Мы семья!?

       Всё началось с того, что Хосок не хотел просыпаться и вообще вставать с мягкой кровати. Хотелось продолжать нежиться в теплой постели, время от времени делать желанные потягушки и жмуриться от яркого солнышка. Омега был немного раздражен, что его под утро начало тошнить, прерывая этим самым сладкий сон. Токсикоз — дело страшное. Кое-как заставив поднять свою тушку с кровати, направился в ванную, принял легкий душ, спускаясь к завтраку. К счастью мужа не было в столовой, что очень облегчало утренние настроение. Можно заключить, что утро вышло не плохим, а значит рабочий день пойдет, как по маслу.        Девять часов. Хосок уже был на месте в рабочий форме, что очень не плохо сидела на нем, возможно даже подчеркивало его пока-что стройную фигуру. Персонал был не большим, достаточно приветливым и сплоченным, а Вону, кассир, и вправду настоящая милашка, приметил омега. С клиентами то и делал, что забалтывал их, хлопая глазками вручал покупку с чеком. Время шло быстро, клиентов становилось всё больше и больше, было шумновато из-за чего Хосок немного растерялся, пришел в себя только тогда, когда услышал звук колокольчика, что оповещал о приходе клиента.       — Добро пожаловать, — омега поклонился, невольно улыбаясь, но подняв взгляд на посетителя, а точнее на посетителей, вздрогнул всем телом. Перед ним стоял Мин Юнги и Пак Чимин, что выглядывал из-за спины, ехидно улыбаясь. Альфа был явно зол. Он подошел к парню хватая за предплечье, дергая на себя.       — Что ты тут делаешь? — прошипел на ухо, оглядывая помещение.       — Отпусти мне больно, — таким же тоном ответил ему Хосок, пытаясь скинуть с себя хватку мужа, и он отпустил, всё еще оглядываясь по сторонам, а затем резко посмотрел в глаза младшего.       — Хосок, повторяю свой вопрос: что ты тут делаешь? — сквозь зубы, со злостью и раздражение повторяет Мин, заставляя поежиться супруга на месте от холода, что исходило от его негативной ауры.       — Работаю, не понятно что ли? — показал свой бейджик на рабочий форме, опустив взгляд вниз.       — У тебя нет крыши над головой? Погряз в кредитах? Голодаешь? — омега почувствовал неловкость от вопросов мужа, но не показывал этого, а наоборот с вызовом посмотрел в лицо.       — Что не так-то?       — Чимин, — позвал секретаря Юнги, тот быстренько подскочил к ним с айпадом в руках, показал статью: Супруг наследника компании GoldenEagle, устроился на работу, консультантом, в бутике одежды. Быстренько пробежавшись глазами по публикации омега понял, что его и мужа немного, хотя не немного, а в меру прибеднили, сделав из мухи — слона. То дело, чего так народ прибавился и улыбался ему, испепеляя взглядом, — какой же ты проблематичный, Хосок, — Юн произнес его имя с таким презрением, что омега дрогнул, и начал бродить глазами.       — Не хочешь узнать причину?       — И так понятно, что просто напросто хочешь насолить мне.       — Как раз-таки наоборот, чтобы не маячить перед тобой и не раздражать своим существованием в твоём доме! — Хосок не заметил, что повысил тон, тем самым обращая внимание клиентов на себя.       — Я настолько ужасный муж? — Юнги усмехнулся, заглядывая прямо в душу супруга с таким невинным выражением лица, а омега борется, обдумывает свой ответ, а так хочется сказать насколько он невыносим в моральном плане, как он втаптывает его в грязь, даже сейчас при всех, при Чимине.       — Прошу прощения, если вам не нужна моя помощь, то я пойду… — парень поклонился и развернулся, зашагав вперед с гордой поднятой головой. Альфу это откровенно забавило. На лице появилась улыбка Чеширского кота, а в глазах заплясали бесы.       — Мне нужна ваша консультация, Мин Хосок, — крикнул в след, обнажая свои белоснежные зубы.       — Через час состоится собрание директоров, — возмутился Пак за спиной.       — Успеем, мы быстро, Чимина, — спокойно ответил Юнги, наблюдая, как его супруг медленно разворачивается на носочках и с досадой на лице идет к ним.       — Да? Чем могу помочь? — натянул улыбочку до ушей, и кажется Мину послышался скрежет зубов супруга, а это еще больше веселило его.       — Не могли бы вы подобрать пару нарядов для моего спутника, — уверенно попросил альфа. Хосок, как лава, начал извергаться. Чимин опешил от этой просьбы, ибо Юн покупал для него только секс-игрушки.       — Есть особые пожелания? — нервно выпустив воздух из легких, спокойно проговорил парень.       — Да, — Юнги хотелось наблюдать, как его супруг по-детски злился, показывал свои истинные эмоции и был открыт, — хочу видеть на нем элегантное, что будет подчеркивать его подтянутую фигуру, и чтобы было что-то… В то же время сексуальное… — прищурился смотря в глаза, ухмыльнулся.       — Будет исполнено, — чуть поклонился, — пройдемте, пожалуйста, — указал в уголок ожидания.        Подбирая наряды прекрасному Пак Чимину, омега в мыслях рычал, лаял с возмущениями. Ведь это он специально, чтобы не хило так позлить. И чтобы сидеть и ждать его на диванчике, альфа ходит со своим любимым секретарем по помещению, якобы визуально примеряя на нем одежду. Так позже и вовсе подозвал к себе, накидывая на него весь этот груз, отправляя Пака в примерочную. Юнги уселся на маленький диванчик в ожидании новых, не скрытных эмоций своего супруга. Хосок встал с боку от примерочной на против мужа, смотря на него с упреком и жаждой погрузить под этой грудой одежды, что он держит. Каждый раз, когда выходил Чимин, парень соревновался с альфой взглядом, кто дольше выдержит, а Пак довольствовался нарядами и своим отражением в зеркале. Последний наряд, через пару минут выходит Пак в белых обтягивающих брюках, нежно-розовой рубашке с еле заметными цветочными принтами. Выглядело всё это: изящно, красиво и подчеркивающие все достоинства омеги. Ключицы были обнажены, открывая взор на багровые засосы, что не выглядели вульгарно, а наоборот дикая смесь пошлости и непорочности. Хосок отвел взгляд с секретаря на мужа, что глядел на него с лаской и желанием лицезреть такого красивого омегу. Пак начал крутится, плавно двигать телом, разжигая огоньки в темных очах мужчины, притягивая к себе. Хосоку резко стало плохо, подступила тошнота к горлу и слабость во всем теле. Еле оторвав свой взор от помощника, заметил болезненную бледность на лице супруга, что заставило насторожиться.       — Хосока, — к омеге подлетел кассир, подхватив под локоть, — я тебя подменю, присядь за кассой, — отобрав кучу вещей, отправил на кассу, — прошу прощения, моему коллеге стало немного дурно, что-нибудь еще?       — Нет, упакуйте все вещи, — приказал Мин, нервно улыбаясь в след Чимину, что уже переодевался в примерочной.        Хосок присел на стул, пытаясь унять жгучую тошноту, делая глубокий вдох и выдох. Если бы только видел омега обеспокоенный вид мужа, непременно бы в его голове пронеслась саркастичная шуточка, мол Юнги умеет волноваться? Мин следил за каждым движением, за каждым взглядом своего беременного супруга, мысленно борясь с самим собой. Он хотел вот-вот встать, подойти и спросить о его самочувствии, повезти в самую лучшую больницу города. Потому что прошлой ночью перегнул палку, и он это в кое-каком роде частично осознал. Только он встал, как в помещение зашел Тэхён, уверенно направляющийся к его супругу с букетом цветов. Явно не ожидавший увидеться с ним, омега, соскочил со стула невольно улыбаясь. Ким подошел к кассе протягивает букет, берет тоненькую ручку, целует в знак приветствия. Хосок на глазах оживился, покрываясь румянцем и определенно был смущен подарком. Оба начали болтать, улыбаться друг-другу так, словно влюбленная парочка, которая не виделась пару дней. Юнги это откровенно раздражает, начинает закипать от злости, что не может услышать о чем они там воркуют.       — Хосоки, — радостно произнес Тэхён, — а вот и я с букетом белоснежных лилий и огненно-страстных, как ты, хризантем, — целует ручку, не разрывая зрительного контакта.       — Да, ну тебя! — рассмеялся омега, мгновенно краснея, — я рад, что ты ко мне заскочил.       — Угу, у меня обед, вот и подумал, почему бы мне не заскочить к одному прекрасному омеге, — делает акцент на последних двух словах, широко улыбаясь.       — Ой, льстец, — звонко смеясь, тянет Хосок, прижимая букет к груди, — очень красивые, благодарю, — сразу прячет смущенное лицо в цветы, прикрывая глаза.       — Ну… Как тебе работа кассира? — спрашивает альфа, облокачиваясь на стойку.       — Я не кассир, а продавец-консультант, — отвечает парень, — мне стало немного дурно, и меня подменили, а я тут прихожу в себя, — пояснил он.       — Что случилось? Может в больницу? Я могу отвезти теб…       — Нет. Всё в порядке, не беспокойся, — перебил его Хосок, нелепо хихикая, — не выспался, поэтому и слабость, не переживай.       — Но ты имей виду, что можешь попросить меня, договорились? — в ответ кивок и солнечная улыбка омеги.        К стойке подошли угрюмый Мин, счастливый секретарь и спокойный Вону. Коллега спросил Хосока, как он себя чувствует? Полегчало ли ему? Омега лишь слабо улыбался, ибо был смущен, когда Юнги и Тэхён встретились взглядами, затем напряженно поздоровались. Сказать, что Джису была права на счет того, что Хосок мечется между двух пылающих огней, ничего не сказать. И данная ситуация только это подтверждает. Однако это не значит, что он чувствует симпатию к Киму. Нет. Совсем нет. Он не школьник, чтобы не заметить ухаживание альфы. Он прекрасно всё понимает и видит, как Тэхён пытается заботится о нём и всячески расположить к себе. Как же Хосок ненавидит себя за это, потому что Ким смотрит на его мужа острым взглядом, и гадалке не ходи — он будет бороться за него. Но при таких обстоятельствах омега всё равно останется с Мином, и чтобы он развелся с ним нужна веская причина. Парень смотрит на мужа, что всё больше и больше раздражался пристальному взгляду Кима.       — Мы кажется помешали вам, — примечает Мин, резко прижав Пака за талию.       — Нет, — ответил Тэ, посмотрев на Хосока, что опустил взгляд в пол, — Хосока, — ласково позвал он, омега растерянно поднял голову, встречаясь глазами с мужем, что смотрел внимательно и с упреком, затем отвел глаза в сторону, — я пойду, работа не ждет, — хрипло рассмеялся.       — Ах, точно подметил…       — После работы заеду за тобой, хорошо?       — Было бы не плохо, — мямлет омега, теребя пальцами сверток букета.       — Я сам заеду за своим супругом, Тэхён, — вставил своё слово Мин, — во сколько у тебя заканчивается смена?       — Юнги, мне не сложно, — спокойно отозвался альфа из-за чего у Юнги начал поддергиваться левый глаз.       — Мой супруг — моя забота, — выпалил он, что первое пришло в голову.       — Ты наверное будешь сегодня до поздна в офисе, — Ким посмотрел на Чимина, что опустил голову от неловкости всей это ситуации.       — Пораньше освобожусь, ничего страшного не будет, — сейчас оба мужчин выглядели со стороны детьми, что не могут поделить конфетку.       — Да, прекратите вы спорить, — психанул омега, снова тошнота подступила, — сам доберусь, идите уже отсюда, — развернулся, ушел с кассы в комнату персонала. Альфы ещё пару минут стояли испепеляя друг-друга взглядом, аура была такой, что над ними образовывались сгустки туч.

***

       Остальной рабочий день прошел более спокойно, хотя Хосока мучила тошнота и головокружение, что уже немного поднадоело ему. Ближе к четырем часам в бутик залетела на всех парах довольная Джису с коробкой конфет. Быстренько поболтав с омегой, пока Вону переодевался в повседневную одежду, Джису начала уверять Хосока в том, что Юнги собственник, который начал ревновать к другому, мол мой омега, значит мой. Бете не особо симпатизировал Тэхён, говорила что он какой-то мутный тип. А вот Мин, хоть и кабель, но красивый, ему надо дать время привыкнуть и раскрыться. Всему своё время. Задумавшись над словами подруги, парень не заметил, как двое голубков попрощались с ним и ушли. Время. Время. И снова время. Почему он должен ждать чего-то? Ожидание душит его легкие. Затуманивает рассудок. Делает из него другого человека.        Рабочий день подходит к концу, осталось всего пять минут. Хосок переоделся в повседневную одежду, покидая помещение. На улице уже прилично стемнело, горели фонари и вывески круглосуточных заведений, ночной город постепенно наполнялся молодыми особыми, что решили отдохнуть. В голове омеги проснеслась мысль о ностальгии, что заставила его невольно улыбнутся. Двинувшись к дороге, чтобы поймать такси, позади громко засигналила черная иномарка. Хосок обернулся, наблюдая за тем, как из черной машины выходит альфа. Ему даже и думать не хотелось о том, что поджидал ли его Мин или нет.       — Как и обещал, — подойдя ближе, произнес Мин.        