Нарнийские повести

Пока они шли, Сьюзен всё никак не могла успокоиться. В красках она расписывала, какими проблемами может обернуться их попытка помочь фавну Тумнусу, совершенно не обращая внимания на то, какое впечатление её слова производили на Люси. И, хотя старшая Певенси, кажется, обращалась к Питеру, упрёки (рискованность, необдуманность и всё в таком роде) явно адресовались Ванессе. Когда спорить с сестрой стало невыносимо, Питер обернулся к идущей почти сразу за ним Кёрк. — Расскажи нам что-нибудь о Нарнии, — попросил он. Девочка улыбнулась, в два шага поравнявшись с юношей. Множество историй, которые когда-то поведал ей дедушка, были готовы запеть в воздухе, но Несс должна была выбрать одну — самую важную. Времени было мало, чтобы рассказать всё, и девочка решила, что о Белой Колдунье ребятам нужно узнать прежде всего: как та попала в Нарнию и почему наслала на страну Столетнюю зиму. — Случилось это довольно давно, — начала она, — тогда дедушка из-за болезни своей матери приехал в Лондон к своим дяде и тёте. По соседству с ними жила девочка примерно его возраста, с которой вместе они и пережили эту невероятную историю… Ванесса рассказала о странном мистере Кеттерли, дяде её дедушки, возомнившем себя чародеем из-за попавшего ему в руки волшебного порошка, из которого он изготовил особые кольца. О том, как хитростью он с помощью этих колец отправил детей в Лес Между Мирами, где они рисковали остаться навсегда, забыв, кто они и откуда. Как из Леса дети попали в Чарн — мир, находившийся на грани гибели. В этом мире Дигори Кёрк пробудил королеву Джадис, которая, будучи настоящей колдуньей, вместе с ним и Полли Пламмер оказалась в их родном мире. Решив не заострять внимание на дальнейших событиях, она в двух словах сказала, что ребятам удалось увести Джадис обратно в Лес, откуда они попали в новый, ещё не родившийся мир, и стали свидетелями его появления. Остановилась она подробно лишь на разговоре дедушки Диггори с Великим Львом, затем так же коротко поведав друзьям о поручении Аслана и о том, как оно было исполнено. — Белая Колдунья бессмертна, но бессмертие её не дар, а тяжёлая ноша. Несвоевременно съеденный плод отравляет её существование, — Ванесса тяжело вздохнула, — а она отравляет жизнь всем, кто её окружает. Питер невесело усмехнулся в ответ на замечание девочки. Он хотел было что-то добавить, но хруст веток заставил их всех замереть и настороженно прислушаться. У ребят не было никаких средств защиты, а под слоем снега найти и простую палку было сложно. Однако мгновение спустя Ванесса расслабленно расправила плечи и вышла вперёд. Питер рванулся следом, недовольный её самонадеянностью. — Здравствуй, — говорит Ванесса, высматривая кого-то среди деревьев. Сьюзен ехидно кривит губы у них за спиной, но злые слова не успевают сорваться с её губ. Из-за ближайшего дерева к ребятам выскакивает довольно крупный зверь бурого окраса. Люси вскрикивает и прижимается к Сью, Эдмунд нервно дёргается. Питер делает два быстрых шага, оттесняя Ванессу себе за спину. Несс тихо смеётся ему в плечо. — Всё хорошо, — улыбается она. — Это друг, — ребята с удивлением рассматривают бобра, стоящего перед ними на задних лапах.

***

После того, как мистер Бобр продемонстрировал детям платок Люси, который девочка отдала фавну, сомнений ни у кого не осталось. Питер с интересом косился на девочку, которая теперь под руку с Люси шла рядом с Бобром и мило с ним общалась. Юношу не оставлял вопрос, как она поняла.

