Коломбо. Новые расследования

      Прислонившись к стене в кабинете шефа полиции, Коломбо делал вид, что внимательно слушает, обращенную к нему речь начальника:       — Я правильно понимаю, что у вас есть два признания в убийстве и ни одно их них вас не устраивает?       — Они признались сами…       — Ну, конечно, для вас явка с повинной не считается доказательством! Как я мог позабыть, что вы должны дойти до всего сами, после упорных поисков, умозаключений или нет, не так — после упорного доведения убийцы до белого каления и всех окружающих в том числе! А тут всего-то двое суток не прошло! — язвительно добавил начальник.       — Дело не в этом. Они признались, но не в убийстве. Я думаю, они — не убийцы. Кто-то хочет представить, чтобы мы, и даже они так думали.       — Теперь вы будете спасать убийц от самих себя? Может быть, вам пора переквалифицироваться в адвокаты? Хотя вряд ли найдется судья, который сможет вас терпеть.       — Нет, сэр.       — Я надеюсь, вы не собираетесь, расследовать еще и несчастный случай?       В ответ на последний, отнюдь не риторический вопрос, по крайней мере, со стороны шефа, лейтенант предпочел промолчать.       — Коломбо, если у вас нет других веских доказательств, мы можем пока в интересах следствия, конечно, не арестовывать мистера Кроули, но офицер полиции должен быть арестован сегодня же!       — Но, сэр…       — Если он невиновен, вы это докажете, если виновен — вряд ли мы сможем это скрыть от прессы, этот позор нужно компенсировать хотя бы быстрой поимкой…

***

      — Лейтенант, — войдя в свой кабинет, он тут же был встречен сержантом Фокс, — вы были правы, что решили проверить эту мисс Хайт.       — Что вы узнали?       — Отпечатки пальцев, что вы взяли, есть в нашей картотеке, они принадлежат Барбаре Филдинг. Десять лет назад она, вместе с соучастником, села в тюрьму за грабеж с насилием опасным для жизни и применением оружия, в том числе причинением тяжкого вреда здоровью, к тому же в совокупности с незаконным хранением оружия. Ей дали всего десять лет, но она вышла досрочно через восемь лет. Но это не самое интересное, — сделав паузу, сержант продолжила. — В тюремной больнице она родила двойню — мальчика и девочку, вот только архив сгорел полгода назад, я не смогла проследить их судьбу.       — Отлично, — Коломбо потер ладони.       Сержант уже собиралась уходить, как Коломбо вновь обратился к ней:       — А это ещё что? — заходя в кабинет и рассматривая по пути список покупок, который сегодня утром он прихватил из дома, а также будучи остановленным у двери сержантом, Коломбо не сразу понял, что именно оказалось у него на столе, снаружи имеющее вид большой продолговатой коробки.       Сержант Фокс вмиг отозвалась:       — Лейтенант, это прислали сегодня на ваше имя.       — Но вы знаете, что там?       — Нет, сэр.       Коломбо, осмотрев коробку со всех сторон и ничего подозрительного не обнаружив, начал потихоньку открывать ее.       — Сэр, осторожнее.       — Не бойтесь, она не взорвется.       — О, я так и не думала. Ее же проверили на приборе.       — Это такой, который улавливает… волны…       — Да, сэр, — нетерпеливо заметила сержант. — Вы уже знаете что там?       — Думаю, да.       — Как?       — Я сам заказал это.

