётся сюда, когда решит, что его никто не ищет. — Я понимаю это, но скажу вам честно: я бы не хотела, чтобы мои работодатели узнали о том, что мой родственник что-то совершил. — Не волнуйтесь об этом. Пока что вызывать вас на допросы никто не станет. Если вы, конечно, рассказали всё, что могли. Но когда мы найдём Билла, будьте готовы к тому, что вас могут вызвать подтвердить всё то, что мы сегодня здесь обсуждали, — Хэнк заметил девианта, спускающегося вниз. — Мне было очень приятно с вами познакомиться. Мы не будем больше вас задерживать. Он подошёл первым к двери, но сначала выпустил обоих андроидов. Мисс Энслин задержалась на короткий миг, не закрывая дверь. — До свидания, лейтенант. Я надеюсь, что с Биллом всё хорошо и на самом деле вы его не найдёте. Хэнк не успел скрыть реакцию на эти слова. Но мисс Энслин закрыла дверь. Хэнк отошёл от дома, задумавшись, прежде чем заговорить. В расчёте, чтобы ни через дверь, ни через окно его не было слышно. — Мне что-то подсказывает, что дело наше потонет в дерьме и Кэнтон успел уехать из Детройта. Я так понимаю, платёжной карты у него нет, значит, рассчитывается он везде наличкой, а отследить его возможно, только если он где-то засветится лицом или предоставит документы… Но вы бы это заметили, верно? Ответил RK900. — Имя «Уильям Кэнтон», «Уилл Кэнтон», «Билл Кэнтон» с внешними характеристиками подозреваемого не появлялось в информационных сетях с момента последнего предъявления заявлений при трудоустройстве. Поиск его лица по камерам ведётся постоянно. — Поздравляю, ты забыл «Билли Кэнтон». Это имя очень богато на вариации, — не мог не огрызнуться Хэнк. Затем обернулся к напарнику. — Ты нашёл что-нибудь наверху? Может, что-то полезное или идеи, где его искать? Хэнку показалось, что воротник рубашки RK800 немного темнее, словно от влаги. Девиант будто хотел что-то ответить, но нахмурился и остановился. — Действительно… И чего я вообще веду это дело? Можно ведь сразу передать его Риду и RK900, а самим поехать в участок собирать вещи, — лейтенант открыл дверцу «Форда», когда диод RK800 покраснел. — Хэнк! — Что? — Фотография, — Хэнк ещё не понял, про что он. — Энслин работает на семью, у которой есть ребёнок. Но там был ещё один. Я не понял сразу, кто он, но сейчас… — Коннор едва не сказал: «Сейчас система стала работать корректно, а данных всё ещё нет». — Я понял, почему она приготовила четыре чашки чая, посчитав нас с Коннором. Потому что второй ребёнок в семье её работодателей — это андроид. Хэнк держался за автомобильную дверь, но сразу закрыл её. — Я не видел никакой фотографии. — В её спальне есть фото с двумя детьми. Она сказала, что Кэнтон приехал к ней на работу, а после этого собрал все свои вещи и оставил ключ. Я думаю, что он увидел ребёнка-андроида, с которым она занималась так же, как с живым. Возможно, его родители завели сыну друга, так как их постоянно нет рядом. Или чтобы они вместе учились, ведь ребёнок на домашнем обучении. — И что ты хочешь сказать? Кэнтон сделал это после того, как узнал? — Билл перестал отвечать на её звонки. А спустя пару дней они с Прайсом напали на Хэмила. Её испугало то, что вы сказали: что Уильям напал на девианта, потому что она сама четыре года заботится о таком. Вероятно, она не говорила ему. И когда он увидел это, для него стало последней каплей то, что она заботится об андроиде, из-за которых он столько раз терял работу. YK500 очень хорошо имитируют детей, а на фото — выполненная на заказ уникальная модель, с чертами лица, похожими на настоящего сына. Хэнк нахмурился. — Мы можем сейчас прижать Энслин и заставить её всё это подтвердить? Или съездить к этому YK500? — Если YK500 появится в нашем деле, мы обязаны сообщить о нём Маркусу. По его приказу все дети-андроиды обязаны находиться в Иерихоне. Неважно, девианты или нет. Они являются самыми уязвимыми и не могут защитить себя или устроиться самостоятельно в жизни. Люди могут использовать их в каких угодно целях. Если работодатели мисс Энслин скрыли существование ребёнка-андроида, оставив его у себя — они нарушили права девиантов. YK500 заберут. Поэтому Энслин не хочет даже, чтобы мы нашли Билла, потому что тогда он тоже расскажет, что сподвигло его участвовать в нападении. Энслин уволят, а семейству придётся отдать YK500. Даже если она что-то знает о Билле или он свяжется с ней, она ни за что не расскажет об этом, чтобы не лишиться работы. — Так и что нам делать? Если Кэнтон вернётся и решит напасть на малого? Может быть, лучшей идеей будет забрать его у них и передать в безопасный Иерихон? — Если он вернётся, мы могли бы таким образом его поймать. Но я не думаю, что Кэнтон сделает это без сообщника. Он мог бы изначально предложить Прайсу атаковать вдвоём этого ребёнка. Но они почему-то выбрали Хэмила. Хэнк мрачно отвернулся, не очень успешно скрывая реакцию на одну мысль. Если бы они сейчас расследовали немного другое дело. Но повреждения были бы такие же, как у Хэмила. Неважно, что андроид. Ещё если и мальчик… — Можно выставить полицейский дрон напротив их улицы. Или начинать думать: будем мы бороться с совестью или выдадим пацана Маркусу, — Хэнк склонил голову к плечу. — И потеряет ли работу мисс Энслин. — Как единственный человек, примите это решение сами, — в голосе Коннора прозвучало что-то странное, словно двойное дно. Потому что Коннор уже достаточно имел неприятных дел с Иерихоном, чтобы брать на себя ещё одно, которое будет иметь нерадужные последствия. Если мальчик-андроид пострадает, ведь они о нём не сообщили, и если жизнь Энслин будет испорчена, зато мальчик будет у Маркуса. Но всё равно это было непривычно слышать в такой твёрдой форме. Хэнк нахмурился. — Это не придётся делать, если мы найдём Кэнтона за тот оставшийся срок, что у нас есть! Тогда и за мальчика можно будет… Диод RK900 замерцал, прежде чем машина произнесла: — Получена ориентировка на розыск девианта «RK800». — Что? — не понял сбитый с толку Хэнк. Следующим же движением головы оборачиваясь на Коннора. Девиант сам посмотрел на машину. Коннор не следил, в отличие от партнёра, за всеми новыми добавляющимися ориентировками. Особенно сегодня. — Откуда? — От центрального управления полиции Форт-Уэрт. — Ты можешь мне показать? — не выдержал Хэнк. RK900 опустил взгляд на его планшет. Хэнк тут же понял, убирая загрузочный экран. Данные на RK800 высветились из полицейского участка города Форт-Уэрт. Ещё до того, как Коннор посмотрел на его идентификационный номер, девиант уже понял, кто это. — Коннер. — Что происходит? — не понял Хэнк. Не очень приятно видеть RK800 в розыске, даже если не своего. — RK800-17, с которым я связывался из «Киберлайф», подан в розыск как преступник. — Это я понял. А какого хера он сделал? Коннора волновало больше не это, а то, что поиск начинался из города Форт-Уэрт. В содержании указывалось «опасный девиант», но Коннер им являться не может. — Я думал, что он в Денвере, — девиант осознал и в упор посмотрел на партнёра. Судя по низко опущенным бровям, RK900 тоже о чём-то думал. — Коннер обвиняется в уничтожении андроида-полицейского в Денвере. Для чего он оказался в Форт-Уэрте? Восемьдесят седьмой попробовал подключиться к RK900-79, но машина «Эрик» не обнаруживалась в сети. Следующий поиск запустился по новостным сводкам, но те не содержали никаких сведений о сбежавшем RK800. В Денвере все молчали об этом, сигнал пришёл только из Форт-Уэрта. RK900 зацепился за неожиданное перемещение Маршалла Форреста, прожившего всю жизнь в Денвере, на полицейском автомобиле прямиком до Форт-Уэрта. Попав на их камеры. Судя по данным из аттестационной таблицы, это новый наставник Эрика. Дата в объявлении о розыске совпала с его приездом. И RK800-17, и RK900-79 одновременно были в Форт-Уэрте, а значит, слово своё Эрик не сдержал. Имя в таблице отношений поменяло цвет. «RK900-79: вражда». Девиант не дождался ответа, поэтому сказал сам. — Это Конрад. Конрад что-то сделал с ним. — Причём здесь RK900? — тихо, но угрожающе спросила машина. Коннор заметил эту разницу. — Потому что Коннер мог приехать в Форт-Уэрт только из-за Конрада. И если тот не сообщил тебе