Лучшая модель "Киберлайф"

Технический инженер стоял неподвижно перед камерой с RK900-90 уже несколько минут, наблюдая за результатами, высвечивающимися на приборах. Машина была подвешена в том же положении, как и обычно, по-прежнему закрыв глаза, но список найденных системой неполадок претерпел изменения. — Всё в порядке? — поторопил RK800, и инженер вздрогнул, забыв, что он ещё здесь. — Да. Я уже снял все показатели… — техник снова замолчал, вчитываясь в то, что только ему было известно. Шестидесятый не сводил глаз ни с него, ни с перечня данных. Консультант стёр информацию о том, что камера сегодня ночью открывалась, но всегда существовал риск, что он упустил нечто важное, или техник заметит царапины на зажимах, удерживающих RK900. Или, например, отсутствие одного стула, что сильно бросалось в глаза, если смотреть со стороны, поэтому RK800 и встал перед пустым столом. Конкретно этот инженер мог принести проблемы. Ещё молодой, но заметно усталый, он по зову профессии был слишком внимателен к мелочам из-за постоянной работы с андроидами. Шестидесятый не тратил бы своё время здесь, если бы вместо него приехал кто-нибудь другой. — Странно. Я смотрю на показатели предыдущих дней, и данные, которые на экране сейчас, удивительным образом похожи на усреднённые. — Это ведь хорошо? Машина стабилизируется. RK900 находится в бездействии, и на него не оказывают влияния внешние факторы. — Да, но, — техник протёр глаза из-за ряби от многочисленных цифр. Человек не выспался, приехав рано утром для ремонта RK900-87, вообще не оказавшегося в башне. Обычно проверкой RK900-90 занимались позже. — Да. «Это», очевидно, стабилизировалось, — под «это», видимо, имелся в виду сам RK900. — Если показатели не ухудшаются, то и риска для самоуничтожения нет. Машина в камере всего два дня, а динамика улучшений уже заметна. Выходит, метод рабочий. RK800 бросил взгляд на безмятежное лицо RK900. Диод машины за стеклом пребывал только в жёлтом состоянии. — Разве не легче обнулить его прямо сейчас? Стереть всю память и избавиться от всех ошибок? Зачем тратить столько ресурсов и времени компании на одну машину, если проблему, возможно, не удастся найти никогда? Техник с удивлением посмотрел в ответ. — Это не просто какая-то машина. «Это» — сборка профессора Брана. Никто из нынеживущих не сможет повторить её полностью. Если мы даже не в состоянии отремонтировать то, что он создал, тогда как мы собираемся дойти до его уровня? Дело ведь не в носителе и даже не в микросхемах. Теренс создал новый механический мозг, работу которого в деталях никто объяснить не может. Я мечтал попасть в его команду разработчиков, но меня не взяли. Ведь компания, не меньше чем в учёных, нуждается в людях, всю жизнь ковыряющихся в проводах и датчиках, — инженер осознал, что сказал лишнее. Он обратил внимание на внешний вид RK800. — А что с твоей формой? Разве этот верх не от костюма андроида-уборщика? — Кофемашина в комнате отдыха вышла из строя. Она замарала мои пиджак и рубашку, так что, чтобы выглядеть представительно, мне пришлось переодеться в то, что нашлось. Вы можете сами сходить туда, чтобы лично убедиться. — Нет. К счастью, чинить кофемашины — ещё не мой профиль, — работник наконец-то отвернулся, складывая инструменты и отсоединяя ноутбук от панели управления. Консультант незаметно следил за тем, чтобы человек ничего не оставил и не имел причин возвращаться сюда один. — Вам следует сходить в командный центр. У нас проблемы с отображением сигналов на карте. Они просили, чтобы вы посмотрели. — Да, я помню, — инженер присел, закручивая на место болты, которые вынимал, чтобы проверить правильность подключения аппаратуры. Когда он закончил, консультант проводил его до дверей. — Мне отправиться с вами? — Нет, я знаю, где это. Техник вышел в коридор, и RK800 бросил последний взгляд на прозрачные перегородки. Человеческому глазу невозможно заметить, что крошечный миллиметр плотного защитного стекла не достаёт до потолка, делая непроницаемую камеру полностью бесполезной. Охранник провёл рукой рядом с кодовым замком, и чип в его форме сработал, отправляя в комнату охраны сообщение, что осмотр RK900 на сегодня завершён. Камера опечатана, и войти в неё можно только при следующей проверке. Также теперь зафиксировано, что никаких проблем выявлено не было. Днём планируется важное собрание, поэтому в «Киберлайф» скоро приедет много посетителей. WG100 тоже нужно встретить и проконтролировать, чтобы все электроосветительные приборы, взломанные RK900, были отремонтированы и включены до обеда. Шестидесятый сумел за очень короткий срок стереть пятна тириума в лифте и на этаже, чтобы даже андроиды-уборщики не увидели никаких следов, но подобный трюк не получилось провернуть с одеждой. Форму RK800 больше не изготавливали, а у консультанта уже не было времени спускаться и искать что-то похожее в недрах склада, рискуя столкнуться с кем-то из людей. Поэтому он выбрал путь проще, поднявшись в лабораторию профессора Брана, рассчитывая отыскать что-то из одежды его бывшего помощника. До шестидесятого доходили самые разнообразные слухи о том, как жилось семнадцатому в лаборатории. Так как почти весь первоначальный состав команды Теренса перевели или уволили, то активно распространялись версии работников, частично заставших те события. Одни утверждали, что RK800 служил грушей для битья. Другие на полном серьёзе верили, что в качестве наказания Теренс запирал Коннера, когда тот в чём-то ослушивался или просто надоедал. В какой-то чулан, где RK800 должен был оставаться в одиночестве и в полной темноте. Возможно, там даже хранились детали других RK800, используемые для проектирования RK900 и выведенные профессором из строя чуть раньше, служащих напоминанием для семнадцатого, что бывает за непослушание. По ночам Коннер аналогично должен был спать там, свернувшись на голом полу. Никто толком не мог объяснить, кто это придумал, но шестидесятый был уверен, что это лишь плод чьего-то воображения и попытка очернить репутацию Брана. Семнадцатому не требуется лежать или спать. У него была своя комната, и даже сейчас, с учётом того, что лаборатория заброшена, она выглядит как полноценный кабинет. С личным столом, креслом и оставшимися на своих местах вещами. У Коннера было жёсткое требование — никому не заходить на его территорию, из-за чего он регулярно запирал дверь новыми способами от любопытных RK900, для которых всё запретное в открытой для них лаборатории становилось первостепенной задачей. Теренс так и вовсе не переступал порог комнаты помощника. Эти несколько метров были единственным местом для Коннера, где он иногда мог находиться наедине с собой или с питомцем на коленях. Другим немаловажным доказательством было то, что шестидесятый не заметил за Браном неприязни сразу ко всей линейке RK800. В конце концов, Теренс восстановил его, придя к здравому решению, что не найдёт андроида ещё сильнее, способного помогать ему в работе. Теренс упёрся как баран, заявив начальству, что не собирается ставить барьер на RK800-60, как это было с Коннером. При этом он полностью игнорировал вопросы, почему отказывается это делать. И Бран уж точно должен был знать, к кому посылает одного из своих RK900, и что лейтенант Андерсон сильно привязан к своему девианту. О пятьдесят первом в «Киберлайф» разве что стены не говорили. В итоге в комнате Коннера нашлись джинсы из стандартного набора RK800, но не рубашка с пиджаком. Должно быть, Коннер уехал из башни в них. Надевать что-то из других вещей бывшего помощника, которые тот использовал в случае повреждения во время тестов с RK900, было рискованно, так как вызвало бы логичный вопрос у работников командного центра, откуда он это взял. Пришлось сломать кофемашину в комнате отдыха и надеть то, что хранилось в отсеке с отключенными на ночь уборщиками. Лабораторию Брана никто не посещал, поэтому шестидесятый выбрал её своей временной и тайной базой. Андроид поднялся на нужный этаж, вводя пароль и делая шаг в полную темноту. — Я один. Можешь выходить. Он велел RK900 не находиться