***

      — Мистер Кроули, можно отнять у вас немного времени, — Коломбо с большим пакетом в руках стоял на крыльце перед дверью, открытой самим хозяином.       — Лейтенант, что на этот раз? Вы опять пришли мучить меня, но почему не арестовываете?       — Думаю, вам стоит попробовать это.       — Что?       — Пройдемте к столу.       — Вы что, издеваетесь?       Коломбо поставил пакет на стол и вытащил бутылку вина.       — Это «пино-нуар», красное.       — Я вижу.       — У вас есть бокалы?       — Найдутся, — он вышел на кухню и вновь вернулся. — Такие вас устроят? Я помню по ресторану, что вы весьма разборчивый в отношении этого всего человек.       — Ну что вы, — Коломбо взял бокалы.       — Так вы предлагаете мне напиться? — снова произнес мистер Кроули. — Что ж, пожалуй, это неплохой совет.       — Мистер Кроули, между прочим, это ваше вино.       — Что? Угощать меня моим же вином? Откуда вы его взяли?       Коломбо вытащил пробку и разлил — бутылка была неполной.       — Мистер Кроули, как вам оно?       — Я никогда не пью такое, бледное, кислое, без запаха, что же еще от него ждать?       — Но вы сделали исключение?       — Ради вас, — угрюмо ухмыльнулся хозяин дома. — Так вы скажете или нет, что все это значит?       — Я взял эту бутылку на следующее утро после убийства. Вы этим поили вашу жену?       — Похоже, вам лучше знать, что произошло.       — Мистер Кроули, пожалуйста, ответьте на мой вопрос.       — Да не помню я сейчас. Кажется, эта бутылка похожа на ту. Сейчас припоминаю, его ведь, кажется, даже рекомендуют при лечении заболеваний дыхательных путей, верно? Хотя в тот момент я уж точно ничего не соображал, схватил первое, что попалось под руку, а потом… Наверное, сунул куда-то, я даже не помню, я метался как обезумевший, когда понял, что убил ее. Первая мысль возникла об ограблении — просто утром я читал газету — там как раз писали о подобном случае: воры забрались к какому-то актеру в дом, убили прислугу, ограбили…       — Мистер Кроули, откуда вы узнали об офицере Рейборне?       — От Джима — шофера Милы. Я заплатил ему, чтобы он следил за ней, хотя обычно она и не слишком-то скрывалась, по крайней мере, от меня, но предыдущие ее увлечения были кратковременные, а здесь я начал подозревать что-то серьезное, когда она застряла в той глуши, куда я ее взял в рабочую поездку, а потом не мог оттуда забрать назад…       — Джим сейчас работает у вас?       — Да, я не увольнял его пока. Он как раз придет вечером. Надо дать ему расчет…       — У вас дома есть пишущая машинка?       — Конечно, там в моем кабинете…

***

      — А где же ваша собака? — механик компании «Морозное настроение», Джек Слейден, встретив лейтенанта, тут же начал оглядываться в поисках четвероногого друга.       — Сегодня решил остаться дома — жена готовит что-то вкусное сегодня, — добавил Коломбо. — Я вижу, у вас сегодня как-то всё не так?       — А, вы имеете ввиду это? — механик указал на многочисленные объемные шланги, тянущиеся из недр окружающих строений к грузовикам, расписанным изображениями мороженого. — Это я уже приготовил — подключу в восемь. Сегодня пятница, у нас раньше в этот день заканчиваются развозы, а по субботам, наоборот, ездят только в дальние рейсы, в которые уже уезжают даже не в шесть, а в пять часов. Поэтому мы ставим машины раньше заряжаться, я сам их включаю. В прошлый раз вы были с утра, да и четверг был, поэтому и не видели всего этого.       — То есть они заряжаются холодом?       — Да, вы верно подметили. Раньше мы использовали другие модели, а сейчас так: каждую ночь подключаем к сети. То есть ставим-то мы вечером. Главное, чтобы по времени хватило до утра зарядиться. Дело в том, что водителям, особенно тем, кто ездит по городу, часто приходится открывать двери, а такое оборудование позволяет поддерживать одну температуру внутри холодильника даже при открытых дверях. Так что мороженое у нас теперь ни за что не растает!       — И сколько обычно они заряжаются?       — Ну, обычно часов девять — этого достаточно для того, чтобы они запаслись холодом. Если меньше, холода может не хватить и мороженое растает. Но такого мы не допускаем — с этим у нас строго. Сейчас вот погода опять еще жаркая стала… Хотя сейчас уже существуют модели, которые дольше сохраняют…       — Но они у вас каждый день заряжаются?       — Да, обычно, я ставлю их часов в девять, а те водители, кто после приезжает сами ставят.       — И позавчера также было?       — Конечно.       — Значит, Роберт Дэвис сам подключал свою машину?       — Верно.       — И потом пришел к вам смотреть футбол?       — Лейтенант, вы не скажете начальству, если я вам кое-что скажу о том вечере?       — Если это как-то касается…       — Меня.       — Нет.       — Я проспал…

***

      Мисс Хайт встретила Коломбо ледяным молчанием. Впустив с недовольным видом его в комнату, она только произнесла:       — Надеюсь, вы не будете снова обвинять меня во всех смертных грехах?       — Мисс Хайт, я думаю, вы знаете, кто убийца.       — А вы знаете, мне даже интересно.       — Я знаю, что у вас был сообщник.       — Лейтенант, наш разговор меня начинает утомлять.       — Я знаю, что это ваши дети, — Коломбо решился пойти ва-банк. — Если не он, тогда я сделаю все, чтобы найти связь и посадить вас обоих. Вас это устраивает?.. Кажется это снотворное? — он указал на баночку, стоявшую на комоде.       — Лейтенант, вы знаете, где выход. А если хотите делать обыск, предъявите ордер. Если нет — вам уже пора. Надеюсь, мы больше не увидимся.

