Подключение установлено.

Двести сорок три досье. Слишком много, чтобы привести город в порядок. Слишком много, чтобы понять, что все таки происходит. Слишком много, чтобы решить сразу все. Стоит взяться за одно досье, как в следующий же час появляется новое. Девиация больше не единичный случай, а быстро распространяющийся вирус; угроза, для населения Детройта, и всей страны Коннор сканирует все досье. Не занимает много времени. Дело сложное. С чего начать? Выбирает последнее дело. Много улик. Пойдет по горячим следам. Модель AX400 напала на человека. Хэнк не хочет его слушать. Не хочет с ним работать. Коннор настаивает. Угрожает, что пожалуется руководству. Он при любом раскладе выполнит порученную миссию. Он был для этого создан. Личные проблемы Андерсона не остановят его. Не переубедят. Он машина. Даже если умрет, его заменят другой машиной. Их разговор перерывают. Появилась зацепка. Местонахождение модели AX400 – Ривендейл. Отправятся прямо сейчас – успеют. Хэнку приходится забыть о своей неприязни. Льет дождь. Не сильный. Работе не мешает. Полиция в замешательстве. Девиантка может быть где угодно. Она могла давно уехать из этого района. Коннор так не думает. Рассуждает логически. Говорит, что она рядом. Хэнк не говорит, что согласен. Но и что не согласен – тоже. Версия приемлемая и пока что единственная. Через окно видно, что в заброшенном доме андроид. Один ли? Подозревает, что AX400 скрывается здесь. Тихо и мрачно. WR600 стоит посреди комнаты. Никого не видел, ничего не знает. Корпус поврежден – на щеке раны. Уровень стресса постоянно скачет. На ограде были следы тириума. В камине горит огонь. На столе – три тарелки и обуглившееся животное. Анализ невозможен. В соседней комнате на стенах Ra9. На коробках кусачки, которыми разрезали проволоку. Соединяет улики. WR600 врет. Коннор быстро бежит по тротуару. AX400 сворачивает за угол, он следует за ней. Она перелезает через ограждение. Как бы ее не упустить… Коннор хватается руками за ограду. С силой сжимает металлическую проволоку. Девиантка смотрит на него с внешним спокойствием. У нее голубые глаза. Они сверкают, почти слезятся. Она без слов молит о помощи. Взывает к чувствам, надеясь, что у Коннора они есть. Она хочет, чтобы он понял. Коннор видит свое отражение в глубине ее глаз. Она будто видит все его внутренние биокомпоненты. Проходит 3 секунды. Странно. Ему показалось, что дольше. Девиантка выбегает на дорогу. Крепко держит руку маленькой девочки. Тянет ее за собой – та изредка вскрикивает. Хэнк сжимает плечо Коннора. Говорит, что это опасно. Какая разница? Это миссия, которую надо выполнить даже ценой жизни. Ему не страшно погибнуть. Андроиды – просто машины. Он следует за девианткой. Поток транспорта не останавливается. Не становится меньше. Догнать ее легко. Она оказывается на второй дороге. Оглядывается и видит, что сбежать ей не удастся. Она толкает Алису вперед. Девочка интуитивно бежит. Оказывается в безопасном месте. -Алиса, беги! Беги! – громко кричит, насколько позволяет биокомпонент. Девочка стоит на месте некоторое время. На ее глазах собираются слезы. Она думает. Решается. Убегает. Девиантка будто с облегчением вздыхает. Коннор хватает ее за руки. Сжимает крепко запястья, чтобы она не вырвалась. Она не сопротивляется. Сдалась. Коннор слышит громкий звук справа. Он переводит взгляд. На высокой скорости по дороге несется машина. Нет возможности ее остановить. Девиантка нужна живой. Он анализирует местность, ищет выход. Сбой. Коннор отпускает одну руку девиантки, сжимает вторую. Он с силой тянет ее за собой. Она как безжизненная кукла. Подчиняется. В ней не осталось ни капли надежды. Держит глаза закрытыми. Слишком долго. Она ждала смерти. Оглядывается. Она в безопасности. Коннор не отпускает ее руку. Он все еще смотрит на автостраду. Зачем я это сделал? Девиантка смотрит на его руку. Кожа