Поцелуй с привкусом соли

Ниро отчаянно искал место для уединения и его поприветствовала молчаливая оттенённая лестница. Он занял одну из нижних каменных ступеней, где кустарник рос активнее, и уже там заплакал врасхлёб. Лис решил вспомнить всё, пробуждающее тревогу, чтобы это помогло успокоиться. Но успокоение не приходило, словно оно позабыло о существовании лиса, некогда бывшим вундеркиндом. Рыжий не услышал шагов и очень испугался, когда его ступеньке, островке личного пространства, появился ещё кто-то. Зачем он здесь? Почему он не прошёл мимо? - Эй, ты чего? Отпуск не успел начаться, а у нас уже начинается драма! - Соник? Но как ты узнал, где я? - с явным усилием произнёс он, бесполезно борясь с нервным фальцетом. - Сначала ты смоешь слёзы, а потом уже поговорим. - смягчился ёж, увидев заплаканное лицо друга.

***

- Ты так внезапно решил уйти, что мне показалось, что что-то не так. - А где все? - спросил подавленным шёпотом Праувер. - Не переводи тему. - отмахнулся ёж с редкой серьёзностью. - Рассказывай. Не отстану, пока не узнаю, в чём дело. - Но как же концерт? - К Хаосу! Неужели какое-то выступление, пусть и любимой группы, может быть дороже дружбы? Поняв, что Соник не намерен отступать, лис вздохнул, примирив в себе желание сопротивляться. - Иногда я вспоминаю... не самые лучшие моменты из жизни. - Так, - протянул ёж, параллельно выводя лиса и себя из комнаты общего пользования. Ниро понимал, что уже заглотил наживу, и рассказ теперь нуждается в продолжении. Ёж ступал рядом, ожидая дальнейшие слова. Сейчас он отличался терпением, давая знать, что готов слушать, как долго бы не пришлось. - Дело в том, что когда-то я был таким ребёнком, который намного... способнее своих ровесников. - Вундеркиндом? - обобщил Соник. - Да, верно. Я учился в музыкальной школе с трёх лет, а в обычной школе - с пяти. - Ого! - неподдельно изумился собеседник. Луна, ярко освещающая дорогу, казалось, удивлённо моргнула в поддержку ежу. Весь природный мирок вокруг них притих, будто бы выражал сильное желание присоединиться к прослушиванию истории. - Мои родители были счастливы оплачивать моё недешёвое обучение, поскольку я справлялся лучше моих семилетних одноклассников. Однако нашлись те, кто не мог принять меня таким, и ко мне стали подходить богатенькие детишки, чтобы обидеть. Как оказалось, их вожаку, - лис горестно усмехнулся, - не понравилось, что его статус самого юного гения затмён мной. Он старше меня на год и, стоит признать, далеко не глупый. - И ты сменил школу? - Нет, - улыбнулся словесник с достоинством. - Я знал: мне дают лучшее образование, и уж точно не собирался променять его на несмышленых детей. Впрочем, чего таить, я быстро поставил их на место, и они забыли обо мне на несколько лет, пока я не начал углубляться в литературу и не начал побеждать во всех конкурсах, обходя того самого главаря. Он и до этого уступал мне во всём, включая даже успехи в музыкальной школе, но проигрыш в стихописании , как мне показалось, стал для него самым болезненным. - Да, тяжело, наверно, когда тебя обходит одарённый ребёнок. - Я тоже так подумал тогда, - кивнул Ниро. - Но решил, что это неисправимо и мой вокал навсегда останется на первом плане, а поэзия моего пера обретёт мировую известность. Однако я ошибался. Соник почувствовал, что лис подвёл его к самой сути, так пытливо ожидаемой, но возобновившаяся печаль на лице мобианца дала знать, что рассказчику будет тяжело. - Давно забытая "золотая" шайка снова вернулась с травлей, но они быстро поняли, что слова меня не берут. Они пытались пакостить, но у них опять ничего не вышло, ибо их ловили с поличным, и тогда мне бы стоило задуматься, что моя привычка сидеть в библиотеке допоздна может плохо для меня закончится. Лис заморгал быстрее, но ресницы оказались слишком влажными, чтобы поймать новые слёзы. Соник попытался посодействовать, но был остановлен. Словесник вяло вытер глаза кулаками. - Они подловили меня на одной тёмной улице, а затем долго не без