об этом, что Коннер был в Форт-Уэрте, значит, намеренно скрыл. Потому что подставил Коннера и сдал его полиции, а тот смог сбежать, — машина нахмурилась, и девиант встал к ней ближе. — Конрад не такой, каким пытался казаться тебе. Я знаю: если Коннер приехал к нему в Форт-Уэрт и сейчас в розыске, то Конрад точно замешан в этом, — Коннор смотрел прямо в глаза. — Ты не веришь мне? RK900 не ответил, но всё же отправил запрос на подключение к RK900-65, натыкаясь на ещё одну стену. Все три машины вместе с RK800-17 были отрезаны от остальных. Слишком много факторов для простого совпадения. — Коннер отправился к нему, чтобы сбежать от Эрика. — Что ещё, нахер, за Эрик? — начал терять терпение Хэнк. — Это RK900, который напал на меня в «Киберлайф», — Коннор осёкся под взглядом голубых глаз, осознавая, что это была как раз та часть, о которой он умолчал. Попытка его убийства в чужой системе. — Простите. Я… могу рассказать вам всё, что скрывал до этого. Всё, что случилось. Я молчал, потому что вы очень остро реагировали на Коннора и я не хотел, чтобы отношения накалялись ещё больше. — Да уж, ты отлично справился!.. — А ещё это нужно было, чтобы обеспечить вашу безопасность, — проигнорировал девиант. — Если вы будете знать о том, что сделал Эрик, то вы гипотетически представляете опасность для него и сами можете оказаться под угрозой. Я не мог подвергать вас такому риску. Есть кое-что, что вам нужно узнать о RK900, — Коннор опустил взгляд, смиряясь. — И о сержанте Беннете. Хэнк посерьёзнел, понимая всё намного быстрее, чем услышал бы продолжение. Неясно, что это был у него за взгляд, но он не предвещал ничего хорошего. Хэнк решительно сел за руль. — Тогда едем в участок. И ты расскажешь мне всё, но на этот раз — «своими глазами».

***

Лорейн так и не заставила себя притронуться к остывшей больничной еде, ожидая хоть каких-то новостей от коллег и поисковиков из леса. Нил выходил на связь в последний раз, когда сообщал о том, что профессиональные спасатели отправились первыми на снегоходах, а полиция и добровольцы делятся на группы. Он уже давно должен был повторно связаться с ней. Дотянувшись с кровати до пола с кучей документов, которые ей принёс дежурный из участка, Лорейн подняла рацию, настраивая ту волну, про которую ей говорил Нил. — Нил? — из рации донёсся шум. То ли из-за ветра, то ли из-за расстояния. Либо кто-то другой «висел» на этой же волне. — Как слышно меня? Приём. — Клянусь, духи леса иногда разговаривают со мной, — в палату через рацию проник почти неузнаваемый из-за помех голос. — Этот даже знает моё имя… — Нил, соберись хотя бы на пять минут. Вы уже вошли в лес? — Да. Прости, Лорейн, — Нил переместил рацию в руке выше, и звук стал чище. — Начали прочёсывать местность. Рад, что связь с городом ещё есть. Погодка тут так себе. — Парни осмотрели переулок и машину. Ничего, кроме того, что мы уже и так знаем, пока не нашли. Они отвезут машину на полицейскую стоянку и ещё раз её осмотрят. Разберут, если потребуется. В снегу нашли следы тириума. Скорее всего, RK800, но те, кто помогал детективу Форресту, очень сильно там натоптали. Маршалл случайно не помнит, было ли у RK900 с собой оружие? Почему он не застрелил девианта сразу же, как тот напал на них? Форрест, судя по звукам шагов, был рядом и слышал вопрос. — У RK900 два вида оружия. Пистолет и охотничий нож. — Ты слышала, Лорейн? — Откуда у RK900 нож? — От наставника. — Может, RK800 успел обезоружить RK900, и поэтому не было слышно выстрелов? — предположил Нил. — Иначе в том переулке вы нашли бы гильзы. — Или место действий перенеслось из переулка куда-то ещё. В салоне до сих пор есть пятна тириума. Девиант был серьёзно ранен. Это точно должны были быть нож или пистолет. — Ножевые ранения, ночь в лесу, пистолет… У нас, похоже, всё меньше шансов найти живым хоть кого-то из них. Лорейн не стала комментировать это, чтобы Маршалл не услышал. — Коннор с вами? — Нет, мы решили, что будет логичней отправить его вперёд, чтобы не смел возвращаться, пока не найдёт RK900… Конечно со