отключилась. Она видит кисть из серого пластика. Ее такая же. Она пытливо всматривается в лицо охотника на девиантов. Он замечает. Переводит на нее взгляд. Через соединение рук проходит тысячи микро разрядов. Коннор слышит звуковое оповещение, похожее на выполнение миссии. Но это не оно. Подключение установлено. Маленькая девочка появляется снова. Она бежала назад. Хотела вернуться. Подумала вдруг, что сможет чем-то помочь. Она видит Кару в безопасности. Прямо здесь, перед ней. Алиса восторженно подбегает к ней, крепко обнимает со спины. -Кара! Ты жива! – ее голос звучит громко и звонко. Кара опускает руку – та покрывается кожей. Она касается рук Алисы на ее теле. Выжидающе смотрит на Коннора. В ее взгляде тревога и настороженность. Голубые глаза выглядят как маленькие частички льда. Он ничего не говорит. Она не понимает, но делает шаг назад. Хочет уйти, но позволит ли Коннор? Он сдается. -Уходите. Коннор сидит в машине. Сильно сжимает ручку боковой двери. На улице уже наступила ночь. Рабочий день закончен. Но он здесь не по работе. Он пытался понять, что за подключение. Пытался его отключить. Не получалось. Никаких настроек не было. Запустил несколько раз проверку системы. Подключение обнаружено. Отключить – невозможно. В центр управления поступают сигналы из неизвестного источника. Громкие, надоедливые сигналы. Он хочет себя деактивировать. Нельзя. Он чувствует, что в системе происходят странные, инородные процессы. Такого раньше не было. Он пытается включить сканирование, но выдает какую-то ошибку. Его движения скованны. Как будто уничтожен один из биокомпонентов. Ему кажется, что он видит перед собой ту самую девочку, Алису. Она подбегает, обнимает, смотрит в глаза. Чья-то рука отдергивает ее. Человек говорит увести прочь. Голос незнакомый. Запястья чем-то зажаты. Сверху слышно, как искрится ток. Коннор сканирует карту. Он знает, откуда эти сигналы. Зовет лейтенанта. Машина останавливается перед огромным богатым домом. Он выглядит устрашающе и подозрительно. Крыльцо освещено лампой. Возле двери звонок. Коннор уже видел это место, но ни разу здесь не был. Он отчетливо помнит, как нажимал на звонок и как просил помощи. Или это не он? -Теперь ты объяснишь нахрена мы сюда приехали? – с раздражением спрашивает лейтенант. Коннор думает над ответом. Он сам не может выявить причину. -Поступило сообщение о возможном девианте по этому адресу. Мы должны проверить, - его голос остается ровным и спокойным. Но он врет. Хэнк недоверчиво смотрит на него. Знает, что ничего с этим не поделаешь. Если Коннор говорит, что надо проверить, значит, придется проверить. Попробуй тут поспорить с гребанным андроидом. Хэнк направляется к двери, Коннор следует за ним. Снова заморосил дождь. Небо угрожающе гремит, застланное черными тучами. Десяток сломанных, искореженных андроидов окружают мужчину по имени Златко. Он кричит, предвидя свою скорую смерть. Никто не будет ему помогать. Он заслужил. Кара стоит по правое плечо, приобнимая Алису. Коннор обращает к ней взгляд. Он знал, что она была здесь, и что попала в беду. Они встретились снова. И он снова ей помог. Коннор и Хэнк вовремя отвлекли Златко. А когда они оказались внутри, то вскоре выяснилось, каким делом он тут промышлял. Незаконным. Они помогли девиантке, хотя должны были ее арестовать. Коннор посмотрел на Хэнка. Тот стоял со сложенными руками на груди и смотрел на полуразобранных андроидов, нахмурившись. Он был глубоко в своих мыслях. И в его взгляде было что-то неуловимо печальное. О чем он думал? Хэнк, кажется, был не против помощи андроидам, даже если его рабочий день окончен. Кара просила их отпустить. Она хотела уехать в Канаду, чтобы там спокойно жить с Алисой. Коннор попытался возразить. Хэнк осматривал Кару оценивающим взглядом. -Пойдем, - сказал он Коннору, затыкая его нескончаемое повторение инструкций, заданий