Серафим конца времен - Иная история...

Над давно покинутым и пустующим городом раскинулась холодная и темная ночь. Лишь высоко парящая в небе серебристая луна не спеша продолжала скользить по темному и чистому морю куда-то вдаль в абсолютном одиночестве. Множество звезд давно уже покинули ее, оставив луну единственным природным источником света в мертвом городе, который так отчаянно пытались поглотить тьма и сумрак. Порою лишь ветер, который скрашивал одиночество серебристого диска, кружил неподалеку. Казалось, что этот беззаботный и вечно веселый разгильдяй словно игрался с ней: то он скрывался в давно умершем городе среди разрушенных зданий от ее серебристых и холодных лучей, то и вовсе взмывал высоко вверх и кружил рядом с ней в своем излюбленном и полном свободы танце. Шаги были довольно размеренными и свободными. Лишь глухое эхо армейских сапог было единственным признаком того, что в здании находился кто-то живой. И этот кто-то продолжал путь по длинному и темному коридору, направляясь вглубь здания. На глаза то и дело попадалось множество едва уцелевшей мебели и крупные куски бетона, а обилие разбитого стекла и разорванной ткани на полу придавало этому месту не самую лучшую атмосферу. Скорее, все это напоминало некий фильм ужасов, в котором бесстрашный детектив проникает в логово маньяка или убийцы, дабы поймать злосчастного преступника. Вот только в реальности дела обстояли чуточку иначе. Хотя идея была схожей… — Господин Шинья, — приятный и в то же время довольно серьезный женский голос отвлек парня от наблюдений. — Вам не следует находиться в таком месте в полном одиночестве. Мне, как вашей слуге, это совсем не нравится. Взгляд беловолосого парня мгновенно пал на весьма красивую и стройную девушку, что была примерно на полголовы ниже самого Шиньи. Ее легкие и одновременно мягкие черты лица невольно привлекали мужское внимание, в то время как нежная и гладкая кожа, цвет которой был невероятно белым или, скорее, даже немного бледноватым, лишь подчеркивала ее неземную красоту. Хотя выделялась она и своими длинными и шелковистыми волосами, что имели светлый и довольно приятный для глаз фиолетовый оттенок и едва ли дотягивали до ее стройной талии. Глаза, что имели насыщенный и яркий голубой цвет, отличались невероятной проницательностью и уверенностью. Сама же девушка в тот момент была собранной и очень сконцентрированной, но в то же время она казалась немного холодной и чуть отстраненной, что придавало ей некую загадочность и таинственность. Сложив руки на весьма объемной груди, она с довольно сердитым взглядом уставилась на своего господина. Но ответом на столь недовольный и одновременно злой взгляд послужила лишь весьма легкомысленная и беззаботная улыбка, которой Шинья привык отвечать слишком уж серьезной девушке. — Разве? — его голос наполнился нотками веселья. — Я, вроде как, должен был вести наблюдения за нашей целью, так что решил обосноваться в этом месте. К тому же оно мне приглянулось, и я решил немного его обустроить для своего комфорта. Сейчас Шинья находился в лежачем положении на сконструированной им площадке, которая была собрана из более-менее пригодных материалов. В руках покоилось его проклятое оружие, что имело вид старинной и немного странноватой винтовки времен Второй мировой войны. По ее стволу пробегало множество крупных зеленоватых прожилок, которые в такт сердцебиения Шиньи порою то ярко вспыхивали, то и вовсе гасли. Взгляд кристально-чистых голубых глаз был обращен в сторону небольшой группы зданий, которые находились на довольно приличном расстоянии от него. Обычно в таких ситуациях человеческий глаз вряд ли бы смог что-нибудь рассмотреть или хотя бы кого-нибудь заметить, ведь его поле зрения, а также дальность были весьма ограничены. Поэтому на помощь парню пришло проклятие Кидзу, которое позволило обострить все пять чувств Шиньи. И как только зрение беловолосого парня мгновенно улучшилось, его взор пал на одно довольно неприметное и потрепанное здание. Внешне оно ничем не отличалось от остальных не менее разрушенных и едва уцелевших собратьев, ведь последствия апокалипсиса везде были одинаковы. Вот только для Шиньи само это здание не имело какой-либо ценности или важности, в то время как находящаяся внутри него группа была куда занятнее. Это были вампиры. Довольно большая группа, которой в этом месте быть не должно. По крайней мере, именно в таких количествах. Но, как и ожидалось, разведданные оказались точными и в этом месте они действительно смогли отыскать их. Множество из них были простыми рядовыми солдатами, которые не имели никакого значения или же ценности для Шиньи. Но вот пара других целей, внешний вид которых явно отличался от остальных кровопийц, были куда значимее. Даже невооруженным взглядом было видно, что это были аристократы. И в данный момент, как заметил Шинья, они что-то очень бурно и нервно обсуждали, временами то скалясь друг на друга, почти что переходя на крик, то и вовсе умолкали, не в силах прийти к общему решению. Впрочем, для самого Шиньи такой расклад был только на руку. Всего в этом зверинце он смог насчитать около двадцати пяти обычных кровососов, не считая еще двух аристократов. — Томоко. — Да, господин Шинья. — Боже… — с вялой улыбкой произнес парень, не отрывая взгляда от цели. — Я же просил звать меня по имени, верно? — Но ваш статус не позволяет мне, как вашей слуге, обращаться к своему господину по имени. Это непочтительно и не уважительно не только к вам, господин Шинья, но и ко всему роду Хиираги. — Роду Хиираги, да? — уже тише произнес Шинья. Род Хиираги… Главенствующая и самая влиятельная организация, что на данный момент правила остатками человечества в Японии. Можно было даже сказать, что в глазах обычных людей Хиираги выглядели, скорее, как боги, нежели обычные люди. Наделенные невероятным могуществом и властью, они могли решать судьбы тысячи, нет, даже десятка тысяч людей. И он, как один из ее наследников, также имел огромную силу, власть и влияние среди остальных выживших людей. Вот только для самого парня все это было сродни ужасному проклятию, от которого не было спасения. Оно, подобно тяжелым и прочным оковам, давно сковало его, лишив свободы и собственной воли. И все это благодаря роду Хиираги, который парень презирал и ненавидел всей душой.

