Дикая любовь

Финн: Прошло уже больше недели после нашего последнего разговора с Ави. Странно, я и до этого виделся с ней не каждый день, но раньше я каждый раз знал, что мы скоро встретимся, и мне было легче переносить разлуку, я, можно сказать, жил ожиданием встречи… А теперь, когда я понимал, что ждать уже ничего, страдания становились невыносимыми. Хорошо хоть у меня не было так уж много времени на страдания, все-таки когда у тебя столько обязательств и почти все дни расписаны по минутам, это иногда помогает. Все-таки работа лучшее лекарство от душевных ран. С Уайаттом мы в эти дни тоже не виделись и, слава Богу, потому что я бы просто не знал, как с ним себя вести, о чем говорить… потому что раньше мы говорили только об Ави, если оставались вдвоем. Кроме того, мне просто тяжело было видеть, хотя я понимал, что он ни в чем не виноват. Наверно. Он ведь даже не знает, что Ави в него влюбилась. А если знает?.. Знает и молчит, но это я просто не представляю… он ведь в курсе, как я ней отношусь… Но это уже будет такая подлость, такая… Впрочем эта мысль исчезла сразу же, как и появилась, нет, Уайатт на это не способен. Если бы он почувствовал что-то такое… Он бы мне рассказал. Но хотя я и не сомневался в его порядочности, все же ничего не мог с собой поделать. И все время думал, что же такого в нем особенного, что можно было выбрать его? Хотя, конечно… Он красивый. Интересный. Умный. И держит себя, как принц крови. Если бы я узнал, что любая другая девчонка в него влюбилась, я бы не удивился. В конце концов, мало у него, что ли, было поклонниц? Хотя у меня их было в двадцать раз больше. И это было до ужаса несправедливо. Почему из всех девчонок на свете я влюбился именно в ту, которой я был безразличен? Еще и в ту, которая сама влюбилась в моего друга? Я бы легко согласился уступить Уайатту все десять миллионов моих фанаток, чтобы он вернул мне сердце Ави. В случае с Уайаттом мои профессиональные обязательства работали точно против меня. Потому что со дня на день должен был стартовать довольно долгий период интервью и ток-шоу, в которых я должен был принимать участие в составе каста «Оно», а значит, нам с Уайаттом придется постоянно общаться. А я просто вообразить не мог, как я буду даже смотреть на него, зная, что из-за него мое сердце навеки разбито. Хотя не могу же я избегать его всю оставшуюся жизнь! Он и так, наверно, уже недоумевает, куда я делся, ведь раньше я ему звонил почти каждый день, чтобы узнать, что там нового у Ави… Ладно, всегда можно объяснить свое молчание сумасшедшей занятостью. Но как объяснить все остальное?.. Как я ни крепился, как ни внушал себе, что видеться с Ави бессмысленно, и все от этого будет только хуже, и все же меня, как клещами, тянуло к их с Уайаттом школе. Чтобы хоть увидеть ее, хоть одним глазком! В понедельник я все-таки не выдержал. *** На самом-то деле я бы не выдержал гораздо раньше, но в выходные и вечер пятницы у меня не было возможности встретиться с Ави под убедительным предлогом. Школа была единственным местом, где я мог это сделать, не вызывая подозрений. В конце концов, имел я право навестить своего близкого друга и коллегу?! Вообще-то, я и раньше, еще до Ави, несколько раз навещал Уайатта в школе. У нас даже было свое особое тайное место… Я заходил к Уайатту обычно в большую перемену, во время обеда. У них в школе была, конечно, очень приличная столовая, но мне не хотелось там появляться, не хотелось привлекать внимание. Поэтому чтобы поболтать и перекусить мы уходили к маленькому прудику в дальнем углу прилегающего к школе парка, в той его части, которую редко приводили в порядок. Сюда мало кто заходил и нас ни разу никто не потревожил. Прудик был кривой и неказистый, весь заросший какими-то листьями и желтыми цветочками, плотно окруженный деревьями и кустами. Каменные плиты, которыми он был обложен, делали его берега обрывистыми, и казалось к воде