Доступ закрыт

      Рид спит чутко, то поеживаясь от света фонаря с улицы, отворачиваясь, наощупь кутаясь в простыню, путаясь в ней и оттого рыча, дополнительным фактором, подливающим масла в огонь становится жужжание смартфона где-то во внутреннем кармане толстовки. Со свистом выдохнув через нос, Гэвин сдаётся, разлепляя глаза и запуская руку под живот — лежал он не на спине, а переворачиваться было делом ленивым.       За окном ещё ночь и навряд ли прошло много времени с его прерванной дремы, уж никак не сна. Он подносит экран к лицу и в следующую же секунду жалеет, когда в глаза уколом ударяет свет от сообщения.       «Господи», — шипит он, еле-еле, сквозь сощуренные глаза пытаясь различить присланные символы.       И, прочитав, не сразу понял, что он получил и, главное, от кого.       Номер был незнакомый, да и номером это назвать сложно, будто какой-то двоичный код, Гэвин нахмурился с полудремы, с легким непониманием думая, что, пожалуй, ещё спит.       Затем на выдохе перевернувшись на спину и, садясь на углу кровати, что слишком смялась, и подушка, по ощущениям лёгкого ободряющего хлопка по лицу, оставила от себя хороший такой след.       «Жаль, я не удушился».       В квартире слышится треск какой-то проводки и Рид опирается руками о стену, ощущая пальцами шершавую стену, прикладываясь ухом, чтобы понять, что за дерьмо. И отходит, потирая лицо, на экране смартфона второй час ночи.       Под ногами не слышно следов или скрипа пола, квартиру ему выдали одну из новых, но назойливое жужжание в стенах по ночам — утром и днём просто не замечается да и когда, Гэвин-то на работе — очень капает на мозги. Он слышал, что эта специальная проводка, проведённая для жильцов с андроидами, чтобы заряжать тех на ночь или типо того, Рид не уточнял.       «Где, интересно, подзаряжается псевдодетектив», — и в голову даёт последний двоичный код с телефона.       Псевдодетектив… «Дело сделано»       Дело…       Гэвин умывается и, туманно возвращаясь в спальню, спотыкается о кейс.       «Дело… Блять, неужели»       Он смеётся, несколько хрипло от сухости в горле.       «Наш дружок пошёл против закона, обалдеть»       Пошарив с застежкой, он берет в руки чуть смятое дело и идёт обратно в кухню, параллельно локтем включает свет.       Комната чистая, как ни странно, разве что в ведре валяется пара бутылок и этикетка от какого-то батончика. По практически идеальному состоянию видно, что хозяин не бывает дома и чаёвничать ему некогда, а если выдаётся возможность, как, например, пару дней назад, в заветный выходной, то квартиру засерать он не торопится.       Гэвин небрежно бросил бумажки на стол и пошёл настраивать кофеварку, может, этот день у него начнётся, так, конечно, и не закончившись, с более-менее хорошего пойла.       Затем, облокотившись о кухонный гарнитур, посмотрел на окно, что было прикрыто какой-то серой тяжёлой шторой.       «Мрачновато»       Хотя раньше он и не замечал, не то, чтобы предпочёл какие-нибудь яркие, свежие что ли, но, да, признаться, предпочёл бы, но явно не эти, что настроения не подымали.       «Блять, возможно, первой моей важной затратой, кроме сигарет будут ебаные шторы», — вспомнив про захваченную с работы пачку, он достал одну палочку, после хлопая по карманам в поисках заветного огонька.       — Да ладно, спички где, боже, что-нибудь, — прозвучало чуть коряво с папироской в зубах.       