***

Еще с раннего детства Шинья весьма сильно выделялся среди прочих сверстников. Отличное здоровье, хорошая выносливостью, а также развитый ум и превосходная память. Благодаря всем этим качествам беловолосый мальчик всегда был впереди остальных, за что многие воспитатели очень хорошо о нем отзывались и часто хвалили его за различные заслуги и успехи. И каждый раз ребенок старался все больше и больше, дабы оправдать возложенные на него надежды. Будь то спорт, музыка, наука или же творчество. Каждый раз он стремился только вперед, пытаясь стать во всем самым лучшим, даже не подозревая о том, что ждет его впереди. И это время не заставило себя долго ждать… Мальчик был сильно шокирован, когда ему сообщили, что сам род Хиираги обратил на него свое внимание. Возможно, тогда в это и было трудно поверить. Скорее, это было похоже на несбыточный сон, нежели правду. Чтобы такая влиятельная и могущественная семья, как Хиираги, обратили свое внимание на какого-то никчемного мальчишку? Абсурд, да и только… Впрочем, позже он все же смог узнать, зачем именно они прибыли. Оказалось, что его выбрали для одной единственной и конкретной цели — поиск нового наследника для великой и могущественной семьи. Он прекрасно помнил, как тогда множество взрослых лукаво ему улыбались и без конца хвалили его, утверждая, что Шинья должен был гордиться тем, что именно его выбрали среди множества других кандидатов для этой благородной и, как казалось тогда, важной цели. Он помнил, как все они льстили ему, тем самым пытаясь задобрить его и оставить о себе хорошее впечатление на те времена, когда он сможет стать одним из «них». Так сказать, инвестиции на будущее, не более. Вот только сам ребенок в тот момент не испытывал этой, так называемой, «гордости», о которой все ему так уверенно твердили. Его собственная семья отказалась от него, стоило только роду Хиираги предложить за него высокое положение и довольно крупную сумму денег. Родители, которых он так сильно любил и ради которых так упорно старался, бросили его. Они продали его, словно для них он был не более, чем «товар», за который можно было выручить неплохую сумму. Вся их любовь и доброта, нежность и забота, которая, казалось, была для него так важна и необходима, оказались лишь одной сплошной иллюзией. И стоило только этой иллюзии исчезнуть, как все это, вроде бы столь драгоценное и важное, обратилось в ничто. Стало лишь болезненным напоминанием о том, что даже собственная семья могла от тебя отказаться за пару денежных купюр и высокое положение. Что он мог тогда испытывать? Гордость? Радость? Лишь боль… Лишь одну жгучую и невыносимую боль, от которой все его сердце сжималось и рвалось на тысячи мелких кусочков. И все, что ему тогда оставалось — лишь смириться и ожидать свою дальнейшую участь. Убьют ли его? Или просто выбросят? Или, быть может, используют как расходный материал? Все эти вопросы продолжали терзать его и порождать в нем лишь сомнения и страхи перед грядущим. Вот только Шинья не собирался так просто сдаваться и умирать. Он выживет… Выживет во что бы то ни стало… К его удивлению, не он один был выбран на роль кандидата в наследники. Множество таких же особенных и перспективных детей, как и он сам, также были выбраны для того, чтобы стать будущим наследником рода Хиираги. Каждый ребенок был по-своему уникален и неповторим: кто-то имел задатки в заклинательном искусстве, кто-то обладал хорошим умом и памятью, а кто-то и вовсе был хорошо развит физически, отлично справляясь с физическими упражнениями и побеждая в спаррингах. Впрочем, это не помешало детям со временем познакомиться друг с другом поближе и постепенно наладить хорошую и крепкую дружбу. Возможно, именно это время и было для всех самым веселым и радостным, подобно глотку свежего воздуха в черном и безжизненном месте. Вот только дружба не могла длиться вечно... Постепенно испытания становились все сложнее, а критерии отбора кандидата каждый раз лишь ужесточались. Многие дети были не в силах справиться с невероятными физическими нагрузками и другими различными испытаниями, поэтому они попросту ломались и погибали. Тех же, кто каким-то чудесным образом сумел выжить, ждала не менее суровая участь, ведь их «тренировки» становились в десятки раз тяжелее и суровее. И так раз за разом… Если кто-то не мог справиться с поставленной задачей, то от него просто-напросто избавлялись, словно от ненужного и бесполезного мусора. Никого не волновала судьба бесполезного ребенка, который был лишь расходным материалом. Поэтому, чтобы выжить, детям приходилось выкладываться на полную, выжимая из себя все, до последней капли. Лишь отбросив всю свою человечность и эмоции, они могли продолжать двигаться вперед. Они лгали, предавали и убивали… Не имело значения, кто именно это был: незнакомец, которого они впервые видели, или же любимый и самый дорогой им человек. Они шли на это без тени сомнения и сожаления, ведь никто из них не хотел быть «устранен». Затем, чтобы ускорить процесс отбора кандидата, их тренировки стали столь ужасающими, что в конечном итоге все превратилось в бойню на выживание. Лишь одному-единственному ребенку было суждено выжить и добраться до конечной цели. Они сражались... Сражались, даже если им приходилось убивать близкого друга, с которым они росли бок о бок многие годы. Гнев… Печаль… Обида… Ненависть… И среди огромного количества детей, что были выбраны для, казалось бы, великой и благородной цели, выжил лишь один-единственный ребенок. Беловолосый десятилетний мальчик, которому посчастливилось пережить ад на земле. Он выжил… Сумел добиться цели, ради которой было собрано столько невинных душ, которыми, в конце концов, просто воспользовались и выбросили, как ненужный и бесполезный мусор. Он стал наследником самой могущественной и сильнейшей организации во всей Японии. Он стал одним из Хиираги. Стал богом в лице обычных людей. Вот только вместо радости и счастья он испытывал лишь гнев и ярость. Злость и ненависть к роду Хиираги.