не подойти, но в одном месте в зарослях была едва заметная крутая тропинка, о которой знал, возможно, только Уайатт. В конце тропинки плиты образовывали как бы ступеньки или низкую скамейку со спинкой. С утра камни хорошо прогревались на солнце и были теплыми, но ко времени большой перемены на них уже падала тень от кустарника. Здесь было необыкновенно уютно сидеть, поставив ноги у самой воды. Сначала это было только наше с ним секретное место, а потом мы стали встречаться там и втроем. В те дни, когда я заранее предупреждал Уайатта, что приду. Это было намного круче, чем встречаться где-то на людях, в кафе или на пляже. Уайатт привел туда Ави в первый раз, когда ей нужно было нарисовать английский пруд, сказал, что этот пруд почти совсем, как английский. А потом она согласилась, что там иногда можно и поесть. Не каждый день, туда все-таки было далековато тащиться. Но иногда. Именно в те дни, когда там оказывался я. Ави вообще не очень любила школьную еду, в столовой брала только сырые овощи, а Уайатту просто нравилось тусоваться там с друзьями, ему было вообще все равно, что есть. Для обедов на лоне природы он приносил с собой еду из дома. У него была такая специальная коробка для ланча с кучей отделений, очень скоро Ави завела себе точно такую же. Это для них стало чем-то вроде игры или своеобразного соревнования: кто почуднее и поразнообразнее заполнит эти коробочки. В ход шло все: нарезанные ломтиками или палочками яблоки, огурцы, морковка, сладкий перец и сельдерей, хрустящая картошка, зеленый горошек, клубника, голубика, кусочки банана, дольки мандарина, крекеры, кексики из непросеянной муки и к ним фруктово-сырный крем в тюбиках, куриное мясо кубиками, миниатюрные головки сыра «Бэбибел», мюсли, половинки вареных яиц, виноград, брокколи, миндаль, авокадо, помидоры-черри, поп-корн, маленькие бутерброды-канапе на шпажках с сыром и ветчиной, роллы из мексиканской лепешки, треугольнички пиццы и кесадильи… Обычно содержимого коробочек вполне хватало на троих, тем более, что почти все доставалось Уайатту. Ави ела, как птичка, а у меня в ее присутствии тоже пропадал аппетит. Я вообще рядом с ней всегда вел себя нелепо, теперь я это понимал. Первый раз или два, когда мы приходили к пруду, я слишком суетился, старясь сесть непременно возле нее, и она отдвигалась от меня так, что между нами оказывался Уайатт. Потом он взял это на себя – каждый раз спускаясь по ступеням, он подвал Ави руку и помогал ей сесть, каждый раз, как будто случайно, устраиваясь с одной стороны от нее на краю импровизированной скамейки, а мне только оставалось присоседиться с другой. Я каждый раз заранее договаривался с Уайаттом, когда у меня будет время прийти, и знал, что они будут ждать меня там… Но я не имел понятия, где они обедают, когда я не прихожу. Уайатт-то, конечно, с друзьями в столовой, а вот Ави? Вряд ли она потащится в одиночку в дальний угол парка, но а вдруг? Я несколько раз думал: вдруг я не стану предупреждать о своем свободном дне, просто приду… в какой-нибудь день к этому прудику и увижу ее там… Одну? И тогда мы сможем поговорить. И этот разговор все изменит… Я так часто мечтал об этом, что уже поверил, что это возможно. Но я так и не решился это сделать. Все откладывал… А теперь уже и смысла не было. Или все-таки был?.. *** Снова прийти туда, хотя бы побывать в том месте, где мне было так хорошо – это стало почти навязчивой идеей. Я решил, что пусть так и будет. Я на самом деле не собирался надоедать ей. Я просто загадал, что если я приду в парк и увижу там Ави… Если она на самом деле там будет… На нашем месте… И если у меня хватит выдержки не подойти к ней, не заговорить, а просто посмотреть на нее и уйти, значит… Значит… Значит, просто это хороший знак, и значит, потом все будет хорошо. Ведь не может быть так, чтобы совсем все было плохо. Я все же продолжал надеяться на какое-то чудо. Ведь это все, что