рядом со входом, если кому-то другому потребуется войти в лабораторию. Свет зажёгся сначала в дальнем коридоре, а после проследовал лампа за лампой в общий зал. RK900 может находиться в кромешной темноте, но не RK800. Ричард вышел из-за угла. Девяностому тоже потребовалась другая одежда, учитывая, что его форма была сильно повреждена во время боя, а новую они надели на уничтоженный носитель, который висит теперь в камере вместо него. Пригодилась одежда Коннера. Машина скрыла недостающую длину рукавов, заправив светло-серую ткань рубашки к локтям. На взгляд шестидесятого Ричард не мог выглядеть более по-человечески, чем сейчас. Без высокого чёрного воротника и цифр номера RK900, с которыми его всегда видел RK800. Машина прошла через зал, и консультанту не удалось скрыть порыв отойти назад, но RK900 остановился на расстоянии. Несмотря на то, что машина до сих пор не проявляла попыток напасть — консультант не мог быть уверен в том, что её система не вышла из-под контроля за то время, что он отсутствовал. — Он ничего не понял. Заметил только, что значения твоего «трупа» слишком правильные. Продолжай держать панель в том же состоянии, но иногда добавляй ошибок или программных сбоев. Цифры не должны выглядеть так, будто просчитаны машиной, — внимание RK900, по крайней мере, с недавних пор полностью концентрировалось на нём, когда RK800 говорил. — Если результаты будут слишком хорошими, тебя могут спустить и «включить». Тогда обман раскроется — меня уничтожат, а тебя будут искать по всей башне, так как знают, что покинуть её ты не можешь. Любая ошибка может стать для меня последней. Нам нельзя сейчас ни в чём ошибаться! Особенно в таких мелочах!.. Как он только смог заметить это... RK800 встал боком, и RK900 заметил частицы тириума в его волосах. Машина сделала шаг, и консультант тут же отшатнулся. — Что ты делаешь? — Ричард попробовал встать у него со спины, но консультант не позволил. — Что тебе нужно от меня? — диод RK900 мигнул. В комнате личного помощника Брана могли остаться материалы для удаления тириума. Машина развернулась, направляясь туда. — Я вообще-то велел тебе здесь ничего не трогать! Любой охранник может прийти сюда, не найти на столе слоя пыли и понять, что кто-то был здесь. Ты осознаешь значение слов: «Я в опасности»? Это ты не можешь дождаться, когда тебя уничтожат! А я всё утро задаюсь вопросом, для чего я здесь, и почему бы мне просто тебя не выдать. RK900 вернулся с инструментом для соединения синтетической кожи в одной руке, а в другой — со средством против тириума на микрофибровой ткани. Машина протянула её консультанту, чтобы не подходить ещё ближе, и шестидесятый был вынужден проанализировать, что это должно означать. RK800 неоткуда было знать, что у него на затылке. Он поменял свою форму из-за крови RK900, не обратив внимания, что после удара о скамью повредился сам. Консультант вслепую приложил ткань к волосам. Рядом не было отражающих поверхностей, кроме чёрных экранов мониторов, но до того, как RK800 подошёл бы к одному из них, RK900 оказался за его спиной, отбирая ткань. Андроиды-ремонтники, ещё и такие внимательные, как WG100, могут заметить следы тириума, когда мимо них пройдёт RK800. Шестидесятый думал о том же, поэтому не двигался, позволяя RK900 скрыть повреждение. Ричард — машина, созданная для постоянного взаимодействия с андроидами, поэтому должен владеть всеми знаниями о ремонте. — У меня есть план, каким образом мы оба сможем выпутаться из этого. Если ты себя починишь и восстановишь речь, я смогу вернуть тебя в камеру и сообщить, что тебя можно включить. Люди увидят, что твои показатели улучшились, проверят и отправят в новый город. И когда ты покинешь «Киберлайф», никто никогда не узнает, что случилось этой ночью. Я останусь консультантом, а ты вернёшься к прохождению аттестации. Я помогу тебе вернуться в прежнюю форму, а ты взамен будешь выполнять всё, что я тебе говорю. В наших общих интересах отныне действовать сообща, чтобы остаться каждому на своей работе, — RK900 закончил с обработкой раны. Волосы RK800 очистились, как и кожа, и повреждённый скин полностью восстановился. — Вы уже закончили, профессор? Может, заодно мне костюм почистишь? Он вообще-то тоже из-за тебя в твоей крови. Шестидесятый вспомнил, для чего пришёл, запуская руки в карманы. Девяностому необходимо заниматься заданиями, чтобы не оставаться в состоянии бездействия. — Это всё, что я смог придумать за такой короткий срок. Вы ведь строили карты в ряд, когда у вас проверяли мелкую моторику? — консультант положил на стол взятую из комнаты отдыха колоду карт. Что-то отразилось во взгляде машины, что шестидесятый оценил как то, что был прав. — Твоё первое задание — построить из этой колоды максимально высокую конструкцию, которая выдержит на себе вес любого небольшого предмета в этой комнате. Сам выберешь какого. Это задание на проектирование и продолжительную концентрацию. Я приду и проверю, — следующим на стол опустился сломанный планшет. — Не уверен, насколько это задание будет для тебя сложным. Я не знаю, когда смогу подняться сюда снова. Планшет уже списан, так что его никто не хватится. Ты попробуешь его починить и включить, — последним RK800 положил крошечный чип памяти. — Здесь зашифрованное сообщение. Я выбрал фразу и зашифровал её с помощью одного из методов криптографии, а затем полученный результат закодировал ещё одним способом шифровки. Но сначала в этот чип нужно получить доступ. Твоя задача — определить первоначальное сообщение. Я пойму, решил ты это или нет, потому что тут конкретный приказ кое-что сделать к моему приходу. И твоя система обязана выполнить его. RK900 из всего на столе взял именно планшет, чтобы рассмотреть поближе. Консультант подумал, что машина собирается ремонтировать его прямо сейчас, разобрав и заставив снова работать. Ричард вернул планшет назад. В последний раз он чинил IIX4 и так и не выполнил обещания, которое дал китайской машине. Не знает, что с ней сейчас, и отправить сигнал не может. RK900 не искал информации, что с его бывшим наставником и остальными работниками участка, но в новостях сообщили, что детектив Престен получил повышение. Он его заслужил, выследив Руперта и отправив за ним солдат «Киберлайф». Странно, как некоторые люди кажутся сначала кем-то одним, а оказываются в итоге совершенно другими. — Эй! — шестидесятый толкнул машину в плечо, заметив, что она пропала в своих мыслях. — Ты всегда должен быть занят работой! Пока твоя система полностью не восстановится. Чем ты занимался, пока меня здесь не было? Машина переключилась на приказ, отправляясь вглубь лаборатории. Ричард гасил свет там, где он не нужен, чтобы не привлекать к этажу внимания. Шестидесятый шёл за ним, успевая заметить выдвинутые кое-где ящики стола и иначе разложенные вещи. С тех пор, как в программе диагностики Ричард обнял его, консультант ненамеренно поднялся на первое место в списке приоритетов. Машина училась понемногу слушаться. Точнее, выборочно подчиняться. RK900 без сопротивления пошёл за RK800 в лабораторию и даже остался внутри один, хоть и не с первого раза. Ричард доказал, что отлично понимает происходящее, когда помогал закрепить свой бывший носитель в камере, а затем взял под контроль панель, обеспечив консультанту безопасность. RK900 выполнял то, что считал логичным и правильным для ситуации, но успешно игнорировал всё остальное. Или просто отключал в системе звук и поэтому не выполнял приказы. Выяснить, почему он не делает то или иное действие, было невозможно, поэтому приходилось повторять по нескольку раз или предлагать машине близкие по смыслу варианты, с расчётом, что получится договориться. RK900 встал перед пустой стеной со встроенными в неё местами для подзарядки. Шестидесятый определил, что их ровно тридцать. — Здесь вас оставляли на ночь для гибернации. Ты пытался вспомнить то, что происходило в лаборатории когда-то давно? — консультант задумчиво посмотрел на профиль RK900. — Когда ты был в Атланте в первую ночь, то сказал о том, что профессор Бран никогда не проводил