Глава 7. Кошмар под названием "ШКОЛА"
24 июня 2018 г., 01:34
— Нет, ты это видел? Ты это видел??? Глазищи, Гарри, видел? Настоящие произведения искусства! Где такие делают только… Поттер, ты меня вообще слушаешь, или как? — Ну, да, я знаю, что слишком навязчив, но все-таки ничего не могу с собой поделать. Я закрываю глаза и вижу ее… Вернее, ее глаза, которые просто пришпиливают к месту. Да, странно, почему никто не ведет разговоров о глазах Гарри? Ведь у нее такие же изумруды? Почему я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь в поезде шушукался о красоте очей моего милого друга? Они такие красивые... Самые красивые, что я когда-нибудь видел. Зеленые, в тон к флагу моего факультета. Еще раз убеждаюсь, что Поттеру место в серпентарии, а не во львятнике.
— Драко, солнышко мое незаходящее… ТЫ МЕНЯ ЗАДОЛБАЛ!!! Уже три часа мне мозг выносишь этой шмарой…
— Марой, Поттер, ее имя Мара Рэй. Сколько раз тебе повторять? — и почему я так злюсь, когда он ее оскорбляет? Может потому, что это повторяется всю дорогу? Жду не дождусь, когда мы прибудем в школу. Интересно, на какой факультет ее распределят? Скажет ли старый манипулятор, что-нибудь о ней?
— Шмара она, и не Рэй, а Грей, — мой друг становится подозрительно красного цвета.
— Поттер, успокойся. Мы в школу еще не приехали, а ты уже патриотически становишься цветом похож на свой герб.
— Малфой, мы начинаем с тобой с чего начали. Сейчас еще подеремся на… гинеталию. Я на обход! — чем я его так обидел? Гарри выходит и громко хлопает створкой купе.
Я остаюсь и начинаю думать. Что такого страшного могло произойти? Ну, подумаешь, пару часов пообсуждал самые прекрасные глазки на свете. Ведь он должен понимать, что я ему комплимент делаю, а не этой шма.., кхе, Маре. Опускаю лицо на ладони, да что ж я такого сделал Поттеру? Я, можно сказать, люблю его самой нежной и трепетной любовью. Хвалю его глазенки, а он… (не зацикливайся, любимый, он просто не тот цвет видит. – п\а). Да, жизнь ужасна. А еще утром было так здорово. Он мне нос в мороженом извязгал в парке, я его в песочницу уронил, он меня – в пруд, я в него илом кинулся… Ах, романтика. Кому рассказать, не поверят. Может, я отношений нового плана хочу? Во, точно, хочу! Только чего именно, это я решу попозже. Встречаться с самим Поттером или поттерозаменителем с его глазищами. Пойду искать это чудо. Хитрая улыбка так и не сходит с моего лица, когда я выхожу в коридор. Наверное, пошел в сторону купе старост в другом конце поезда.
***
Драко совсем обнаглел. Он.. он… самовлюбленный маленький хорек! Его надо было назвать в честь матери! Хотя, может, драконы тоже самовлюбленные, не знаю. У-у-у-у, как он меня вывел из себя! Разве надо делать сенсацию из того, что глаза девушки так поразительно похожи на твои собственные? Нарцисс! Ненавижу… А я хотел ему в любви еще признаться, где-нибудь в укромном уголке замка, при этом недвусмысленно зажав. А он?! Гад! Прижимаюсь лбом к стеклу, надо успокоиться, а то я стихийной магией полпоезда разнесу к Волдемортовой бабушке. Закрываю глаза… Да. Это нечто. Они самые красивые на свете, потому что они такого же цвета, как глазки моего любимого Дракончика. Вот только, как теперь сказать этому самовлюбленному болвану о своих чувствах? Ладно, поживем, увидим. В конце-концов, у меня всегда была богатая фантазия. Сейчас главное, чтобы он не убежал из моих, ну, ладно, почти моих, рук к этой вертихвостке. Интересно, можно заказать винтовку с оптическим прицелом совой? Или это исключительно маггловское оружие и маги им не пользуются? Я ее убью, пусть она только попробует подойти к нему. А если не убью ее, то его! Пусть не достается же никому! Ры! Чувствую, как ногти начинают трансформироваться в когти от злости. Нельзя. Держи себя в руках, в лапах, в чем хочешь, нельзя, плохой Гарри. Но как меня выбесил этот блондин… Все, к черту. Гермиона, как староста, находится в другом конце