мне оставалось. А что если я встречу там Уайатта?.. Ему-то одному что там делать, собственно, у него же всегда есть компания и вообще... ну, а вдруг? Тогда я просто подойду и поговорю с ним. Как только я решил это, то сразу почти успокоился. И в самом деле, это показалось очень логичным. Ведь Уайатт общается с Ави именно по моей идиотской просьбе. Да, теперь приходилось признать, что это был чистой воды идиотизм просить о таком. Именно из-за этого он был так мил с ней, уделял ей столько внимания, заботился, опекал. Да, тут странно было бы, если бы она в него не влюбилась! И кого мне винить, кроме себя самого? Уайатт ведь такой… Надо признать, что он не просто очень красивый и зрелый. Еще он надежный и заботливый. Даже очень надежный и заботливый. Это то, за что я сам так ценю его. Девчонки вообще от таких парней без ума, а если он постоянно вокруг нее крутится, ну тут уж… Как можно ее за что-то винить? Но если… Если он не будет проводить с ней слишком много времени… Вообще перестанет ее замечать, тогда, может быть… Она его разлюбит? Уайатт, кажется, не особый любитель романтики, Вряд ли он огорчится, узнав, что его задание отменяется… Да, вот только как сказать ему об этом, не объяснив, почему? С чего вдруг я даю задний ход? Сказать, что передумал, что Ави мне разонравилась? Он поймет, что я обманываю, он как-то умеет чувствовать такие вещи, тем более, я вообще вряд ли смогу притвориться, что Ави мне безразлична. Объяснить настоящую причину? Он, конечно, поймет, войдет в положение, согласится…. Но выдать тайну Ави после того, как она мне ее доверила, еще и просила не выдавать… Это будет уже полнейшая подлость и после такого мне уж точно нельзя будет рассчитывать на взаимность... Объяснить даже Уайатту причину, не выдав секрет Ави, поначалу казалось полностью невозможным, но подумав, я все же пришел к выводу, что это можно сделать. Просто сказать, что у нас с ней был серьезный разговор, и я, наконец, решился ей во всем признаться… Во всяком случае намекнул, а она твердо дала мне понять, что ей это неинтересно. И я решил внять его совету и оставить ее в покое, по крайне мере, временно. Так что и его прошу больше не утруждаться и не тратить на нее время. Да, так будет идеально. Уайатт по-настоящему рад будет, он ведь сам именно так и хотел. И когда он перестанет каждую минуту возле нее отсвечивать, у Ави это наваждение быстро пойдет. Не может же быть, что у нее это серьезно. Это просто временное помутнение рассудка, увлечение. Мы созданы друг для друга, должна же она понять! Терпеть не могу ждать и откладывать что-то сделать, если уж точно решил. Я собирался поговорить с Уайаттом немедленно. Но потом вспомнил, что именно на этих выходных его не будет дома. По телефону о таком говорить не хотелось, и я решил, что во вторник найду его в школе – в понедельник мне было совсем некогда. Я хотел позвонить и предупредить его заранее, но потом все же решил сходить сначала в парк. На наше место. *** Я на самом деле даже не верил, что там хоть кто-то будет, и все-таки почему-то старался ступать бесшумно, спускаясь по знакомой извилистой тропинке к пруду. Я не застал там Уайатта. Я не застал там Ави. Я застал там из обоих. Каково было увидеть их вдвоем – это стало просто откровением, ошеломило меня. Я постоянно видел их вдвоем раньше, когда мы встречались, но это было не то же самое. А вот теперь я впервые увидел их по-настоящему вместе, ВМЕСТЕ! Без меня. И это меня поразило. И я ведь знал все это время, что они встречаются и общаются, и наедине тоже, Уайатт мне много об этом рассказывал, но одно дело знать и совсем не думать об этом, другое дело увидеть и понять… Что это на самом деле так и есть, они существуют в реальности без меня. И, может, не так уж я им и нужен. Я застыл, не зная, что делать, как поступить… Я видел Ави, и я знал, что должен уйти, я пообещал себе, что больше ее не потревожу. Но здесь был