***

Порою ему казалось, что все это походило лишь на долгий и мучительный сон. Что стоило ему только закрыть глаза — и все это исчезнет, а он снова сможет проснуться в своей теплой и мягкой кровати. Вот только он прекрасно знал, что все это было лишь простым самообманом. Лишь его бесполезными и никчемными надеждами, которым никогда не суждено было сбыться. Возможно, для него уже не было иного пути… Но позже он смог найти спасение в виде одного немного мрачного и неразговорчивого парня, которого звали Гуреном. Всего одна-единственная встреча смогла изменить всю его жизнь. Привнести в нее, казалось бы, толику жизни и веселья, крупицу жизни и надежды, а также дать ему то, что он так давно потерял и не надеялся более вернуть обратно. Это было странным... Человека, которого все презирали и ненавидели, избивали и считали лишь мусором и отбросом, Шинья посчитал интересным и забавным. Было ли это интересом или чем-то иным? Было сложно ответить. Возможно, он смог увидеть в этом парне нечто похожее. Нечто, что объединяло двух людей в давно прогнившем и жестоком мире. И, как ни странно, между ребятами завязалась довольно странная, но все же крепкая дружба, которой Шинья был очень рад. Возможно, он и сейчас хотел избавиться от всех этих статусов и привилегий, что были возложены на него родом Хиираги, и стать для этой девушки обычным другом. Вот только сколько бы он не пытался, Томоко категорически была против этого. По своему характеру Томоко была сдержанной и весьма серьезной девушкой, но в то же время она выделялась среди прочих людей дисциплинированностью, сильной волей и невероятной преданностью, что было огромной редкостью в их время. Возможно, со стороны она и могла показаться холодной и бессердечной, но это была лишь ее внешняя оболочка, которую видел человек, которому хоть раз удавалось с ней заговорить или просто увидеть ее. В обычной же обстановке она была такой же обыкновенной девушкой, как и все остальные. Впрочем, назвать ее «обыкновенной» вряд ли бы получилось... В свои девятнадцать лет Томоко успела сильно отличиться среди многих солдат в имперской демонической армии, став одной из самых выдающихся офицеров и сумев дослужиться в столь юном возрасте до звания капитана. К тому же ее навыки в колдовстве и познания в обращении с проклятым оружием также ставили ее на несколько уровней выше, нежели других, равных ей по званию офицеров. Именно благодаря всем этим заслугам и навыкам главенствующий род Хиираги и обратил на нее свое внимание, а впоследствии сделал Томоко слугой одного из своих наследников, которым, в конечном итоге, и оказался Шинья. Впрочем, всему этому был обязан никто иной, как Курето, который и смог рассмотреть довольно неплохой потенциал в юной девушке. — Итак, — начал Хиираги, отрываясь от своих воспоминаний, — кто именно из этих аристократов наша цель? — Тот, что справа, — ответила девушка. В ее руках находилась сероватая папка, в которой содержалась вся необходимая им информация о цели. — Имя: Айзель Байрати. Ранг: тринадцатый. В подчинении около пятнадцати вампиров. Приоритет: высокий. Второй: Фредерик Изфирий Фон Терфич. Ранг: пятнадцатый. В подчинении около десяти вампиров. Приоритет: средний. — Ясненько. — Как только вы будете готовы, отряды под командованием Акисы незамедлительно атакуют их, в то время как мы окажем им поддержку с дальней позиции. — Вижу, ты уже все спланировала заранее… — Это одна из моих задач, как вашей слуги. Вы чем-то недовольны? — Нет, что ты! — с улыбкой ответил Шинья. — Все просто замечательно. Вот бы еще устранить нашу цель… Дыхание парня стало ровным и плавным. Руки с силой сжали винтовку, а внимание полностью сконцентрировалось на цели. Мгновение — и курок был спущен, позволяя его демону вырваться на свободу и устремиться к будущей цели. Крупный синеватый снаряд мгновенно устремился в сторону здания, постепенно разделившись на три отдельные части, которые впоследствии и приняли форму трех белоснежных тигров. Они на огромной скорости ворвались в здание, снося на своем пути абсолютно все преграды, будь то бетонные стены или же шокированные вампиры, которые явно не ожидали внезапного нападения людей. От довольно мощного взрыва, который устроил демон Шиньи, во все стороны разлетелись крупные куски здания со всей находящейся там мебелью. Также местами были видны оторванные и окровавленные конечности вампиров, которым не посчастливилось избежать прямого попадания. Через несколько минут пыль от взрыва смогла улечься, тем самым позволяя снайперу оценить проделанную им работу. Конечно, его выстрел был довольно-таки точным и весьма разрушительным, так как ему удалось устранить не менее пяти обычных вампиров. И это уже не говоря о раненых, которых также было немало. Но вот саму цель, к сожалению, ему уничтожить не удалось. — Какой же он шустрый. — улыбаясь, произнес Шинья, при этом пожав плечами. — Хотя-я-я… — он сморщился, — его другу явно повезло меньше. Хоть целью и был аристократ более высокого ранга, под снаряды угодил другой вампир из знати, которым и прикрылся тринадцатый основатель. Впрочем, это даже не удивило парня. Ведь именно такой исход и был вполне очевиден. Вампиров редко заботили жизни своих сородичей. Для них такие понятия, как «товарищество» или «дружба», и вовсе были чужды и давно забыты в веках. Конечно, они могли действовать слаженно и скоординированно под командованием знати, но вот в случае серьезной опасности они без угрызений совести и при первой удачной возможности могли пожертвовать рядом стоящим собратом, лишь бы сохранить свою шкуру. — Впрочем, все вышло так, как мы и планировали, — отметила Томоко, в руках которой успела материализоваться винтовка. — Остается лишь разобраться с остатками и тринадцатым аристократом.

***

Прошло несколько часов после начатой ранее операции. К счастью, потерь среди людей не было. Лишь несколько раненых, чего нельзя было сказать о вампирах, которых полностью разгромили. К тому же им удалось захватить живьем аристократа, что вообще казалось чудом! Впрочем, ранг этого кровососа из знати не был таким уж высоким, но даже так — это стоило больших усилий и времени. Не многие офицеры за всю свою службу могли похвастаться тем, что брали аристократа живьем. — Братец Ш-и-и-инья! — внимание парня было привлечено довольно громким и веселым женским голосом. Это была Акиса Тода — девушка, которая также входила в его отряд как одна из слуг, приставленная к нему родом Хиираги. Внешне она была довольно-таки красивой и привлекательной: приятные и слегка островатые черты лица, зеленоватые, как драгоценные и ярчайшие изумруды, глаза всегда были веселыми и жизнерадостными, а ее длинные волосы цвета темного шоколада были скреплены в один высокий хвост. Также стоило отметить и фигуру девушки, которая была довольно спортивной и весьма стройной. Впрочем, она вряд ли могла посоперничать в этом плане с Томоко. Скорее, до нее ей было, как до луны пешком, как любила выражаться сама девушка. Но даже так Акиса была по-своему уникальна и неповторима, а уж ее характер и вовсе можно было назвать «взрывным». В свои семнадцать