Хосок бы настоял на своем, что он сам в силах поймать такси и добраться домой, но сегодня он правда устал и сил совсем нет. Молча кивнув мужу, омега направился к машине, не дожидаясь его сел в автомобиль и пристегнулся. Альфа в свою очередь довольно хмыкнул, приметив, что супруг достаточно раздражен. Остановившись на очередном светофоре, наблюдая за тем как люди переходят дорогу, Мин задает вопрос:       — Нравится Тэхён? — постукивая по рулю пальцами, альфа смотрел на омегу, что приоткрыл свои глаза, но не оборачиваясь к нему лицом и продолжая молчать, — так я угадал? — Тишина. Мин раздраженно откинулся на спинку сидения, шмыгнув носом и выдавливая сцепление с газом.        Хосок думает, что муж хочет его спровоцировать на скандал и полностью вывести из себя. Выставить из него истеричную пустышку. Поэтому парень молчит до самого дома. Пока они были в дороге, альфа задал еще пару вопросов, и получал лишь молчание, что заставляло его рычать и сжимать руль со злости.        Дома их встретили Дону и Ынсоль, что накрыли горячий ужин на стол. За столом альфа так же пристально наблюдал за каждым движением супруга, не упуская не малейшей детали: как сжимает салфетку длинными пальчиками, как маленькими глотками пьет сок, как робко пытается посмотреть вперед. Внутри Мина, что-то ликует и зараждается приятная мысль о том, что он всё еще небезразличен омеге, а это довольно радует его. Момент радости прерывает тихий скрип стула, что отодвинул Хосок, покидая ужин.       — Ты не доел, Хосок, — грубо произнес Юн, но эта грубость была с долей беспокойства. Омега ничего на это отвернувшись спиной к мужу, — Хосок! — комнату оглушил мощный удар по столу, — сядь и доешь!       — Спасибо, я наелся, — кинул ответ, через плечо, покинув гостинную.        Юнги сорвался с места, побежав за супругом и нагоняя его на лестнице, тот поспешно поднимался наверх, но крепкая хватка альфы остановила его. Развернув лицом к себе альфа узрел печальную картину: глаза омеги были красными от слёз, что уже обжигали его прелестные щеки, и губы, что дрожали в немом плаче. Альфа не знал, что поделать? Как успокоить супруга? Чем помочь?       — Хосок?       — Прекрати, прошу тебя, — омега стал вырывать руку из больной хватки, поднимаясь спиной по лестнице, но споткнувшись на последний ступеньке, упал назад махая руками, — не подходи!       — Хосок?! — альфа потянул руку к парню, чтобы помочь ему встать, однако тот отмахнулся, дрожащими ногами встал на против него, — перестань плакать.       — Зачем ты так со мной? За что? Почему оскорбляешь? Почему кричишь на меня? Чем я тебе так не угодил? А? Я… Я ведь старался стать для тебя хорошим супругом, что будет рядом и поддерживать тебя в трудное время, как это делают все супруги… Но я не смог стать достойным омегой для тебя, раз уж ты так обращаешься со мной, — он растерянно смотрел в глаза мужа, что ничего не выражали, — ах, да… Забыл, — нервный смешок, — я ведь пустышка в этом доме, так и в твоей жизни…       — Как же раздражаешь! — Мин быстро сокротил между ними расстояние, обнимая хрупкое тельце супруга, тот в свою очередь бился кулами, отталкивал изо всех сил, но напросно. Альфа обнял еще крепче, чтобы почувствовать и успокоить омегу. Хосок сбился, перестал сопротивляться. Мин заглянул в глаза супруга, что всё ещё были красными, однако слёзы перестали течь. Не понимая, что им овладает на данный момент: он берет опухшее личико омеги в свои холодные ладони, прижимается к пухлым губам своими, даря жаркий поцелуй. Хосок стал биться, но не так буйно. Он целовал нежно и в то же время страстно, кусал, но не сильно, снимал их и вырывал последние капли воздуха из легких.       — Юнги… — омега прошептал имя мужа, не имея ни сил, ни голоса сказать что-то еще.       — Помолчи, — ответ выдохнул прямо в губы, вдыхая запах спелого винограда с нотками лимона. Мин опустил свой взор и руку на живот омеги, что немного округлился. Делая аккуратные круговые движения, боясь причинить какую-либо боль, постепенно впадал в какой-то транс. Что-то родное и светлое он чувствовал от этих прикосновений, что-то внутри трепещало и сеяло тепло, — часто такое? Ну, то есть… Ты часто это чувствуешь? — Хосок понял о чем он говорит, слабо улыбнувшись ему.       — Всегда. — сейчас Юн был больше похож на любопытного мальчика, что увидел новое и интересное для него, то что он еще не видел не чувствовал, — я хочу…       — Давай без лишних слов, — прервал его супруг, целуя первым, даря именно тот поцелуй, о котором он мечтать боялся.        Ласка. Забота. Любовь.