мной, Лорейн! — Хорошо, — улыбнулась детектив. — Будьте там осторожны. И выбирайтесь сразу же, как начнёт темнеть. — Не волнуйся. Мои пальцы от холода дрожат так, что пока я держу пушку — это меня всем нужно бояться в этом лесу. Конец связи. Лорейн поставила рацию на тумбу рядом. За окном погода не становилась лучше. Хорошо, что хотя бы радиосвязь ловит, но и это ненадолго. Рации нужны больше тем, кто находится сейчас в лесу. Лорейн укуталась в плед, жалея, как бесполезна, когда могла бы быть вместе с остальными. По словам Нила, к ним на выручку уже отправлен вертолёт, принадлежащий лесной охране, но не для того, чтобы осматривать местность, а чтобы быть готовым, если одна из групп заблудится или что-то серьёзное произойдёт с кем-то из добровольцев. На этот случай каждому «командиру» группы был выдан сигнальный пистолет, и он подаст знак в воздух, если потребуется помощь. Один выстрел — если что-то произошло. Два друг за другом — если преступник или преследующий его андроид были обнаружены. Детектив решительно установила ноутбук на коленях. Нужно выяснить хоть что-то, чтобы парни по возвращении могли с чистой совестью отдыхать. По модели RK800 чрезвычайно мало данных. То и дело все новостные ссылки в конечном итоге вели на RK900 или не содержали ничего полезного по устаревшей версии, будто кто-то нарочно удалил всю информацию. Самое чёткое фото RK800, которое удалось найти, вызвало лёгкую дрожь по спине. Лидер девиантов возвышался с флагом в руках перед бесчисленным количеством своего народа, запачканный сажей и кровью, а RK800 стоял рядом с ним. Когда андроиды перестали подчиняться, было страшно всем. Лорейн хорошо запомнила, что была в тот день в гостях у отца, когда по телевидению стали крутить страшные кадры беспорядков в Детройте. Конкретно по «этому RK800» было кое-что известно. Он точно работает в Детройте и даже раскрывал дело с RK900, которого тоже распределили в их участок. Оба андроида были закреплены за лейтенантом Хэнком Андерсоном, что Лорейн знала ещё после прослушивания брифинга капитана Фаулера. То, что RK800 не уволен, понятно хотя бы из того, что Коннор о нём упоминал, когда Нил встретил его на вокзале и привёз в больницу. Лорейн критически перечитала биографию Андерсона уже не в первый раз. Очень сомнительная личность. Быстрый карьерный рост в молодые годы, громкие расследования, а затем не самое отличительное поведение. Странно, зачем ему вообще ещё нужен RK800, если у него теперь самый преуспевающий RK900. Коннор почти ничего не говорил об этом девианте, но уверял, что лейтенант был очень добр. Вместо того, чтобы сообщить о появлении другой машины в своём RK900, он лично доставил их в «Киберлайф», купил новую одежду и билет в Форт-Уэрт. Всё указывало на то, что лейтенант полностью «за» трудоустройство RK900 в полицию, но тогда почему они работают втроём? RK900 могли бы передать ещё кому-то, но определили именно к Андерсону. Обычно напарники — это только двое человек. Как вообще ведёт себя девиант-RK800? Наверное, Хэнк тот, кто знает об этом лучше всех. Лорейн задумчиво покрутила телефон, набирая номер, найденный в полицейской базе данных. Пока шли гудки, взгляд невольно остановился на фото, где RK800 очень близко стоял к плечу лейтенанта. — Да, лейтенант Андерсон слушает? Лорейн быстро нажала на сброс. И что она спросит? Простите, я мелкий детектив из Форт-Уэрта, отстранена на время лечения в больнице, а ваш RK800 случайно не проявляет агрессию? Не набрасывается на людей и андроидов? В этом мало смысла. Андроиды разные. Они не обязаны быть похожи. Если RK800-17, став девиантом, перешёл черту закона, то это не повод думать, что RK800-51 теперь не может продолжать работать детективом. Это значит лишь то, что что-то произошло в жизни семнадцатого, если он стал таким. Это и нужно выяснить. Детектив Форрест дал свои данные для входа на полицейский сайт Денвера, так что Лорейн вбила в их поиске имя, которое у всех ещё недавно было на слуху. Яркие глаза и широкая улыбка. Сержант Джек Беннет был удивительно красивым человеком. Возраст