поезда с Роном. Пойду к ним. Надеюсь, хоть они не будут мне мозг любить этой потаскухой. Открываю дверцу и наблюдаю преинтереснейшую картину: мои друзья сидят на разных сидениях и не смотрят друг на друга. Наверное, Гермиона уже успела расстаться с рыжиком. Ну, это не мои проблемы. — Привет, ребята, — плюхаюсь рядом с Роном, чтобы, если что, удержать, — что такие угрюмые? — Гарри, она меня бросила, а из-за кого не признается! — слишком громко возмущается рыжий собрат, приходится прочистить ухо даже. — Гарри, ну почему он такой упрямый? Я ему человеческим языком сказала, что не хочу больше ничего общего с ним иметь! — она приподнимается и достает из заднего кармана джинс сигареты. — Так, брейк, милые. А сейчас я буду разруливать ситуацию. Рон, ты мой лучший друг. Гермиона, ты моя подруга. Я не хочу терять никого из вас и, поэтому, выслушайте меня оба. Я понимаю тебя, Рон, — поворачиваюсь к нему, — это обидно, когда тебя бросает девушка, которую ты любишь, и не объясняет почему и ради кого. Но и Гермиону можно понять. Рон, если она захочет, если она посчитает нас достойными, мы услышим из ее уст изначальный вариант событий, — я поворачиваюсь к подруге. — Герми, милая. Я тебя тоже понимаю… Поверь, — так, чтобы друг не видел, делаю страшное лицо. Она кивает, да. Меня ждет потом разговор по душам, но это потом. — И вообще, дай мне сигарету, я на взводе. Или сломаю что-нибудь, или покурю по-человечески. Она протягивает мне сигарету и, как только я произношу «Инсендио», в купе входит мечта моих мокрых снов, то есть, Драко Малфой. — Поттер! Выкинь эту гадость! — он выхватывает продукт табачной промышленности и выкидывает его в открытое окно. С грустью провожаю объект моей страсти, не Драко, а сигарету, взглядом. — Малфой, тебе не кажется, что это слишком? — Миона, милая, какая же ты тактичная, неужели мои мысли настолько видны у меня на роже? — Хорек, ты что тут забыл вообще? — удерживаю рыжего за шкирку, чтобы не подредактировал мой любимый аристократический профиль. — Гарри, отпусти, дай я ему врежу. — Мать твою, Рон, если ты хочешь с кем-нибудь подраться, так давай со мной! Я как раз ищу, куда бы мне лишнюю энергию деть! — встаю перед ним. — Гарри, успокойся… — Гермиона подходит сзади и пытается обнять меня за плечи, но я скидываю ее руки. — Поттер, ну, чего ты так завелся. Если ты так хочешь, я больше ни слова о Шмаре не скажу… — Малфой подходит ко мне и кладет руку на спину. Вот именно этого мне так не хватает — его рук… — Вы тоже обсуждаете эту девушку с красивыми глазами и странными волосами? — Герми садится рядом с рыжим, а мы с Драко напротив них. — Нет, мы ее не обсуждаем. И не будем обсуждать хотя бы до школы. Иначе я взорвусь и разнесу этот поезд к Гриндевальдовой тетушке, — Трансфигурирую салфетку в большую, сочную, вкусную сигарету и закуриваю наконец-то. Драко отсаживается от меня подальше с привычной маской на лице. — Поттер, Грейнджер, как вы можете ЭТИМ заниматься. Это же вредно не только для вашего здоровья, но и для окружающих. Вы, что, не знаете, что восемьдесят процентов никотина усваивается при пассивном курении? — Да-да-да. А еще сто процентов пассивных гомосексуалов никогда не узнают, что такое аденома простаты и простатит… — бурчу прежде, чем понимаю, что пробурчал. Мгновенно становлюсь малинового цвета. — Гарр-рри, а откуда ты знаешь? — мой любимый друг поворачивается всем телом ко мне и закидывает ногу на ногу. Слава Моргане, не вижу его лица. Наверняка, гаденько-соблазняющая мордашка. — Др-р-рако-о, ми-илый, кто же, если не я, в нашей паре, будет знать хотя бы теорию, — смотрю на него из-под бровей и понимаю, что результат стоил того… Блондин похож на этикетку Котекс — на бледном, как мел, лице видны ярко-красные пятна. Задумываюсь… Хотя, нет. Не буду думать. Тут есть Миона, она потом мне объяснит, а пока полюбуюсь на него. — Так, мальчики, не ссоримся, — лучшая ученица