и Уайатт, а с ним я собирался поговорить… Но не теперь же… У меня просто голова пошла кругом, я не мог решиться ни на что. И что, черт возьми, они делают здесь вдвоем? Мне никогда, НИ РАЗУ не приходила в голову мысль о том, что они могут приходить сюда без меня. Зачем? О чем они говорят? Я, сам того не желая, приблизился еще на несколько шагов, почти вплотную, нас разделяло только несколько веток. И я видел их в просвет между листьями совсем рядом, а они, возможно, тоже могли бы меня увидеть, если пригляделись бы, но вряд ли они подозревали, что за кустом кто-то стоит. Я не шевелился, не издавал ни звука, даже не дышал. - Я просто не могу постигнуть психологию человека, который бросает мусор на землю, особенно на природе, - говорил Уайатт. – Я знаю, всегда говорят, нужно встать на точку зрения другого человека, этому меня и как актера учили, но на точку зрения такого человека у меня встать не получается. Я просто не в состоянии понять такой образ мыслей. Все равно, что понять какого-нибудь педофила или маньяка-садиста… Ох уж, этот Уайатт со своими высокоморальными беседами. Серьезно, неужели девчонки на такое западают? А еще говорят, что нужно быть проще и веселее, тогда к тебе все и потянутся. Хотя ко мне и так тянулись, жаловаться не приходилось. Гораздо больше, чем к Уайатту с его сложностями... Проблема заключалась в том, что Ави была не такая, как все. Хотя, возможно, он ее тоже слегка утомил, потому что она вдруг зевнула, хотя и попыталась отвернуться. - Я после того раза так толком до сих пор и не выспалась, - пожаловалась Ави. – Синяки под глазами, как у панды… Уайатт наклонился к ней, наверно, ближе, чем это требовалось, чтобы разглядеть ее лицо и даже прикоснулся пальцем к ее коже возле глаза. Он так просто до нее дотронулся! Я не мог видеть его лица в этот момент, но я видел ее, как она покраснела. - Не вижу никаких синяков, - заявил Уайатт. - Ты прекрасно выглядишь. - Это мой тональник прекрасный, а не я, - ответила она вроде бы смущенно, но не отодвинулась. - Но ведь все прошло нормально, правда? Даже хорошо. - Все прошло замечательно! О чем это они? Наверно, зря я все же не общался с Уайаттом всю эту неделю, вернее, уже почти две, теперь был бы в курсе. - А как твое обществознание? – спросила Ави. - Ой, шикарно. Мне влетело за то, что я на уроке читал учебник в том месте, докуда мы еще не дошли. За то, что считаю себя умнее всех. Они рассмеялись, а мне стало как-то не по себе. Во-первых, потому, что они, вроде, болтали, как обычные одноклассники, как друзья, и потому подслушивать было особенно глупо. Во-вторых, я хоть и друг Уайатта, но как-то не особо расспрашивал его в последнее время о его собственных проблемах, школьных делах и всем таком прочем. Я вдруг подумал, а может, ему с Ави лучше, чем со мной. Может, как друг она ему больше подходит? И… захочет ли он прекращать с ней общаться, даже если я попрошу?.. Чего ради ему это делать из-за меня? Они-то хотя бы одноклассники. А я вообще при чем?.. От этой последней мысли мне стало совсем плохо. Теперь я больше всего на свете боялся себя выдать. Я бы просто умер, если бы они сейчас меня обнаружили. - Ты должна непременно это попробовать, - продолжал между тем Уайатт. - Новое кулинарное произведение от Лантэ. Вообще-то это просто рулетики из нежирной ветчины, все дело в соусе. Это сливки с кусочками ананаса, помидора, лука шалот, грибов, салата, с мятой чесноком и разными специями. - Звучит заманчиво, а ты сам-то пробовал? - Ну… Решил предоставить тебе эту честь. К тому же она готовила специально для тебя. Они снова засмеялись. У Ави к щеке прилипла тоненькая прядка волос, и Уайатт, как будто невзначай, поправил ее… Я больше не мог этого видеть. Начал медленно пятиться назад по тропинке, придерживая ветки, чтобы они не шелестели. Мне удалось бесшумно подняться, и я медленно направился прочь от пруда. Я вообще не представлял теперь, что