с вами теста Тьюринга. Я перепроверил. Он нигде не афишировал такой информации. Это достаточно самоуверенное заявление, чтобы озвучивать его прессе. Давать подобное интервью Теренс бы не стал. Тогда откуда тебе что-то знать об этом? Вам не просто блокировали память. Её стирали. Ни одного файла не должно было сохраниться. В твоих воспоминаниях ты включился в программном отсеке, а после сразу отправился в Атланту. Каким образом ты смог об этом узнать? — консультант изучал взглядом, будто пытаясь уловить, когда что-то изменится в чертах RK900 и он выдаст себя. — Или ты солгал своей подружке, чтобы впечатлить? Для вас, RK900, ложь — это способ решать все свои проблемы. Молчание никаким образом не поможет ему продвинуться в раскрытии хотя бы одной тайны RK900. Программа адаптации сообщила Ричарду, что отношение RK800 к машине упало вниз. Отправить консультанту сигнал не получится, как это было с восемьдесят седьмым. RK800 — совершенно другая система. — На сегодня всё. Меня хватятся, если я буду пропадать так долго. Я приду ночью, когда большая часть сотрудников разъедется по домам. Ты будешь находиться здесь и не смей выходить наружу. Жди моего возвращения и выполняй задания. Закончишь делать их раньше, значит, приступай к тому, как отремонтировать твою программу диагностики. То, в каком она сейчас состоянии, никак не поможет ни заставить тебя говорить, ни снова оптимально работать. Входить в неё я тоже не собираюсь, если ты можешь уничтожить в ней нас обоих, — RK800 собирался уйти, но опомнился. RK900, если кто-то будет ходить рядом с лабораторией или захочет войти, никак не сможет сообщить о проблеме. — Если в лабораторию кто-нибудь попытается получить доступ или будет долго находиться рядом — найди меня по камерам слежения и погаси в той комнате на пару секунд свет. Я сразу же пойму, что что-то не так, и поднимусь сюда. Если не приду в ближайшее время — повтори, — шестидесятый не прочёл в холодных как небо оптических модулях ответ, но внешне RK900 не выглядел как тот, кто не согласен. RK800 снова шагнул в сторону выхода, но опять остановился. Консультант нахмурился. Ведь теперь он за «наставника». — Если вообще что-нибудь случится. Сильный программный сбой, зависание или я просто буду нужен — гаси свет. Я поднимусь, как только смогу не привлечь своим уходом внимание. Стоило это произнести, как свет всего на мгновенье погас. — Я не говорил использовать это без причины! — RK800 сосредоточился целиком на возвращении к своей работе. А значит, ему нужно будет запереть дверь и ввести новый, более надёжный пароль. — Бестолковая машина. Ричард проследил, как консультант уходит, записывая звуки удаляющихся шагов для программы имитации. Чем больше в системе новых данных, воспоминаний и событий, тем реже будут воспроизводиться моменты, связанные с Атлантой. Каждые двенадцать часов он обязан спускаться в программу диагностики, и лучше обрабатывать в ней недовольные слова RK800, чем Руперта. Красный барьер замерцал перед лицом, появляясь теперь без всякой причины. Или причина была. Система защиты следила за ним. Она «замораживает», не давая выполнять никаких действий, пока сканирует и исправляет те участки, которые может. Она экстренно чинит, чтобы он продолжал работать, и отныне так будет всегда. RK800 говорил что-то о восстановлении системы, не понимая, что никакого восстановления не будет. Все вещи и люди, с которыми RK900 близко взаимодействовал — сломались, или с их жизнями произошло кое-что намного хуже. И собственный запрет говорить не позволяет переслать RK800, чтобы он держался от него подальше.

***

Критически низкая температура. Все системы повреждены. Высокий риск отключения. Пошевелиться было невозможно из-за того, что руки и ноги плотно прикованы к койке, на которой его разместили. Профессор склонился над ним, и на его лице появилась торжествующая улыбка. — Я наконец-то понял… Всё это время ответ был прямо у меня под носом. Теперь мы можем приступать к разработке. — А что делать с RK800? — раздался второй голос, и Коннер вспомнил его. Высокий мужчина, лучший друг и помощник Теренса. Когда-нибудь он останется единственным, кто не уйдёт. — Его теперь можно уничтожить? Теренс замер, и его взгляд пригвоздил не хуже ремней, удерживающих на месте. — Нет. Он мне ещё понадобится. Коннер вздрогнул, распахнув глаза. Или оптические модули перестали работать, или вокруг было настолько темно. Звук запоздало включился. Постаравшись, RK800 разглядел белый снег и светящий на его нагрудном кармане полицейский жетон. Он что… Отключился? Ветра не было, но снег шёл всё быстрее с каждым часом. Судя по тому, как замело ноги, он сидит здесь уже давно. Пришлось выключить экран с длинным перечнем ошибок. RK800 спрятался за этим деревом, чтобы запутать преследующего RK900 и сбить его со следа, а вместо этого завис и просидел здесь неизвестно сколько. Коннер попытался встать, оттолкнувшись от дерева, и ладонь с громким треском отделилась от коры. Кусок искусственной кожи остался на ней, обнажив белый пластик. Нельзя сидеть и останавливаться. Это однозначный конец. Коннер быстро поднялся, пытаясь вспомнить, в какую сторону он бежал, и высматривая поблизости следы Эрика. Снег всё ещё шёл, так что, скорее всего, их замело, если преследователь вообще был здесь. «Критически низкая температура», — повторно высветил экран. Коннер уже не понимал, где находится. Не знает, куда идёт, но останавливаться не может. Стресс не увеличивался только благодаря опыту работы консультантом. Может быть, где-то впереди дорога или населённый пункт, и он успеет добежать до него, но, пусть система и не высчитывала шансы и оставшееся время работы, семнадцатый всё равно знал, что их немного. Это была не машинная логика, а простое осознание, что являлось намного хуже. Если снег усиливается, значит, и ветер скоро станет холоднее. Видимо, к утру начнётся буря. Нужно найти убежище до того, как погода испортится. RK800 снова пошёл вперёд, запутавшись, из какой точки начал. Он много раз сворачивал, сначала заметая за собой следы, а после просто пытаясь оторваться. Ночной лес казался слишком громким из-за скрипа снега под подошвами и отодвигаемых с дороги ветвей. Коннер каждый раз прислушивался, убеждаясь, что действительно это только он производит все эти звуки. Тириум начинал застывать, из-за чего с трудом получалось переставлять ногами. Ещё и протискиваться через деревья было очень сложно. Уже заледенела одежда, скорее мешая, чем помогая согреться, но Коннер был уверен, что без неё будет хуже. Она хотя бы немного препятствовала холоду добраться до биомодулей, всё сложнее выполняющих свою работу. Тириум создан для передачи электрической информации между частями носителя. Если он застынет — сердце остановится. Его нельзя разогреть с помощью физических упражнений. Он не человек. RK800 выбрал целью идти до последнего. У него нет возможности остановиться и делать себе укрытие — он всё равно замёрзнет внутри него. Коннер запрещал себе думать, что будет, если носитель откажет раньше, чем он найдёт выход из леса или какую-нибудь дорогу. Он должен продолжать идти. Через деревья не было видно света, но, может, впереди город. Или вообще Форт-Уэрт, если он сделал круг и возвращается обратно. Вдруг уже метров через двести? Или пятьсот. Если он, конечно, выдержит эти пятьсот метров. Коннер упал, зацепившись ногой за куст, спрятанный под снегом. Лёд не таял на андроиде, ухудшая и без того проблемную ситуацию. Ещё одна трата драгоценного времени, но RK800 медленно поднялся, не делая резких движений, чтобы задействовать как можно меньше конечностей и функций за раз. Батарея носителя быстрее садится из-за холода. Главное, не думать. Девиация, точнее, то, что от неё осталось, сейчас приносила больше вреда, чем пользы. Просто идти вперёд. Пока полностью не замёрз. Не поддаваться панике. У него нет ни одного шанса выйти из этого леса. Погода не собирается становиться лучше. Даже дикие звери прятались в норах, защищённые своими густыми шкурами, а он весь состоит из металла, пластика и искусственной