шёл ему к лицу, если учитывать фото, сделанное в первый год учёбы в полицейской академии, где они с детективом Форрестом выглядели словно два неоперившихся, свалившихся из гнезда птенца. Двое молодых парней, поставивших своей жизненной целью служить закону. У Джека Беннета, если верить новостям, остался брат-близнец, и Лорейн быстро заставила себя не думать о том, что он разведён. Поиском его дочери, своей племянницы, занимался Джек, и в этом деле уже участвовал RK900. После смерти Беннета андроида были обязаны проверить на девиацию, и именно для этого в участок приехал RK800-17. Лорейн подтянула к себе рабочий блокнот, составляя таблицу с датами. Смерть Джека Беннета произошла седьмого декабря. RK800 сбежал из Денвера — десятого. По словам Форреста, RK800 напал на одного из полицейских андроидов перед тем как сбежать. В новостях всё ещё не было ни одного репортажа об этом случае. Видимо, раз PC200 не был девиантом, то и его уничтожение не представляло ни для кого никакого интереса. Лорейн нахмурилась, поняв, что не было даже ориентировки на RK800. Кто-то в Денвере словно не хочет, чтобы эта история всплывала на поверхность. Лорейн снова подняла телефон. — Тодд. — Да, Лорейн? — Ориентировка на RK800-17 уже готова? Меня смущает, какого чёрта её не выпустили ещё в Денвере. — Скоро будет. Тебе разве не полагается отдыхать? — То, чем я занимаюсь, даже работой назвать сложно. Сообщи, когда в лаборатории сделают анализ тириума. — Есть, мэм. Лорейн включила ещё раз интервью с Робом Беренсеном, записанное сразу после смерти Беннета. Капитан заверял, что все андроиды их участка находятся под абсолютным контролем и регулярно проходят проверки на девиацию. Беренсен был очень улыбчивым для того, у кого только что погиб один из лучших подчинённых. RK900 не был отправлен назад в «Киберлайф», как этого требовала общественность, но прибывший в город RK800 подтвердил, что машина полностью рабочая. Последующие данные о том, когда RK800 уехал, и кто его сопровождал, отсутствовали. Должна же была быть причина, почему послушный консультант «Киберлайф» ни с того ни с сего разобрал на части ничем не примечательного, стандартного PC200. RK800 никогда прежде не был в Денвере. Его рабочей карточки в участке нет, хотя они присутствовали на всех денверских андроидах, чьё количество в полтора раза превышало численность полицейских-людей. Приличный список с номерами и даже именами, будто это и не машины. Семнадцатый прибыл из «Киберлайф», а значит, не мог быть девиантом. Ни один из них просто не работает на «Киберлайф». Его бы быстро вычислили. PC200 тоже не мог им быть, иначе его уволил бы Беренсен, или девиант ушёл бы сам. Так что вообще у них произошло? Лорейн вывела на листе крупными буквами слово: «Мотив». Девианты, те, кого они задерживали, обычно совершали преступления импульсивно, в пылу агрессии и страха. Они вынуждены были защищаться или пытались отомстить за то, что с ними сделали их бывшие хозяева. Это их не оправдывает, но если RK800-17 жил в «Киберлайф», то откуда в нём взяться этой ненависти и злости? Заманить в заброшенный дом, пробить голову, раскидать запчасти. Это не похоже на самозащиту. PC200 должен был «умереть» от удара по голове. Всё остальное не требуется, если RK800 не получал удовольствие от того, что делал. Либо это поступки самого опасного девианта из всех, о которых она слышала, и они становятся подобны людям, либо дело в чём-то ещё, чего она не понимает. Если ни один из андроидов не являлся девиантом, и у них не было причин нападать друг на друга, то катализатором должно быть что-то ещё. Какое-то событие или человек. Тот же Беренсен, например. Лорейн пролистала карточку RK900. Капитан Беренсен извивается как уж на сковородке, чтобы никто не очернял репутацию этого андроида. В принципе, логично, почему он послал RK900 за RK800, если это единственная машина, которая остановит такого же сильного девианта. В списке «трофеев» этой машины уже оказалось три человека. Андроид застрелил по ошибке молодого парня, о котором все будто забыли, возложив