делать дальше. Понятно было уже, что с Уайаттом мне сегодня не поговорить… и о чем? Попросить его не дружить с Ави? А если ему самому хочется? Я же не могу от него требовать дружить или не дружить с кем-то по своему желанию? Хотя, наверно, если я очень попрошу… Очень-очень попрошу, он, наверно, согласится. В конце концов, мы с ним гораздо дольше дружим. Правда, я был к нему не особо внимателен последнее время… По правде сказать, я вообще был никаким другом, фактически только использовал его, чтобы приблизиться к Ави… Но это не поздно исправить. Я снова смогу быть самым лучшим, и он вообще про нее забудет… Мысль о том, что они могут быть не просто друзьями, тогда даже не пришла мне в голову. *** Я прошел еще несколько шагов, петляя между деревьями, погруженный в свои мысли, и вдруг чуть не налетел на Дилана. - О, привет, какими судьбами? – воскликнул он удивленно, но и обрадованно. - Шпионишь за нашей сладкой парочкой? - Пошел ты, - посоветовал я и сам поспешил уйти от пруда подальше. Еще не хватало, чтобы этот долбохмырь выдал им мое присутствие. Я отвлекся на эту мысль, и до меня с опозданием дошло, что именно он сказал. Он назвал их парочкой? Серьезно? О них уже такое болтают? Дилан и правда пошел, но не от меня, а за мной. - Вообще-то ты прав, наверно, не стоит им мешать, - протянул он, как будто размышляя. - Ты сам-то что здесь делал? – спросил я без особого интереса. Хотя на самом деле странно, чего он здесь шныряет? Может, если кто-то здесь и шпионит, то явно не я… Ну… Не только я. - Спорим, тебе гораздо интереснее, что ОНИ здесь делали, - усмехнулся он. Я подумал, что улыбка у него довольно мерзкая. - Это все сплетни, - сказал я уверенно. - Если парень с девушкой общаются, тем более, если они известные, про них сразу начинают распускать слухи. У них ничего такого нет. - В школе куча девчонок, - Дилан многозначительно приподнял брови. - В том числе и таких, которые ради Олеффа на все готовы. Но болтают не про всех. Хотя даже странно, что он выбрал Ави, мог бы и получше найти... Вот, например, Хелен из нашей параллели, жаль ты ее не видел, блондинка, грудь роскошная... - Заткнись, противно же слушать, - скривился я, но, не выдержав, спросил. - Они, что, часто сюда ходят? Вдвоем? Дилан присвистнул. - Странно, что ты и не знаешь. Вы ж с Олеффом вроде как друзья. Что ж он с тобой не поделился? - Чем не поделился? - Да ладно, все уже знают. Что они пара. Он же за ней увивается с первого дня, как мы сюда пришли. С первого дня… Я вздрогнул. Так, стоп. Стоп-стоп. Я же САМ просил его об этом. Да, точно. Кажется, я немного начинал сходить с ума. Я усмехнулся. Ну, конечно. Дилан воображал, что он хоть что-то знает, а на самом деле ни черта. Возможно, в школе и в самом деле думали, что Уайатт за ней ухаживает… Нет, пора было это прекращать. Поговорить, наконец, с ним. - Они же просто друзья, - сказал я еще достаточно спокойно. - И я знаю, что они дружат. Зачем обязательно… все извращать? - Ага, только я не очень верю в дружбу между мальчиком и девочкой, - ухмыльнулся Дилан. - Ну, то есть верю, но только до того момента, как они свет погасят. А у них точно уже все было! - Что все? - Да ладно, ты что, маленький, не знаешь, что бывает между парнем и девушкой, когда они остаются наедине? - Заткни свой поганый рот! – меня это, наконец, взбесило. – Трепло! - Я трепло? – возмутился Дилан. – Да они в открытую мутят уже давно. Ходят всегда вместе, уединяются при каждом удобном случае… Она даже в гостях у него была! - И что? Я тоже был у него в гостях. Там все бывают, у него мировые родители, - не сдавался я, хотя известие о том, что Ави была у Уайатта в гостях, а я об этом не знал, меня сильно покоробило. - Очнись, они в этот уикенд провели у него дома целых три ночи подряд! И никаких родителей там близко не было. Бабку ей удалось как-то провести, она вообще такая хитрая штучка… Но я-то сразу понял, что к