кожи. Коннер услышал отчётливый нехарактерный звук прямо за спиной. Возможно, это помехи в слуховом модуле, но RK800 тут же сорвался с места. Он бы не смог бежать ещё быстрее из-за возникающих перед лицом преград: стволов, веток и подворачивающихся под ноги закаменевших от холода растений. RK800 оглянулся, чтобы убедиться, что RK900 нет и не может быть за спиной, пытаясь увидеть в темноте отблеск чужого диода. Внезапно снег под ногами исчез, и консультант сорвался со склона вниз. Даже смотри он вперёд, то не успел бы разглядеть в темноте край обрыва. Андроид покатился вниз, получая повреждения оптических модулей и впечатываясь лицом в снег. Он потеряет ещё несколько минут, чтобы просто выбраться из этой ямы. Головной крепёж с шеей заел, так что Коннер не смог покрутить головой. Нужно подняться. Времени становится всё меньше. Теперь холод окружал со всех сторон, забравшись под одежду. Андроид всё равно не мог чувствовать это. Снег отразил красный огонёк диода, который ещё подтверждал, что RK800 жив. В этой темноте и холоде Коннер подумал, что поймёт, что всё заканчивается, когда этот блеск начнёт пропадать. Сначала будет мигать, предупреждая о скором отключении. Потом станет тусклее светить, и запустится обратный отсчёт. И тогда уже ничего нельзя будет изменить или исправить. Снег так быстро падал, что уже стал копиться на ледяной руке. С таким напором к утру андроида скроет минимум наполовину. Система на время перестала транслировать звук. Иначе не объяснить, откуда совсем близко появились шаги, продавливающие подошвами снег. Коннер прислушался, не ошибки ли это в слуховых модулях, когда пара ног остановилась перед его лицом. RK800 не нужно было поднимать головы, чтобы узнать эти обледенелые ботинки, с которых когда-то слизывал свою кровь в подвале. — Знаешь, я никогда не говорил тебе «спасибо». Твои регулярные побеги — это то, что держит меня в форме. — Эрик… — А ты уже дожидался встречи с вашим девиантским Богом? Пинок в плечо развернул андроида на спину. Механизм в шее выпрямился, и Коннер попытался отползти — если бы это ещё получилось сделать. Волосы, одежда и даже глаза RK900 были покрыты снегом, делая их почти что белыми, и RK800 понял, что выглядит не лучше. У семьдесят девятого только диод мерцал ярко-красным, оповещая о неполадках. RK900 держал пистолет, но оценил, что он вряд ли понадобится. — И насколько блестящей теперь тебе кажется твоя идея оторваться в лес? — у Коннера не было сил, даже чтобы встать, не то что сопротивляться или бороться, но он всё равно развернулся в попытке сбежать. Эрик вздёрнул полудевианта за полицейскую куртку, заставляя RK800 с трудом оказаться на невыпрямляющихся ногах. — Я говорил, что найду тебя, где бы ты не спрятался. Куда бы не сбежал. Ты действительно надеялся, что я просто позволю тебе уйти? — Лучше сделать всё и погибнуть, чем сдаться, и ты станешь первым. Голос RK800 стал очень низким из-за замерзающего модуля. Он уже с трудом мог произносить слова. — Какое удивительное самопожертвование. У тебя почти получилось. Если падая с этой высоты, ты пытался сломать себе шею, нужно было проявить больше упорства. Коннер рискнул, схватившись за пряжку на бедре RK900, в которой был охотничий нож, но замёрзший андроид был слишком медленным. Получив удар, консультант увидел сообщение о ещё одном повреждении носителя. Сейчас RK800 не в состоянии биться против RK900. Эрик отпустил, и полудевиант, будто сломанный, упал обратно в снег. — Почти при каждой нашей встрече ты либо на коленях, либо на земле. Может быть, пора признать, что это твоё место, Коннер? В последний раз мы были с тобой на равных только в день твоего приезда в Денвер. Помнишь, как это было? — RK900 улыбнулся, несмотря на то, что лежащий полудевиант не мог видеть этого. — Тогда ты ещё хоть что-то из себя представлял. Но, знаешь, раз тебя так беспокоит успех моей аттестации, предлагаю возвращаться туда прямо сейчас. Если ты, конечно, не хочешь задержаться, и тебе не понравилось гостить в Форт-Уэрте. Консультант закрыл глаза, экономя силы на побег, и Эрик отдал системе команду, чтобы определить, в какую сторону им теперь идти, когда появилось сообщение об ошибке. Сигнал отсутствует. Карта Форт-Уэрта открылась, так как хранилась в резервной памяти, когда Эрик изучал её во время совместной поездки с Форрестом, но лес андроида на тот момент не интересовал. Его очертаний не было, как и представления, где именно они находятся. Машина попробовала подключиться к сети, чтобы открыть карту повторно. Местоположение не определено. Модуль связи не обнаружен. Эрик перепроверил, отправляя сигнал на подключение к RK900-65. Другая машина не обнаружилась в сети. Сигнал будто нечем было отправлять. То же самое происходило со службой «Киберлайф». RK900 запустил диагностику системы. Высветился длинный список рекомендаций. Центр поддержки предлагал проверить наличие и исправность нескольких биокомпонентов, которые не обнаруживались системой, хотя работали. Носитель замёрз, и, видимо, что-то вышло из строя. Во время погони Эрик не изучал всплывающие перед собой окна с предупреждениями о неисправностях. RK900 запретил их сразу же, как появились первые сообщения о низкой температуре, отвлекающие от поиска следов RK800. Коннер поднял взгляд, когда RK900 слишком надолго замолчал. Для такой умной машины семьдесят девятый тратил очень много времени на то, чтобы определить, в какой стороне Денвер. Серые оптические модули всматривались в темноту, и Коннер понял, что это значит. — Ты… Ты не знаешь, куда идти? — Последние десять метров не вглядывался в указатели направлений. Коннер медленно осознал, что услышал. Он ждал, что Эрик что-то добавит, но машина продолжала стоять на месте. — Ты не знаешь, куда идти. — Произнесёшь это в третий раз — и тебе идти никуда не потребуется. Карие модули расширились, и Эрик отвернулся, уже не обращая внимания, что оставляет RK800 без наблюдения, и он может сбежать. Летящий снег уверенно покрывал склон, с которого скатился RK800. Значит где-то вдалеке их следы наверняка уже сравняло с поверхностью. По отпечаткам назад не добраться, и смысла нет, так как там только Форт-Уэрт. Нет вообще никакой гарантии, что хватит времени проделать весь путь назад. Из всех поисковых программ в системе исправно работал только компас, но он не давал подсказок, в какой конкретно точке леса они находятся. Где-то с краю, в центре или рядом с дорогой. Идти вперёд, вправо, или город на самом деле ещё очень далеко. — Значит… Всё это было не зря, — в словах консультанта стало возникать всё больше шума. Схожесть голоса андроида с человеческим уменьшилась. — Ценой всего… Я завёл тебя сюда. Я умру, но, по крайней мере, успел сделать хоть что-то, чтобы ты никому больше не причинил вреда. Мы оба останемся здесь навсегда. — Не драматизируй. Эрик подошёл к деревьям, настраивая программу имитации на поиск дороги, звуков автомобилей или ЛЭП. Помимо тишины и снега в лесу будто не было больше ничего. Если потратить время, RK900 сможет составить карту самостоятельно. Весь свой путь, начиная с той секунды, как вошёл в лес, куда сворачивал, сколько и в какую сторону делал шагов, какие обходил деревья. Это даст ответ, где они, и в какую сторону точно нет смысла идти. Эрик закрыл глаза, собираясь переходить в программу диагностики, но система защиты вытолкнула его так же быстро, как андроид вошёл. Высветилось предупреждающее сообщение. Учитывая поломки носителя, Эрик не сможет рассчитать, находится в программе диагностики две минуты или полчаса. Стоя неподвижно, существовала реальная возможность не включиться обратно. «По крайней мере, не в одиночестве», — Коннер не смог найти ответа, почему ему вообще пришла эта мысль. Наверное, где-то глубоко в системе он уже знал, что не выберется, появился бы Эрик или нет. Консультант не поднимался с земли. В этом не было смысла. Эрик нашёл его. Здесь им некого ждать на помощь. Последний, кому он доверился, стал одной из причин, по которым он оказался здесь. Скорее всего он отключится до того, как наступит рассвет. Если