Тиран и нежность

4 года спустя       Чимин сидит в кабинете Намджуна, на дальнем от рабочего стола диване, а рядом с ним сидит мальчишка 4-ех лет и что-то увлечённо рисует. Ким поднял взгляд на эту парочку, слабо улыбаясь. За эти годы Чимин забил полностью на всё. С тех пор, как он переехал к Наму «временно» и пропал Юнги, он сидел в комнате, почти не ел и часто плакал. Мин пропал без следа. Просто исчез из их жизни, как будто и не существовало такого человека. А когда до Пака дошли слухи, что Мин Юнги погиб в автокатастрофе, когда бежал из города, Намджуну и малышу Сычону пришлось прятать все острые предметы в доме, успокаивая его тем, что это всё ложь и пустые слухи. Так что сейчас смотреть, как Чим вновь улыбается и играет со своим сыном, приносит большое удовольствие Киму, который и без всех этих проблем завален работой, не вылазия из неё.       А что творится у Чимы в голове неизвестно никому. Даже если Нам будет думать, что с ним все в порядке, это будет не так. Даже если он перестал думать о суициде, думать о том, чтобы убить всех к херам, кто скажет хоть что-то плохое о Юнги, он никак не может. Чим запирается в комнате только потому, что боится что может кому-то навредить в состоянии аффекта. Когда ему сказали, что Мин Юнги умер, у него было такое ощущение, что та зелёная жидкость, которую ему вкололи пару лет назад, разрывала вены изнутри, а сердце забилось быстрее. Пак еле сдержал себя, чтобы не убить в тот момент этого гада прямо посреди улицы. Помогло воздержаться только то, что малыш Сычон сидел у него на руках, жмакая пухлые щеки папы. И вот сейчас, спустя четыре года с того момента, как его бросили, Чимин наконец смог смириться с тем, что рядом никого нету и нужно выживать самому, доверяя только себе одному.       В дверь кабинета кто-то нетерпеливо постучал, тут же врываясь в кабинет. Намджун поднял возмущенный взгляд на незнакомца и своего помощника, который бесконечно извинялся за беспокойство. Осмотрев парня с головы до ног, Ким слегка оторопел, пытаясь понять, кого же он напоминает.       Худые ноги, обтянутые тканью узких чёрных джинс, кожаная чёрная куртка, кепка на голове, из-под которой торчат блондинистые локоны, солнечные очки и чёрная маска, скрывающая лицо. Руки строго спрятаны в карман, а его поза явно кричит «батя в здании». От взгляда за очками по коже пробежались мурашки.       — Хей, — хрипло кинул парень, слегка повернув голову на помощника.       — Хичоль, все нормально, оставь нас. — как только двери закрыли, незнакомец (или нет) снял с себя кепку, взъерошив свои волосы.       — Давненько меня не было. Перестановку сделал?       — Мы знакомы?       — Не узнал. А ещё другом зовёт. — усмехнулся юноша, но тут же тихо хмыкнул, смотря на маленького ребёнка, дергающего за черную куртку незнакомого дядю.       — Дядя… — пробубнил смущённо малыш, заглядывая заинтересованно в глаза, скрытые за очками.       — Твой?       — Нет.       Намджун кивнул на сидящего в углу Чимина, пытающегося подозвать беззвучно к себе сына, но тот продолжал стоять у блондина, дёргая за куртку. Кинув взгляд на Пака, глаза незнакомца увеличились от шока, он снял очки, заглядывая в влажные глазки растерянного Чимина. Сердце забилось быстрее, Чим встал на ноги, отводя слегка обиженный взгляд и даже не замечая, как к нему быстро побежали, крепко обняв, как мягкую игрушку.       — Чт…       — Я так скучал. Безумно. Я с ума сходил без твоего убаюкивающего голоса, малыш. — шептал блондин, прижимаясь к Паку и прикрыв глаза. — Если ты меня сейчас ударишь или уйдёшь, я пойму. Только не молчи…       Чим стоял пару секунд в ступоре, пока до него не дошло, в чем дело. Сердце пропустило удар, а по щеке потекла слеза. Слегка отстранившись, он медленно стянул с лица парня маску, резко закрыв лицо руками, и тихо всхлипнул. Его обняли ещё крепче, тепло улыбнувшись.       — Я ждал тебя все эти годы… Я сходил медленно с ума от сплетней. Я даже ненавидеть тебя пытался! — вскрикнул Чим, стукнув кулаками по чужой груди. — Идиот, идиот, идиот! Почему ты такой идиот?! Ненавижу!       — Хей, малыш, не дерись, я сдаюсь. — со смешком пробурчал Юнги, чмокнув младшего в лобик. — Я пришёл с белым флагом.       — Тупые шутки! — слёзно фыркнул Чим, пытаясь оттолкнуть от себя усмехающегося Мина. — Ты хоть можешь представить, какого мне было тут все это время?!       — Могу. Мне было так же.       — Лжешь…       — Нет, мы ведь одно целое: плохо тебе — плохо мне.       — Если бы тебе было так же херово, ты бы появился раньше или связался бы со мной!       — Не капризничай, ты ведь скучал по мне~ — прошептал Юн, тыкаясь носом в тонкую шею младшего, ведя им вниз до ключи, из-за чего получил в плече. — Ауч. Какой ты вредный стал.       — Тут дети. — смущённо прошипел Чим, кося на заинтересованного сына.       — Наш малыш?       — Да.       — Говорил обо мне?       — Постоянно. — ответил место Пака Намджун, так же заинтересованно наблюдая за драмой.       — Он на тебя похож чем-то, малыш. — кинул Мин, улыбнувшись и отстраняясь от Чимина, подходя к своему сыну. — Хей, мелкий. Я Юнги.       — Пак Сычон. — мальчик слабо улыбнулся, заглядывая в глаза блондина. — Ты мой папа?       — Не папа, а отец. Говори правильно, Сычон.       Мальчик слишком резко обнял Мина, спрятав лицо в груди альфы, обнявшего его в ответ. Сы поднял голову, что-то шепча Юну на ухо, а потом отошёл в сторону, завороженно наблюдая за обиженным Чимином и счастливым Юнги.       Мин взял за руку Пака, переплетаясь пальцами, и потащил за собой к выходу, игнорируя недовольный бубнеж. Нацепив обратно свою маску, он вывел уже не сопротивляющегося Чи из офиса, усаживая на мотоцикл. Чимин хотел сказать что-то, но длительный поцелуй мигом отбил всякое желание что-либо говорить.       Насладившись поцелуем, Мин все же надел на голову любимого шлем, усевшись на переднее сидение. Сладко-хриплым голосом пробурчал Мин «Обними меня покрепче, малыш», улыбаясь мёртвому кольцу объятий на своей талии.

***

      Шуга усадил своего омегу на мягкое кресло-мешок, обвив руками талию и умостившись между чужих ног на груди Пака. Короткие пальчики зарылись в его белых волосах, чухая у корней, как котёнка, а Юнги и рад. Каким бы суровым маньяком он не был, от ласк любимого он будет мурчать, как кот, обнимая все крепче. Как и сейчас, Юн готов мурчать, жмясь ещё сильнее к Чимину. А Чим сидит и пустым взглядом смотрит в одну точку, обдумывая все за и против, и все произошедшее за последнее время. Он никак не был готов к тому, что Мин Юнги, за которым он так тосковать четыре года, придёт сегодня и заберёт его куда подальше от всего негатива. Юнги же тем временем тихонько призадрал чужую кофту, нежно коснувшись впавшего живота младшего, из-за чего тот заметно вздрогнул, отчужденно взглянув на альфу.       — Такой напряжённый.       — Юнги, я ждал тебя все это время, я мечтал подарить самую страшную смерть всем, кто говорил, что с тобой что-то случилось или ты умер, я представлял эти смерти. Я хотел убить себя, когда мне сказали, что тебя больше нет. Запирался в комнате, боясь навредить нашему сыну из-за поехавших шестеренок в голове, а ты сейчас так просто приходишь и обнимаешь меня, целуешь, будто мы не виделись хреново месяц, а не четыре адских года. Каким я должен быть? Каким ты ожидал увидеть меня?       — Я ожидал увидеть тебя грустного и разбитого, из-за того, что я ушёл из твоей жизни. Потому что за все время, что мы были вместе, я не слышал от тебя слов любви. Я не знал, как сильно ты меня любишь или привязан. И нет, я сделал это не специально, не делай такие глаза. — поспешил заверить младшего Мин, заглянув в погрустневшие глаза. — Мне пришлось исчезнуть на четыре года, чтобы обо мне забыли. Я пережил самый худший кошмар в моей жизни за эти годы. Мне пришлось подстроить свою смерть, сменить имя и уехать в другую страну, закрепиться там и попытаться заработать денег на билет к тебе. Теперь у меня нет бабла вообще. Я приехал сюда за вами. Приехал забрать вас и зажить иначе в Канаде.       — Канада?       — Да. Я пытался с тобой связаться, как только выпал шанс, но ты сменил номер, а Намджун вообще исчез. И сейчас я понимаю почему он пропал. Из-за моей пропажи наш мини бизнес очень пошатнулся, у Нама было тяжёлое положение, надо было вытягивать всех из дерьма, а ещё и у тебя стресс был. Прости, пожалуйста, я правда не хотел этого. — обняв как можно крепче младшего, Мин уткнулся носом куда-то в живот омеги, замолчав на пару минут, переводя дыхание, а затем продолжил более спокойным тоном. — Если ты и правда ненавидишь меня, я пойму. Если ты и правда захочешь уйти, у тебя есть на это шанс и право. Наш договор ещё в силе. Я все пойму… Я испортил тебе жизнь и заслуживаю одиночества.       —…Как давно ты пил горячий шоколад, хён?       — Хах… Целую вечность не пил его.       — Хочешь, я тебе его сделаю? — пухлые пальцы вновь зарылись в мягких белых волосах, перебирая их.       — Мечтал об этом все эти годы~ только давай потом? Я скучал за тобой больше.       — Хорошо. Юнги, я правда очень страдал без тебя. Не как без защитника. А просто без тебя. Мне нужен был ты. Я не знаю, что это, скорее всего это любовь, но ты мне нужен.       — И я тебя больше не оставлю одного. Вы же поедете со мной в Канаду? — более тихим тоном поинтересовался Мин, подняв голову, и длительно поцеловал младшего в пухлые губки, расплывшиеся в улыбке.       — Конечно. Только надо же разобраться с бумагами, нужными для этого…       — Я всё устрою. Я так скучал за тобой, веришь мне?       — Верю, Юнги. Я тоже очень скучал.       — Я выполню любое твоё пожелание, малыш~ — вновь уткнувшись в живот младшего, с улыбкой пробубнил Юн.       — Знаешь… Может, это прозвучит бредово и ты, скорее всего, откажешь мне, но. Мне даже как-то неловко говорить. — невинно хихикнул Чим, насмехаясь над своими страхами.       — Говори, что такого захотелось моему малышу, что аж стыдно?       — Это очень опасно и ненормально. Но, я хочу, чтобы ты снова убил.       Юнги замолчал на минутку, шокированно смотря в вновь блестящие всеми цветами радуги глаза Чимина. Он невинно улыбнулся, подтверждая взглядом, что это не шутка. Мин сел нормально, продолжая прожигать взглядом младшего, он был слишком невинен, что эта просьба и вправду звучала, как бред сумасшедшего.       — Убить? Ты ведь просил меня прекратить.       — Юнги, пожалуйста! Я все переосмыслил и вспомнил, как страшно было, когда ты был жестоким убийцей. Это было так круто. Тогда было страшно, а сейчас я вспоминаю это с завистью. Так круто видеть твою власть над всеми. Твою силу. Круто до дрожи ужаса по коже. Я скучаю за этими ощущениями. — глаза Чимина горели огнём, он с таким восторгом рассказывал, сбивая старшего ещё больше с толку.       — Я же обещал выполнить все. Но малыш, ты уверен, что хочешь это видеть?       — Да. Уверен.       — Сделаю всё, что просишь. Но кого мне убить для тебя?       — Кого? — Пак поджал губки, задумавшись, а Юнги глупо и влюблённо улыбнулся. Он так скучал за этими эмоциями, улыбкой, голосом, глазами. Так скучал за Чимином и его маленькими ручками, объятиями. Мин настолько отвык, что сейчас это все кажется очередным сном. — Юн~ни, Юн~и, знаю! Я зря время не терял. Когда пытался отвлечься, занимался делом твоих родителей. Я нашёл того, из-за кого была авария.       Глаза альфы наполнились непонятной тоской и непонятными эмоциями, а с лица медленно сошла улыбка. Он смотрел на младшего таким взглядом, будто готов разорвать на месте голыми руками того урода. А Пак лишь продолжал слабо улыбаться, поглаживая хёна по мягким волосам, и чмокнул сомкнутые губы, оставляя на них сладкий осадок. Вдохнув полной грудью их смешанные запахи, за которыми скучали оба, он продолжил:       — Он живёт в центре. Это хотели подстроить все те, кого ты убивал до этого. Но они не успели. Это был и правда несчастный случай. Их машину занесло из-за встречной. Водитель вызвал полицию и скрылся с места преступления. Сейчас же он — владелец сети клубов по городу. Его имя Ли ЧонХо. Я хотел ему отомстить за тебя, но подумал, что тебе будет приятно сделать это своими руками. Ну как? Подходит кандидатура?       — Чимин… Ты узнал это всё для меня? Но как?       — Ну, у меня, оказывается, старый друг работает в полиции и у него есть доступ ко всем файлам и картотекам. В бумажном виде, увы, найти не удалось, но мы допросили всех, кто мог быть причастен, и, оказалось, что они и правда хотели убрать твоего отца, но не знали как. В тот день они за ними следили, но, когда увидели аварию, успокоились, прибрав все к своим рукам.       — Вот как. — равнодушно произнёс Мин, а его холодный безумный взгляд вернулся. Он смотрел на своего омегу, взяв нежно за руку и переплетая пальцы. — Ты молодец, малыш. Хорошо поработал. Теперь пришло время папочке закончить начатое. Я убью его. И ты будешь единственным зрителем «премьеры» увлекательного «фильма» о конце жизни глупца, убившего семью.