Две звезды одной судьбы

      Pov Милена       Сердце бешено колотится, еще чуть-чуть и выпрыгнет из груди. Я так волнуюсь… Макс медленно отпрянул от меня и пошёл к двери, не проронив ни слова. Он открыл замок, дверь, а за ней до сих пор никого нет. Но почему? Мы же их обманули. На самом же деле никто никого никуда не звал. Не понимаю… — Идём? — нежно улыбаясь, спросил Макс. — Да, — ответила я, заикаясь.       От его голоса теперь у меня мурашки по коже, я и не думала, что так нравлюсь ему… Только нравлюсь?..       Мы медленно выходим из кабинета, как тут же натыкаемся на врача и медбрата. — Спасибо, что позвал, Макс, но как? — спрашивает врач. — Что, как? — в недоумении, спрашивает Макс. — Как ты узнал, что нас вызывали? Директор сказала, что тебя она не посылала, а послала другого парня. — Ну, так этот парень мне и передал, чтобы я вас позвал, ребят. Он куда-то торопился, сказал, что срочно надо идти, ну я и помог, — быстро сориентировался Максим. — Ну, понятно. А? Это Энди? А ты чего со сломанной рукой, сам перевязал, что ли? — заметил меня медбрат.       Я стояла за спиной Макса, чтобы меня не видели, но видимо все-таки плохо скрывалась. — Да, Максим мне помог. Я пришел, а вас не было, был только Макс, — с трудом выговорила я, краснея, потому что вспомнила поцелуй… — Круто, ребят. Макс, не хочешь поработать вторым медбратом? — шутили они. — Ну, уж нет, — улыбаясь, сказал он, — Ладно, слушайте, нам пора. Энди себя плохо чувствует. — Да, конечно, идите. Выздоравливай, Энди! — воскликнули медбрат с врачом. — Спасибо, — снова смущаясь, говорю я.       На самом деле, они хорошие ребята, добрые. — Как ты? Держишься? — спрашивает Максим. — Да, все нормально. — Сильно болит? — Ну… — Понятно.       Мы входим в нашу комнату, и я, наконец, могу расслабиться. Или нет? Я упала на постель, пытаясь отдохнуть. — Ты все еще в моей футболке, — игриво сказал он. — Сейчас сниму, тебе срочно? Мы ведь из-за меня теперь можем отдохнуть от сегодняшней тренировки, — улыбаясь, говорю я с закрытыми глазами. — Верно, но завтра мне все же придется на неё пойти. Ну, а вот тебе еще как минимум месяц нельзя. — Да. Здорово, правда? — Здорово, — нежно улыбнулся Макс.       Я встала, взяла бинты, футболку и направилась в ванну, чтобы там переодеться. — И куда ты пошла? — Ну, в ванну. — И как ты собираешься одна заматываться? — Я придумаю что-нибудь. — Ну, хорошо, иди, — сказал он с небольшим сарказмом, который означает что-то вроде: «Сама попросишь еще помощи».       Я зашла в ванну, сняла футболку.       Теперь надо себя перебинтовывать. Так, это и правда тяжело. Я отклонилась чуть-чуть назад, чтобы один конец бинта не спадал с груди, другой конец пытаюсь пропустить под гипсом, потом поймать со спины… Ну, где же он?! Начинаю беситься, что ничего не получается. Поймала все-таки, в конце концов, со спины бинт, обматываю грудь и первый конец… Да! Он спадает с груди! — А-а-р-р-р! — злюсь на всю ванну, — Тупой бинт! Бесит!       После моих «психов» в ванну входит Макс. Я сразу отворачиваюсь от него. — Что ты делаешь? Я же сказала, что сама могу! — Нет, не можешь, — улыбаясь, сказал он и забрал у меня бинт, — Держи.       Он дал мне один конец бинта, чтобы я прижала его к груди, второй обматывал вокруг меня, так и стоя сзади. Он давал бинт мне, когда надо было провести им спереди, чтобы я не поворачивалась к нему передом. — Ну, вот. Все, готово, а ты боялась, — усмехнулся он.       Я снова покраснела, а он пошёл обратно на кровать. Надела свою майку и футболку, а теперь могу выходить. — Ну, вот, — грустно произнес он, — Теперь ты снова в роли парня. — Иди ты! — отрезала я, — Уйди вот с моей постели, иди на свою. — Почему я должен уходить? — игриво спросил он, поваливая меня к себе на кровать за талию.       Максим прижал меня к себе. Моя здоровая рука невольно тянется обнять его в ответ, а сердце бьется как бешеное. — Хорошо-о, — медленно протянул он. — А если кто-нибудь войдет? — Скажу, что мы геи, — посмеялся он. — Ну тебя!       Он прижал меня к себе еще сильнее. — Ай, рука, Максим.       Я в первый раз назвала его по имени? — Извини, не подумал. От тебя вкусно пахнет. Точно не как от парня, — ухмыльнулся он. — Ну, извините.       Я так устала…