вину за его смерть на Беннета, затем оставил с раной в животе умирать своего наставника, и последним чуть не стал Маршалл, чудом уцелев во время встречи с RK800. RK900 точно так же бросил его, поставив выполнение задачи важнее жизни человека. RK900 выглядел в точности как их Коннор, но Лорейн казалось, что она всё равно видит отличия. За спиной этого андроида словно стояла сама смерть. Лорейн бы закончила работу с ним после первого же случая. Детектив нахмурилась, натыкаясь на несостыковку. Девиант переоделся в полицейскую форму, когда закончил с PC200, а затем напал на первого повстречавшегося водителя, чтобы украсть его автомобиль. Что он собирался делать дальше? Если стал девиантом, то почему не ушёл в Иерихон? Знал, что за ним отправятся в погоню? Лорейн пришлось открыть карту Денвера, чтобы разметить путь RK800. Нужно выяснить, сколько к концу поездки у него оставалось бензина в баке. Почему им вообще был выбран Форт-Уэрт. Может быть, заглохла машина? Ещё чуть дальше — граница с Мексикой. Мог ли девиант планировать скрыться от Форреста и RK900 в другой стране, а также от «Киберлайф» и всех, кто его ищет? Тогда почему не пересел в следующий автомобиль? До приезда Форреста оставалось ещё несколько часов. Лорейн впервые обратила внимание на этот отрыв по времени. RK800 дожидался своих преследователей. Это было спланировано. Была ночь. Девиант бросает автомобиль, чтобы к нему можно было подойти лишь с одной стороны. У него есть вариант развернуться и побежать. У него нет маячка. Маршалл и RK900 преследовали только по украденному автомобилю. RK800 одет в полицейскую форму. С коричневой Форт-Уэрта никто не спутает, но за человека бы точно приняли и не стали что-либо спрашивать. RK800 мог скрыться среди толпы. В крайнем случае, сбросил бы форму и вообще избавился от всех опознавательных знаков. Он дошёл бы, прячась по городам и лесам, до Мексики или любого другого города, куда бы ни собирался, и вряд ли кто-то догадался бы, где его искать. В тюрьму он точно не хотел, раз сопротивлялся при аресте, и они с RK900 перевернули автомобиль. Но он остался. Не на несколько минут, а на несколько часов. Просто стоял в том переулке и ждал. Не на пустынной заправке между городами или в лесу среди деревьев, где шансов не привлечь к себе внимание полиции другого штата в десятки раз больше, если он планировал убить Форреста и его андроида. RK800 не попробовал найти оружия. Что-то не сходится. Почему-то возникло стойкое чувство головной боли. RK800 дожидался RK900 без оружия? Андроид, который знает о RK900 всё? Сам проверял его, ремонтировал и практически является его копией? RK800 точно знал, что едет в Форт-Уэрт, и это не было случайной остановкой, если он не совсем сошёл с ума. Прежде здесь никогда не было RK800. Если бы из «Киберлайф» присылали их по какой-то причине, даже временно, об этом сразу бы поставили в известность отца Лорейн. По какой причине девиант выбрал именно этот город? Его не может связывать с ним ничего, кроме того, что Форт-Уэрт тоже участвует в аттестации, имел когда-то магазин «Киберлайф», и к ним приезжал человек из их компании, ну и в нём тоже есть свой RK900. Сейчас даже два, если семьдесят девятый ещё жив. «Вы считаете меня хорошим напарником, детектив Уильямс?» Эта мысль вообще не должна была приходить, но Лорейн почему-то вспомнила странный взгляд RK900. У Коннора уже было что-то такое, когда он поднялся на крышу участка и выглядел так, будто сам не знает, от чего убегал и что пытается найти. Он назвал это программным сбоем, и детектив готова была поставить все деньги мира, что ночью повторилось что-то очень похожее. Лорейн перевела взгляд на окно. Ещё светло, но видимость на дорогах сильно упала из-за снега. В какое именно время всё произошло? Глубокой ночью. Людей-свидетелей не было, просто потому что никто не стал бы выходить в это время на улицу. Поэтому RK800 сидел впереди в автомобиле. Потому что RK900 знал, что в салоне его некому увидеть. Помимо прочего, ночью начался буран, и стало очень холодно, из-за чего