чему… - Это ты врешь, - на этот раз я был в этом полностью убежден, значит, и на все остальное не следовало обращать внимания. - Насчет этих выходных точно врешь. Я точно знаю. Уайатта вообще не было в городе. - Не было, говоришь? – Дилан совсем по-змеиному прищурился. – Это он так тебе сказал? Может, для кого другого его и не было, а вот Ави провела в его доме все выходные с вечера пятницы до утра понедельника. - Он уезжал с родителями. Он сам мне сказал, - повторил я машинально. - Родители уехали, а он в последний момент передумал и остался. Хотя я могу это понять, ну, еще бы. Если бы тебя спросили: поехать с родителями или провести весь уикенд наедине с девчонкой, что бы ты выбрал? - Ты больной, - сказал я. – Правильно Ави думает, что ты псих. Какого хрена… откуда тебе-то знать об этом? - Она сама мне рассказала, - ответил Дилан самодовольно. – То есть, может, я и псих, но все-таки кое о чем знаю больше тебя. - С какой, блять, стати ей рассказывать о таком ТЕБЕ? Меня уже трясло, но я все еще не верил. Ави и Уайатт наедине у него дома? Нет, это полный бред. Только этот придурок мог такое выдумать. - Понятия не имею, - отозвался Дилан. - Может, ей просто хотелось похвалиться своими успехами? А может, это не такая уж и тайна. - Этого не может быть. Я бы знал. И это невозможно. Ты что-то не так понял. Уайатт не может встречаться с Ави, потому что… Я запнулся. А почему, собственно? - Он влюблен в Софию, - сказал я больше себе, чем ему. - Я это точно знаю! На самом деле Уайатт мне этого никогда не говорил. Но я догадывался. Мы все догадывались. Что между ними было что-то, не то, о чем все болтали, а то, о чем все помалкивали. Вообще-то, я тоже должен был бы молчать, а не трепаться об этом Дилану, но я совсем перестал соображать. - У него к ней по-настоящему серьезное чувство, - сказал я твердо. Дилан недоверчиво хмыкнул. - Ну, тогда он орел, значит, настоящий мачо, раз встречается сразу с двумя девушками… - Это неправда! – крикнул я так, что он даже отшатнулся. – Я бы об этом знал! Он бы не стал скрывать от меня, ни за что не стал бы… Я просто не в состоянии был представить, что могло быть по-другому. - Ну… - Дилан развел руками. – Тут уж я не могу судить, приятель. Может, для него это не так уж важно? Я хочу сказать, если у него есть другая девушка, может, с Ави у него так… На разок? А он слишком джентльмен, чтоб болтать об этом. Я прижал ладони к вискам, на самом деле я с удовольствием заткнул бы уши, чтобы его не слышать. До меня только сейчас полностью дошло, на что он намекает. Вернее, о чем он говорит открытым текстом, вот только это так невообразимо, что я никак не понимаю. Я возненавидел его в эту минуту. Я был готов возненавидеть весь мир. - Я только не пойму, чего ты-то так психуешь? – спросил Дилан. Он пристально посмотрел на меня и закатил глаза. - О нет, только не говори, что и ты на нее запал! – в его голосе послышались сочувственные нотки. - Это ты зря, чувак. Она же шалава последняя... Я ударил его по лицу раньше, чем успел сообразить, что делаю. Дилан отскочил, вытирая кровь с разбитой губы, посмотрел на меня с ужасом, с удивлением, наконец, со злостью. - Значит, так, да? - крикнул он и сделал шаг вперед, будто хотел дать мне сдачи, но увидев мое лицо, попятился. - Так тебе и надо тогда! – крикнул он. – Раз ты такой идиот, а я-то ее насквозь вижу! Таких распущенных девиц хочется попользовать и бросить. Надеюсь, Олефф, если не дурак, так и сделает! Я снова подался в его сторону, и он побежал. Наверно, он думал, что я гонюсь за ним. Но я про него уже и не думал. Я вообще не о чем не думал. Старался не думать изо всех сил. Я просто ломился напрямик через парк, не разбирая дороги, даже не пытаясь отодвигать ветви, которые хлестали меня по лицу. Только не думать об этом. Только не думать. Если подумаю об этом, пойму, поверю по-настоящему, то тут же сойду с ума. Или мое сердце разорвется.