***

      Утро.       Утро? Я так долго спала? Макс укрыл меня одеялом. Какой заботливый. Я поднимаюсь, смотрю в окно и вижу, что они занимаются. Сколько же сейчас время? Конечно же, следующее, что я делаю — это смотрю на часы. Сейчас уже десять часов. Долго я спала, видимо, устала после вчерашнего. Я смотрю на комод и вижу, что на нем стоит мой завтрак. О, Макс снова взял для меня еду. Обожаю его. Говорят, чтобы быстро поправиться, нужно больше кушать. Ну, начнем-с! Если честно, то с перевязанной грудью ходить очень неудобно, даже дышать тяжело, но приходится. Порой так хочется снова стать девушкой — распустить волосы, отвязать грудь, надеть платье или юбку и пойти погулять. Интересно, а Макс помнит меня такой? Когда мы встретились в первый раз, я выглядела весьма красиво, и волосы у меня были распущены. — Сандерс! — кричит майор, врываясь в комнату.       Боже! Как же он меня напугал! Я подавилась чаем! — Да, майор? — сказала я, откашливаясь. — Приятного аппетита!       Он что пришел, чтобы пожелать мне приятного аппетита? — Спасибо, — недоуменно ответила я. — Как рука? — Сломана, — пыталась пошутить я. — Да, я вижу, пришел сказать, что тренировки возобновишь лишь через месяц. — Да, я понял. — Ну, а так приходи посмотреть, чем мы занимаемся, чтобы знать, к чему тебе стоит морально подготовиться, — усмехнулся он. — Есть! — Сейчас можешь говорить со мной обычно, мы с тобой один на один разговариваем, поэтому сейчас я просто хочу пожелать тебе скорейшего выздоровления. Будет жаль, если ты через месяц не поправишься.       Ну, ничего себе, майор такой добрый и сочувственный, оказывается? Вот это новость, конечно! — Почему? — Через месяц мы должны будем выступить на соревнованиях, от академии и приз должен быть нашим! Если, вдруг, тебя не будет, то парней станет меньше и есть вероятность на проигрыш, а он нам совсем не нужен! Ты хорошо занимаешься, Энди. Если тебя не будет, я просто не знаю, что нам и делать в таком случае!       Я ошарашена, шокирована. Это же просто немыслимо! Как я могу на соревнованиях выступать от всей академии? Да застрелите меня сразу! — Я постараюсь, майор! Сделаю все, что в моих силах! — что я несу? — Так держать, боец! Поправляйся! — Спасибо!       Он ушел, а я осталась в замешательстве. И что теперь? Кошмар какой-то. Даже завтрак больше не лезет. Что ж… придется выступить. Майор так рассчитывает на меня, что я не должна его подвести! Оказывается, он очень хороший человек, как же я могу отказать ему? — Приве-е-ет, — кричит Максим, влетая в комнату и сразу же целуя меня.       О боже! — Ты ч-чего? — заикаясь, спрашиваю я. — Да ладно тебе, перестань смущаться, — смеется он, — Мы все-таки уже вместе, нет? — Я… — Что? Ты не уверенна? — улыбка пропала с лица Максима, теперь его взгляд полон грусти и непонимания. — Мне нужно время, чтобы подумать. Пожалуйста, не пугай меня так больше… — Ладно, — холодно ответил он, отводя от меня взгляд.       Он ушел. Я обидела его? Но… мне действительно нужно подумать над тем, чтобы быть с ним. Ну… он помогал мне много раз, защитил меня от тех мужиков и самое главное — прикрывает меня от раскрытия того, что я девушка, рискуя своим положением. Да, я ненормальная. Только обидела его… А мои чувства? Я ведь, похоже, действительно влюблена в него. Меня никто не интересовал так раньше, как он. Что же я наделала? Скрипнула дверь, вошел Макс. — Максим, я… — хотела уже сказать я, как сильно он мне нравится, но он перебил меня. — Не надо. Не принуждай себя, все-таки помогал я тебе по своей инициативе, поэтому не чувствуй, что должна мне что-то. Я никому не расскажу, что ты девушка, не волнуйся. Если я не нравлюсь тебе, то не заставляй себя, я уже все понял и смирился. Точнее, смириться будет не просто, особенно после всего, что было… но я постараюсь. Со временем, я найду себе какую-нибудь девушку и забуду о тебе окончательно. А сейчас я хочу вздремнуть.       Ч-что это сейчас было? По телу прошлась дрожь… сердце бьется так быстро, все будто онемело, я не могу ничего даже сказать ему больше. Губы не шевелятся. Что он сказал? Другая девушка? Забудет меня? А как же моё имя, которое по его словам навсегда отпечатается в его сознании? Зачем он сказал мне такие страшные вещи? Из моих глаз непроизвольно потекли слезы. Что делать? Он уже залез на второй этаж постели, но услышать мои всхлипывания все же может. Я не могу подняться: ноги меня не слушаются, рука дрожит… Все же я пересилила себя и побежала в ванную. Мои ноги подкосились, прямо как тогда, когда он спас меня в нашу первую встречу, и я упала на пол. Почему я такая эмоциональная?! Я просто села в углу и закрыла лицо рукой, тихо плача. Что теперь? Как я выйду? Надо подождать, пока он уснет, и тогда я тихо прокрадусь из этой комнаты. Да…       «ТЫ-ДЫЩ!!!!!» — хлопается дверь ванны, которая до смерти напугала меня еще больше. Это был Макс. Я смотрю на него, а слезы все еще льются сами собой. — Дурочка, — произнес он и присел ко мне на корточки.       Он прижал аккуратно меня к себе, чтобы не сжать сильно мою больную правую руку. Я тем временем без остановки рыдала ему на грудь, обнимая его здоровой рукой. — Прости меня… — тихо сказала я, сквозь слезы. — Перестань. — Я… ты правда нравишься мне! Очень-очень нравишься… — уже почти успокоившись сказала я, поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза.       Он удивленно, в недоумении смотрит на меня какое-то время, но потом все же сказал… — Ты тоже очень нравишься мне… не надо больше так делать, не играй моими чувствами, — сказал Макс.       Его взгляд был серьезным. — Прости…       И он поцеловал меня, углубляя наш поцелуй…