лет она была столь энергичной и озорной, что по своему поведению больше всего напоминала парня, нежели девушку. Да и ее постоянные стычки с противоположным полом, инициаторами которых, что очень всех удивляло, и становилась Акиса, также выставляли ее не в самом лучшем свете. Хотя, в основном именно она и выходила из них победителем, за что и получила прозвище «безбашенная пацанка», которое жутко бесило девушку. Никто толком не знал, зачем именно Акиса постоянно встревала в драку. Казалось бы, ей, как представительнице слабого пола, стоило вести себя чуть более деликатно, женственно и элегантно, а не звать первого попавшегося на глаза парня со словами: «Пойдем, смахнемся?!» Впрочем, утихомирить этого «миленького чертенка», как ласково любил называть девушку Шинья, могла лишь Томоко, которая являлась ее наставником и учителем. — А, это ты, Акиса? — успел заметить ее Шинья. — Вижу, ты как всегда полна энергии. — Ага! — радостно ответила девушка, показав ему символ «мира» пальцами с довольно широкой улыбкой на лице. — Как там остальные? — Они в норме. Есть несколько тяжелораненых, но их состояние сейчас стабилизировалось. Думаю, что их жизни сейчас ничего не угрожает. Что же остальные… — Она на мгновение задумалась, приложив пальцы к подбородку. — Насколько я знаю, большинство отделалось лишь легкими ранениями, так что и с ними тоже все в порядке! — Это очень хорошо. А где Томоко? — Она допрашивает пойманного аристократа. — Девушка указала на небольшой домик в отдалении. — Вроде как пытается достать из него важные сведенья. — Затем, сложив руки на груди и фыркнув, словно недовольный ребенок, у которого отобрали конфету, она продолжила: — Вот всегда она берется за самую интересную работу, а меня прогоняет! — Она снова не разрешила тебе участвовать в допросе? — улыбнувшись, спросил Шинья. В ответ же Акиса лишь сердито кивнула. — Это так на нее похоже. — Я же не маленькая девочка, за которой нужно присматривать все время! Я тоже могу справиться с этой работой! Так почему она вечно меня прогоняет?! — Думаю, что таким способом она пытается о тебе позаботиться. — сказал Шинья, погладив по голове обиженную девушку. — Так что не стоит на это злиться. — Хорошо. — с недовольством произнесла Акиса, успев надуть щеки. — Тогда пойду готовиться к сбору. Ведь ничего другого мне и не остается… — Хорошо. Теперь Шинья направился в сторону небольшого домика, который в тот момент был местом заключения аристократа. Впрочем, глядя на это здание, которое выглядело весьма плачевно и, казалось, могло в любой момент вот-вот обрушиться, вряд ли бы кому в голову пришло, что в «таком» месте могли держать аристократа. Скорее, это больше походило на шутку, нежели правду. Вот только здешние условия явно намекали на то, что выбора у них, как такового, не было, так что жаловаться на это было попросту глупо. Да и держали они в этом месте вампира, а не человека. Приближаясь к зданию, слух парня успел уловить довольно пронзительный мужской крик. — Боже… — уставшим голосом произнес Хиираги с весьма вялой улыбкой на лице. — Опять она усердствует. Дверь медленно сдвинулась с места, при этом успев издать протяжный и довольно противный скрип. Шинья быстро шагнул внутрь, где и смог обнаружить свою подчиненную, а также весьма потрепанного и израненного вампира. Внешне аристократ выглядел лет на тридцать пять. Довольно высокий, он был примерно одного роста с Шиньей, но вот его фигура была куда тоньше, чем у самого Хиираги. Можно было даже с уверенностью сказать, что этот человек и в правду был из высшего благородного общества, раз выглядел так хрупко и слабо на первый взгляд. Лицо вампира имело европейские и довольно приятные, чуть округлые черты, а волосы цвета бланда отличались средней длинной и были слегка кудрявы. Одет он был в довольно роскошные и дорогие одежды, которые, на удивление Шиньи, очень шли ему: белоснежный европейский фрак с темным, казалось бы, лишнем в этом костюме, галстуком, отдавал прошлым веком, как и сероватые брюки с парой темных туфель. Словно бы весь его образ походил на какого-нибудь герцога или принц из старинной и давно забытой сказки. — Как проходит допрос? Надеюсь он уже успел обо всем тебе рассказать, иначе, боюсь, долго он не протянет. — как бы с сочувствием произнес беловолосый парень, взглянув на вампира. — Я только что закончила с допросом. Томоко подошла к небольшому деревянному столику, на котором хранился довольно разнообразный ассортимент всевозможных орудий для пыток: начиная со скальпеля и хирургических приборов для тонкой работы, и заканчивая инъекциями, в которых содержалось проклятие Кидзу. Быстрым движением она сняла с рук окровавленные перчатки и отбросила их на стол, а затем направилась к своему господину. — Большинство сведений, что мне удалось достать из него, уже известны нам. Лишь небольшая часть, что он сообщил, была новой для меня, поэтому я позже предоставлю вам их в отчете. — она на мгновение бросила довольно холодный и недоверчивый взгляд на вампира, а затем, словно бы колеблясь, все же решилась продолжить: — Впрочем, он также утверждает о том, что у него есть еще некая важная информация, но говорить он будет только с вами, господин Шинья. Взгляд голубых глаз пал на фигуру измотанного вампира, который с трудом мог дышать. Все его тело было скованно множеством цепей, на которых было полным-полно всевозможных и самых разнообразных сдерживающих заклинаний. Также не обошлось и без инъекций, в которых содержалось проклятие Кидзу. Для вампиров оно было сродни смертельному яду, который лишал их как сил, так и возможности регенерировать. И, судя по тому, что из свежих ран медленно и не спеша струился тускловатый темный дым, становилось понятно, что проклятие с этой работой справлялось довольно успешно. Обычно в таких безвыходных ситуациях многие аристократы рано или поздно попросту ломались. Если перенести физические увечья и адскую боль все еще можно было, как и лишиться нескольких конечностей, то пережить голод было невозможно. Особенно если вампира долгое время держали взаперти без какой-либо возможности утолить его вечную жажду. Жажду, которая заставляла их рассудок сокрушаться и разрываться от невыносимой и ужасающей ломки. Жажду, которая в конце концов и ломала бессмертное создание. — Значит, у тебя все еще осталось что-то ценное? — Шинья обратился к вампиру, который успел нервно вздрогнуть, а затем, с трудом, поднять голову. — Я думал, что Томоко уже успела все вытащить из тебя, пока вы были наедине. Видимо, ты куда крепче, чем кажешься. — Кхах… — аристократ успел сплюнуть крупный сгусток кровь, что успел подойти к горлу, а затем гневно оскалился. — Чертовы людишки… — Это все? — Сделка… — прозвучал сдавленный голос, в то время, как вампир склонил голову, не в силах более ее удержать. — Я предлагаю сделку… — Сделку, значит. — с явным интересом в голосе произнес Шинья. — И что же ты хочешь взамен? — Свободу… — Это не тебе решать! — прозвучал стальной и одновременно холодный голос Томоко, но поднятая рука Хиираги мгновенно заставила ее умолкнуть. — Интересно. — произнес с улыбкой