***

      Через пять минут Коломбо уже ехал в самый большой зоомагазин, расположенный в этом же квартале, чеки из которого он обнаружил в квартире миссис Дэвис.       — О, да, миссис Дэвис. Конечно, она у нас бывала, — продавец сразу же вспомнил покупательницу, стоило лейтенанту предъявить фотографию. — Несколько дней назад она точно была. Я еще ей напомнил о фильтре, мы даже посмеялись. Как жаль ее… Что теперь будет с моими крошками… Надеюсь, кто-нибудь следит за рыбками сейчас?       — Да, один из офицеров, кажется, кормит их.       — Кажется! Да они же могут погибнуть!       — Я сам за этим прослежу — с ними все будет в порядке, — успокоил его Коломбо. — Скажите, а миссис Дэвис покупала у вас и корм для рыбок?       — Да, конечно, вот этот — по тридцать долларов.       — Тридцать долларов? И они его съедают за раз? Боюсь, что я обедаю намного дешевле.       — Ну конечно нет. А сколько стоит ваш обед?       — Около трех долларов.       — О…       — Вы сказали, что говорили с ней о фильтре. Что вы имели ввиду?       — Понимаете, когда она только завела аквариум и начинала разводить рыбок, она думала, что когда фильтр темнеет, его нужно менять, к тому же она считала, что виновата во всем вода — у нее бежит довольно плохая вода, она боялась, что в ней есть примеси тяжелых металлов. Поэтому она специально…       — Так что же оказалось? — перебил его Коломбо.       — Дело в том, что, когда фильтр темнеет, это естественный процесс. Я долго объяснял это ей, прежде чем смог убедить.       — Но отчего он темнеет?       — Лейтенант, аквариум — это настоящая экосистема, кроме рыб, которыми вы любуетесь, его населяют тысячи микроорганизмов. В таких фильтрах-губках обычно живут микроорганизмы, которые и очищают воду, обеспечивают прозрачность воды. Если его промыть под краном, вы уничтожите их.       — И что может произойти?       — Большие проблемы!       — А как же тогда мыть?       — Той же водой — из аквариума, — терпеливо пояснил продавец.       — Ясно…       В этот момент в магазине зазвонил телефон и продавец, извинившись, взял трубку. Между тем Коломбо, разглядывая ближайший к нему огромный аквариум, подошел ближе. Исследуя кучу разных приборов, притаившихся по разные стены величественного замка, словно только что сошедшего со страниц книг о средневековье, заселенного морскими жителями, лейтенант, наконец, нашел что искал. Пытаясь рассмотреть предмет своего исследования как можно ближе, он едва протиснулся между аквариумом и ближайшей стеной, отделявшей отдел с рыбками и млекопитающими.       — Сэр, что вы делаете! — продавец даже бросил трубку.       — Это и есть фильтр?! — прокричал Коломбо, указывая через стекло на темную губку.       — Да, сэр, — продавец вмиг оказался рядом. Едва скрывая свою боязнь за аквариум, он с надеждой ждал, что полицейский, наконец, выберется из угла, в который сам себя загнал и при этом ничего не испортит.       — Просто, я всегда думал, что фильтр — это что-то такое, — Коломбо сделал неопределенный жест рукой, из-за недостатка свободного пространства, угрожающе направленный прямо в стекло аквариума, — перегоняющее воду с помощью какого-то…       — Лейтенант, фильтры бывают разные и не только электрические. Я могу вам все показать, если вы пройдете сюда…