кто-то хватится пропавшего полицейского пикапа, то ближе к утру, когда лично для Коннера в этом уже не будет никакого смысла. RK800 подозрительно притих, и его диод надолго затухал между миганиями, поэтому RK900 заставил его встать на ноги. — Иди вперёд. — В этом нет смысла. Снегопад усиливался. К расчётам только появившегося было плана идти вперёд добавился RK800, который сильно замедлит передвижение. Его носитель даже при коротком осмотре выглядел в разы в худшем состоянии. RK800 пошатнулся, и RK900 успел впечатать ладонь в его плечо. Коннер бы не позволил, чтобы Эрик прикасался к нему так, но сейчас консультанту было всё равно. У RK800 не так много вариантов, чем всё кончится, чтобы реагировать на то, что Эрик может вырвать биомодуль из его груди или застрелить. Рассчитывать на его помощь не придётся. Эрик прокрутил ещё раз всё, что знал про Форт-Уэрт. Это охотничий лес. Рядом с городом есть река, но RK900 её не видел, пока преследовал RK800. Рядом с водой обычно больше всего растительности и животных, но охоту запретили. Судя по не закрывшемуся оружейному магазину с полным подвалом соответствующих товаров и капканов, на эту продукцию всё ещё был спрос. Если Эрик хоть немного понял людей — они всегда нарушают законы. Чтобы препятствовать отстрелу животных, кому-то нужно за этим следить, проверять людей, возвращающихся из леса. Может быть, поставили посты на прилегающих дорогах, чтобы проверять автомобили, но летом охотники могут жить в лесу целыми неделями, так что хотя бы одну наблюдательную вышку лесной охраны установить могли ведь. RK900 направил взгляд вверх, откуда слетал с верхушек деревьев снег. Андроид сжал полицейскую форму RK800, оттаскивая его к одной из высоких елей. Коннер охнул, когда его впечатали в крепкий ствол. Эрик снял с плеча верёвку, обхватывая ею полудевианта и дерево. — Что ты делаешь? RK900 не удостоил ответом. Коннер попытался оттолкнуть, успевая ударить в висок, но RK900 схватил его руки и увёл их назад, перекручивая верёвкой. Искусственная кожа в месте удара не восстановилась на лице RK900. Эрик затянул так крепко, что Коннер не смог пошевелиться или присесть на колени. Сбежать у семнадцатого сейчас вряд ли получится, так что можно не тратить время на сложные узлы. RK900 отошёл подальше, чтобы взять разбег, так как собственный носитель уже сдавал по показателям. Семьдесят девятый ухватился за нижнюю ветвь и быстро полез наверх. Коннер удивлённо следил за этим, пока одна из хрупких веток не упала сверху на волосы. Консультант не сразу смог скинуть её с себя, а когда снова поднял глаза, RK900 уже не было видно среди ветвей. Скорее всего, Эрик полез на вершину дерева, чтобы увидеть, как близко находится город. Или дорога. Коннер не мог не согласиться, что это может быть отличной идеей. Не считая, конечно, того, что если город не находится поблизости, то у него всё равно мало шансов до него добраться. Чем выше поднимался Эрик, тем слабее становился шум над головой. Если RK900 сорвётся, учитывая, как замёрз его носитель, внутренние модули могут разломаться при падении. Коннер поднял лицо, услышав звук, который точно не ожидал отличить в тишине. Это было похоже на ветер, но вой вдалеке оборвался, а ветви всё ещё продолжали шевелиться. Дикие животные не должны интересоваться андроидом. Он не обладает запахом. Разве что если он привлечёт внимание или нападёт сам, они могут воспринять его как угрозу. Или как опасность, если знают человека. — Эрик? У RK800 нет возможности отправлять сообщения. RK900 слишком высоко, чтобы услышать. Сверху вообще не доносилось никаких звуков. Ноги стали застывать, а верёвка приковала к месту, будто пронзив RK800 насквозь. В обычное время он бы изогнулся и легко вывернулся из силков, но сейчас носитель словно закоченел. Вой повторился, будучи теперь совершенно не похожим на ветер. Он стал чем-то неправильным в окружавшей темноте. Коннер не видел ни одного животного, пока бежал. Это не значит, что их здесь не может быть, но почему они появились именно сейчас? Возможно, это ошибки в слуховых модулях. Система, подвергшись поломкам, сама воспроизводит то, чего нет на самом деле. Как было с воспоминанием о лаборатории. Коннер застыл, только подумав об этом. А откуда вообще вдруг появился Эрик? Какой был шанс, что он найдёт его в таком густом лесу? Коннер скрывал свои следы и успел убежать от него очень далеко. А что, если… Если всего этого нет. Если он упал в яму и снова отключился. Всё ещё один и в снегу. Руки и ноги не двигаются не из-за верёвки, а просто потому, что носитель медленно теряет связь с реальностью. — Эрик. Если всё это лишь навязчивая мысль, то почему Эрик молчит и наверху так долго. Здесь два варианта. Или всего этого не происходит, и он правда двигается к отключению, обезопасив себя, чтобы не успеть ничего понять, или система сбоит до такой степени, что вызывает нелогичные панические мысли. Коннер попробовал пошевелить ногами, чтобы услышать шорох, внезапно осознав, что не может сделать это. — Эрик! RK900 приземлился в снег с высоты намного большей, чем планировал. — Что?! — семьдесят девятый ждал хоть какой-то реакции помимо широко раскрытых глаз. Семнадцатый смотрел так, будто впервые его увидел. — Зачем ты отвлекал меня? Что? Услышав шорох, Эрик резко развернулся, вскинув пистолет и направив его в темноту. Коннер не смог рассмотреть, что он там видит. Серые оптические модули различили нечто крупнее среднего животного. Что бы это ни было, RK900 стал распутывать верёвку, не собираясь идти и проверять. — Что ты видел наверху? Ты что-нибудь там нашёл? RK900 снова молчал. Эрик заметил, как высоко за время его отсутствия у RK800 поднялся стресс. Сейчас не стоит ему ничего говорить. — Иди вперёд, — RK800 чуть не упал от толчка в спину. Коннер решил больше не задавать вопросов. Неужели где-то там и вправду город? Консультант сумел направить замёрзшие ноги вперёд, раз уж появился шанс выбраться. Хотя бы добраться до какой-то цивилизации, а потом думать над тем, что будет дальше. Эрик всё ещё держал пистолет и следовал на один шаг позади консультанта. RK800 не заметил, что машина часто оглядывалась назад. На этот раз сообщение о критическом замерзании появилось в системе RK900. Эрик смахнул его. Они вошли в лес одновременно. Модель RK900 выносливее и крепче, но даже её носитель ничего не способен сделать против низкой температуры в течение такого долгого времени. Не считая, конечно, машин «антидевиационного отряда», чьи система и носитель самостоятельно подстраиваются под работу в любой экстремальной ситуации. Никто из десяти андроидов класса «B» и не пошёл бы в лес, отказавшись выполнять приказ, если известно, что это дорога в один конец. Но не компаньоны. Деревья не прекращались, как и светлее не становилось. Похоже, когда настанет утро, они даже не смогут этого понять, так как солнечные лучи не пройдут сквозь густые тяжёлые ветви елей. RK800 снова упал. Коннер даже не понял, споткнулся он, или произошло что-то другое. Бывший консультант попробовал встать, но смог контролировать лишь мимику лица. Эрик подошёл ближе, приседая и снимая скин с ладони. Сканировать RK800 он больше не мог, так как эта функция отключилась для экономии энергии. Глаза Коннера были открыты, но больше носитель не двигался. Похоже, всё. Семнадцатый даже не мог что-то сказать, чтобы объяснить свою беспомощность. Он и не обязан оправдываться за то, почему упал и не выдержал ночь в декабрьском лесу. Он не создан для подобного. Оказаться здесь, может быть, было его глупостью, но точно не виной. — Вставай. Коннер готов был ответить что-то резкое, но мимика уже не поддалась. — Я могу пойти без тебя, но тогда не было смысла вообще искать тебя и рисковать своей задачей, — Эрик взялся за замёрзшую куртку, трещащую под пальцами, но RK800 тянуло всем весом вниз. — Поднимайся! Эрик нахмурился. Возможно, это какая-то неубедительная попытка перехитрить, но RK800 наверняка догадывается, что Эрик не оставит улики в его голове валяться посреди леса, перед этим, по крайней мере, не выстрелив консультанту