Шинья, скрестив руки на груди. — Если то, что ты мне сообщишь — действительно окажется ценным и, что очень важно, полезным, то я подумаю над твоим предложением. — Думаю, ты будешь очень доволен… Вот только… — взгляд ярко алых глаз пал на фиолетоволосую девушку, что все время находилась подле своего господина. Шинья лишь вздохнул, а затем не спеша обернулся к Томоко. Девушка же мгновенно запротестовала: — Я против того, чтобы вы оставались с этим чудовищем наедине! — ее реакция была вполне ожидаемой, на что Хиираги лишь в очередной раз улыбнулся. — Все в порядке. Думаю, со мной вряд ли что-то случиться, если тебя не будет рядом несколько минут. — Вы не можете знать этого наверняка! А вдруг это ловушка? — Даже если он решит бежать, — беловолосый кивком указал на вампира. — то в его нынешнем состоянии далеко он все равно не уйдет. Даже вырваться из этих цепей для него будет большим достижением, не говоря уже о том, чтобы он смог сражаться после всего, что ты с ним сделала. Томоко все еще сомневалась в правильности решения Шиньи, но и отрицать доводы господина было глупостью и грубостью. Поэтому, все еще бросая весьма грозный взгляд на вампира, который был пропитан невероятной угрозой и желанием уничтожить этого кровососа в ту же секунду, она все же решила покинуть здание, оставив парня и аристократа на едине. — Итак, — подол голос Шинья. — раз мы теперь совершенно одни, то можем и поговорить, я прав? — на эти слова кровосос лишь безвольно кивнул. Сам же Хиираги уселся напротив заложника, развернув стул спинкой вперед и облокотившись на нее. — Так какую же важную информацию ты хотел мне предложить в обмен на свою свободу? — Юи… Юичиро… Всего лишь одно единственное слово заставило беловолосого парня мгновенно измениться в лице. Казалось, что вся его недавняя игра, которая явно не уступала профессиональному актеру, исчезла без следа, развалившись на множество мелких кусочков. Руки уже сами потянулись вперед, ухватив вампира за его испачканную кровью униформу. — Вижу, что это имя тебе знакомо, человек… — Говори… — холодный, словно многовековой лед, голос прозвучал без единой эмоции. — Вот только… что я получу взамен? — Зависит от того, что ты сейчас скажешь. На испачканном кровью лице аристократа появилась надменная ухмылка. Один лишь ее вид вызывал у Шиньи дикой отвращение и жгучее желание убить этого вампира на месте, в тоже мгновение. Вот только он нуждался в той информации, что владел вампир, и не мог действовать так необдуманно и в порыве эмоций. — Им заинтересовалась третья основательница… Догадываешься, что ждет этого жалкого человека? — и уловив проблеск эмоций во взгляде беловолосого парня, вампир усмехнулся. — Даже самая темная и глубокая нора не сможет спасти его от участи, что уготовила ему моя несравненная госпожа… — Что вам известно о нем? — Лишь то… что этот человек в скором времени появиться в районе Фукусимы… — Что нужно третей основательнице от Юичиро? — Не знаю… Мне лишь известно то, что Госпожа… отправила отряд на его поимку… — Кто они? Какова их задача? — Схватить человека по имени Юичиро и доставить его в Киото… Остальных убить… Что же до самого отряда… — вампир на мгновение затих, продолжая тяжело дышать. Затем, словно что-то вспомнив, он продолжил: — На сколько мне известно… Госпожа отправила на его поимку свой личный отряд сопровождения… — Имена и ранги? — Кейла Лафари… Десятая основательница… — затем на лице вампира появилась довольно уверенная и надменная улыбка, а его голос наполнился ядовитой уверенностью. — И Медея Лингерсейн… Седьмая основательница… От услышанного Шинья на мгновения потерял дар речи. Это имя… Медея Лингерсейн… Он уже слышал его ранее. А также довольно огромное количество скверных слухов, которые ходили об этой аристократке. — Когда будет организованно нападение? — Этого… я не знаю… — вампир в очередной раз сплюнул кровь. — Ведь того, кто всё мне это сообщил, разорвало на куски… — на лице аристократа появилась усмешка. — Интересно… кто же его убил? Раздался смех... Надменный и полный презренного яда смех звонко звучал в здании, в то время, как Шинья лишь сжимал кулаки от переполняемого его гнева и ярости. И причина всему этому был он… Юичиро… С тех пор, как Курето увез из особняка зеленоглазого мальчика, о нем до сих пор не было каких-либо вестей или же слухов. Конечно же, Шинья прекрасно знал, что дальнейшим воспитание Юичиро занялся самолично Тенри, и какое-то время он еще мог навещать его, а также обучать навыкам ведения штыкового боя и стрельбе. Вот только затем не только Шинье, но и Курето запретили связываться и контактировать с мальчишкой. Никто толком не знал, что тогда случилось с ним и был ли он жив вообще. Впоследствии даже вся возможная информация о мальчишке была столь плотно засекречена, что даже наследники семьи Хиираги не имели к ней никакого доступа. Даже Курето, который был главным кандидатом на роль будущего главы рода Хиираги и являющийся самым ближайшим из всех наследников к их отцу, Тенри, ничего не знал об Юичиро. Казалось, что все упоминания об этом мальчишке попросту стерли и уничтожили. Словно бы его никогда и не было. И теперь, в этот самый момент, Шинья смог узнать хоть что-то. И из того, что ему сообщили, было известно лишь одно: Юичиро был жив и в скором времени объявится в районе Фукусимы. — Думаю… Ты уже успел догадаться, человек… — сдавленный и ослабленный голос вампира привлек его внимание. — Ведь о вашем нападении на аристократов уже давно известно… Так что знать из Фукусимы уже все знает и полностью готова к вашему нападению… К тому же… — на лице вампира появилась надменная и уверенная улыбка. — В скором времени туда прибудут дополнительные силы… — Кто они и сколько их будет? — прозвучал довольно холодный и бесстрастный голос беловолосого парня. — Этого я не знаю… — вампир несколько раз кашлянул, а затем сплюнул сгусток крови. — При убитом аристократе должна быть книга, в которой может находиться дополнительная информация о других аристократах... а также об этом человеке… — уголки его губ слегка изогнулись. — Думаю, этого вполне хватит, чтобы… Внезапный выстрел заставил вампира умолкнуть навсегда. Через мгновение все его тело вспыхнуло ярким синим пламенем, постепенно обращая тело аристократа в кучку серого пепла. Лишь белоснежные одеяния, что были испачканы кровью и местами имели дыры от ножа и других приборов, были единственным упоминанием о некогда опасном чудовище. Взгляд Шиньи переместился на стол, где покоилась та самая книга, о которой недавно говорил умерший аристократ. Хиираги решил взглянуть на эти записи. Возможно, он сможет узнать еще что-то, что могло бы помочь ему в этом деле. В руки мгновенно попала довольно увесистая и толстая книга. Вся потрепанная и покрытая пылью, на ней имелся довольно странный символ в виде растущей луны, с которой срывались капли алой крови, а ее переплет и вовсе был выполнен из человеческой кожи. Расстегнув застежку, он перелистнул несколько страниц, пробегая глазами по каждой строке, пытаясь разузнать как можно больше информации. — «Четырнадцатое августа от календаря вампиров. Цель: