Рыжий, рыжий, конопатый!

Судьба неизбежнее, чем случайность. Судьба заключена в характере… Акутагава Рюноскэ

      Ветер свистит в ушах, ноги легко несут меня сквозь лес — я просто желаю оказаться, как можно дальше от людей, которым могу навредить и едва заметная тропа ведёт меня. Родное присутствие греющее сердце не даёт потерять голову от разбушевавшихся эмоций. Ослабление проклятье, изменение тела, слишком яркая и болезненная реакция на слова монаха… Я слишком сбита с толку, чтобы думать и действовать рационально. Слишком.       «Вот оно!» — кричат ощущения и я прислонившись о дерево спиной опускаюсь на землю. Легонько откидываю голову назад, чтобы вправить себе мозги ударом, но вместо порции боли получаю жалобный треск.       «Однако, здравствуйте, » — вздыхаю, массируя переносицу. — «Рассердилась — монаха в стену в печатало, захотела побиться головой об стенку — у дерева от «легонького» удара кора треснула, а он же далеко не маленькое и не тонкокорое… Еще и в ночь сбежала от прилипалы в чем была. Типичная паника вида «курица без головы», но с другой стороны я оказалась на краю того, чтобы убить абсолютно невинного человека. Увы мне, я не терминатор, не джедай или супер баба в бронелифчике… Ага, верно. Но вот останься я там, шансы на то, что прилипала со своими шуточками смог бы прожить долгую и счастливую жизнь, рухнули в подпол…» — сильнее закутываюсь в мокрое порывало. — «Не хочу возвращаться. Не хочу думать о причинах своего побега. Завтра. Я подумаю об этом всём завтра и на свежую голову».       Теплый комочек в сердце становиться чуть больше, знание о том, что брат вышел победителем из поединка радует и вызывает чувство гордости смывая весь негатив, а вот его собственные чувства… Моё сердце сжимается от нежности, я прижимаю руки к груди, чувствуя под пальцами тепло усиливающейся связи с любимым эльфом.       — Брат… — улыбаюсь, чувствуя тоскливое разочарование и непонимание почему испытывает именно эти чувства от моего храброго воина. Он мило обижен на то, что в тот кого он возвёл в ранг врага оказался таким слабым, но сочувствие проигрывает умилению с разгромным счетом. И он это чувствует и не понимает моей реакции.       Мне хочется его обнять, оказаться как можно ближе и я встаю, ищу просвет между крон деревьев в поисках звёзд, что соединяют нас. Бездна неба отрывается надо мной резко, вырывает из горла искрящийся радостью смех — небо отражается в спокойной глади воды озера расположившегося среди осколков камней. Непонимание брата и обида крепнут, вспыхивают раздражением.       «Как мне объяснить?» — протягиваю руку к звездам, в голову забредает идиотская идея, но вот уровень её привлекательности зашкаливает. — «Эврика!»       — Ты не можешь понять себя, тогда я стану твоим голосом, спою о твоей тоске? — пусть и не могу услышать, но я чувствую раздраженный фырк храброго и могучего воина. Окрылённая этим успехом продолжаю говорить в слух. — Кто еще может понять тебя?       … Хмурый, обиженный и крайне раздраженный эльф, которого окружили мало похожие на него собратья иной народности, что-то предупреждающе шипит обнажая внушительные клыки и заставляя замолкнуть       — Нам плевать на ваших богов и королей. С теми у кого есть возражения, готов встретится на поединке Чести! — проскальзывает между застывшими солеными столбами эльфов, чтобы рвануть к пруду в глубине парка…       Идея уже не кажется мне такой гениальной, но появляющееся спустя какое-то время среди обиды и раздражения настойчивое ожидание, «тонко» намекает о том, что поздно пить боржоми когда почки отвалились. В ответ на мою неуверенность и смущение, чужое ожидание усиливается.       — Я не могу переместиться к тебе, не могу коснуться, но… — сглатываю, чувствуя себя крайне неловко и говоря со звёздным звездным небом обращаясь к брату. Подхожу к самой кромке водной глади. — Услышь меня, ладно?       «Надеюсь мой «концерт» будет не слишком уж нелепым и жалким, я ведь не то, что не распелась, а даже не знаю как мой голос звучит…» — мелькает в голове паническая мысль и я не дав себе раздуть проблему до вселенских масштабов, мысленно рявкаю на себя. — «Поехали!» Моя трагедия, комедий балаганных смешней И потому безумно мне дорога. Я научился находить себе прекрасных друзей, Но не могу найти по силам врага. Но не могу найти по силам врага.       От брата полыхает недоумением и растерянностью, но я не думаю останавливаться, а в попытке донести до него то, что чувствую вкладываю в голос больше эмоций и жизни. Среди завистливых ничтожеств и пустых болтунов, Скажи, хотя бы, разглядеть тебя как? Я вновь блуждаю в буреломе из обманчивых снов, Ищу тебя, о, мой единственный враг. Ищу тебя, о, мой единственный враг.       Непонимание между нами ширится и шириться, но вот следующий куплет вызывает у брата что-то вроде пораженного молчания. Сто подлецов и двести трусов мой тревожат покой, Но быть врагом, однако, надо уметь. А ваши кости просто хрустнут под моею ногой, Вам принеся вполне бесславную смерть. Вам принеся вполне бесславную смерть.       Мой голос звенит над озером переполненный, чувствами эмоциями и образами, тем смутным ощущением, что испытал брат повергнув противника. Устав скучать у края ямы и держаться в седле, Я озверел от неумелых атак. Я по следам бегу, упрямо припадая к земле, Ищу тебя, о, мой единственный враг. Ищу тебя, о, мой единственный враг.        Слабый контур фигуры брата, сотканный из звездного света возникает передо мной. Мы тянемся к друг другу через разделяющие нас гигантское расстояние, но проклятье еще очень сильно, а потому мы не в силах оказаться рядом. Лишь глупая и болезненно сладкая иллюзия обретает всё большую силу, нам кажется, что еще чуть-чуть и мы сможем коснуться друг друга. Мне рассмеяться или плакать, я еще не решил, Без сожаленья не проходит ни дня. Я извиваюсь, словно змей в оковах собственных сил…       Громкий треск бьёт по нервам многотонной наковальней, магия песни истаивает и тихо ойкнув я ухожу под воду с головой стремительно приближаясь к неожиданно далёкому дну. Морда огромного водного демона словно склеенного из разных морских обитателей вызывает брезгливость, он тянет ко мне щупальца, раскрывая непропорционально огромную пасть.       «Так это он нам помешал…» — звенит в унисон с братом напитываясь ядом мысль, обращает магию в точный и выверенный удар. Огромная туша вылетает из воды как пробка из бутылки шампанского и отлетает в сторону, стыкуется с землёй оставляя широкую просеку в лесу.       — Прекраснейшая госпожа, я не хотел подглядывать! — испуганно верещит демон, принимая почти человеческий вид и намного меньший размер и предпринимая попытку побега. Вид демона настолько жалок и нелеп, что вызывает презрение, которое только усиливает резонанс в чувствах и эмоциях с братом.       «Этому лесу и озеру будет легче если нечто подобное исчезнет, » — думаю, но всё же колеблюсь, убивать разумное существо только потому, что он мне не нравиться претит. — «Думаю заклятие очищения должно сработать, на осколке же сработало, так чем демон хуже?»       Одна за одной вокруг меня разноцветными звёздами вспыхивают магические символы, соединяясь тонкими нитями энергии принимающие вид усеянной длинными шипами лозы, ладони окутывает мерцающий свет и провожу ими перед собой словно стирая демона с картины мира зеркальными изломами искажений пространства.       «Не стирая. Расправляя. Выправляя когда-то нарушенную гармонию природы, » — более тончо охарактеризовываю заклинания оседающее благодатью благословения на озере и небольшом участке леса вокруг.       — Прекраснейшая госпожа… — растерянно произносит, новорожденная гидра. Поводит драконоподобной головой по сторонам, пробует на вкус раздвоенным языком воздух.       — Так правильней, — отвечая на немой вопрос брата произношу я вслух, повожу плечами от довольно неприятного ощущения от намокшего покрывала скрывающего тело. Возвращаюсь к озеру, с надеждой смотрю на звёзды, перевожу взгляд на их отражение в водной глади. Безотчетно тяну руку к отражению космической бездны, отдёргиваю руку словно обжегшись. Сердце готово разорваться от печали из-за того, что через отражении в воде не достигнуть желаемого.       — Вы хотите вернуть свои одежды? — подползя ко мне совсем близко спрашивает гидра, а я круглыми от удивления глазами смотрю на водного змея. — Вернуться на небо?       «Голая женщина в покрывале… Ну, кто бы мог подумать, что она потеряла где-то одежду?» — иронизирую над своей реакцией, хмуро отворачиваюсь.       — «Вернуться на небо» не так просто, — настроение, что у меня, что у брата скатывается ниже плинтуса, касаюсь груди над сердцем, растираю стремясь хоть чуть-чуть ослабить эту тянущую боль. Настроение вступает в фазу «пагано-лирическое».       — Почему? Прекраснейшая госпожа, разве не достаточно вернуть одежду из перьев чтобы вернуться на небо? — с искреннем сочувствием и желанием помочь спрашивает гидра.       -… Одежда из перьев? — мокрый эльф на берегу пруда, горько усмехается. — Было бы прекрасно существуй нечто подобное для путешествия по мирам…       — Нет у меня одежды из перьев, — маловразумительный ответ, а сочувствие гидры превращается в жалость, что отрезвляет меня лучше пощёны. Дурное настроение словно ураганом сдувает, ошарашивая брата, сбивая его с толку. А я с добродушной усмешкой щелкаю гидру по носу, забавляясь реакции водного змея. — Нашел кого жалеть. Если бы я просто стремилась на небо это того стоило бы, а так… Жалеть стоит только тех кого никто не ждёт и кому некого защищать.       — Почему? — любопытная гидра, подползает ближе, её вопрос вторит немому вопросу брата, гася моё нежелание отвечать.       — Потому, что они никому не нужны, — звучит прямо как вердикт и я хмурюсь, пытаясь подобрать более правильные слова, вот только гидра как и брат не желают ждать пока я соберусь с мыслями.       — Даже если они сильные?       — Сильным с этим сложнее всего. Других в них привлекает сила, и будут ли кому-то нужны потеряв её большой вопрос, — глубокомысленно изрекаю я, брат понимает мои слова как намёк на проклятье, что всё еще тяготеет над нами и неизвестно каким боком вылезет.       — Ты сильная.       — Я слабая, — качаю головой. — Но по другую сторону звёздной бездны, есть тот, кто готов защищать меня ценой собственной жизни. Я не могу позволить себе погибнуть раньше чем встречусь с ним.       — Сестра… — разносится над озером голос брата, звуки эльфийского языка музыкой ласкают слух. Рвано вздыхаю, из-за пришедших в движения цепей проклятия, тело на пару мгновений наливается жаром схожым с тем, что был днём, а связь с братом стремительно ослабевает.       «Не долго был на нашей улице праздник…»       — Мне пора идти, — озвучиваю в слух пришедшую в голос мысль. Люди перемещаются намного медленней эльфов, но если я не попрусь к монаху сейчас, то имею шансы попрощаться с мантией от Фобоса, а без неё меня милый пёсик загрызёт и косточек не оставит.       — Я могу… Прекраснейшая госпожа, я могу Вас спрятать в озере до тех пор пока Ваш возлюбленный не сможет достигнуть Вас! — с жаром говорит гидра.        « «Возлюбленный»? Странно, почему он брата назвал именно так?» — жар снова прокатывается по телу. — «Не время над этим рассуждать!»       — Не нужно, в этом мире есть человек, которого я не смотря на свою слабость хочу защищать.       — Вы собираетесь защищать человека?! — изумляется водный змей.       — Быть нужным и нуждаться в ком-то, разделять счастье и горести, познавать красоту жизни это очень и очень важно. Это значит становиться больше, чем ты есть, расти над собой. Если я перестану расти, я никогда не смогу достигнуть небес.       — Тогда почему бы Вам не стать нужной демону? — не сдаётся гидра.       — Я подумаю над этим, — решаю свернуть спор, складываю в вулканском салюте руку. — Долгих лет жизни и процветания.       Техничное отступление, прерывается очень быстро, я едва успеваю затормозить пред возникшим на пути демоном, чтобы не налететь на него на всей скорости. По прямой линии моего взгляда оказываются белое кимоно и белый и пушистый мех. Медленно поднимаю взгляд выше, испуганно охаю широко распахивая глаза натыкаясь на взгляд золотых глаз пса. Его чудовищная по силе аура давит на меня со всех сторон, вызывая желание с визгом броситься на утёк.       «Это будет нелепая смерть», — отступаю от милого пёсика на шаг — а он почему-то отдаляться хоть на сантиметр не спешит. — «Выживу, зарекусь дурью маяться и истерить не по делу.» — два быстрых шага назад, ситуацию не меняют ни на йоту.       В паникующем сознании возникает сценка из мушкетёров, где Д’Артаньян убегая от гвардейцев кардинала целует девушку и его не ловят, но кроме милого пёсика вокруг для подобного трюка больше кандидатур нет.       «Очень-очень нелепая смерть, » — сердце ухает в пятки, демон склоняет голову ниже, словно пытаясь что-то разглядеть во мне. Зловещее молчание и становящийся всё более и более хищным взгляд, ледяным ужасом сковывают тело. — «Узнал?!»       — Урю но Дана тот, кого ты решила защищать? — от равнодушного голоса демона, сердце кажется вообще биться перестаёт, смысл вопроса доходит с запозданием, но мои глаза принимают форму идеального круга.       «Он это про гидру?» — потрясённо пялюсь на показавшегося в начале умным милого пёсика. — «Если он меня не узнал, тогда зачем погнался? Подслушивал наш разговор? Но, если он его подслушивал, то видимо и прощание моё рассмотрел, но тогда… где логика?!»       Зловещее молчание, мордаха пса в десятке сантиметров от моего лица, дикое золото взгляда почуявшего долгожданную добычу хищника, утекающее словно песок сквозь пальцы время — желание оказаться рядом с мантией от НИИ Фобос побивает все рекорды и ломаные, словно зеркальные грани искажающегося пространства вырываются изнутри меня выполняя желание. Дикая усталость сопровождающаяся сосущим чувством внутри, едва не вырубает меня там где я появляюсь, но собравшись силами я достаю свою одежду оставляя вместо неё мокрое покрывало.        — Не спать, — хлопаю себя по щекам решительно направляясь к выходу из лачуги, но уткнувшись носом чью-то широкую и такую тёплую грудь, прежде чем вырубиться шепчу. — Как тёпло… ***       — Монах, может быть ты пойдёшь своей дорогой, а я своей? — спрашиваю подозрительно довольного жизнью прилипалу.       — Я и иду своей дорогой, просто нам по пути, демон-чан, — излучает позитив человек, даже кольца на его посохе кажется излучают довольство от жизни.       — Разве ты не должен бояться того, что я могу убить тебя?       — Демон-чан, пока моё возможное убийство пугает тебя сильнее меня самого, я могу быть спокоен, — приторно улыбаясь, отвечает мужчина.       «Вот влипла!»