***

До хатки Бобров они добрались быстро. Благодаря карте, которую Ванесса нашла в хижине фавна, они самостоятельно проделали большую часть пути. В хатке, встретившей их гостеприимным теплом, от которого защипало в носу, суетилась миссис Бобр. Она пожурила мужа за долгое отсутствие и очень приветливо поздоровалась с детьми. Ребята были рады передышке в уютном домике, и не заметили секундного замешательства в глазах Бобрихи, когда она внутри оказались все пятеро. — Снимайте шубы, — весело лепетала миссис Бобр, — и садитесь за стол, ужин скоро будет. Ванесса, первая из девочек, кто избавился от тяжёлой верхней одежды, незамедлительно предложила свою помощь. Получив от довольной Бобрихи поручение, состоящее в том, чтобы почистить картошку, сгрузить клубни в котелок, который нужно было предварительно наполнить водой (на помощь пришёл Питер, отправившийся с котелком на улицу. Когда несколько минут спустя он вернулся, котелок был полон снега). Бобриха установила котёл над огнём и занялась чисткой рыбы, пока Ванесса занималась гарниром. Люси тоже хотела помочь, но она слишком устала. Теперь, вместе с сестрой и младшим из братьев она наблюдала за уютной суетой, устроенной мистером и миссис Бобр, а также Ванессой и Питером, который сноровисто помогал подруге с картошкой. Хатка быстро заполнилась прекрасным запахом жареной рыбы и варёного картофеля. Откуда-то Бобр принёс сливочное масло. Ванесса и миссис Бобр накрыли на стол, и все вместе сели ужинать. Ели молча, дети были голодны: последним приёмом пищи, если не считать несколько сэндвичей, которые они съели, пока играли в саду, был завтрак. Но, учитывая, сколько событий за этим последовало, голод был более чем обоснован. К концу трапезы подоспел чайник. Пока миссис Бобр заваривала травы, Несс резала на куски и раскладывала по тарелкам очень вкусно пахнущий пирог. Вместе с Питером, ловко лавируя в крошечной для пяти людей и двух Бобров хатке, они расставили тарелки. Подоспела с чаем миссис Бобр. Полные желудки и окружающее спокойствие разморило ребят. Они начали клевать носами. Один только Эдмунд оставался в подозрительно возбуждённом состоянии, да Ванесса, предчувствовавшая что-то нехорошее. — Ну, — начал Бобр, — теперь можно и поговорить. Люси с большим усилием заставила себя разлепить так и норовящие закрыться веки. — Мистер Тумнус? — несмело спросила она. — Можно ли ему помочь? Мистер и миссис Бобр мрачно переглянулись. Ванесса подавила тяжёлый вздох. С самого начала они подозревали худшее, но одно дело подозревать, и совсем другое — получить тому подтверждение. — Боюсь, — начал мистер Бобр, — мы ему помочь ничем не сможем. От грусти в голосе мистера Бобра Люси готова была заплакать. Ванесса с жалостью посмотрела на маленькую подругу и, не удержавшись, приобняла девочку за плечи, благо, они сидели рядом. Лу тут же прижалась к её боку, исподлобья смотря на Бобров. — Вы сказали, что мы ничем не можем помочь, — вмешался Питер. — Значит, есть кто-то, кто может? — Аслан.

***

Холодный ветер бил по щекам, ледяная крошка снега резала глаза. Было холодно, тяжело дышалось. Но Ванесса продолжала идти вперёд, упрямо смотря перед собой, силясь не потерять из виду худую фигуру мальчика. Почему Эдмунд решил уйти, Ванесса точно не знала. Но понимала, что не может позволить ему уйти одному. Может, если ей удастся его догнать, и они успеют вернуться до того, как остальные уйдут далеко от хатки Бобров в поисках их, можно будет сказать, что им захотелось подышать воздухом, и они засмотрелись на звёзды. Расстояние между детьми сокращалось медленно, но Ванесса всё равно радовалась. Сейчас Эд, пожалуй, мог её услышать, позови она его достаточно громко. Но после предупреждения Бобров она боялась повышать голос. Когда их разделяло шагов десять, Ванесса, наконец, окликнула мальчика. Тот обернулся, явно шокированный тем, что кто-то преследовал его всё это время. А может, дело было в том, что он не мог понять, как не заметил погони. — Нам надо вернуться к остальным, — строго проговорила девочка, взволнованно вглядываясь в лицо друга. Она стояла к нему уже почти вплотную, воспользовавшись его замешательством. Лицо Эдмунда раскраснелось, он тяжело дышал, и Ванесса была бы спокойна, так как сама по ощущениям выглядела примерно так же, если бы не белёсая поволока, застилавшая глаза мальчика. — Эдмунд? — Ты, если так хочешь, возвращайся, — довольно грубо произнёс мальчик. — Меня же ждут. — Твои брат и сёстры ждут тебя совсем в другой стороне! — ощущение чего-то неправильного усилилось. Эдмунд не успел ответить. Раздался пронзительный волчий вой, и секунду спустя вокруг них оказалась целая стая из двенадцати-пятнадцати волков. Ванесса судорожно вздохнула, хватая руку Эдмунда и заставляя его встать спина к спине. — Только двое из четверых, — хрипло произнёс волк, отделившийся от остальной стаи и приблизившийся к детям. Ванесса встала лицом к этому волку, который, наверное, был вожаком, прикрывая Эдмунда. — Что вам нужно? — срывающимся от страха голосом спросила девочка, Ванесса всё же была просто девочкой, пусть даже довольно решительной и смелой. Однако против целой стаи волков, хоть и говорящих… Живо вспомнился разгром в доме фавна — приятеля Люси — устроенный полицией, и волчий след, стоящей вместо подписи на извещении. И множество волчьих следов вокруг. Вот она, полиция Колдуньи. — Пока, лишь привести вас к нашей Госпоже, — пролаял волк, и в туже секунду детей окружили более плотным кольцом, один из волков бросился между ними. Хватка окоченевших на морозе ладоней ослабла, Ванесса отпустила руку Эдмунда, испуганно выдыхая. Девочку больно ударили в спину. Один из волков подталкивал её вперёд, точно как Эдмунда в нескольких шагах от неё. До этого Ванесса надеялась, что, если они с Эдом и не успеют вернуться, то ребята найдут их раньше, чем мальчик сделает какую-нибудь глупость. Теперь Ванесса всеми силами пожелала, чтобы их не искали и продолжили путь к лагерю Аслана без них.