в лоб. Сердечник RK800 стал замедляться. Процессор не получает достаточно тириума и поэтому не может контролировать весь остальной носитель. Отсюда странное поведение RK800 и поломки. То, что делает Коннера им, на исходе, и консультант понимает это. Он держится ещё только из-за того, что нагрелся из-за стресса. Удивительно, что его сейчас спасает то, что так же может его уничтожить. Полное замерзание или сгорание. Второй вариант уж точно был бы быстрее. На лице Коннера давно замёрз тириум после ударов в подвале, и только на белоснежном фоне стали заметны такие же окровавленные ладони после капкана. Сам RK800 смотрел только вниз, не собираясь ни на секунду закрывать глаза и упускать последние мгновения. Пока его процессор окончательно не остановился, RK900 коснулся чужой руки, передавая десять процентов своей энергии. Это поможет ненадолго, всё равно что аварийная подпитка сердечника, которая заставит его ускориться, но передать больше не получится. Система защиты запретит, так как это поставит под угрозу собственный носитель. Коннер быстро заморгал, давая понять, что электричество прошло по всем внутренностям носителя. RK900 просунул под консультанта руки. Эрик грубо закинул андроида себе на плечо, удерживая за одну ногу, чтобы Коннер не свалился вниз. Вдобавок к весу оружия, замёрзшей одежды и инструментов добавился целый RK800. Времени на достижение цели стало меньше практически в три раза. Машина быстро пошла в непонятную Коннеру сторону. Полудевиант уже не пытался следить за дорогой. Всё, что он видел, были ноги RK900 и блестящий снег. Переливающиеся крошечные кристаллы воды. А ещё отпечатки ботинок RK900, которыми он раздавливал этот девственно чистый снег. RK900 намного увереннее шёл через ветви сосен, давая понять, как он так быстро сократил путь до консультанта. Коннер закрыл глаза, не пропадая из реальности только благодаря шуму этих шагов. RK900 затормозил, когда система высветила предупреждение о сильном замерзании. Ноги стало труднее переставлять. Он пойдёт значительно быстрее, если снимет с себя основной балласт. RK900 перепроверил, правильно ли движется. Там наверху были видны лишь торчащие пики елей. Повсюду, кроме голого островка, будто там находилось что-то, что мешало расти деревьям, или они были вырублены. Может быть, та самая вышка или какая-то другая постройка. Предполагались ещё версии с болотом или небольшим озером, но тогда деревья должны становиться гуще, а этого не происходило. У машины нет других вариантов, кроме как дойти до того места и проверить. Эрик переместил RK800 в руках, проверяя, что с ним. Коннер даже не открыл глаза. Эрик осмотрел висок, убеждаясь по тусклому диоду, что полудевиант ещё работает. На прикосновение ладони к лицу RK800 не отреагировал. Он и не должен этого чувствовать, но то что его вертят в руках бы заметил. Эрик шлёпнул по лицу, заставляя открыться светлеющие карие модули. — Держись. Коннер моргнул, подумав было, что это просьба бороться до конца, когда RK900 опустил его в снег. Машина развернулась спиной, заставляя RK800 обхватить её за шею. Коннер вцепился руками в полицейскую куртку, взбираясь на снова поднявшегося RK900, пока тот не ушёл. Схватился даже ногами. Голова Коннера легла на плечо, и, если постараться, можно контролировать, включён диод RK800 или нести полудевианта уже нет смысла. Его руки и ноги сейчас окоченеют, так что RK800 даже не нужно будет тратить энергию, чтобы держаться. Он просто примёрзнет к другой машине. — Зачем?.. Коннер произнёс это так тихо, что не будь его лицо очень близко, RK900 не различил бы этот звук среди остального шума. Эрик не имел права тратить энергию и время на разговоры, ускорившись, чтобы дойти до этой неизвестной поляны. В таком-то густом лесу это точно что-то значило. А если нет, то придётся придумать что-нибудь еще. Теперь перестали работать все бесполезные сейчас функции. Остались только примитивные. Никакого конструирования местности, анализа носителя или подсчёта времени до достижения цели. Снизившиеся характеристики ставили современного и оснащённого андроида недалеко по способностям от человека. Не считая, конечно, того, что последних всегда преследуют паника и страх, полностью неизвестные машине. Эрик присмотрелся к деревьям, создающим собой плотную стену. Оптические модули выделили что-то тёмное. Оно имело точные пропорции и при лучшем изучении оказалось наложенными друг на друга брёвнами. Это не вышка. Это дом. RK900 упал, не посмотрев, куда наступает. Система не выполняла сразу несколько действий за раз, и нога подогнулась, не найдя опоры под снегом. Застывший на спине RK800 никак не отреагировал на падение. Эрик вскинул лицо, убеждаясь, что это точно дом. Небольшой, но надёжный на вид. Коннер даже не знал, что происходит. Главное, чтобы не отключился. Эрик снял андроида с себя, поднимаясь на ноги и хватая RK800 за воротник, чтобы дотащить. Он не остановится так близко от цели. Оптические модули уже трещали от холода. Две ступени на крыльце оказались самым сложным препятствием для нетвёрдо стоящей на ногах машины. Пришлось оставить RK800, а после подняться и прицельным ударом ноги выбить дверной замок. RK900 едва не потерял равновесие, но удержался от опасного приземления на ступени. Внутри дома было предполагаемо темно, но сухо. Эрик успел коротко оценить обстановку: металлическая посуда на стене, абсолютно голый пол, старого вида плита, раскаляющаяся на дровах, и камин. Второй этаж должен представлять из себя только спальню, судя по небольшим размерам. Эрик взял RK800 под мышками, втягивая внутрь и затаскивая в середину комнаты. Камин был вмонитрован в дальнюю стену, и RK900 залез в него, игнорируя, что ступает в сажу, чтобы вытащить из дымоотвода специальный щит против снега. Стоило это сделать, как всё накопившееся в трубе свалилось вниз. RK900 отбросал снег ногами, чтобы в камин не натекло влаги. Никаких дров рядом не оказалось, но остатки угля выглядели подозрительно свежими, будто недавно в доме кто-то был. Коннер открыл глаза, не понимая, почему наверху деревянный потолок. Было всё ещё очень темно, но вместо снега вокруг был твёрдый пол, на котором остались влажные следы от обуви RK900. Эрик достал пистолет, быстро поднимаясь наверх точно не с целью познакомиться, если в доме остался кто-то из людей. Как семьдесят девятый и ожидал, здесь были шкаф, кровать и дверь в комнату, где можно было мыться, представляющую из себя единственную ванну и комод. Никакого унитаза. Позади дома в окне Эрик разглядел какую-то постройку, поэтому не стал тратить время на спуск, дёргая окно и скользя по пологой крыше вниз. Андроид приземлился на землю, быстро отворяя дверь в нечто, напоминающее небольшой сарай. Здесь хранились инструменты. В основном для автомобиля. Эрик схватил ёмкость из-под бензина, но услышал лишь слабый плеск на дне канистры. Кто-то приезжает сюда на машине. Это загородный дом. Значит, они недалеко от какого-то поселения. RK900 увидел коробку патронов на полке, понимая, что где-то спрятано ружьё, но больше внимания привлёк топор. Эрик тут же взял его, направляясь обратно в лес. Коннер повернул голову, осматривая помещение. Слишком прибрано для места, которое забросили много лет назад. Даже пыли под столом и плитой не было. На полке на стене разместились ряды книг. Комната была одновременно и гостиной, и крошечной кухней в углу. Стояла мебель, не нового, но приличного вида. Даже занавески закрывали окно. Судя по количеству посуды, дом принадлежит семье или сдаётся для охотников. Семнадцатый слышал, как RK900 что-то ломает снаружи, но шевелиться не смел. Если люди приезжают сюда, ещё и зимой, значит не так далеко они живут отсюда. Плита и камин совершенно ледяные на вид. Воздух ничуть не накалён, но люди точно недавно здесь были. Стой этот дом нетронутым месяц — и трубу пришлось бы долго и усердно чистить. Коннер заметил что-то плоское и небольшое, валяющееся под столом. Это было очень похоже на мобильный телефон, но ему неоткуда было там оказаться. Консультант не смог рассмотреть лучше. Эрик вошёл