включили кондиционеры. Лорейн как сейчас почувствовала ледяное прикосновение к своей руке. Во сколько она проснулась ночью? Не посмотрела, не помнит. А что Коннор ещё говорил? К чему вообще были эти слова. После того, как его размололо на заводе, он имеет право на программные ошибки, особенно, если учитывать, что и в прошлый раз он просто находился в кабинете, и ничего необычного не произошло, но какой-то сбой у него всё равно случился. Лорейн отложила ноутбук на стол. Нет. В тот день в кабинете кое-что тоже произошло. С ним вышел на связь RK900. Лорейн не спросила, какой именно. Он требовал сказать, где Коннор находится, и тот этого не сделал. Они могут разговаривать друг с другом. Посидев в тишине ещё немного, Лорейн всё-таки решила встать. Эта резкая боль тут же заставила прижать ладонь к месту швов. Пока у медсестёр не начался обход, детектив скинула с себя плед. В больничной рубашке дело совсем не пойдёт, так что Уильямс надела длинную кофту Нила, которую тот оставил просто потому, что она была без сознания, но врачи попросили его привезти что-нибудь тёплое. Ещё и с больничными тапочками — тот ещё образ сурового полицейского. Лорейн взялась за стойку капельницы. Раствор ещё не влился полностью, так что придётся идти вместе с ней. На неё даже можно опираться, чтобы в случае приступа боли не искать срочно, куда падать. В памяти всплыли осторожные руки RK900, подхватившие её в воздух, и Лорейн тряхнула головой, доставая из сумки в шкафу полицейское удостоверение и значок. Это не недоверие. Она просто сходит проверить. Он ведь был на парковке. Детектив покатила капельницу к двери. Лорейн вышла в коридор, стараясь держать лицо пациента, которому разрешены прогулки. Хорошо, что обезболивающее до сих пор действовало. Лучше не натыкаться на медсестёр, знающих о её диагнозе. Вряд ли хирург будет в восторге, узнав, что страж закона пытается испортить труды его многочасовой кропотливой работы. Лорейн сама себе пыталась доказать, что ничем не навредит, если будет идти осторожно. Детектив остановилась у карты пожарной эвакуации, чтобы запомнить, где находится кабинет охраны. В лифте удалось встать в угол у стены. Никто даже не задерживал на ней взгляд дольше чем на секунду. Неважно, работают эти люди в больнице или тоже лечатся — у каждого своя причина и головная боль, почему им приходится находиться здесь, и потому все полноценно заняты только своими проблемами. Главное, не свалиться с ног, и никто точно не обратит внимания, и можно будет вернуться спокойно в палату. Желательно, чтобы ни Коннор, ни Нил не узнали, зачем она выходила. Лорейн осмотрелась, прежде чем коснуться ручки двери в комнату охраны. К счастью, она была не заперта, и человек внутри удивился, когда детектив выставила значок, чтобы предупредить ряд вопросов. — Детектив Уильямс. Убойный отдел по расследованию дел андроидов. Я прохожу в вашей больнице лечение на третьем этаже, так что, надеюсь, вас не смутит мой внешний вид. Пока нет возможности приодеться. Вы позволите мне войти? — Входите. Вам, может, лучше присесть? — Нет, спасибо, я отвлеку вас совсем не надолго. У нас сейчас пол-участка выдвинулось на дело за чертой города, так что я подумала, что могу лично спуститься к вам и задать пару вопросов, чтобы не пришлось вызывать парней сюда и оформлять дело. Ко мне обратился один из пациентов, пожелавший остаться неизвестным, что сегодня ночью он услышал на парковке странные звуки. Решил выглянуть в окно и проверить, откуда они, и увидел человека, пытающегося что-то сделать с автомобилем. Видно было плохо, но через некоторое время он заметил свечение, точно такое же, как от диода. У нас как раз есть дело, связанное с ограблением автомобилей андроидом, так как они умеют отключать сигнализацию и могут пробраться в салон. Но мне для этого нужны записи с камер, чтобы проверить, кто это был, и не померещилось ли моему информатору. Сегодня вы были на дежурстве ночью? — Нет. Мы работаем по очереди. Моя смена — сегодня днём. — Ваш напарник не сообщал о странных звуках на парковке? — Сегодня