Ночь была на удивление спокойной. Машины проезжали, но это было настолько редко, что даже не отвлекало от мыслей. Коннор идёт вдоль улицы, задумчиво перебирая между пальцев монетку. Ловко перекидывая с пальца на палец, он вдруг останавливается, прикусывая нижнюю губу. А вдруг всё это подстава? И документы уже давно находятся в офисном шкафчике Рида, а сейчас он заставил сделать этот, несвойственный для программы андроида, поступок, за что сбой повысился — Коннор ощущает в себе чувство страха, неужели он медленно становится девиантом? Это плохо. Это очень плохо.       Потоптавшись на месте, RK-800 даже не замечает приближающееся такси. Машина, быстро промчавшись мимо андроида, обливает того потоком воды. Днём был дождь, вот и остались лужи. Коннор даже не успевает отпрыгнуть, как его униформа промокает. Правый бок остаётся сухим, но большая часть левой стороны грязная, в каком-то дорожном мусоре и чёрном выхлопном осадке.       — Что ж такое, — быстро смахивая с себя противные отходы, Коннор устало вздыхает. Не везёт ему сегодня. Если Гэвин не отдаст документы, то он, скорее всего, присоединится к Хэнку, когда тот блуждает по барам в поисках любимого высокоградусного напитка. Вода противно стекает с волос, по лицу, попадая за ворот — как так можно ездить? Жаль, что Коннор не успел разглядеть прежде, чем машина скроется за ближайшим поворотом. Кто виновен в происходящем — не понятно. Либо водитель проехал близко к бордюру на высокой скорости, либо андроид шёл близко к дороге, поэтому оказался «по уши» в воде.       Кое-как отряхнувшись, Коннор достаёт из-под плаща документ. Благо, что он не намок, находился ближе к правой стороне. Если бы Рид увидел помятую бумагу, не пристойного вида, то произошло бы что-то чрезвычайно плохое. Обольёт матом? Побьёт? Выдернет жизненно важный биокомпонент, хотя сам толком не знает их расположение в организме? Или что-то ужаснее. От противных мыслей отвлекает пришедший текст от Гэвина с указанием адреса и жёсткими условиями встречи. Если Коннор не придёт сейчас, то завтра весь департамент будет знать о том, что произошло около десяти минут назад.       — Ладно, — решительно отвечает в ночную тишину Коннор, убирая документ за куртку, прижимая его рукой, чтобы ни один лист не выпал из папки. Если эта встреча состоится и будет иметь плохие последствия — никто всё равно не узнает. И эту страшную тайну он унесёт с собой в могилу. Остановка была близка, да и место проживания Рида не так уж и далеко. Пара остановок — и он на месте. Автобус пришёл скоро, хоть и пришлось недолго подождать, но зато чуть обсох, противно сжимающая мокрая одежда уже явно надоедала. Куда деваться, придётся смириться. Возможно, у Рида найдётся место для того, чтобы повесить и высушить униформу.       На дороге оказались небольшие затруднения. Светофор оказался сломанным, и автобус объехал несколько кварталов, чтобы вернуться на маршрут. Остановка. Коннор сходит и быстрым шагом, чуть ли не добегая, направляется к дому Гэвина. В сознание проникают всевозможные дурные предчувствия, но они тут же улетучиваются, когда андроид заходит в весьма тёплый и чистый подъезд. Ошибся адресом? Точно нет.       — Здравствуйте, — приветствует милая пожилая женщина, улыбаясь. Видимо, она тут работает кем-то вроде сторожа или вахтёра. — К кому пожаловали, на ночь глядя?       — Гэвин Рид, — коротко отвечает Коннор, подходя к маленькому столу, на котором по номерам были разложены ключи.       Вопросительно изогнув брови, женщина смотрит на мокрый значок RK-800 и вспоминает, что именно этого андроида недавно показывали по телевизору, упоминая о его специальности: «Охотник на девиантов»:       — Неужто Рид снова что-то натворил?       — Нет. Я к нему по делу. Можно пройти? — получив в ответ согласный кивок от вахтёрши, Коннор поднимается по ступенькам на нужный этаж. Квартиру находит без труда. Глубоко вдохнув, андроид громко стучит в дверь — звонка он не нашёл.