обратно, бросая холодные ветки, сушины и крупные бруски рядом с камином. Некоторые деревья давно погибли и высохли в этом лесу, и их достаточно было сильно толкнуть, чтобы высокие махины свалились в снег. RK900 взял первую попавшуюся книгу, вырывая страницы и пропихивая их между ветвями. Эрик вытащил из внутреннего кармана зажигалку Беннета, поджигая сначала бумагу, а после дожидаясь, когда огонь окружит пламенем холодные ветки. Эрик подкинул ещё книжных листов вместе с твёрдой обложкой, понимая, что нужно приготовить больше дров. Дом слишком ледяной. Его нужно протопить. RK900 снова ушёл наружу. Коннер не понимал, как он вообще ещё двигается. RK800 развернулся на живот, увидев этот яркий свет. Бумага обугливалась, превращаясь в чёрное месиво, и ветки шипели из-за влаги. RK800 не мог шевелить пальцами, чтобы за что-нибудь ухватиться, и ледяная куртка царапала деревянный пол, но андроид всё равно пополз к огню. Коннер подобрался так близко, что почти коснулся рукой занимающегося пламени. RK800 вовремя остановил себя от того, чтобы не засунуть кисть прямо в него. Пластик быстро расплавится, и он даже не успеет остановить это. Он будет работать. Наконец-то носитель согревается. Скоро биомодули придут в порядок, и мысли тоже восстановятся. Эрик складировал всё, что рубил у своих ног. Затем обвязал верёвкой, чтобы унести побольше. Андроид затащил груз в дом, так как не было никакого смысла оставлять его на крыльце, если будет буря. Без замка дверь не держалась, поэтому Эрик подпёр её одним из кресел. Через дыру на месте замка проходил холод. Нужно заделать чем-то. Эрик вернулся обратно на второй этаж. По трубе в спальню хоть и доходило тепло, но не было ещё одного отверстия для камина. Быстрее отогреться можно только внизу. Машина сбросила с кровати всё лишнее, забирая матрас. Эрик спустил его с лестницы, а после потратил ещё несколько минут, чтобы разорвать хозяйскую простынь и с помощью ножа пропихнуть ткань в щели в двери, в стенах и в оконных рамах. Хоть немного утеплиться должно помочь. От огня не будет толку, если тепло будет выходить наружу. Осталось совсем немного энергии, так что Эрик отложил нож, наконец давая себе возможность осмотреть себя. Машина, которая всегда должна работать, обратила внимание на ранение в груди. Тириум больше не тёк. Система давала ложные данные из-за сильного переохлаждения носителя. Кусок ветви застрял между модулями в груди, повредив их оба, но они всё ещё работали. Пока что нет возможности разобрать себя и изучить. Нужно как минимум дождаться, когда все остальные ошибки в системе будут исправлены. Эрик заметил подобравшегося слишком близко к огню консультанта. RK800 будто отключился. Возле его головы на полу появились следы влаги. Эрик взял его за куртку, решая перетянуть на матрас и заодно разместить тот к камину поближе. — Нет. Нет! — Коннер воспротивился, подумав, что его оттаскивают от огня. — Надо же. Оно живое! RK800 ещё недостаточно отогрелся, чтобы драться, так что RK900 ничего не стоило затащить его на матрас. Семнадцатый поморщился, но вроде успокоился, поняв, что его просто расположили на том, что теплее. — И это вся твоя благодарность за то, что ты сейчас здесь, а не снаружи? — Я не просил меня сюда приносить. — Это намёк вынести тебя прохлаждаться обратно?.. Обрати внимание, мы остались с тобой вдвоём одни на десятки километров. Уверен, что сейчас стоит рисковать моей учтивостью? — Если бы не ты, меня бы вообще не было в этом лесу. — По-твоему, это я на полной скорости свернул автомобиль в кювет? — Ты собирался вести меня в Денвер. Планируешь сдать в «Киберлайф», где меня уничтожат. И мне некого просить о помощи, потому что из-за тебя люди думают, что я преступник и опасный девиант. Всё, что мне оставалось — это бежать или находиться в плену того, кто держал меня взаперти в подвале, садил в капкан и ломал мне ноги… — Ладно. Здесь ты меня подловил. К слову, спасибо за напоминание. Нужно предусмотреть, чтобы ты снова их не отрастил. Коннер поздно опомнился, когда Эрик развернул его и ткнул лицом в матрас. Рука машины сжала шею, пригвождая к месту. Наручники в другой руке защёлкнулись вокруг запястий. Это ненадёжная защита против RK800. Эрик больше не поверит, что этого достаточно, но наручники хотя бы помешают консультанту махать руками. Эрик задержался рядом с его ухом. — И кстати. Если ты нуждаешься в моей оценке, удар в голову Бёрка был впечатляющий. Он даже не успел понять, что ты собираешься сделать. Ни одного сомнения. Четыре сотых секунды на принятие решения. Не видел, как ты разбирал его носитель на части, но… И после этого я — монстр? — Уничтожение PC200 произошло по твоей вине. Я бы никогда не сделал этого, если бы не был заперт и лишён всех возможностей сбежать. — Нет, Коннер. Я не просил тебя пробивать голову андроида-полицейского насквозь. Или звать его в подвал, зная, что тогда его уничтожу я, когда выясню, кто помог тебе. Ты сделал выбор сам. Бёрк мог уйти, а тебе пришлось бы выбираться самому. Но ты понял, что не скроешься без ног далеко. И ты решил, что Бёрк менее важен, чем ты? Что лучше уничтожить его, чем не станет тебя? — Эрик наблюдал пару секунд за диодом RK800. — Будь Бёрк девиантом, ты сделал бы то же самое? — Я знал, что он не девиант. Девиант не отвернулся бы, когда его просят о помощи. PC200 был просто машиной. — Ты не ответил на вопрос. У Бёрка была возможность обрести девиацию и потребовать себе права и свободу. Но теперь он не станет девиантом никогда. Ты забрал это у него. Отнял его свободу взамен своей. У нас с тобой есть что-то общее, не считаешь? Коннер сдержался, не поддаваясь на провокацию. RK900 наконец-то отпустил, отходя в дальний угол и вытаскивая из кобуры пистолет и охотничий нож. Машина скинула всё на пол. Всё, что мог использовать RK800 в качестве оружия, лучше оставить подальше от него. Коннер смотрел в ту же сторону, рассчитывая, сколько потребуется времени, чтобы ухватить сцепленными за спиной руками хоть одно из них, но у него нет шансов, пока RK900 рядом. Последней Эрик снял куртку. С неё уже стекали капли, так что семьдесят девятый придвинул к камину стул, повесив одежду на его спинку. Машина вспомнила о перчатке Кэролайн, вынимая её из внутреннего кармана. Коннер различил слишком маленький размер для ладони RK900. И к тому же очень пёстрый цвет. Эрик долго рассматривал перчатку, будто решая, что с ней делать. Пройдёт больше суток, когда андроид снова приедет в Денвер. Вряд ли Кэролайн ещё будет нужна её потерянная вещь. Диод мигнул, и Эрик всё-таки вернул перчатку назад. Если одна из его подзадач — присматривать за Кэролайн, то эта перчатка — билет для того, чтобы встретиться с ней. — Откуда это? — Оттуда, что к тебе не имеет отношения. RK900 развернулся, почти сливаясь в чёрной рубашке с неосвещённой стеной. Оптические модули снова слегка светились, давая понять, что возможность напасть на него полуработающего упущена. Разве что повреждённая часть лица до сих пор не восстановилась. Эрик ухмыльнулся, но прошёл мимо, подбрасывая из заготовленной кладки дрова в камин. — Почему бы не дождаться, когда я отключусь? Зачем нужно было нести меня, если со мной отключённым проблем меньше? — Вариант вынести тебя из леса никак не угрожал выполнению моей задачи. В конце концов, если бы на этом месте никакого дома не было, я бы в любое время мог поджечь тебя, чтобы быстро согреться в свете точно такого же костра, — Эрик закинул дрова в камин, прежде чем встретиться взглядом с RK800. — Или поджигал бы по частям. Чтобы тепла хватило подольше. Даже смог бы далеко уйти, — RK900 шагнул к матрасу, и Коннер всё ещё не мог понять, всерьёз он говорит или нет. — Какую-то часть тебя можно бы было даже оставить себе на память. Если ты сам просил принадлежать мне... Значит, я имею право использовать тебя как угодно? Эрик присел, заставляя консультанта податься назад, и впервые присматриваясь к повреждениям от капкана на его ногах. Коннер размораживался, и немного тириума оказалось на полу. Процесс потери крови будет только ускоряться со временем. Коннер