Восстанавливая мир из пепла...

- Pensi che possa ancora portare? (Как думаешь, может все же пронесет?) - Тсуна без особой надежды взглянула на Юни и тут же стушевалась под слишком скептическим взглядом совсем не детских глаз. - Lo so, sciocchezze. Ma c'è speranza ... (Знаю, бред. Но есть же надежда...) - La speranza muore per ultima. Prima di lei, muore solo l'ottimista (Надежда умирает последней. Перед ней умирает только сам надеющийся) - ответила туманно малышка, пожав плечами. Савада окончательно скисла. Ну да, на другой исход, в принципе, рассчитывать не приходилось.       Занзаса очень сложно заинтересовать и оторвать от любимого кресла и еще более любимого виски. Особенно, учитывая то, что к двум последним еще и добавляется его лень. Но если кому-то это все-таки удастся, то... Попытаться убрать Скайрини с этого уже намеченного пути, все равно что попытаться остановить поезд голыми руками. Абсолютно безнадежно и самоубийственно. - E perché nell'epicentro di ogni cagata sono esattamente io ?! (И почему в эпицентре любой хрени нахожусь именно я?!) - с привычным уже смирением вопросила девушка. Вообще, если честно, от такого вот смирения она уже немного успела отвыкнуть. Но! Видимо придеться привыкать обратно... - Anthropos deciderà... (Антропос решает..)* - Юни пожала плечами. Глухой, полный обреченности стон шатенки был ей ответом. - Lascia la speranza a tutti quelli che sono venuti ... Dimettiti con il corso del destino ... (Оставь надежду всяк сюда пришедший... Смирись с течением судьбы...) - продолжила малышка, ласково улыбаясь старшей подруге. - Già. Sospetto che questo epitaffio sarà scritto sul mio monumento (Ага. Я так подозреваю эта эпитафия будет написана на моем памятнике). - Ну и как разговор? Что-то случилось? Больно вы мрачные... - Анна, видимо уже довольно давно изнывающая от нетерпения, ловко влетела в комнату, где находились Тсуна и Юни. За ней спокойно зашли Микото и Тоцука. Девушки переглянулись и, тяжело вздохнув, пожали плечами. Объяснять причину своего не слишком радужного настроения. А ведь причина как раз сюда собиралась заявиться. - У нас тотальный песец... - Тсунаеши устало вздохнула и посмотрела на лежащие на столе перчатки. Огонь внутри разгорелся с новой силой, будто бы подпитанный внутренним напряжением и страхом. Но видя, что Кушина не понимает, о чем речь, Савада пояснила. - К нам едет мафия. - И все же я не понимаю, чего это вы так волнуетесь? - Анна легкомысленно пожала плечами, удобно устроившись под боком у Микото. Тсуна скептически посмотрела на девочку, потом перевела взгляд на слишком спокойного Суо и какого-то подозрительно счастливого Тоцуку. Устало вздохнув, девушка очень мрачно спросила: - И чего я пропустила? - С чего ты решила, что что-то случилось? - Анна невинно округлила глазки под спокойную усмешку Красного короля и тихий смех Татары. - Потому что я уже вижу, что вы что-то замыслили. Больно уж вы спокойные и довольные. - шатенка потерла виски и хмыкнула. - Но что бы вы там ни придумали, отставить план военных действий. Они едут с миром. Кажется... Ну, по крайней мере, Занзасу очень явно что-то надо от меня. - Oppure è solo di buon umore e non ha niente da fare (Или у него просто благодушное настроение и ему нечем заняться) - Юни даже не подумала на японский переходить. Тсуна хмыкнула себе под нос, оценив шутку, но все-таки для проформы спросила: - И такое бывает? - в голосе проскользнул интерес. - Nella vita tutto è possibile ... (В жизни возможно все...) - брюнетка мило улыбнулась, хитро прищурив глаза. Сейчас она стала очень сильно напоминать Бьякурана, которого наверняка помнила из десятилетнего будущего.       Интересно, а сам Джессо помнит эту малышку? И если помнит, сподобился ли он найти Джинглио Неро? А если все же сподобился, что он думает по поводу пропажи Юни? Эх, так много вопросов и так мало ответов... - Ладно, отставить шутки. В любом случае, сейчас волноваться бессмысленно. Я собираюсь сначала дождаться Занзаса, чтобы тот сказал то, что хочет. И уже исходя из тех данных, будем действовать. Вопросы есть? - Один. - Анна нахмурилась и склонила голову к плечу. - Насколько это опасно лично для тебя? - Ну... - вот тут девушка серьезно задумалась. - По идее, не особенно. Все-таки, я ему для чего-то нужна. Может, хочет побесить своего отца. А может, придумал еще какую-то пакость... - Говоришь так, будто он ребенок и бегает с рогаткой. Все-таки, пакости - прераготива детей... Если бы Занзас тебя слышал... - А Фран? - Ну, по сути, он еще ребенок... - Когда нам ждать их? - спокойный голос Микото легко перекрыл небольшой балаган. Вот тут Савада откровенно зависла. Самый важный пункт она забыла спросить... - Ну... Думаю, они прилетят на самолете. Но ведь могут и пройти с помощью пламени Тумана... Но могут... Юни? - Я ничего не вижу. Говорю же, будущее с ними туманно. Его сложно разглядеть и даже предугадать. Сейчас там чуть больше семи возможных вариантов развития событий. И шесть из них тебе не понравятся. А вам... - тут малышка взглянула на Суо, Анну и Тоцуку. - И подавно. - Пожалуй, я даже знать не хочу, что они придумали. - Тсунаеши снова взглянула на перчатки, которые так и хотелось надеть. Все-таки, ей было спокойнее, когда у нее было хоть какое-то оружие. Особенно учитывая то, что сейчас пламя Гармонии вернулось и спокойно горело внутри. Впрочем, так же как и Красное пламя. А вместе они представляли собой довольно-таки разрушительную смесь.