и целей. Кара посмотрела вслед удаляющейся машины. Она была благодарна. Коннор, подперев подбородок рукой, смотрел вдаль. Он понял в чем суть того подключения. Найденный ответ его не удовлетворял. Он заранее знал, что это помешает его работе. Мог он что-то с этим поделать? Он был подключен к Каре. С тех пор в его программе что-то изменилось. Где бы он не находился, что он ни делал, будь то расследование, составление отчетов или даже наблюдение за разговором Хэнка и Гэвина – он всегда чувствовал, что находится не здесь. Он без затруднений анализировал местность. Листок, прикрепленный к пробковой доске, размером А5 с фамилиями сотрудников. Кофейный аппарат, модели R157, выпущенный 23.04.2036. Зрительный биокомпонент исправно работал – доказывала проверка системы. И все же, что-то было не так. Откуда-то поступал поток сторонней информации. Он не завершался. Коннор видел, и в то же время не видел. Снег, падающий на лобовое стекло машины. Проносящуюся мимо дорогу, с ровной белой разметкой. Пушистые ели, выстроившиеся в ряд вдоль обочины. Он улавливал звук радио, откуда женский голос вещал последние новости о политической ситуации в мире. Это он включил радио. Потянулся рукой, чтобы коснуться яркого экрана. Зря. Новости внушали ничего, кроме тревоги. Что за тревога? Сидящая по левое плечо женщина переключила радио. Заиграла тихая приятная музыка. Так гораздо лучше. Разве это имело значение? Он знал, как звали эту женщину, даже если никогда ее не встречал. В его памяти сохранились ее образ и имя. Роуз. С тех пор, как он встретил Кару, как помог ей тогда, он ежедневно замечал изменения в своей программе. Импульсы передавались от Кары по подключению. Импульсы, которые были не встроены в его программное обеспечение. Страх. Волнение. Сочувствие. Грусть. Любовь. Его система чаще давала сбои. Она разрушалась. Это из-за Кары. Коннор был создан, чтобы всегда выполнять свои миссии. В последнее время еще не одна миссия так и не была выполнена. Он сжимал в руках пистолет, взяв в цель девиантку из клуба “Рай”. Она была важной зацепкой для дела. Нельзя дать ей убежать. Но уверенности не было. Не было сил надавить на курок. Хватка ослабла. Он так и не выстрелил. Очередная провальная миссия. Но, Хэнк кажется не был расстроен. А как бы поступила ты, Кара? Он все чаще задавал этот вопрос. Снова какая-то ошибка. Он не может удалить воспоминания из головы. Оно не стирается. Оно заело и повторяется из раза в раз. Из раза в раз. Когда это закончится? Как это остановить? Анализ работоспособности не дал никаких результатов. Ошибки не обнаружено. Какого черта! Кара, ты знаешь, как решить эту проблему? Хэнк сидит на скамье, потягивая крепкое пиво. Это вредно для здоровья, он же знает. Тогда почему продолжает? Наверное, из-за сына. Стоит спросить. -Позвольте задать личный вопрос, лейтенант? – голос звучит как-то слишком громко. Виной тому тишина в парке? Хэнку сложно говорить про сына. Его лицо искажается болью, в глазах – скорбь, смешанная с печалью. Коннор может его понять. Но в системе такой программы не было. И все же, когда Хэнк наставляет на него пистолет, электрический ток разбегается по всему телу. Он настроен вполне серьезно. Он не выстрелит. Верно? Сомнения разъедают биокомпоненты. Коннор не уверен. Он чувствует страх. Он не хочет умирать, потому что там не будет ничего. Пустота. Без надежды. Без импульсов, без тока и без чувств. Коннору передавался страх Кары, а теперь он испытывает его сам. Кара, ты тоже это чувствуешь? Почему она не отвечает? Почему она, мать его, не отвечает?! Надо поменьше контактировать с лейтенантом. Кара обнимает Алису. Чувствует волнение и тепло. Коннор тоже чувствует. Это приятно. И странно. Он будто сам находится там, рядом с Алисой. Держит ее в своих руках. У нее маленькие плечи и блестящие глаза. Она улыбается. Ей больше не страшно. Коннор – или