***

      Роберт Дэвис, появившийся вскоре в месте окончания своего сегодняшнего рабочего дня, по всей видимости, был не рад новой встрече с полицейским.       — Вы что, думаете, она была убита? — в его лице можно было разглядеть нечто тяжелое, словно обточившее и заострившее до неузнаваемости все черты, по сравнению с прошлой встречей.       — Кто вам сказал?       — Думаете, я не понимаю, почему вы здесь вертитесь. Да и Джека вы допрашивали.       — Мистер Дэвис, вы сказали, что приехали около девяти или половины десятого. После этого смотрели с мистером Слейденом футбол и около двенадцати пошли к себе домой. А в шесть утра снова вышли на работу.       — Так и есть.       — Но мистер Слейден не может подтвердить, в какое время именно вы приехали. Он говорит, что проснулся около одиннадцати. То есть с девяти, после того, как подключил холодильные установки в машинах к сети и до одиннадцати он спал.       — Когда я приехал, Джека не было на месте. Пока я разобрал документы, поставил машину, решил даже сходить в магазин, недалеко у нас есть тут, допоздна работает — теперь только вспомнил.       — Что было дальше?       — Опоздал я, конечно, на футбол, но в магазине телевизор как раз работал, так наши все равно проигрывали, я и не стал торопиться. Когда пришел, Джек уже смотрел футбол.       — Во сколько это было?       — Да уже полчаса оставалось, наверное, где-то около половины одиннадцатого.       — Мистер Слейден сказал, что утром вы уже заносили ему еду и оставили до вечера в его холодильнике еще перед отъездом в рейс. И он даже попробовал…       — Ничего я ему не заносил! Я сам весь день голодный! — возмутился водитель.       — Во сколько вы поставили свою машину заряжаться?       — Сразу как приехал, я же говорю. Мне ведь утром снова в рейс.       — То есть около девяти тридцати. Так?       — Значит так.       — Но если вы поставили машину в это время, почему же вам не хватило заряда на весь день?       — Что вы имеете ввиду?       — Разве мороженое у вас не растаяло?       — Что-то не пойму я чего вы хотите от меня — каких-то признаний, только в чем? В том, что мороженое в жару растаяло?       — Вы решили, что полтора часа не изменят ситуацию, ведь на улице не слишком жарко, вы не рассчитывали, что погода резко изменится — исходя из того, в какое время мороженое растаяло, вы должны были поставить машину не раньше одиннадцати часов, не так ли?       — Если вы из службы контроля…       — Вообще-то я из отдела по расследованию убийств.       — Если вы хотите сказать, что я убил свою жену — скажите прямо, а еще лучше — докажите. А так это все ваши пустые домыслы — ничего больше…       — Мистер Дэвис, вы когда-нибудь чистили аквариум?       — Что?!       — Аквариум вашей жены.       — А это причем здесь? Никогда не чистил. Даже не притрагивался. Это ее дело. Она всем этим сама занималась…       Коломбо встал, как будто намереваясь уходить.       — Да, и еще одно: скажите, Ник и Элла — ваши родные дети?..       — Жена всегда боялась, что за ними придут. Я не сразу узнал… Но она же их не получит, нет?

***

      В камере у Лэрри Коломбо появился с большим бумажным пакетом в руках.       — Лейтенант! Я много думал и так хотел вам объяснить…       — Вначале поешьте.       — Что это?       — Я принес вам кое-что, — Коломбо указал на пакет.       — Лейтенант, я не хочу есть. Я думал все это время… — сбиваясь, Лэрри попытался рассказать, что его так тревожило все это время. — Я познакомился с ней, когда она была в этой поездке с мужем, но тогда я не знал, что она замужем, она не говорила, а муж, как потом оказалось, вскоре снова уехал по делам, и мы проводили вместе почти каждый день. Потом она уехала — как я понял, за ней вернулся муж, и они уехали вместе. Перед отъездом она сказала, что ее семья достаточно влиятельна, и она может всё устроить… Замолвит за меня словечко, где нужно. Я вначале не хотел, но она настаивала, к тому же, когда сказала, что живет в Лос-Анджелесе и сделает так, что меня легко возьмут в полицию здесь, до этого я, можно сказать и не был-то настоящим полицейским… А когда она позвонила и сказала, куда меня берут, я так радовался, к тому же я любил ее… Но когда я приехал и узнал, кто она на самом деле, что у нее есть муж, я хотел порвать с ней, а она закатывала истерики. В тот вечер я твердо решил положить этому конец. Мы договорились встретиться у нее дома, муж должен был уже улететь в командировку. Я до сих пор не могу понять, как это произошло. Мы ругались, я схватил ее за руку, а потом как-то резко отпустил, она не ожидала и ударилась головой о шкаф на кухне. Но она была жива. Я отнес ее на диван в гостиной. Она была без сознания, но потом застонала. Я испугался, что мы опять помиримся, и я не смогу ее оставить и сбежал… Как же потом я сожалел, что оставил ее тогда. Если бы я это не сделал, она была бы жива… — он закрыл лицо руками.       Коломбо не успел ничего сказать, как его подозвал охранник:       — Лейтенант, вас к телефону.       — О, должно быть это моя жена. Я должен был сделать кое-какие покупки… Да, дорогая. Почему ты решила, что это для убийцы? Я не думаю, что это хлам… Ну, тебе же все равно, на чем жарить? Разве нет? Я сколько раз тебе говорил, как приготовить, а ты… Хорошо-хорошо, я сам все приготовлю, сразу как раскрою дело. Что? Это для аквариума. Ничего страшного, что у нас нет аквариума… Что? Здесь плохо слышно. Да никого я не хотел отравить… Хорошо, поговорим дома.       Вернувшись назад в камеру, он обнаружил, что пока ходил, Лэрри все же заглянул в его пакет.       — Лейтенант, что это за… гадость? — Лэрри указал на странного вида лепешки с какой-то начинкой.       — Это пирожки. С мидиями, — пояснил Коломбо. — Все время забываю их название… Э… Кажется, эмпана… Нет, не вспомню.       — Никогда не пробовал.       — О, дело в том, что миссис Коломбо не слишком хороший кулинар, но она старалась. Я вас обязательно как-нибудь познакомлю.       — Знаете, Мила говорила, что мидии по вкусу как резина. Она нисколько не жалела, что ей нельзя было их есть — у неё была аллергия, но её шофер, кажется, очень любил такое.       — Вы с ним знакомы?       — Нет, но Мила упоминала как-то о нем, вот как раз о его пристрастиях в еде.       — Лэрри, ты мне очень помог. А теперь мне нужно идти.       — Лейтенант, вы что-то…       — Я скажу, чтобы тебя освободили под мою ответственность.       — Но лейтенант!..       Коломбо уже не было.