ночью привезли только двух пациентов. Может быть, приезжал кто-то из их родни, но Тайлер ничего мне не передавал. Когда заканчивается смена — мы делаем запись в журнале учёта событий. Сегодняшней ночью всё было спокойно, иначе Тайлер бы записал. — Вы не против посмотреть записи? После полуночи и где-то до пяти утра, если этот андроид возвращался. К тому же, если на парковке правда никого не должно было быть, то очень легко будет заметить перемещающегося между рядами человека, — Лорейн заметила, как он сомневается. — Или можем дождаться официального запроса из участка, тогда мне нужно имя вашего начальника, чтобы знать, с кем придётся связаться. — Простите, но… Я просто не могу вам это показать. Все внешние камеры отключились, когда упала температура. За эту ночь записей с парковки нет. Можете сами проверить. Лорейн впервые присмотрелась к почему-то отключённым экранам, висящим на стене. Они просто не бросались в глаза, пока она не поняла, что это неработающие камеры. Горело только три монитора. — Камеры отключились?.. Сегодня ночью? — Нет. Сутки уже. Выключились, как погода испортилась. Мы их посмотрели, специалисты говорят, что нет смысла откручивать их, пока температура не поднимется. Только чиним те камеры, что внутри. Уже три повесили заново в местах общепита. На экранах действительно камеры были направлены на кассу кафе на первом этаже, автоматы с напитками и кулер с водой. RK800 приехал вчера вечером. Если камеры отключились сутки назад, то никакого девианта ещё не было в Форт-Уэрте. Форрест и RK900 вообще приехали после полуночи. Лорейн моргнула, осознавая, что сказал охранник. — То есть, камеры внутри тоже отключились? — Наверное, у них какое-то общее подключение. Щиток находится снаружи. Я не видел, как это происходило. В дежурстве был не я. — Но ночной обход сегодня делали, чтобы убедиться, что всё в порядке? Если камеры не работали. Кто-то внизу дежурил, чтобы видеть, кто входит в больницу и выходит из неё? — Вы же понимаете, что тут ничего не происходит? — улыбнулся он. — Мы делаем обходы внутри больницы, по определённому графику, но не снаружи. Раньше андроид при выезде с парковки находился там круглосуточно. Сейчас у нас есть только камеры, и заменяли их в последний раз очень много лет назад. Наверное, в этом причина. Под каждым из мониторов была приклеена выцветшая бумажка с подписью, где эта камера установлена, или краткий шифр этого места. Лорейн всё ещё на них смотрела, продолжая для чего-то стоять. — Я могу ещё вам чем-то помочь? — Нет. Спасибо, что уделили время. А вы можете на всякий случай дать номера тех, кто был на дежурстве и стоял в вестибюле в приёмной? — Не уверен, что мне можно. Я не имею права разглашать персональную информацию. Простите, что не получается ничем помочь. У меня своя работа, и я не хочу её потерять. Сделайте запрос моему начальнику, чтобы я сначала получил его разрешение. — Ещё раз спасибо. Я поспрашиваю в приёмной. Лорейн закрыла за собой дверь, сдерживая желание искать первую же скамью, чтобы сесть. Было ещё кое-что, на что она не обратила внимание с самого начала. Время между тем, как детектив Форрест попал в город, и как RK900 его покидал, составляло больше часа. Очень большой отрезок для того, чтобы схватить RK800, ударить ножом, и пока он в сознании, запихнуть его в полицейский пикап. Что можно было делать так много времени? Самый реалистичный вариант — если их вправду не было в том переулке, RK800 ещё какое-то время бежал. Поэтому и свидетелей нет, что всё происходило в каком-то другом месте. RK900 вернул его позже, чтобы увезти. Если бы Коннор хоть о чём-то знал, получил какой-то сигнал — он бы сообщил. Или сам задержал RK800. У него нет причин не рассказывать об RK900-79 или о том, что тот ловит сбежавшего девианта, а после повезёт его в Денвер. Что ещё в принципе можно делать с преступником, кроме как не связать его и отправить за решётку. Лорейн замерла, когда вариант, который она не рассматривала, словно холод в лишённом обогрева коридора прокрался по спине. Если он преступник.