сбор людей….» Одно движение, и теперь перед глазами была другая страница. — «Шестнадцатое августа от календаря вампиров. Цель: защита скота от нападения всадников апокалипсиса…» И снова не то. — «Восемнадцатое августа от календаря вампиров. Цель: сбор людей для преподношения третьей основательницы, Александрины Бастейн…» — Шинья остановился, а затем стал вчитываться. — «В этот день было выделено несколько отрядов для добычи скота. Во время задания отряды под командованием Лакуса Вельта и Рене Симма смогли избавиться от трех отрядов истребителей вампиров, а также взять несколько военнопленных. После пыток стало известно, что в скором времени алчный скот намеревается совершить очередное нападение на аристократов, поэтому было принято решение увеличить количество охраны…» Пролистнув еще пару страниц, его внимание привлекла одна фраза. — «… ищейкам удалось выйти на след человека, под именем Юичиро Хякуя, далее именуемого, как «объект». По полученным данным, «объект» обладает уникальными навыками и способностями, которыми заинтересовалась третья основательница, Александрина Бастейн. Дальнейшее изучение данных также подтвердили ценность «объекта», поэтому приоритет по взятию «объекта» живьем был повышен до «высокого». Также по решению третьей основательницы, всю дальнейшую полученную информацию было решено передать седьмому основателю, Фериду Батори, для дальнейшего поиска и поимки «объекта». Дальнейшие вмешательства в это дело были приостановлены, а также отмечены грифом «секретно»…» К сожалению, дальнейшие поиски информации не дали никакого результата. Все данные были либо слишком расплывчатыми, либо вообще не имели никакой связи с Юу. К тому же большинство информации было лишь о проведенных вампирами делах в Токио, о большинстве которых люди и так уже были в курсе, поэтому Шинья прекратил дальнейшие поиски зацепок или возможных слухов. Все ровно он ничего не смог бы откопать, сколько бы сил не приложил. Но даже так, получить хоть «что-то» у него все же получилось. Немного задумавшись, он быстро вырвал пару страниц из книги, которые незамедлительно убрал во внутренний корман мундира. Возможно, такую выходку можно было посчитать глупой, но Шинья не намеривался позволить информации об Юу достичь верхушки. Особенно Курето. Что-то подсказывало ему, что это к ничему хорошему явно не приведет. — Боже… — со вздохом произнес Шинья. — В какие же неприятности он опять вляпался… — Вы что-то сказали, господин Шинья? — прозвучал уже знакомый голос Томоко, на что Хиираги лишь вяло улыбнулся. — Лишь мысли в слух и ничего более. — ответил Шинья, закрыв книгу и незамедлительно передав ее Томоко. — По словам этого вампира, в этой книге может быть довольно ценная информация. — Он сообщил вам что-нибудь важное? — Почти ничего толкового. — отмахнулся Шинья. — Лишь то, что нам уже было известно. — Понятно. Томоко взглянула на книгу, внешний вид которой был довольно жутким и уродливым. Лишь от одного ее вида становилось не по себе, да и любая другая девушка на ее месте уже давно бы отбросила от себя этот «ужас». Вот только для Томоко такие «незначительные препятствия», как она их называла, были лишь глупостью. — Я как следует изучу ее. Возможно, мне удастся что-нибудь вытащить из нее. — Надеюсь на тебя. — С этими словами Хиираги покинул небольшой домик, оказавшись на улице. С наружи было довольно оживленно. Впрочем, несколько отрядов истребителей вампиров вряд ли можно было назвать «оживлением». Хотя даже такое количество людей в пустынном и мертвом городе уже можно было назвать редкостью. В данный момент отряды «лунного демона», что были под его прямым подчинением, вели сборы, готовясь отправиться во временную базу, которая находилась неподалеку от этого места. К тому же их задание было выполнено, так что вряд ли их уже могло что-то удержать в этом довольно мрачном и недружелюбном месте. — Генерал-лейтенант! — внезапный голос окликнул Шинью. Им оказался молодой парнишка лет девятнадцати, который незамедлительно отдал честь старшему по званию. — Все приготовления готовы и мы можем отправляться. Ждем ваших указаний! — Думаю, нам не стоит задерживаться здесь, так что можем отправляться. — Так точно!

***

Прошло несколько чесов с тех пор, как Шинья и остальные отряды прибыли во временную базу. Так как основная задача была выполнена, Хиираги отдал довольно простой приказ, который пришелся всем по вкусу. Впрочем, суть его была довольно проста и описать ее можно было в двух словах — отдыхайте и бездельничайте. Сам же Шинья находился во временном кабинете, который был оборудован специально для него. Комната была довольно просторной и вряд ли могла чем-нибудь выделиться. Скорее, ее можно было назвать вполне себе обычной и непримечательной. Те же серые и безжизненные стены, на которых было несколько давно выцветших картин. Те же деревянные стеллажи с огромным количеством книг и всевозможной информации, которые вряд ли имели для беловолосого парня хоть какую-нибудь ценность или важность. Также на потолке имелась и одиноко висящая золотистая люстра, что бросала тусклые и холодные лучи света по всей комнате. Не обошлось и без граммофона, из трубы которого разносилась приятная и веселая мелодия джаза, отгоняя прочь от беловолосого мертвую и давящую тишину. Восседая на стуле и опершись на его спинку, Хиираги внимательно вчитывался в отчет, который Томоко предоставила ему. Полученные сведенья оказались довольно ценными и невероятно полезными, так как в них была весьма подробная информация о многих аристократах, включая места их обитания и количество охраны при них. Конечно, в отчете было полно и другой всевозможной информации, вот только она не имела для Шинья большого интереса. — Думаю, на сегодня с работой покончено. — произнес уставшим голосом Шинья, откинув отчет в стопку, где находилось еще несколько таких же, с которыми он справился ранее. Раз с работой было покончено, Хиираги решил подкрепиться, да и к тому же немного развеяться. Покинув кабинет, он первым делом направился в столовую, по пути раздумывая, чем бы ему подкрепиться на этот раз. В голове было полно всевозможных вариантов, каждый из которых был по-своему притягателен и не менее аппетитен. Впрочем, долго думать над этим вопросом ему не пришлось, так как через несколько минут перед глазами уже раскинулся довольно большой зал, в котором множество солдат охотно уплетали свежую еду, временами весело смеясь над очередной шуткой товарища. Довольно простая и приятная атмосфера, что царила вокруг, была подобно столь необходимому душе лекарству. Даже просто наблюдая за солдатами, он ощущал некое спокойствие и умиротворение, а на душе становилось теплее. Бегло окинув взглядом зал, Шинья сумел обнаружить очередь, в которой множество людей пытались убить время беседой, пока не подходил их черед делать заказ. Хиираги также решил встать в очередь, как и все остальные солдаты. Возможно, со стороны могло показаться, что он, как вышестоящий офицер, поступал довольно глупо, учитывая, кем он был на самом деле и какой властью обладал. Даже одного его слова хватило бы, чтобы в ту