Школы Магии и Волшебства берет ситуацию в свои руки. — Мне кажется, что сейчас не время для ссор и драк. Как вы думаете, кто такая это Шмара, э-э, то есть Мара? Лично мне фамилия Рэй кажется знакомой, а вам? — Род Рэй был одним из самых древних в Британии. Он брал корни у самих Основателей. Но, к сожалению, они погибли во время званого ужина у Поттеров-страших. Твой дед, Гарри, каким-то неизвестным никому способом остался жив во время этой заварушки. На том вечере погибло несколько знаменитых семей, сумевших спастись во время сожжения ведьм, таких как Хеллинги, Монтерей, МакГаллы… Ох, последние были великой чистокровной семьей. Темные маги со времен Мерлина… — Драко, спасибо за экскурс в историю. Я у Бинса засыпаю и сейчас меня тоже в сон гонит что-то… — демонстративно зеваю. — Гарри!!! Кто-нибудь видел Гарри Поттера??? — Вы это слышали? — хором прокатывается вопрос по купе.***
Мерлин, по вагону проносятся дикие вопли. Мне даже жалко Героя. Что-то он побледнел. Хотя, учитывая, как он относится к своей славе, это неудивительно. Бешеные крики приближаются, а Гарри все ближе и ближе жмется ко мне. Купе открывается и в проеме появляется маленькое белобрысое чудовище с маниакальными огоньками в глазах. — Гарри, Гарри, это правда, ты? Мне братья так много о тебе рассказывали, Гарри! Гарри, я твой самый рьяный фанат, после Дениса. Гарри, пожалуйста улыбнись, — оно тараторило и тараторило, никакая смекта или активированный уголь не смогут заглушить эту словесную диарею, у которой в руках оказывается колдокамера. Причем, такая неплохая камера, должен сказать. Вспышка. Гарри уже начинает трясти он такого внимания, и он прячется ко мне под мантию. Щекотно, но я молчу. — Мальчик, ты кто такой? — спрашивает Грейнджер. Кажется она единственная, у кого тут еще серое вещество не выпало в осадок в виде шариков. — Ой, простите, я забыл представиться! — чудовище, не прекращая улыбаться, закрывает купе и отдергивает край моей мантии, чтобы посмотреть на Поттера, — Гарри, я младший брат Колина и Дениса — Роджер Криви. Я столько лет мечтал с тобой познакомиться. Я так хочу попасть на Гриффиндор, как ты! — Лучше бы я попал на Слизерин… — доносится из-за моей спины, голова Тигра прячется глубже в складки мантии, а его руки крепко обнимают меня. — Поттер, я конечно, тоже очень рад нашей дружбе, но не мог бы ты так меня к себе не прижимать. Ты не моя любовница, к счастью, — «к сожалению» — проносится в голове. — Гарри! Это же Драко Малфой, да?! Он же твой самый злейший враг! Он столько гав… эээ.. плохого вам всем сделал. Как ты можешь с ним общаться? Он же слизеринец! — Мама, роди меня обратно… — Гарри, не кусайся, мне же щекотно! – Не выдерживаю, не могу сдержать улыбки. Мне с ним так хорошо и удобно, даже несмотря на этих грязнокровку и нищеброда рядом. — Роджер, пойми правильно, — начала гриффиндорская зубрила, — да, они были врагами, но самым заклятым врагом Гарри всегда оставался Волдеморт. А все то, что было между нашими красавцами — просто детские комплексы Героя и отвергнутой дружбы. И к тому же, Драко теперь на нашей стороне. Его даже отец выгнал из дома из-за этого, правда же, Драко? — она смотрит на меня такими бешеными глазами, что мне самому спрятаться хочется, кажется, я понимаю Гарри. — Да, это так. А если ты, маленький проныра, будешь так предвзято относиться к людям, тебя распределят ко мне на факультет… — прищуриваюсь и ухмыляюсь, обычно это действует. — НЕТ!!! Нет! Я не хочу на Слизерин! Пожалуйста, мисс Грейнджер, я же не попаду в этот террариум, правда? — у мальчика стоят слезы в глазах. Так и хочется сказать: «Мавр сделал свое дело – мавр может уходить». — Роджер, я не знаю. Шляпа сама решит. Она часто разговаривает с первокурсниками, чтобы лучше их узнать. Гарри, к примеру, мог попасть на зеленый факультет, а я — в Рэйвенкло. — Я буду хорошим, я попрошу ее распределить меня на Гриффиндор. Я стану таким