***

- Eppure, perché sette diverse opzioni? (И все-таки, почему семь различных вариантов?) - спросила Савада у Юни, когда соклановцы ушли. Малышка пожала плечами и грустно вздохнула. Сообщать о таком не хотелось. И она с удовольствием промолчала бы, но отказать - значит лишить человека шанса избежать преднозначенного. - E 'davvero così male? (Неужели все так плохо?) - Perché cinque opzioni ti portano alla morte. Nel prossimo tu sarai mutilato, ma Totsuk morirà. E solo in uno di loro rimarranno tutti vivi. (Потому что пять вариантров ведут к твоей смерти. В следующем ты выживешь, но умрет Тоцука. И лишь в одном из них все останутся живы.) - Hmm ... Era abbastanza prevedibile. (Хм... Это было бы вполне ожидаемо). - Шатенка даже не удивилась. Свое возможное будущее она приняла уже с каким-то смирением. Впрочем, к смерти она начала готовиться уже тогда, когда в детстве пару раз чуть не умерла от голода. - Non ... hai paura? (Ты... не боишься?) - Юни удивилась. Но Тсуна лишь покачала головой и грустно улыбнулась. - Ho paura, naturalmente. Ma ... mi sono già rassegnato alla mia possibile morte. Per molto tempo ancora, nella mia infanzia. Ecco perché devo solo cercare di assicurarmi che tutti siano vivi. (Боюсь, конечно. Но... Я уже смирилась со своей возможной смертью. Давно еще, в детстве. Именно поэтому мне остается лишь попытаться сделать так, чтобы все остались живы.) - вздохнув, девушка продолжила. - La cosa principale è assicurarsi che non lo sappiano. Non voglio trascinarli nella mafia. (Главное сделать так, чтобы они не узнали. Я не хочу втягивать их в мафию.) ----------------------------- Мойры - богини судьбы в греч. мифологии (Согласно Гомеру, мойрами, прядущими нить человеческой судьбы, были три сестры - Лахесис («дающая жребий» ещё до рождения человека), Клото («прядущая» нить человеческой жизни) и Атропос («неотвратимая», неуклонно приближающая будущее))