***

      В доме Кроули было тихо. Коломбо открыла горничная:       — Мистера Кроули пока нет, но они с миссис Беннет должны вот-вот приехать…       — А Джим уже здесь?       — Да, он уже пришел, ждет мистера Кроули — он собирался дать ему сегодня расчет… Может быть вам помочь, лейтенант?       Коломбо, поддерживая большой пакет под дно, потихоньку понес его к столу:       — Нет, не стоит. Вы могли бы попросить Джима подойти сюда, если он не занят.       — Да, конечно.       Когда в гостиной появился водитель миссис Кроули, Коломбо уже расставлял по столу бутылки, доставая их из пакета.       — Вы просили меня подойти?       — Да, вы не могли бы мне помочь. Дело в том, что, вы, наверное, слышали, что мы задержали подозреваемого в убийстве миссис Кроули.       — Конечно, это один из ваших — парень, с которым она встречалась.       — Верно. Так вот сейчас, его как раз везут сюда. Нам нужно будет провести следственный эксперимент и процедуру опознания. Не могли бы вы присутствовать при этом?       — Отчего ж, могу.       — Дело в том, что экспертиза показала, что миссис Кроули была отравлена. Яд находился в одной из этих бутылок, которую и должен будет опознать подозреваемый.       — Но здесь же нет ее…       — Вы уверены?       — Что?!       — Откуда вы знаете, что ее нет среди этих бутылок?       — Я и не знаю…       — Но вы сами только что сказали.       — Я?       — Я все слышал.       — Я тоже.       На входе в гостиную стояли мистер Кроули и миссис Беннет. За ними стоял Лэрри.       — Это все ты! Ненавижу! — Джим сделал скачок вперед, намереваясь добраться до Лэрри, но тот, пытаясь добраться до убийцы, сам вынырнул навстречу ему. Но мистер Кроули оказался ближе: удар громко отозвался в ушах присутствующих. Джим, не ожидавший нападения с этой стороны, повалился наземь.       — Офицер, зачитайте ему права, — раздался голос Коломбо. — Я сам не скажу точно, но уверен, что вы хорошо их помните…