же великим, как Гарри, — мой друг сжимает мою талию, что есть сил. — Дорогая, ты из меня сейчас малфоевский фарш сделаешь, — пытаюсь ослабить его хватку. — Сволочь! – ругается-ругается, а хватку ослабил. И слава Моргане. — Драко, убей его, — это уже на порядок тише, чтобы мог услышать только я. — Милый, я — не ты. Меня в Азкабан засунут с большим удовольствием, — с укором смотрю на лохматую макушку за моей спиной. — Б*я… — из-за моей рубашки появляется один зеленый глаз. — Герми, наложи на это чудо Силенсио, пожалуйста… — Гарри, — самый младший Криви наклоняется к единственному зеленому глазу в купе, — ты ведь не видел, что Денис сделал мне в качестве подарка на это день рождения! — оно показывает стриптиз! Закрываю руками глаза, иначе они не выдержат этого ужаса и сбегут, как Нос у Гоголя… — ВОТ! Приоткрываю щелку, в которую наблюдаю картину, от которой мне дико хочется ржать. Малыш, метр с кепкой, стоит посреди нашего купе, держит в руках свою первую мантию, а на груди у него красуется зеленая футболка с изображением Гарри. Тканевой Поттер что-то произносит, и из его палочки вылетает красный луч, а в следующий момент он хватает чужую палочку. Видимо, тканевая карикатура произносит «Экспеллиармус», несложно догадаться, хоть я и блондин. — Кака-а-ая прелесть, — Гарри, походу, уже почти в истерике… — А еще, Гарри, мы готовим к выпуску кружки с твоим изображением. Правда, эту идею лучше обговорить с Джорджем Уизли, но мы думаем, что он поддержит нашу идею... — Мордред, у него еще и раздвоение личности… Дракончик, солнышко, пристрели меня… — Гарри, меня тогда на кусочки разорвут вот такие вот твои фанаты. Тебе меня совсем не жалко? — Нет… Я тебя им не дам в обиду, — его руки обхватывают меня весьма нежно. Ну почему же один из нас не баба, а? (Ты – блондин, Драко… мозгов у тебя нет, отца у тебя нет, живешь ты по доверенности… и так далее по тексту – п\а) — Эм-м-м. Охотно верю, — Грязнокровка опять странно на меня смотрит. Почему, интересно? Чего она знает такого, чего не знаю я? Вопросительно поднимаю бровь, она делает глаза еще страшнее и показывает на Поттера. К чему? Не понимаю. Обнимаю его за плечи одной рукой, второй глажу по голове. Опять это трепещущее чувство под ложечкой. Так хорошо, так тепло. Даже разрывать это хилое подобие объятий не хочется. — Ну-ну, Тигрик, ты чего… — дожили, наследник Малфоев ласково улыбается полукровке. Будь он чистокровным, можно было бы надеяться на отношения, причем серьезные и все такое, но, увы… на него зелье просто не подействует. Хотя, можно будет его лю..., нет, с ним быть, а жениться там на той же Грингасс или на сестре Забини. — Ничего, — его дыхание обжигает кожу через рубашку, он трется носом о бок и улыбается. — Гарри, ты можешь мне расписаться на футболке? — я даже забыл, что мы не одни. — Ты еще тут, маглорожденная тварюшка? Не видишь, Гарри не хочет с тобой общаться. Он устал, ваше внимание ему поперек горла стоит. А ну брысь отсюда! Это купе старост! — Но, Рон и Гарри тут! А они же не ста… — он только сейчас увидел значок на его груди. — Я так рад за тебя, Гарри!!! А давно ты узнал, что будешь старостой? Это же так здорово, да? Я слышал ванная старост это вообще нечто! А еще можно баллы с хулиганов снимать и… Видимо, у Гарри ванна терпения переполнилась. Щелчок пальцами и это белобрысое чудовище замолчало. — Роджер, иди, правда, отсюда. Ты не должен быть тут. Денис снимет с тебя заклятье. У Гарри, похоже, голова болит, — иногда я уважаю Грейнджер. Мелочь кивнула и с самым несчастным видом все-таки удалилась из купе. — Как они меня достали… — Гарри перевернулся в моих объятиях, положив голову мне на колени, вытянулся на сиденье. — Как ты их терпишь, не понимаю… — перебираю его волосы и думаю, а может вот оно и есть счастье… — Так вот, о чем я начал говорить, пока это чудовище не прибежало? Ах, да… Поттер, ты наследник чистокровного рода и ты обязан