удовольствия издевались надо мной. У них были ножи, бита, кастет... они будто хотели убить меня! И... и... давай без подробностей. Соник ошарашено уставился на лиса и заметил, что чёлка скрывает длинный шрам, а также вспомнил: его одежда никогда не открывают верхнюю половину плеч и опускается немного ниже, чем принято. Ещё он всегда прячет ноги выше колен! - Я едва добрался до людей, а дальше проснулся на передвижной койке. Помню, врач говорил: "Скорее, он на волоске", - и, действительно, я чувствовал, что умираю... А через полгода я вернулся в школу, но тогда я стал не просто обычным, а самым худшим. Мои связки не позволяли брать практически все ноты, а голова не запоминала всё так как прежде... Словом, тот отрезок учебного года был длинным кошмаром из криков, разочарования и ненависти. Я с трудом доучился а затем был вынужден снова лечиться, поскольку успел за последние месяцы истощить не только нервную систему. Он улыбнулся светлее. - И вот я, уже подлатанный, здесь, с вами, самый обыкновенный лис. Ниро хоть и не показывал, но Соник понял, что ему не сильно-то и полегчало после их диалога, и ёж решился на крайние меры: - Не неси чепуху! Таланты на то и даны с рождения, чтобы развивать их всю жизнь! Им не страшны никакие преграды! Вообще никакие! Ты прирождённый гений, но при этом ты считаешь, что какие-то неучи украли у тебя всё, но на самом деле оно всегда будет тобой! Единственное, что ограничивает тебя, - ты сам! Но ты вряд ли догадываешься, что тобой восхищаются и хотят хотя бы каплю быть похожим на тебя! - говорил Соник пламенно, и Ниро понял, что он говорит и про себя. - А знаешь, я никогда не учился музыке и почти ничего о ней не знал. Меня поучил дядя, и на том было всё. Я вообще до вас работал аниматором, и если бы я не увидел вашу игру на улице, то я бы никогда не взял гитару снова. Ниро припомнил, что часто протягивал шапку этому ежу, когда барабанщица, рэпер и гитаристка во всю развлекали прохожих каверами. Тогда "Terios" распространялся только на трамвайную остановку напротив парка и собирал десятков два мобианцев. Соник всегда радостно наблюдал за ними, но однажды он пришёл расстроенным и с трепетом ожидал, когда все начнут расходиться. - В тот день моя команда переезжала, но я не мог поехать с ними и остался без работы. Я подумал, что обречён, поскольку не видел себя нигде, кроме сцены. А учился, хочу отметить, из рук вон плохо. Хорошо, что у меня тогда оставались сбережения, и вы меня приняли! Праувер несмело усмехнулся: - Ты быстро учишься, хоть и играл в начале только один аккорд. - Но я учил два! - не понял навеселе ёж. - А играл один, - устоял на своём повеселевший лис, - второй ты только брянькал. - Ну а сейчас-то как? - не сдавался гитарист. Ниро ненадолго задумался, но ответить не успел, поскольку они слишком рано попали в поле зрения "Terios", а они в свою очередь слишком быстро узнали буквы на футболке и рыжую чёлку. - Ах вы пернатые! - закричал неподалёку серый ёж. - Мы ждём объяснений! - поддержала ежиха. - А не то усомнимся в вашей ориентации! - подхватила мышка. Один Шедоу ничего не сказал, но Соник был уверен, что увидел в его глазах одобрение. Тот отдалённо догадывался, о чём гавкнул ему Соник, когда бросился наутёк со сцены, но решил довериться и не рассказывать о своих мыслях остальным, дабы не вызвать раньше времени тщетную суету. Похоже, клавишник нисколько не жалел об этом. - Ой, всё! - наигранно возмутился синий ёж. - Наша свиданка испорчена! Мы требуем возмещение в виде красного полусладкого! - СОНИК!! - пискнул раскрасневшийся рыжик. Ниро практически всю оставшуюся дорогу пытался схватить ежа, но тот юрко уворачивался и носился вокруг друзей. - Эй! Нирочка, - пролепетала Кира несколько позднее. - Я отчетливо вижу в вашем головокружительном романе актива. - У-у-у, - провыл лис, но его голос смешался со смехом, и ничего не оставалось, кроме того, как присоединиться. В конце концов, друзья не обидят его, а дуться на бесцельные шуточки - глупее не придумать!