же секунду избавить себя от ожидания. Впрочем, делать этого он не стал. Причина же была в том, что Шинья не любил пользоваться своей властью и статусом для столь банальных и бесполезных причин. Хотя, он вообще не любил власть и статус, которыми обладал. Все эти подлые интриги, грязные игры за власть и предательства на каждом шагу, на которые он насмотрелся за все время после становления наследником рода Хиираги, вызывали у него лишь острую неприязнь и отвращение. Вот только избавиться от всей этой «грязи», как называл ее Шинья, было невозможно. Впрочем, простоял он не слишком долго и теперь подошла его очередь делать заказ. Взгляд голубых глаз сразу же пробежался по столь огромному разнообразию аппетитной еды, от одного вида которой мгновенно заурчало в животе. Каждое блюдо было по-своему привлекательно, и имело свой уникальный и неповторимый вкус и аромат. Вот только внимание парня пало на одиноко стоящее карри в дальнем правом углу. Одного его вида хватило, чтобы на лице Хиираги появилась теплая улыбка, а перед глазами возникли приятные и веселые воспоминания из прошлого. И этого вполне хватило, чтобы выбор Шиньи остановился именно на этом карри, которое он дополнил свежим и охлажденным апельсиновым соком. Приняв поднос с заказом и поблагодарив повара, он обернулся, чтобы найти свободный столик. И, окинув зал взглядом, ему попалась пара одиноких девушек, что обедали в отдалении от остальных солдат. Впрочем, это было не так уж и удивительно, учитывая то, что они были весьма известны своей силой и опытом, а также тем, что находились в прямом подчинении одного из наследников главенствующего рода Хиираги. Так что не многие смельчаки решались пофлиртовать с этими «невероятными» красотками. — О! — Мгновенно оживилась Акиса, заметив приближение Шиньи. — Братец Ши-и-инья! Мы тут! Сюда-сюда! — Сколько раз я тебе говорила, Акиса! — сурово произнесла Томоко, недовольная поведением своего кохая и успев отвесить ей подзатыльник. — Нельзя называть господина Шинью «братцом». — Бу-у-у-у… — схватившись за голову с обидой протянула шатенка. — Ладно тебе, Томоко. — с улыбкой сказал Шинья, усаживаясь за стол. — Я не против того, если Акиса будет звать меня «братцом». — Видишь? — мгновенно подключилась шатенка. — Он не против. — Да и тебе хватит уже называть меня «господином». — Я не могу этого допустить. — мгновенно парировала весьма серьезная девушка. — Моя гордость, как вашей слуги, не допустит этого. — затем ее суровый и весьма грозный взгляд пал на Акису. — Это и тебя касается, Акиса. Ты, как слуга господина Шиньи, должна проявлять больше уважения и почтения! — Ага-а-а… — недовольно протянула Тодо, начав уплетать свою порцию еды. — Боже... — с усталой улыбкой произнес Хиираги, указывая на девушку ложкой. — Если ты и дальше будешь такой серьезной, Томоко, то так и не сможешь найти себе парня. — Вот-вот, сестрица! — мгновенно подключилась Акиса. — Ты так и останешься девственницей! — Ч-ч-чего!? — мгновенно вскрикнула Томоко, успев изрядно покраснеть. — К-к-как это вообще связано!? И к тому же ты тоже еще девственница! — и как только она произнесла это, то, казалось, на мгновение застыла, напоминая высеченную из гранита статую. А затем, как только в голове Томоко со скрежетом возникли первые догадки на этот счет, то в тот же момент ее лицо исказилось от удивления и шока. — Или… я ч-чего-то не знаю? — Хм! — гордо выпятив грудь, начала Акиса. — В отличии от сестрицы, я уже не та маленькая девочка, которой была раньше! К тому же… — и выдержав небольшую паузу, чтобы как следует накалить обстановку и добить своего семпая, она выпалила: — У меня даже парень есть! — Н-неужели ты… — Томоко даже рот руками прикрыла, пытаясь справиться со смущением. — уже з-занималась… «этим»? — Что именно ты имела ввиду? — как ни в чем не бывало начала Акиса, отпив чай из кружки, в то время, как фиолетоволосая девушка полностью покраснела от смущения и стыда. — Если ты про поцелуи, то да. Это ведь неотъемлемая часть отношений и любви. Как говорил один мой знакомый друг: «без поцелуев не может быть любви». Впрочем… — она с довольно лукавой улыбкой продолжила: — мы с ним не только поцелуями ограничивались! — Н-н-но тебе же всего семнадцать, Акиса! — почти что переходя на крик произнесла Томоко. — Разве ты можешь поступать так легкомысленно!? — И что? — с недовольством произнесла Тодо, надув губы. — То, что мы с ним вместе делали, это только наше личное дело! — затем, сложив руки на груди и отведя взгляд в сторону, она продолжила: — К тому же у нас с ним все серьезно! Томоко уже была не в силах что-либо на это ответить. Она знала, что за свою жизнь Акиса сама в ответе и только ей решать, что она будет с ней делать и как ей распоряжаться. Но для Томоко она не была посторонним человеком. Скорее, она считала ее глупенькой младшей сестрой и именно поэтому она о ней так волновалась и по-своему пыталась заботиться. — Вот кому и надо стыдиться, так это тебе, сестрица! — Акиса даже пальцем указала на ошарашенную девушку. — Тебе уже девятнадцать, а парня у тебя до сих пор нет! — И ч-что с того!? — возразила Томоко, отведя взгляд в сторону и сложив два указательных пальца вместе. — М-м-может быть я еще не нашла того самого. — Ну… — начал с улыбкой Шинья, мирно попивая сок. — В наше время невинные девы весьма популярны, так что у Томоко все еще есть все шансы… — Господин Шинья!!! — Ладно-ладно. — с невинной улыбкой отмахнулся Хиираги. — Де-вст-ви-ни-ца… — с довольно уверенной ухмылкой протянула Акиса, пытаясь посильнее задеть фиолетоволосую девушку, которая едва сдерживала себя от переполняемого ее гнева и смущения. — А-ки-са… — скрепя зубами произнесла Томоко, от которой начала исходить весьма убийственная и смертоносная аура. Казалось, что один единственный взгляд девушки мог мгновенно уничтожить все живое, на что бы он не пал. Впрочем, это ничуть не пугало шатенку. Скорее, это только сильнее разжигало в ней желание еще больше побесить своего извечно серьезного семпая. — Неужели вы с ней согласны, господин Шинья!? — неожиданно обратилась Томоко к беловолосому парню, надеясь на его помощь. — Разве может девушка поступать так легкомысленно и отдавать свой «первый раз» первому встречному!? — Чего!? — мгновенно воскликнула Акиса, которая, видимо, успела догадаться, о чем «именно» говорила Томоко. — О каком еще «первом разе» ты говоришь!? Я еще не спала с ним!!! — Успокойтесь. — с улыбкой произнес Шинья, пытаясь утихомирить двух разгорячившихся девушек. — И по поводу твоего вопроса, Томоко… — Хиираги на мгновение задумался, а затем продолжил: — Я считаю так: если Акиса действительно его любит, то ничего плохого в этом нет. Как она и говорила, все это вполне естественно. — затем его взгляд пал на коричневолосую девушку. — Я лишь надеюсь, что он также тебя любит, Акиса, и не бросит после того, когда «наиграется» с тобой. — Он не такой! — попыталась защитить своего возлюбленного Акиса. — Ну, раз ты в него так веришь, то ладно. Но если он все же бросит тебя… — в этот момент от Хиираги хлынула поистине ужасающая аура, от которой две девушки даже нервно