просто знать историю своего рода и хотя бы нескольких других родов. Подумай над этим. У нас в библиотеке есть прекрасные книги по истории родов. — Драко… — он трется щекой о мое бедро, — давай ты мне перед сном будешь их читать? Я не против, знаешь ли… — «Это был намек???». Да быть не может, чтобы само воплощение гетеросексуальности намекало на такое. — Для тебя все, что угодно, дорогая, — быстро и невесомо касаюсь губами его щеки. Все присутствующие в шоке, да и я тоже, хотя мне не привыкать. Знали бы они, какие картинки иногда перед сном с участием Гарри мне в голову лезут… — Драко, прекрати… — мне определенно, нравится заставлять его так краснеть.***
С самой тупой улыбкой на свете иду с ребятами от кареты в здание школы. Он сам поцеловал в щеку. Это так волшебно. Чувствую себя, как в сказке. Ах! Мерлин, что со мной вообще происходит? Драко превращает меня в яблочное желе одним своим нежным взглядом, а таких взглядов в день он бросает штук десять. Короче, я, Гарольд Джеймс Поттер, основательно и бесповоротно влюбился в Драко Люциуса Малфоя. И мне не кажется это чем-то из ряда вон. Правда-правда. Может еще до войны я стал бы бегать от этого и не признался бы сам себе, но сейчас все по-другому. Если я смог подружиться со своим детским врагом номер один, то почему, собственно, я не могу его полюбить, для разнообразия, хотя бы? Я не вижу причин отказываться от такой любви. Да, Дурсли меня теперь никогда на порог не пустят, но и гениталия с ними. От ненависти до любви один шаг — кажется, именно так говорят магглы? Я с ними согласен. От моей ненависти был, правда, очень большой шаг к любви, но за месяц я его сделал. Это было несложно. Стоит только узнать настоящего Драко. Увидеть, как он пачкает нос в мороженом, узнать, как он любит висеть на руке и делать щенячьи глазки, когда что-то выпрашивает, услышать, как нежно он умеет произносить твое имя… Вот это ключ к любви. — Гарри, смотри, куда идешь, — твердая рука тащит меня в сторону. Слева остается колона, в которую я чуть не влетел. — Спасибо, мой персональный ангел-хранитель, — я нежно улыбаюсь моему ангелу, но он уже надел свою маску аристократа. Да, сейчас ему будет нелегко. Весь его факультет жаждет его смерти… Мы входим в зал и замираем. Помимо пяти обычных столов, в зале присутствуют еще четыре стола поменьше. Дамблдор встает с кресла и начинает речь. — Милые старосты факультетов, перед вами столы специально для вас, не прибедняйтесь, садитесь за них, — вот старый манипулятор, все предусмотрел, — а сейчас, да начнется распределение! Я веду друзей за ближайший к гриффиндорскому мини-столик и усаживаюсь с Драко спиной к другим факультетам. Через минуту моя декан входит в зал с группой первокурсников, а за ними, гордо подняв нос, шествует эта Шмара. Ой, чувствует моя селезенка, что-то сегодня будет, и, явно, неприятное. МакГонагалл ставит Шляпу, а я уже и не смотрю в ту сторону. — Драко, ты в порядке? — он бледный, но все так же невозмутимый. — Посмотри на них, — он просит, почти не размыкая губ, чтобы никто не заметил. Он мне доверяет, и от этого мое сердце готово вырваться из грудной клетки. Поворачиваю голову в сторону слизеринского стола. Последние два старших курса сгруппировались ближе к выходу и о чем-то шепчутся, поглядывая в нашу сторону. — Кажется, тебя ждет не самый веселый вечер сегодня, милый, — смотрю ему в глаза и пытаюсь разглядеть там хоть что-нибудь кроме этого забытого льда. Айсберг фигов. Ты такой холодный, а я такой горячий, как летом эскимо. — Ясно… — змеи не видят наших лиц, и поэтому я под столом незаметно беру его за руку и сжимаю ее. — Все будет хорошо, я смогу тебя защитить. Он наклоняет голову в бок и улыбается мне самой теплой и нежной улыбкой, что я когда-либо видел у него. Мне это определенно нравится. Интересно, он часто будет мне так улыбаться и только ли мне… Я настолько улетел в мир своих мечтаний, что не заметил, как