***

      — Дело сделано? — задаёт вопрос в пустоту Гэвин, накидывая на плечи мягкий халат, наспех завязывая его, пока идёт к коридору. Добирался, конечно, этот андроид долго, но зато принёс всё, что нужно. Однако… Если хоть один документ дела исчез, пропал, был порван, съеден или какая-нибудь другая фигня с ним произошла — «восемьсотнику» не поздоровится.       Вновь звучит стук в дверь.       Он что там, с ума сошёл? Или подождать не может?       — Иду! Иду! — недовольно бурчит Рид, открывая все замки на двери. Их было несколько. На всякий случай. Гэвин — коп, он привык к своему надёжному жилью, за замками и с пушкой всегда чувствует себя безопаснее. Однажды, порвав с первой своей пассией (это произошло ещё в молодости), Рид заперся в своей комнате в доме родителей, на тот момент у него на двери был всего один замок, подпёр её шкафчиком и забился в угол и зарыдал. С тех пор, он не только скрывает свои эмоции от других людей за маской напыщенного мерзавца, но и закрывается в себе, уходит в депрессию, закрывается за кучей замков на двери и словно засыпает, пока плохие воспоминания не отступят.       — Детектив Рид! — вновь раздаётся стук в дверь, на этот раз она открывается, и за ней показывается андроид, весь мокрый, но он рад, что наконец удалось добраться до нужной информации и передать её в руки Гэвина. Да, они отстанут по времени, если эти файлы заберёт детектив, но не будет печальных последствий.       — Принёс? — Без особой любезности (хотя какой там любезности можно ожидать от такого, как Рид?) произносит вопрос детектив, отпирая дверь совсем чуть-чуть. Так, чтобы можно увидеть того, кто пожаловал на порог.       — Да, всё со мной. — Коннор протягивает папку в щель, но на его удивление, андроиду открывают дверь и, пускай и с недовольной гримасой, пропускают внутрь.       RK-800 останавливается у прохода в соседнюю комнату, не раздеваясь, кладёт документы на тумбу и, выдохнув, поднимает взгляд на детектива:       — Теперь всё. Я сделал, что ты хотел. Могу идти?       — Нет. — Резко произносит Гэвин, закрыв дверь за андроидом, — глупец, — добавляет он шёпотом, склонив голову на бок, слегка поджимая губу. А тот стоит с глупым выражением лица, не моргает, как вкопанный. — Это ещё не всё.       Детектив словно собирается с мыслями, делает шаг сначала уверенно, затем по мере приближения к андроиду, он становится таковым всё меньше. Между ними за несколько минут тишины сокращается расстояние. В коридоре, освещённом лишь небольшой лампочкой в углу, никто не говорит. Тишина. На мгновение в ушах начинает звенеть, но относительно громкий шаг назад Коннора прерывает её. Гэвин останавливается сразу же, когда это произошло.       — Ты меня боишься, Коннор? — с иронией Рид произносит последнее слово, и тогда андроид, до конца опустив стопу на пол, замирает на секунду, в итоге бросив сухое «нет, детектив».       В этот раз Гэвину удаётся приблизиться, оставляя между ними каких-то жалких пару сантиметров. Казалось, на коже можно было почувствовать дыхание андроида, но это лишь «казалось», ведь у этих жестянок нет ничего живого от человека, лишь облик, и то — чересчур идеальный, такой ровный, что блевать тянет.       — Неужели ты не понял? — Гэвин притягивает Коннора к себе, пока тот, будучи на половину головы выше, с безразличием смотрит в глаза напротив, полные огня и страсти. — Ты мне должен хороший отсос, гадёныш. — Это прозвучало, как рявканье животного. Пускай он и был низок ростом, но заставил взглядом Коннора почувствовать себя неловко. Что с ним произошло? Почему он чувствует это? Снова программный сбой. Это, скорее всего, в отсеке, отвечающий за негативные эмоции.       — На колени, жестянка, — уже приказным тоном детектив произносит эту фразу, отстраняется назад и опускает руки на пояс халата. Коннор даже не сдвинулся с места, за что был придавлен к стене резким толчком. — Ты глухой? Или притворяешься?       — Детектив, я сделал всё, что от меня требовалось. И вы это получили. Не заставляйте меня применять силу против вас. — Коннор говорит спокойно, голос его ровный, без повышения тона. И это чертовски бесит Гэвина.       — Заткнись! — и в следующую же секунду он впивается в губы андроида жадным поцелуем, упирается о стену руками, перекрывая ему пути к отходу, стесняя его движения. В голове смешиваются в один ком чувство безумия и желание большего, и это сводит с ума, заставляет порыкивать от предвкушения запретного. Разорвав подобие поцелуя, Гэвин спускается губами к шее, одновременно рывком сбрасывает с себя бархатный халат. Коннор осматривает тело детектива. Крепкий, горячий торс, на спине и груди шрамы, подчёркивающие его мужество. Красивое тело, руки, перс — всё при нём, и это не менее возбуждает Гэвина, когда тот видит, что его разглядывают, как и сейчас поцелуи в шею и запах мужского одеколона. Было смачно, быстро, но Рид ещё никогда так не кайфовал от поцелуев. Он прикрывает глаза, но Коннор не делает ничего, кроме того, как разглядывает, — как стоял, так и стоит. — Давай же, я хочу этого, — детектив отстраняется, между их губами остаются тоненькие дорожки из слюны, после чего сразу же разорвались.       Андроид опускает взгляд на халат Гэвина, затем на боксёры мужчины, там уже виднелся бугор.       — У меня уже член встал, Коннор, возьми его в свой похотливый рот, — Рид стонет от нетерпения, быстро дрожащими от возбуждения пальцами стягивает нижнее бельё и взглядом уже не приказывает, а молит, чтобы тот наконец отсосал ему.       Тёплый мокрый рот проходится по кадыку мужчины и ключицам, мышцам груди, касается сосков, впадины пупка, показавшийся мягкий язык медленно обвел пресс. След слюны быстро высыхает, оставляя лишь едва уловимый запах — корицы и кофе. Всё ниже, до самого сокровенного. Дёрнувшись, Гэвин на долю секунды замирает, задерживает дыхание и опускает руку, и пальцы его вплетаются во влажные волосы андроида, когда тот чуть сжимает ладонь на члене.       Слюна сразу же заполняется весь рот, стоило Риду подумать о теплой живой плоти на языке. Коннор подаётся вперёд и касается кончиком языка жестких темных волос у самого основания члена, утыкается в них носом и втягивает запах — пот, мускус, мыло, совсем неуловимое. Наконец он вбирает в рот головку члена, с неестественной нежностью и трепетом, спрятав зубы как мог, стараясь не навредить. Пошло причмокнув, взял глубже, пока не начинает мутить и не приходится вынуть член наполовину.       — Прекрасно… — стонет Рид, сильнее сжимает между пальцами волосы андроида и пытается сделать первый толчок в столь желанную ему глотку, достать до гланд, трахнуть Коннора и кончить тому на лицо, но это будет потом. Сейчас тот даже первого толчка не выдерживает, начинает кашлять, вынимает член изо рта и сплёвывает смазку на пол, капли текут по его шее и скрываются за формой.       Затем снова толкается, входит по самые гланды, высовывает чуть ли не до конца и мазнул по красным губам головкой. Запретное удовольствие. Подняв взгляд на Гэвина, Коннор перехватывает его затуманенный возбужденный взгляд, видит, как чернота зрачка поглотила собою тёмную радужку. Он возбуждён. Коннор проводит языком по члену, по проступающим тонким венам, добирается до головки, влажной и яркой, и снова вбирает до середины. Осталось пара толчков, после чего с Гэвин с хриплым стоном кончает на лицо андроиду.       — Молодец, парень, хорошая работа, — благодарно кивает детектив, протягивает Коннору серый с синим узором платок, а сам, запахнувшись и забрав документы, которые впоследствии убирает в свою комнату, уходит в ванную комнату, но прежде чем скрыться за дверью, бросает на последок «можешь вытереть сперму и вали». После чего слышится громкий хлопок. Андроид приводит себя в порядок, встаёт с пола и, отряхнувшись и поправившись, выходит в подъезд.

***

      Теперь остаётся вернуться к Хэнку и продолжить работу. Но то, что произошло прошлым вечером и Рид, и Коннор унесут с собой в могилу. Никто не узнает.       — Молись, жестянка, чтобы мне больше не понадобились документы. — Гэвин смотрит на себя в зеркало в ванной.