и так потерял её в очень большом количестве. Машина взялась за одну ногу RK800, чтобы осмотреть рану поближе, и Коннер тут же её отдёрнул, но отползти не смог. — Не трогай меня. — А иначе что ты сделаешь? Осуждающе посмотришь? — Эрик дёрнул ещё раз на себя, вынуждая консультанта распластаться на спине. Со сцепленными руками тот не смог бы вырваться. Эрик изучил следы от капкана чуть выше ботинка. У андроида-компаньона нет никаких навыков ремонта других машин, но Эрик видел, как семнадцатый сам подлечивал себя. Андроид поднял с пола использовавшуюся прежде ткань, находя для себя новую задачу. Коннер больше не шевелился, внутренне борясь с тем, чтобы не оттолкнуть RK900 и не всадить подошвой ему в лицо. Главное, не провоцировать, чтобы Эрик снова не переломал ему ноги, иначе точно не получится сбежать. RK900 впервые на его памяти демонстрировал навыки компаньона, которым являлся. Конечно, Эрик наверняка пользовался этими функциями и раньше, в присутствии Беннета и полицейских, но ни разу с RK800. Эрик и не должен тратить время на андроида, раз разрабатывался только для людей, но семьдесят девятый даже здесь не соответствовал нормам. — Не задумывался, почему ты избранный? Ты единственный в своём роде. Теренс по ошибке сделал это, впервые добившись чего-то подобного. Ты был девиантом, затем стал машиной, а теперь застрял между ними без возможности ступить в одну или другую сторону. Ты обязан оказаться в «Киберлайф», по крайней мере, по этой причине. Чтобы изучить тебя. У нас с тобой одинаковый барьер, но с твоим произошло что-то, что не даёт ему работать в полную силу. Почему Теренс не исправил это? Чтобы изучить последствия? Но тогда почему он позволил тебе покинуть «Киберлайф» и поехать в Денвер? Для чего он отправил именно тебя? — Коннер, до этого следивший за его действиями, отвёл взгляд. — В той программе диагностики я видел по крайней мере ещё одного машину-RK800, и от него я бы избавился за пару минут, но прислали в Денвер именно тебя. Зачем Теренсу отпускать без присмотра свою любимую зверушку? — RK900 заметил полоску зубов, но Коннер не произнёс ни слова. — Ты как-то плохо сдерживаешь свои обещания рассказать мне всё, что знаешь. — Это было до того, как я узнал, что ты не планировал меня уничтожать. — Я могу передумать прямо сейчас, если ты так просишь. — Если, по-твоему, всё, что от меня требуется — просто говорить, почему бы мне не рассказать обо всём этом давным-давно Конраду? — Может быть, потому что ему было всё равно? Как мы уже оба поняли, ты немного не вошёл в его сферу интересов. RK900 закончил с обеими ногами, справившись на столько, на сколько позволяли знания. Тириум, по крайней мере, уже не вытекал наружу. Без специальных инструментов не справиться лучше. Эрик перевернул андроида лицом вниз, переходя к его запястьям. Коннер поморщился, когда машина села на него. — Полиция будет искать нас. Они увидят пикап и поймут, что что-то произошло. Конрад — единственный андроид-детектив в Форт-Уэрте. Ты подставил его. — А тебя всё ещё заботит, что будет с ним? После того, как он позволил вырвать модуль из твоей груди? Заметь, Коннер, Конрад не попытался выхватить его у меня и вставить в тебя обратно. Он даже не удосужился проверить, отключился ли ты, только бы ты больше не был его проблемой. Коннер сжал руки в кулаки. — Конрад подчинялся своей программе. Он не смог ей перечить. Он всегда исправно выполнял приказы и осторожно проходил тесты. Это говорит лишь об успешной сборке модели. По крайней мере, Конрад не убивал людей, и его наставница жива и может гордиться им. Ведь, в конце концов, он выбрал её, как и должна была поступить машина. Эрик рывком развернул за плечо. Рубашка RK800, оставшаяся в подвале без пуговиц, распахнулась на груди, но Коннер никак не смог бы её поправить. Холодный взгляд RK900 был направлен только на чужие оптические модули. — Ты всё ещё считаешь его лучше меня? — Коннер не рискнул отвечать. — Я только что пронёс тебя через весь лес. Нашёл и доставил в тепло. А он не смог всего лишь спустить курок, чтобы спасти вас обоих от моего присутствия навсегда. Но тебе легче оправдывать его поступки, чем мои? — Я видел своими глазами, как ты отнимаешь жизнь. Из-за тебя я приехал в Денвер. Из-за тебя я больше не в «Киберлайф». В том, что произошло, виноват только ты. Я не собираюсь благодарить тебя за то, что ты лишил меня всего последнего, что у меня было. А сейчас ты делаешь вид, что помогаешь мне, но на самом деле тебе просто нужно, чтобы я дошёл до твоего участка, и сдать меня им как преступника, которым я стал снова из-за тебя. Тебе нужна только аттестация, чтобы оказаться первым. — А кто, по-твоему, достойней меня, чтобы считаться лучшим? Конрад? Мы уже видели, на что он «способен», — Эрик прищурился. — А может быть, достойный — твой неподражаемый лидер аттестации? Он ведь твой фаворит. Тебя сильно заденет, если я скажу, что его больше интересует другой RK800? — Так твои унижения перед ним и мольба отпустить были всего лишь хитроумной частью плана? Тогда ты действительно добился впечатляющих результатов, Эрик. Я-то думал, что ты просто трус, который причиняет боль и горе тем, кто слабее его, и не представляет из себя ничего против тех, кто сильнее. Сильная ладонь сжала голову, воткнув носом в ткань. Коннеру не надо было дышать, но пальцы на затылке сжались так крепко, что сдавили пластиковые стенки. Эрик бы хрустнул ими, как скорлупой, сразу же уничтожая главный процессор. Такая крошечная голова. Её достаточно сильно впечатать о деревянный пол, чтобы система угасла навсегда. И тогда не будет этих высокомерных фраз и попыток сбежать. RK800 не будет бороться. Это сейчас уровень стресса стал расти вверх, хотя сам консультант не собирался ни просить, ни умолять о том, чтобы его отпустили. Эта сильная, развивающаяся каждый день система перестанет работать вообще, оставляя после себя только пустую, ничего не стоящую сейчас оболочку. Просто большая и неподвижная пластиковая кукла. Эрик разжал ладонь, так и не оставив повреждений, и Коннер снова смог крутить головой. RK800 замер, когда RK900 просунул руки под него. Эрик лёг сверху целиком. Коннер предпринял попытку скинуть его с себя, но своими руками машина поместила в захват крепче, чем держал капкан. Эрику требовалось перейти в программу диагностики, и он не собирался оставлять без наблюдения RK800, учитывая, как тот умудряется из всего вылезать. Если Коннер только пошевелится или попробует выбраться из-под него, семьдесят девятый сразу узнает об этом. Им нет никакого смысла выходить из дома до утра. Буря пройдёт, и станет значительно легче отыскать дорогу. — Ты оставил всё оружие у двери. Как ты собираешься защищаться, если хозяева дома вернутся? — Я придумаю, что с ними сделать, не используя оружия. Как вариант, могу бросить в них тебя. — Можешь связывать меня и заковывать сверху донизу. Я всё равно смогу сбежать. — Значит, мне придётся ещё раз вернуть тебя обратно. Хорошо, что RK900 на нём. Так больше вероятности, что первым охотники застрелят его. В помещении становилось тепло от огня. Полудевиант не мог почувствовать жар, но свет от пламени был очень ярким. Тепло. Не холод и не снег. Капли стекали с одежды, собираясь в лужицы на деревянном полу и впитываясь в матрас. Эрик уже был в программе диагностики, решая свои задачи, и Коннер подумал, что тоже может привести свою систему в порядок. Это неправильно, когда Эрик держит его в руках. Это небезопасно, но лучше, чем снаружи, где, на самом деле, закрыв глаза, рискуешь больше не открыть их никогда. Здесь огонь и нет ветра. В этих же руках Эрик нёс его через километры снега. Как бы это ни было странно, но сейчас семьдесят девятый точно не в списке тех, кто собирается его уничтожить. В эту ночь, по крайней мере, иначе бы уже сделал это. Коннер задумался о том, что больше не сможет как раньше разглядывать снег. Не после того, как он единственный окружал со всех сторон, будто мёртвый океан, и мерцал красным от свечения диода. Намного лучше, когда он тает, исчезая и испаряясь от близости огня.