основная часть распределения кончилась. Директор встает и обращается уже ко всем: — Дорогие мои, в этом году у нас прибавление помимо первокурсников. Позвольте вам представить Мару Рей. Раньше она училась в континентальной Европе, но в связи с личными причинами она станет ученицей седьмого курса нашей школы. Мара, девочка моя, прошу тебя присесть и примерить Распределительную Шляпу. Девушка плавно выдвинулась к табуретке, а весь зал замер и завороженно на нее смотрел. Только я знаю ей цену. Только я знаю, что это за личные причины у нее, – ей нужен мой Драко. Стерва рыжая, нет, красная в полосочку. Где только присмотрела такой цвет? Все сделает, чтобы достичь своей цели. Вот уж *** ей! Он мой! В это время она уже села и Минерва надела ей Шляпу. Проходит минута, другая. Видно, что и девушка, и Шляпа улыбаются. — Ну, что, - начал головной убор, — это было предсказано Основателями тысячу лет назад, значит, настало время исполнить пророчество. Гриффиндор и Слизерин!!! Зал молчит… Секунда, вторая, третья. И вот громкий шепот заполнил помещение. Виновница замешательства встала, держа Шляпу в руках, мой декан, так и не отошедшая от шока, смотрит на Мару, как баран на новые ворота и не может заняться своими прямыми обязанностями. Снейп выглядит тоже странно, его взгляд прыгает с меня на Драко, на Мару и опять на меня. Опять пророчество? И похоже, со мной в главной роли. Надоело. Крепче хватаю Малфоя за руку. Он поворачивается ко мне, в его взгляде тоже недоумение, что и у меня. Во что же я опять влез и прихватил с собой любимого? Даже если это снова Темный Лорд, я смогу его защитить. — Я предвидел такую ситуацию, — директор игриво поблескивает своими очечками, как же предвидел ты, старый пер… дурак, — под моим присмотром были приготовлены три дополнительные комнаты вне стен факультетских гостиных. Две из них получают новые помощники нашего преподавателя Защиты От Темных Искусств, а третью получает Мара. Девочка моя, присаживайся во-от за тот стол к блондинчику и брюнету. Они покажут тебе комнату. Девушка садится за наш стол, а мы с Драко смотрим на директора с укором и продумываем, как его можно поизвращенней убить. У Малфоя опыт есть, а я новичок, ничего, справимся. Тем временем, маразматик продолжает: - Так вот, Мистер Филч просил передать, что не будет обращать внимание на то, что начало комендантского часа перенесли на полночь, и будет продолжать вас ловить, так что будьте осторожны. Так же напоминая всем, что Запретный лес недаром так называется, хотя некоторым на это наплевать, — а я что? Я ничего… Я просто улыбаюсь во все тридцать два зуба. — Так же прошу вас всех поприветствовать профессора Спаркса, нового преподавателя Зельеварения, и профессора Снейпа, который решил снова попробовать преподавать Защиту. Зал зашумел, а мы с Драко переглядываемся. — Он же сказал, что новый преподаватель ЗоТИ занятой молодой человек, — шепчет он мне на ухо. — Помню, но по-моему, для Дамбика и Волдеморт был молодым человеком. А занятой… Наверное, какое-нибудь зелье экспериментальное делает… — Договорить мне не дают. — Так как профессор Снейп будет занят несколько дней в неделю своими личными делами, на педсовете было решено дать ему в помощь двух старшекурсников с отличной успеваемостью по этому предмету. Приветствуем старост своих факультетов, капитанов квиддичных команд, отличников по Защите и просто красавцев Гарри Поттера и Драко Малфоя. — Знаешь, Драко, я бы засмеялся, если бы не было так грустно, — встаю сам и тяну его за руку. — Я тебя отлично понимаю, Гарри… И мне кажется, это начало кошмара, — он сжимает мою руку сильней. — Если это кажется двум, это уже не кажется, а так и есть… — перевожу взгляд с любимого на Рэй. Она смотрит на нас и ухмыляется, и эта ухмылка мне не нравится. Очень не нравится. Она что-то задумала, и я выясню, что… но про винтовку с лазерным прицелом я у Герми обязательно спрошу.
