Стать вторым шансом

      Ася смотрела на своё отражение в зеркале, пытаясь впервые за долгое время заговорить сама собой.       Чаще всего это заканчивалось истерикой, ведь девушка редко находила в себе что-то, что могло понравиться ей на сто процентов.       В голове было множество вопросов, на которые она до сих пор не находила ответов, да и вряд ли найдет, ведь чужая душа — потемки.       Ладони проскользили по ногам, от чего Ася поморщилась. Шрамы на бедрах останутся с ней навсегда: всему виной стресс и желание хоть как-то от него же избавиться.       Всё начиналось с того, что как только девушка впадала в полное отчаяние, она чесала себя до тех пор, пока на коже не появлялись раны, но даже тогда желание не прекращалось.       Ася плохо помнила тот момент, когда чесотка заменилась нанесением более ужасных увечий.       Рука сама как-то тянулась к лезвию, и девушка, не желающая вообще существовать в этом мире, хотела изрезать себе все ноги.       К счастью, сил хватило только на изуродование бедер. Шрамы, напоминающие кривые линии, сейчас были четко видны в зеркале.       Проведя по ним ещё раз, Ася всеми силами пыталась не задумываться о причине, по которой они были нанесены.       Дотянувшись до косметички, девушка вытащила небольшую баночку.       После того случая она побывала у многих психотерапевтов, которые назначили ей кучу мед.средств, как будто вовсе не знали от чего лечить несчастную.       «С твоими антидепрессантами придется быть осторожнее на соревнованиях,» — голос Шипулина прозвучал в голове в тот момент, когда девушка запивала таблетки.       Нужно выходить из амебного состояния, иначе всё закончится плачевно.       Ася любила тренировки еще и по той причине, что они отвлекали ее от посторонних мыслей и желания повеситься.       В свободное время она постоянно думала о своем прошлом, об Александре, а теперь, когда он появился в ее жизни снова, ей хотелось лезть на стенку.       Девушке казалось, что все напоминало о нем: от картины на стене до нитки в простыне.       Вздохнув, Ася решила посвятить себя чтению книг о биатлоне. Может, хотя бы это поможет?       Она внимательно вчитывалась, пытаясь зазубрить, как правильно пользоваться ненавистной ей винтовкой и, самое главное, как научиться стрелять пять из пяти мишеней. Из книги выпала небольшая фотография, на которой были изображены Ася, годами младше, и всегда искрящиеся от радости Антон Шипулин и Антон Бабиков.       Подпись снизу на обратной стороне гласила: «Будущему спортсмену, удачи в начинаниях»       А теперь они предпринимают все попытки сделать из нее действительно настоящую биатлонистку.       Шипулин за это время стал ей не просто наставником, а старшим братом.       Ася понимала, что даже порой его весьма обидные замечания в ее сторону были не со зла.       Он просто переживал, прекрасно осознавая, что ждет ее впереди.       В отличие от него, девушка мало понимала, что будет в будущем, ей казалось оно таким далеким и туманным, однако время поджимало. На тренировки оставалось всё меньше и меньше времени, и первый свой спринт она осуществит уже в конце ноября в составе женской сборной.       В колледже ее прозвали Фуркадом в юбке, ведь по статистике среди остальных студентов у нее был лучший показатель скорости и точность стрельбы. Она практически всегда была на высшем уровне.       К сожалению, вряд ли когда-нибудь Асе удастся потягаться на одной лыжной трассе с самим Мартеном Фуркадом, может, если только во время тренировок.       Чтение и мысли о французском спортсмене перебил стук в дверь. Асю напрягло то, что постучали целых два раза.       Открывать дверь, естественно, не хотелось, сейчас совсем было не до разговоров.       Услышав, как кто-то безнадежно уходит, девушка всё-таки решила показаться.       Тем, кто отвлек ее, был Саша Головин, от чего Филатова выпала в осадок.       — Ой, извините, я, наверное, побеспокоил? — обращение на «вы» ещё более обескуражило девушку.       — Я читала, что-то случилось? — Ася старалась смотреть ему прямо в глаза.       — Да, то есть нет… — Головин замялся, почесывая затылок. — Ну, Игорь просил узнать, придешь ли ты вечером? Мы пить не будем, скорее всего, чисто символически посидим.       Филатова вспомнила, что вратарь сборной что-то упоминал насчет вечеринки, но потом всё испортил возникший из ниоткуда Кокорин. Её аж передернуло.       — А… Ну, приду.       — Это здорово. Как твои дела? — Саша поднял взгляд и светло-карими глазами пристально стал смотреть на Асю.       — Нормально, вот книгу читала, а твои? — собеседница уставилась в сторону, лишь бы не встречаться с этим человеком взглядом.       — Тоже нормально. Ты читать любишь? — Саша посмотрел на книгу, которая была у девушки в руках.       — Люблю, но эту книгу обязана знать, как отче наш. Основа основ биатлона.       — А я вот литературу ненавидел в школе, да и вообще плоховато учился, — Саша сделал виноватое лицо.       — Ха, ну, все мальчишки не любят учиться, так что ничего страшного в этом нет, — Филатова вдруг поняла, что впервые улыбается благодаря Головину.       — Да… Так ты придешь вечером? — Саша снова почесал затылок.       — Приду-приду, — похоже, ее собеседник изрядно нервничал.       — Придешь… Ну, здорово, да, — Саша пытался изо всех сил сейчас не выглядеть странным, но выходило совсем наоборот. — Я пойду, а то тренировка должна быть сейчас.       Ася хотела ему сказать, что сегодня воскресенье – единственный день, когда все спортсмены на базе отдыхают, но Головина и след простыл.       Поморгав, словно всё это было видением, девушка вновь зашла в комнату.       Телефон завибрировал, информируя о новой смс-ке.       «Тя уже пригласили? Я уж надеюсь, что мы пойдем вечером к футболистам?» — Денис был всегда за любое участие в посиделках.       «Да, конечно. Зайди за мной только, не забудь!»       «Постараюсь, систер. (:»       Ася теперь успокоилась, ведь на оставшийся день мысли будут только об ее внешнем виде и о темах, на которые можно побеседовать с футболистами.

***

      На этаже, где располагались номера футболистов, было шумно. Громкая музыка ужасно била по ушам, заставляя даже прикрывать их ладонями.       Ася не знала, куда именно ей идти, ведь Денис все-таки забыл про нее. Это было весьма предсказуемо. Потоптавшись, девушка решила вообще свалить, отмазавшись потом тем, что плохо себя чувствовала.       — Ну и чего ты тут встала? — сзади послышался знакомый голос.       Обернувшись, Ася увидела перед собой одного из Миранчуков, правда, кого конкретно из двух, определить не могла. У неё это плохо выходило.       — О, привет, да я растерялась как-то…       — Всё в порядке. Если что, то я Лёша, надеюсь, в скором времени будешь нас различать, — подмигнув ей, футболист жестом показал, чтобы девушка следовала за ним.       Следуя по коридору, они приближались к номеру, в котором громче всего звучала музыка, и даже слышался чей-то смех.       Уже знакомый Асе игрок под номером шесть играл с жестяной банкой из-под Кока-Колы, отдавая пас кучерявому парнишке, который ловко проделывал с ней какие-то приемы.       — Опа-на, кого Лёха нам привел, — первым опомнился шестой номер, подойдя к ребятам ближе. — Я Денис Черышев, а вы, прекрасная мадемуазель?       Последнее слово заставило девушку вспомнить неудачный флирт брата Леши, Антона, который затем чуть не остался в болоте навсегда. Да, кажется, к ней приставал тогда именно он.       — Ася Филатова, биатлонистка. Рада знакомству, — она постаралась изобразить улыбку, но со стороны это выглядело лишь жалкой попыткой.       — Мне тоже очень приятно. А о футболе что-нибудь знаете? — Денис смотрел на нее, улыбаясь так, будто Ася была его самой главной радостью в жизни.       — Игру понимаю, осведомлена, но могу не знать некоторых тонкостей.       — Для девушки неплохо, ребятки, я женюсь! — пропел Черышев, тут же засмеявшись.       Филатова почувствовала, как заливается краской, не зная, что делать.       — У тебя и так фанаток хватит, другое дело мы с Лёхой, да, брат? — Антон тут же кивнул Асе в качестве приветствия.       — Ой, давайте прекратим, — девушка была готова сквозь землю провалиться.       — Эх, жаль, но румянец тебе к лицу, — Антон состроил грустное личико.       — 1:1, засранец, — отозвался Черышев, продолжив пинать банку.       — А вы Дениса не видели?       — Они с Коко уже полчаса о чем-то трындят, иди, сходи, разберись, — сказал Леша, хлопнув девушку по плечу.       — Коко? — Ася постаралась произнести это без дрожи в голосе, догадываясь, о ком шла речь.       — Ну, Саня Кокорин.       Асю словно кипятком обдало, от чего она состроила нелепую гримасу, будто съела что-то тухлое.       — Ты чего? Кокорин классный, тебе понравится, — заверил ее Антон, положив руки на плечи.       Да уж, кто-кто, а Ася точно знала, как этот человек может вскружить любой девушке голову, потом заставив ту лишь страдать.       — Антон, ты что, уже подругу нашел себе? — перед глазами появился красный, как помидор, Денис и как всегда довольный всем Александр.       Разговор этих двух людей явно был не из самых приятных, и больше всего он не нравился брату девушки, потому что тот до сих пор не мог успокоиться.       — Я же… Я же просил тебя, Саша, — сжав кулаки, чуть ли не прошипел Ден.       — Да-да, а ты здорово выглядишь, Асюта, — Кокорин, сделав комплимент, пошел в сторону Черышева.       Ася выдохнула, удостоверившись, что это подобие человека покинуло ее общество.       Она и забыла, что пришла сюда в нежно-розовом платье свободного кроя.       — Реально хорошо выглядишь, молодец, — постарался подбодрить Денис.       — Ты не зашел за мной из-за него? — Ася всегда поражала своей чуткостью.       — Э-э… Ну, вообще да, не хотел, чтобы он портил тебе настроение.       — Спасибо, я лучше пойду, нужно прийти в себя.       Ася поспешила покинуть номер, жадно глотая ртом воздух. Его почему-то чертовски было мало.       Платье сжимало грудь, хотелось сорвать его с себя, чтобы освободиться, но девушка понимала, что давно находится в рабстве у Кокорина. Он словно заковал ее в кандалы, нарекая быть страдалицей на всю, наверное, жизнь.       — Ась, а ты чего тут одна? — Головин всегда появлялся не вовремя.       — О, опять ты…       На лице футболиста появилось смущение. Александр не мог понять такого ярко выраженного нежелания с ним хоть как-то контактировать.       Сейчас это особенно задело парня, ведь он всего лишь хотел помочь Асе, которая была сама не своя.       — Я просто хотел протянуть руку помощи, а ты уже сразу в штыки, — пробурчал он.       — Футболисты должны протягивать ногу, раз уж на то пошло.       После этой фразы Саша засмеялся, прижав к себе девушку.       Данное действие было неожиданным как для Головина, так и для Филатовой.       Ему просто захотелось воплотить эти объятия в реальность, доказать этой девушке, что она может на него положиться в любую минуту.       — Эй, ты чего? — Ася почувствовала, как начинает краснеть.       Головин решил не отвечать сразу, прижав ее ещё сильнее.       — Передаю тебе свой позитив, а что? — Саша сам не знал, как еще объяснить такой прилив чувств.       Ася высвободилась, да и сам футболист не держал ее особо крепко.       Поправив прядь, Филатова улыбнулась ему.       Чудак с виду, но в душе такой добрый, всегда готовый поддержать.       — Тогда пойдем к нашим, да?       — Естественно, чего в одиночестве сидеть? — после этих слов, Головин схватил девушку за руку, потащив на веселье.       Им двоим казалось всё это таким странным, но никто не хотел устраивать разборки, да и нужны ли они были, когда все было так хорошо?