Кара – чувствует облегчение и радость. Главное, чтобы она была счастлива – остальное не важно. Теперь ты понимаешь? Это был не его голос. Мелодичный и тихий. Успокаивающий и заботливый. По-матерински ласковый. Он открывает глаза. В программе снова сбой. Запускает проверку системы - никаких результатов. Ее слова повторяются и повторяются тем же мягким голосом. Тириум быстрее течет по телу. Он не будет ничего менять. Ему нравится. Вход в спящий режим похож на смерть. Он чувствует опасность. Предвкушает встречу с Амандой и не знает, что будет говорить. Может, она уже знает, что он неисправен? Отправит ли она его на переработку? Заменит ли его новой, исправной моделью? Коннор не хочет умирать, ведь тогда он не сможет снова воспроизвести голос Кары. Он решает попробовать – только попробовать –быть откровенным. Аманда смотрит с осуждением и раздражением. Ее взгляд сохранился в памяти. Он должен изображать правильного андроида. Он не чувствует эмоций. Не проявляет эмпатию. Он выполняет свою миссию. Кара, пожалуйста, перестань! Твои мысли слишком громкие! Он не может сосредоточиться. Как же сложно притворяться машиной, когда в голове постоянно звучит: “Алиса, Алиса, Алиса..” rA9, если ты и вправду есть, то скажи Каре помолчать всего секунду, и сделай так, чтобы Аманда ничего не заметила. Погодите. Откуда он знает, что такое rA9?... Коннор смотрит в окно машины. На улице идет дождь. Капли падают на стекло и медленно стекают вниз, оставляя влажную дорожку. Где-то солнце садится за горизонт. Это же называется грибным дождем? Миссия снова провалена, но ему все равно. Он про нее даже не думает. Люди торопливо идут по тротуару, прикрываясь разноцветными зонтиками. Город дышит умиротворением. Красиво. Он не может оторвать глаз. Кара, ты видишь это? -Эй, что с тобой? – зовет Хэнк, но Коннор его не слышит. Он погружен в себя. Ждет ее ответа, но она молчит. С ней же ничего не случилось? Глупости, он бы это почувствовал. Может, посмотреть, где она находится? Он вполне способен это сделать. Соблазн запустить сканирование. Ему бы это ничего не дало, но было любопытно узнать… -Коннор, мать твою! - с раздражением повышает голос Хэнк. Коннор наконец реагирует. И как он раньше не услышал? -Что такое, лейтенант? -Ты вот сейчас завис что-ли? Чего в окно уставился? - спрашивает Андерсон. Коннор думает над ответом, как вдруг чрез его сознание пробивается тихий голос. -Да, вижу, - с запозданием отвечает Кара. Коннор забывает, что надо ответить. Он улыбается уголками губ. Хэнк больше ничего не понимает. В Дейтроте хаос. RK200 – или Маркус, как его называют – выступил с объявлением. Его видели на всех биллбордах и каналах. Он борется за равные права и свободу. Говорит, что не желает войны. Можно ли верить его словам? Президент Уоррен не в восторге. Машины поднимают восстание – угроза человечеству, которую надо уничтожить. Это случилось потому, что Коннор провалил так много миссий? Или это было неизбежно? Ему было поручено расследовать дело девиантов. Он в этом не преуспел. С Хэнком стало проще. Он был дружелюбен. Перестал считать андроидов бесчувственным серым пластиком. Он был другом. Единственным другом для Коннора. Наравне с той дружбой, которую он приобрел, его также волновали новые чувства. Не признавать их он не мог. Мог скрывать перед Амандой. Но не перед Хэнком, который уже про все знал. Он одобрял. Относился хорошо, с снисхождением и заботой, совсем как отец. Подсказывал, что надо ответить Каре. Иногда. Коннор был благодарен, потому что это важно. Хэнк часто шутил. -Чтобы поймать девианта, надо думать, как девиант, верно, Коннор? Коннор не оценил. Он не девиант. Он продолжал отрицать, но все больше сомневался. Он помнил, что за все это время так не убил и не арестовал ни одного девианта. Отягощающее обстоятельство. Может, Хэнк прав. Снова сомнения. Это плохо. Признак девиации. Коннор