***

Питер, Сьюзен и Люси, конечно, заметили пропажу. Вместе с Бобром они отправились по следу. Беглецы попали в поле их зрения за несколько минут до того, как их окружили волки. Питер готов был броситься к брату и подруге, но сбивший его с ног Бобр помешал его планам. — Если вы пойдёте туда, Колдунья просто убьёт вас всех. Так же, она скорее всего оставит вашего брата и подругу в живых, пока не найдёт вас. — Но мы не можем их бросить! — со слезами в голосе произнесла Люси. — Помочь мы им тоже не можем, — грустно ответил Бобр. — Наш единственный шанс — встретиться с Асланом. Он наверняка знает, как вернуть их. Питеру было непросто смирить порыв броситься на помощь вопреки вполне разумным доводам Бобра. Однако его не оставляли мысли, что Колдунье вовсе не обязательно оставлять обоих пленников в живых. Предположим, Эдмунда она уже знает. Даже если она решит, что Ванесса их сестра, Бобр говорит, что Колдунье нужно избавиться от них. Для поисков хватит и кого-то одного. Второго можно убить для устрашения. Если же Ведьма каким-либо образом поймёт, что Несс им вовсе не сестра, то у неё будет ещё меньше поводов оставлять девочку в живых. Питер бросил отчаянный взгляд на виднеющийся между двух гор замок Колдуньи, на ведомых под конвоем волков Ванессу и Эдмунда, затем на сестёр. — Идём к Аслану, — выдохнул он сквозь зубы.

***

Идти было очень тяжело. Ванесса уже с трудом держалась на ногах, постоянно с беспокойством посматривая в сторону Эдмунда. Мальчику путешествие тоже больше не казалось таким лёгким. Подгоняемый желанием поскорее отведать ещё турецких сладостей, до встречи с волками он не ощущал ни усталости, ни сковывающего холода. Он не задумывался ни о возможной опасности, которой подвергал себя и своих близких. Но он был под действием чар, так что не стоит слишком сильно его винить. Ванесса, ничего не знавшая о колдовстве, была зла. А ещё разочарована. Никто из Певенси не казался ей глупым. Эдмунд, с которым она общалась больше других, точно. Девочка считала его сообразительным и догадливым и была потрясена, что после всего, что они узнали в доме мистера Тумнуса и от Бобров, он мог допустить мысль о том, чтобы отправиться к Колдунье. Но, тем не менее, девочка понимала, что не может перестать волноваться за приятеля. И продолжала наблюдать за Эдмундом, опасаясь, как бы силы не покинули его. Под конвоем волков они с Эдмундом приблизились к ледяному замку и поднялись по огромным ступеням (может, не огромным, но высоким даже для взрослого человека, ни то что для двух детей). Ванесса осматривалась, не поворачивая головы. Место это ей не нравилось совершенно. И дело было не в пронзительном холоде (внутри, казалось, было градусов на десять холоднее, чем снаружи), а в ощущении давящей на плечи силы. И с каждым шагом, приближавшим их к тронному залу (так сказал вожак) чувство тяжести только усиливалось. Они прошли под каменным сводом. У Ванессы перехватило дыхание. Белая Колдунья была, как и рассказывал дедушка, женщиной потрясающей красоты. Значительно выше любого взрослого человека в их мире, и даже сидя она излучала величие и мощь. Однако не это лишило девочку сил. Выражение глаз Колдуньи, пустое и злобное, вызывало в Ванессе сильнейшее отторжение. Хотелось спрятаться от острого взгляда, закрыться, сбежать. — Ну здравствуй, Эдмунд, — произнесла Колдунья. Волки выстроились полукругом за спинами детей. Вся процессия стояла у основания каменных ступеней, ведущих к трону. Мальчик стоял, не смея сделать и глубоко вздоха. Если до этого он ощущал лишь сильный стыд, может страх, то теперь его обуял ужас. По его вине он сам и Ванесса оказались в руках у Ведьмы, которая легко может убить их обоих. — Почему ты привёл только одну сестру? — голос Колдуньи был мягок, почти ласков. Эдмунда мелко затрясло. — Ты расстроил меня, Эдмунд. Знаешь, что бывает за неповиновение? — голос Колдуньи задрожал от гнева. Ванесса стиснула зубы, борясь с обрушившейся с первыми словами Ведьмы головной болью. Каждую секунду девочка ожидала, как сильные лапы собьют ей с ног, а острые клыки вцепятся в горло. Что, как не смерть, могла иметь в виду самозванная королева. — В темницу их! — приказывает Джадис. Ванесса почти готова рассмеяться, потому что внезапно ситуация перестаёт быть безвыходной. Всё поправимо, кроме смерти, а значит они ещё поборются.