Shut up, Malfoy!

Завидев в коридоре метающуюся белобрысую макушку Гарри направился прямиком в его сторону. Ему нужны были объяснения, которые он пытается выведать уже на протяжении всего дня. А бегать за Малфоем не так уж и весело, учитывая то, как у того отлично получается избегать Гарри и вывертываться даже в самых невывертываемых ситуациях. — Стоять, Малфой! — завопил Гарри, указывая пальцем в самую глубь коридора. Студенты заохали от резкости и тут же разошлись по обе стороны, открывая извилистую дорожку к Драко Малфою. Тот нехотя повернулся в его сторону, и на его лице появилась самая невинная физиономия. — Чего тебе, Поттер? — его губы скривились в привычной усмешке. — Что это было? — уверенно спросил гриффиндорец и подошёл к Малфою почти впритык. — Ты носился как ненормальный по всей школе, истыкал пальцем почти каждого, пока твой «чудо-локатор» не остановился на мне и ты не указал на меня так, будто я тут непростительными раскидываюсь, — со скукой пояснил Драко и навалился на стену. Его версия немного смутила Гарри, но зато Драко наконец заговорил с ним, а не сбежал как в прошлые разы. — Брось, ты прекрасно знаешь о чем я, — Гарри шагнул к нему, тем самым сократив пространство между ними на расстоянии протянутой руки. Короткой протянутой руки. Драко даже приоткрыл рот от такой наглости, но лишь на секунду. По нему проплыла волна раздражения и, казалось, сейчас на брюнета вырвется весь гнев, который Малфой копил с того момента, как чертова Паркинсон решила, что будет забавно если Драко признается в любви чертовому Гарри Поттеру. Но лицо блондина, неожиданно для всех, разгладилось и Поттер почти мог поклясться, что Драко задумал что-то не менее подлое, чем всегда. В последнее время поступки Малфоя ставили его в очень неудобное положение. — А, так ты об этом. Ну, тогда я не понимаю, чего ты от меня хочешь, я вроде бы дал ясно понять, что ты мне не безразличен, Поттер, — разъяснил Драко, практически прижатый к стене. Прежний шум коридора порядком стих и было не сложно распознать удивленные возгласы, принадлежащие наивным второкурсникам, или, наоборот, смешки, принадлежащие уже тем, кто понимал, что это все — не больше, чем их очередная перепалка. Малфой изо всех сил пытался делать серьёзный вид, но Гарри точно мог сказать, что видел как у того предательски подрагивали уголки губ и как сложно ему было держать столь серьёзное и неподкупное лицо. Гарри лишь хотел убедиться, что этой «шутки» больше не повторится и ему не придётся краснеть на всю гостиную, но, видимо, результат его пугал не меньше. Он бы ни за что бы не поверил, что Малфой говорит правду, но вот для остальных это будет хорошим поводом для издевательств. Поттер был в растерянности и совершенно не знал, что ему делать в этой неловкой ситуации, а Драко, словно насытившись реакцикй гриффиндорца, решил для себя, что ему безумно нравится эта растерянность брюнета. И он повторит это столько раз, сколько потребуется, но не упустит шанс поиздеваться над Гарри Поттером. Брюнету просто хотелось врезать этому обезумевшему слизеринцу, но, вдруг ему в голову пришла прекрасная идея. — Ты же не думал, что я тут бегаю за тобой, чтобы унять твою эту влюблённость, — особенно выделив это слово спокойно начал гриффиндорец, — дело в том, что я чувствую к тебе тоже самое, Малфой, — Гарри медленно положил руку на плечо Драко, невинно улыбаясь при этом. — Уу, даже так, — заулюлюкал кто-то из толпы. Слизеринец окинул ее взглядом и взглотнул. В его глазах читался ужас: он не мог поверить, что Поттер так быстро смирится с правилами его игры. Малфой быстро унял беспокойство и, включив все свое обаяние, наклонил голову на бок, игнорируя вмешательства чужой руки в его личное пространство. — Отлично, может, теперь и парочкой станем, а, Поттер, — ехидно поинтересовался слизеринец и мысленно ударил себя за это. Он ведь не собирался заходить так далеко. Но смятение и испуг на лице гриффиндорца прибавляли ему уверенности. — Мм? Глаза брюнета то и дело бегали в надежде найти поддержку. Он уже было собирался сдаться, как последняя фраза не целенаправленно разбудила в нем чувства, недалекие от чувств ребенка, которым так легко манипулировать. — Впрочем, я так и знал, — облегченно закончил блондин и, толкнув плечом Поттера, направился в класс, оставив второго далеко позади. — Пфф, да запросто. Ты будешь моим парнем, Драко Малфой? — громко уверенно прозвучал в коридоре голос гриффиндорца, поставивший Драко в некий ступор и давая присутствующим повод для сплетен. У него не было сомнений на счет Поттера: тот должен был уже наконец покончить эту глупую сценку и дать ему спокойной уйти, но, как же он мог забыть про эту дурацкую гриффиндорскую храбрость, что так быстро «положила конец» их вражде. — Да, я буду твоим парнем, Поттер, — нервно бросил слизеринец и прошел в класс. Может быть это и не было такой ужасной затеей, если бы он не знал, что это всего лишь игра.