с трепетом ждал, когда снова услышит голос Кары. Она уже некоторое время молчала. Где же она? Почему не говорит? Ее голос был приятным вирусом, уничтожившим его систему. Он был не против. Ее голос побуждал сердце работать в ускоренном режиме. У него не было сердца. Тогда откуда такое волнение? Разве это не еще один признак девиации? Черт. Иерихон расположился в огромном заброшенном корабле. В этом есть свое очарование. Давно уже дует промозглый ветер и хлопьями падает снег. На плечах Коннора собираются мелкие снежинки. Их отлично видно на ткани темной куртки. Он еще ни разу не менял форму на одежду людей. Но это ради прикрытия. В шапке его вряд ли кто-то узнает. Забавно. Он же не чувствует холода. Он наконец нашел Иерихон. Гэвин не смог помешать. Интересно, как сильно Коннор его ударил? Если у детектива появится под глазом синяк, он бы хотел на это посмотреть. После этого случая он вряд ли попросит другого андроида сделать ему кофе. Коннор смотрит вверх. Судно просто невероятных размеров! Признаться, это романтично. Его тело сковывает предвкушение. Он чувствует напряжение. Все еще не может поверить, что Кара тут. Недавно он слышал ее голос. Она говорила не с ним, но это не важно. Он просто хотел ее услышать. Гармония нежного голоса приводила его системы в порядок. Она больше не разрушала его систему. Она создавала новую. Коннор знал, Кара была здесь, в Иерихоне. Но он все еще не мог поверить. Здесь темно. Много андроидов. В глазах усталость и надежда. Он ищет в толпе Кару. Подключение медленно работает, зависает. Он не может увидеть, где она. Проходит вглубь. Сканирует местность. Начинает сомневаться, не обманывают ли его собственные программы. Чувствует напряжение. Поднимает голову – наконец видит ее. Она держится руками за ограду, глядя вниз. Кого она высматривает? Кара, похоже, вовсе его не замечает. Она убирает руки и смотрит направо. Собирается уходить. Черт. Нельзя, нельзя ее упустить. Она снова исчезнет в толпе, и он не сможет ее найти. Почему здесь такой отвратительный сигнал? Он безмолвно кричит ей подождать – она не слышит. Коннор быстро сокращает расстояние до лестницы. Перескакивает через одну ступеньку, чтобы успеть. По расчетам – так быстрее. Металл глухо звенит, когда ноги опускаются на него. Никто не обращает внимания. Увлечены новостями. Надеются на лучшее. Видит спину Кары. Он успеет. Догоняет ее, хватает за руку и разворачивает к себе. Она удивлена. В ее голубых глазах искрится радость. В порыве накрывает ее губы своими. Кара замирает. Закрывает глаза. Она будто улыбается. Коннор чувствует, что связь улучшается. Вся система нагревается. Тириум быстро льется по телу, разнося ток. Внутренние компоненты не справляются с генерируемыми импульсами. Их слишком много. Система жжет его изнутри. Становится так горячо. Он на грани отключения. Проклятая перегрузка. Диод горит желтым. Сменяется на красный. Почему он не вырвал его к чертям раньше? Он пытается сохранить этот момент. Невозможно сохранить критическое состояние системы. В кончиках пальцев играет слабый ток. Коннор держит руки на ее щеках. Кара накрывает их своими. Кожа отключается, обнажая серый пластик. Связь отличная, но мысли не передаются. Их нет. Коннор увлечен этим моментом. Ей. Она с нежеланием отрывается. -Я знала, что мы встретимся снова. Ее голос мелодичный. Поддерживает в нем аварийное состояние. Она улыбается. Ее улыбка такая счастливая и нежная. Она этого ждала? Хочется верить, что да. Коннор не отводит взгляд. Не может. Когда она так сияет радостью, хочется снова притянуть ее к себе. Она с недоверием смотрит на него. Коннор оглядывается. Они привлекли к себе внимание. Много внимания. Он переводит взгляд на Кару. Она в замешательстве, но улыбка не сходит с ее миловидного лица. Хочется сказать, что он всегда выполняет миссию. И эту, созданную им же, он завершил с успехом.