Хён такой заботливый

      Воскресное утро. Юнги как обычно просыпается достаточно рано. Мужчина натягивает какую-то старую домашнюю одежду и спускается на кухню. У Мина настолько холостяцкая берлога, что в доме не нашлось другого места для сна, кроме спальни и дивана в гостиной. Юнги очень долго настаивал, чтобы Чимин спал в его кровати, но Пак победил в битве вежливости, поэтому остался на первом этаже. Мин, оказавшись на кухне, наливает стакан воды и, смотря в сторону небольшого серого дивана, любуется спящим котиком. Мужчина подходит ближе, так как оказалось, что у него на правой руке есть множество татуировок. Мало того, что руки неплохо накачаны, так они ещё и украшены прекрасными рисунками. Вся рука забита татуировками, выполненными в оранжево-красно-чёрных тонах и выглядит это «Просто ахуительно»       Судя по всему, на это ушло очень много времени и денег. Потому что каждый рисунок прорисован во всех деталях. Юнги ещё очень долго любуется и разглядывает всё это, а чуть позже подходит к стулу, на который вчера выпивший Чимин быстро швырнул одежду. «Это же Rolex»       Думает Юнги, поднимая с пола серебряные часы, которые стоят, наверное, как весь дом мужчины. Но они очень красивые, так переливаются даже под редко проступающими сквозь шторы лучами солнца. И где-то внутри Юнги-мажор ликует, кричит от радости и требует купить себе личные. Мужчина, бросая взгляд на Чимина, думает, что он ещё долго будет спать и, совсем наглея, решает примерить их. Хоть на нём и старая потрёпанная рубаха, но даже вместе с ней часы выглядят очень классно и Юнги так и хочется украсть их.       Внезапно слышаться шорохи с дивана, Юнги поворачивает голову и наблюдает, как Чимину нехотя подносит руки с глазам, чтобы потереть их. Мин понимает, что часы на его руке и быстро пытается их снять, но это слишком быстро, он не может нормально расстегнуть ремешок и боковым зрением видит, как Чимин уже стянул с себя одеяло, принял сидячее положение и очень внимательно наблюдает, как Юнги пытает избавиться от часов на руке. — Понравились? — произносит Чимин. — Да, очень красивые. Дорогие, наверное. — Пять с половиной миллионов*, сделаны из белого золота, — хвастается Чимин.       Он бы хотел предложить Юнги забрать их, но прекрасно знает, что тот откажется. Пак окончательно убедился в степени альтруизма возлюбленного, когда увидел его машину. В это время Юнги кладёт часы поверх одежды и поворачивает голову в сторону гостя и пытается не показывать, как его нижняя челюсть отваливается от верхней. Потому что перед собой он видит пресс, идеально накачанные кубики, идеально пропорциональные и симметричные. «Господи, как ты красив!»       Чимин замечает пристальный взгляд на собственный живот, мужчине машинально захотелось прикрыть его рукой, но он в последний момент понимает, что ни в коем случае нельзя это делать. Потому что ему выгодно, чтобы Мин всё разглядывал. — Чимин, я должен тебе кое-что сказать, очень важное, — произносит Юнги, чувствуя учащающийся пульс, — Я люблю тебя…       Мину хотелось ещё что-то сказать, но Чимин прерывая его, резко встаёт и прижимает своими пухлыми губами, к тоненьким губкам хозяина дома. Пак обхватывает руками мягкую кожу на спине Юнги и прижимается к нему как можно сильнее. Поцелуй длится совсем недолго, Чимин первым отстраняется и прижимает к плечу. — Я тоже тебя люблю, хён. — Ты невероятно красив, и ты невероятно красиво поёшь. — Спасибо, — смущаясь, хихикает Чимин, — Думаю, мне стоит одеться! — Нет, не стоит, — наглеет Юнги, — Нельзя такую красоту прятать за куском ткани. — Ну, хорошо, — заигрывая, улыбается Чимин, — Мне нужно умыться, где у тебя туалет. — На втором этаже, первая дверь налево можешь воспользоваться моёй зубной щёткой.       Юнги провожает мужчину взглядом, заглядываясь на тоненькие ножки, но не тоньше, чем его собственные, а после идёт на кухню, ведь нужно чем-то позавтракать. Нет ничего лучше старой доброй яичницы с беконом, на самом деле просто холодильник почти пуст, зато есть фрукты и ягоды, из которых можно сделать молочный коктейль.       Чимин тем временем усердно чистит зубы, он заядлый чистюля, а поэтому делает это не менее двух минут. Поэтому смачивает руку и поправляет потрёпанные во сне волосы. Пак эстет, поэтому всегда старается выглядеть красиво и аккуратно, чтобы на него было приятно смотреть, даже если на нём одни трусы. «Ладно, хватит прихорашиваться, ты готов, ты красавчик. Пора вернуться к своему хёну.»       Пак перед выходом ещё раз визжит про себя как маленькая девочка от радости, ведь только что его поцеловал тот самый мужчина, за которым он бегал, тот, с кем он хочет быть. Всё, Чимин успокаивается, выходит из туалета и спускается вниз. На столе его ждёт завтрак, который очень вкусно пахнет издалека. Показываясь из-за угла, Пак в очередной раз ловит на себе увлечённые взгляды Юнги и мило улыбается, потому что ему очень хочется, чтобы хён вот так смотрел на него. Чимин садиться за барный столик и начинает есть. Правда его мучает ещё один маленький, но достаточно важный вопрос. — Можно спросить, хён? — Конечно. — Получается, мы теперь с тобой… пара? — Да, у вас теперь настоящие отношения. *Примерно триста тысяч рублей