***

      В ответ на звонок в прихожей раздались шаги.       — Кто там?       — Откройте, это лейтенант Коломбо.       — Лейтенант, я не хочу выслушивать ваши фантазии, а если у вас что-то серьезное, давайте поговорим завтра, сейчас уже поздно.       — Мисс Хайт, это срочно.       Раздался щелчок. Дверь открылась. Женщина, очевидно, уже собиралась лечь спать. Хотя накинутый халат, когда она шевельнулась, закрывая дверь, в свою очередь приоткрыл нечто похожее на жилет, как будто она куда-то собиралась, но решила сделать вид, что это не так.       — Лейтенант, давайте побыстрее. Вы все еще обвиняете меня?       — Нет.       — А это уже что-то новенькое. Что ж, тогда я вас слушаю.       — Ваш сообщник арестован.       — Сообщник? Опять? Но о ком вы все время говорите?       — О мистере Слейдене.       Она заметно побледнела, но сохранила самообладание:       — Не понимаю.       — Он уже дал против вас показания.       — Но кто это? Я едва ли его знаю.       — Он работает механиком в той же организации, что и мистер Дэвис, которого вы решили подставить.       — С чего вы взяли? Какое отношение вообще он имеет к этому несчастному случаю?       — Видите ли, мисс Филдинг — ведь это ваше настоящее имя, не так ли? Когда миссис Дэвис была убита, да, именно так, она, действительно занималась чисткой аквариума, но она не завершила то, что делала — за нее это сделал убийца. Он проник через балкон, в тот вечер на улице было довольно шумно, в кафе внизу компания молодых людей что-то отмечала. К тому же, возможно, миссис Дэвис выходила из комнаты, и мистер Слейден, знавший от вас о камерах в коридоре и поэтому взобравшийся по балкону, остался незамеченным.       Женщина внимательно слушала и в то же время медленно двигалась по комнате. Коломбо же, будто ничего не замечая, в красках продолжал свой рассказ, доставая из пакета на стол аквариумный термометр и нечто похожее на губку в форме куба:       — Подкравшись к ней сзади, он толкнул ее на аквариум — от полученной травмы она и скончалась на месте. Но мистеру Слейдену, никогда не имевшему аквариума, было любопытно его устройство, в особенности те механизмы, которые в него помещают, что он и решил попробовать лично.       — Идиот, кто его просил туда лезть, — прошипела мисс Хайт.       — Действительно, бездумное действие, но именно оно и привело к разгадке. Обнаружив, что фильтр помыт неправильно, вернее, даже не помыт, а поставлен новый, непромытый как следует, в связи с чем, вода потемнела, я обнаружил, что в квартире в момент убийства действительно кто-то был. Мистер Дэвис никогда не занимался аквариумом, о чем он сам сообщил мне. Посторонних отпечатков пальцев снаружи полиция не обнаружила. Но, теперь я искал их внутри аквариума. Как известно, даже под водой отпечатки пальцев сохраняются, особенно если времени прошло немного, как в настоящем случае. Итак, проверив все приборы под водой, наши криминалисты обнаружили это, — он поднял градусник. — На нем и оказались отпечатки мистера Слейдена. До этого он никогда не был в квартире миссис Дэвис и не мог прикоснуться к нему. Вы наняли его, так как вы были и раньше знакомы — десять лет назад вы все состояли в преступной группе: мистер Слейден, вы и миссис Дэвис, тогда еще мисс Райт. В тюремной больнице вы произвели на свет двойняшек… Мисс Райт удалось скрыться и избежать ареста, а вы не признались в том, что она вместе с вами совершила преступление…       — Она обещала, что позаботится о моих детях… Я хотела их забрать назад, писала ей из тюрьмы, но она ответила, что я не смогу стать им матерью… Она возомнила себя их матерью! Лучшей, чем я, хотя это совсем не так! А ваш закон был на ее стороне — против настоящей матери! Она вместе с мужем оформила все бумаги! Когда я вышла из тюрьмы, я долго искала её — она умело скрывалась все эти годы, поменяла имя, фамилию. Когда мы, наконец, встретились, она меня не узнала — я сильно изменилась, к тому же я старалась измениться.       — Но вы сами убедились, что миссис Дэвис честно выполняла обещание и растила их как своих собственных…       — Да будь она проклята! И вы вместе с ней, — одним рывком она открыла ящик комода и вытащила пистолет. — Да, лейтенант, я вас недооценивала.       — Боюсь, что нет…       — Мне уже все равно, но возвращаться туда я не хочу… — она сделала шаг вперед, готовясь нажать на курок.       В тот же миг дверь распахнулась:       — Я надеюсь, вы говорили о таком моменте? — первым влетел Лэрри, тут же обращаясь к Коломбо, пока остальные, не встретив сопротивления, сломленного таким напором, надевали наручники и вели к выходу мисс Хайт. — Может быть, нужно было раньше?..       — Нет, Лэрри, ты правильно понял, — он вытащил из кармана микрофон.       — А вы знаете, я ведь вас тоже все-таки недооценивал.       — Такое часто бывает…