сглотнули. — Я лично позабочусь о том, чтобы он как следует запомнил этот «опыт». После этого разговора дальнейший ужин прошел в абсолютном спокойствии. Лишь отдаленный смех солдат временами нарушал давящую тишину, в которой все находились. Порою Шинья оборачивался, чтобы взглянуть на этих людей, которые весело болтали и беззаботно уплетали еду. Казалось, что сейчас все солдаты были полностью спокойны и расслаблены, словно никакой войны и апокалипсиса и вовсе не было. Вот только Хиираги прекрасно знал, что это была лишь иллюзия. Возможно, в такие беззаботные и мирные деньки люди и могли хоть немного, да расслабиться, вот только такие моменты были столь редкими, что их можно было пересчитать по пальцам одной руки. Каждый испытывал страх… Страх того, что он мог не вернется с очередного задания. Страх того, что его товарищи по отряду могли пасть в бою. Страх того, что близкие и родные им люди могли погибнуть в любой момент или вовсе стать скотом для вампиров. Каждый испытывал страх и по-своему пытался с ним бороться. Без сомнений, и Шинья испытывал страх. Возможно, это могло показаться довольно глупым и забавным. Чтобы один из наследников великой правящей семьи, да испытывал страх? Вот только Шинья был человеком. Обычным смертным, как и все находящиеся в этом зале люди. Он также боялся того, что мог умереть в любой момент. Боялся того, что и его друзья, хоть их и было немного, также могли умереть. Но также он боялся и того, что не сможет спасти жизни своих подчиненных. Ведь многие из этих людей были обычными подростками, которые толком и сражаться-то не умеют. И это уже не говоря о том, что все они совсем недавно закончили школу и военные курсы, толком не насладившись своей юностью. И вместо этого, их отправляют сражаться с чудовищами на передовую, из схваток с которыми большинство так и не возвращаются. Многие семьи ждут своих детей дома, вот только одним прекрасным утром к ним приходит офицер и сообщает им, что их ребенок доблестно сражался и пал во имя человечества. Каждый раз, когда Шинье приходилось сообщать столь ужасные новости семьям погибших, его сердце сжималось и обливалось кровью. Он видел, как родители ребенка падали на колени и начинали рыдать, не в силах выдержать огромной боли. Он видел, как они кричали, почти что срывая свой голос. Он видел, как они отчаивались, каждый раз называя его бездушным чудовищем. И каждый раз они задавали ему одни и те же вопросы, на которые он не мог дать им ответ. «Почему вы не спасли моего ребенка?» «Почему вы дали ему погибнуть?» «Почему?» Что он мог им ответить? Сказать, что он был беспомощен? Сказать, что это война и на ней всегда будут жертвы? Сказать, что вашему ребенку просто не повезло? Что он мог им ответить? Поэтому каждый раз он лишь молча выслушивал их, не в силах что-либо сказать или ответить. Он просто молчал, принимая на себя весь их гнев и ненависть. Возможно, только так Шинья и мог облегчить их боль и страдания. — Господин Шинья? — внезапный голос Томоко отвлек его от раздумий. — Хм? — Вас что-то тревожит? Просто вы выглядели… — Разве? — прервал он Томоко, нацепив на лицо столь беззаботную улыбку, которую только мог, а затем с веселой ноткой в голосе продолжил: — Просто я немного задумался о нашем будущем задании. — Будущем задании? — с удивлением повторила Томоко, глядя на своего господина. — Ага. — произнес Шинья, успев сделать глоток апельсинового сока, а затем продолжил: — Через несколько дней мы выдвигаемся в Фукусиму и окажем поддержку Гурену. Если все сказанное тем вампиром правда, они могут оказаться в ловушке. Да и лишние силы там явно не помешают. — Там ведь и братец Котаро тоже будет!? — мгновенно оживилась Акиса. — Верно. — кивнул с улыбкой Шинья. — Наш крошка, Котаро-кун, все же смог вернуться на передовую, как бы странно это не звучало. Впрочем, я был сильно удивлен решению Гурена выпустить его на поле боя, особенно после того случая. — Котаро… — с некой грустью и болью в голосе произнесла Томоко. — Значит, он все же смог оправиться после того случая? — Увы, этого я не знаю. — пожал плечами Шинья. — Гурен мне ничего толком и не сказал по этому поводу. Стоит лишь надеяться, что так оно и есть. Иначе все может обернуться трагедией, как в прошлый раз. — Шинью даже дрожь взяла, когда он вспомнил довольно мрачные события прошлого. — А повтора тех событий я точно не хотел бы снова увидеть. — Господин Шинья… — неуверенно начала Томоко, все не решаясь продолжить. Затем, поборов свое смущение и набравшись смелости, она смогла продолжить: — К-как… Как он поживает? — Хм-м-м… — с довольно озорной улыбкой протянула Акиса. — Неужели сестрица так сильно волнуется за братца Котаро? — Н-ничего я не волнуюсь о нем! — мгновенно возразила Томоко, успев изрядно покраснеть и отвести взгляд в сторону. — П-просто мне интересно, все ли у него хорошо… — Он в порядке. — успокоил ее Шинья. — Сам я его еще не видел, но Гурен утверждает, что он идет на поправку. К тому же он успел даже друзей завести. — Это братец Котаро-то!? — с удивлением спросила Акиса, не веря в услышанное. — Не верю! — Я тоже был очень удивлен, когда мне сообщил об этом Гурен. — на лице Хиираги появилась невинная улыбка. — Но это чистая правда. К тому же у него в отряде есть две довольно милые девушки, так что тебе стоит поторопиться, Томоко. Может быть его уже соблазнили… — Ч-ч-чего? — мгновенно подскочила Томоко, не сдерживая крика. — О ч-чем вы таком говорите, г-господин Шинья!? Довольно бурная реакция вечно серьезной и собранной Томоко была весьма забавной и не менее милой, как посчитал Шинья. Возможно, именно в такие моменты она и переставала быть простой «слугой» Хиираги, которой она привыкла себя считать и становилась обычной девятнадцатилетней девушкой. Девушкой, которая была влюблена в одного довольно твердолобого и не менее доброго парня. Улыбнувшись, Шинья на мгновение задумался. Конечно, с одной стороны он был рад тому, что этому «сорвиголове» все же удалось завести новых друзей после тех трагических событий, после которых ему очень долго приходилось отходить. К тому же в отряде, куда попал Котаро, находилась Шиноа. Уж она-то точно не даст ему скучать. Да и новости о том, что Котаро постепенно шел на поправку, также не могли не радовать его. Ведь Шинья прекрасно знал о довольно трудном характере этого «ребенка» и о том, каким он мог быть в трудные минуты. Подобных ему людей в этом мире осталось крайне мало. — «По крайней мере четверо.» — подумал Шинья. Вот только столь быстрое решение Гурена отправить парня на поле боя было слишком поспешным. Конечно, из отчетов, что были предоставлены ему Ичиносе ранее, никаких серьезных изменений или отклонений в состоянии Котаро обнаружено не было. Но даже так, это все еще не могло с уверенностью утверждать о том, что его состояние все также останется неизменным. Впрочем, Шинья думал не только об этом. Больше всего его волновало именно то, что Гурен решил взять отряд Шиноа с собой именно в Фукусиму. И если его самые страшные опасения все же окажутся правдой, то все может обернуться куда плачевнее, чем события трехлетней давности.