Две жизни

      Проснувшись рано утром я первым делом подготовила всё к операции, а затем села за тайно скопированные у Орочимару свитки. Мне очень хотелось, чтобы операция прошла успешно. Новые глаза должны прижиться, если верить технике, описанной в одном из свитков. Даже без клеток Мадары, после имплантации формирование должно завершиться на генном уровне. Отличная техника. Что ж, теперь по части глаз я знаю почти всё. Осталось предупредить Юкими.       Просидев за свитками пару часов, я уже собиралась пойти к Мадаре, чтобы сказать ему о скором намерении провести операцию, как в дверь постучали и в проеме показалась голова Юкими. — Извините... — робко сказала девушка, — Мадара-сама просил передать Хитоми-сан, что у нас срочное собрание. Сейчас. — Хорошо, Юкими. Подожди меня снаружи, — ответила я.        Вздохнув, я посмотрела на часы. Семь утра. И чего это ему вздумалось устраивать собрание так рано? Ну, ничего не поделаешь... Я вышла в коридор и заперла дверь. Юкими подпирала стену рядом. Увидев меня, девушка сразу же склонилась в поклоне. — Хитоми-сан! Пожалуйста, возьмите меня в ученицы! Тору-кун сказал, что вы невероятно талантливы, а Мадара-сама и Итачи-сан были вашими наставниками.       Непосредственность и простота этой девочки снова вызвали у меня улыбку. — Ну, Тору-кун преувеличивает на счёт моего таланта... Да и учителей у меня было больше... — задумчиво произнесла я, вспоминая Ичиро. — Юкими, Тору уже всё мне рассказал, и сам просил за тебя. Я возьмусь за твоё обучение. Но будет непросто. Ты готова?       При упоминании имени Тору-куна щёки Юкими порозовели. — Конечно! Я буду очень хорошей ученицей, Хитоми-сама! — Сколько тебе лет, Юкими? — спросила я, пока мы поднимались наверх. — Двадцать, Хитоми-сама. — Перестань меня так звать... Я думаю, что мы с тобой почти ровесницы. И надеюсь, что мы подружимся. Поэтому Хитоми-сенсей или просто Хитоми. — Хорошо, Хитоми-сенсей... — замялась Юкими.       Конечно, я не знаю сколько мне лет. Но явно видно, что у нас с Юкими если и есть разница в возрасте, то небольшая. — Можно мне ещё кое-что спросить? — снова заговорила девушка.       Я кивнула. — А правда, что вы приближены к Мадаре-сама? У вас с ним... — Я иногда помогаю ему с бумажной работой, а так же официально я его ученица. Если говорить между нами, — я заговорщически взглянула на Юкими и приложила палец ко рту, — мне позволено чуточку больше остальных. Так что, если будут проблемы с лидером, обращайся, — я подмигнула девушке, — но если узнаю, что ты передаёшь своей сестре наши разговоры, убью. — Что вы, я никогда не скажу! — испугалась шатенка, — мне и самой, если честно, не нравится поведение Юзуру. Она в последнее время стала странной и отдалилась от меня... А её нездоровая любовь к Мадаре-сама и вовсе удивляет. Как можно любить такого дьявола? — искренне изумилась она.        Я негромко рассмеялась. — Он вовсе не дьявол, Юкими. Просто лидеру необходимо держать авторитет. Скажи, ты уже присутствовала на собраниях? — Нет... Меня позвали в первый раз... Наверное, потому что сегодня организация впервые за долгое время в полном составе. — Скорее всего, дело в том, что Тору-кун наверняка заявил, что ты теперь под моей опекой.       Так мы подошли к кабинету Мадары и я открыла дверь, пропуская Юкими вперёд, а затем вошла сама. Действительно, перед столом, за которым сидел Учиха, стояли все участники организации. — Теперь, когда все в сборе, — сразу начал Мадара, — я объявлю цель собрания. Поскольку у нас появились новые люди, я решил переформировать пары.       По кабинету прошел слабый гул и все переглянулись. — Итачи и Кисаме, Дейдара и Сасори остаются без изменений. Хитоми, будешь работать с Юзуру.       Это ещё что за новости? — Не буду, — ответила я, а Дейдара оглянулся и посмотрел на меня, как на сумасшедшую. — При всём уважении, Мадара-сама, но я работаю одна, вы это знаете. И я не собираюсь это обсуждать.       На губах Мадары появилась усмешка. — Мадара-сама! Пожалуйста, поставьте меня с кем-нибудь другим! Почему с ней? — воскликнула Юзуру и злобно сверкнула глазами. — Мы не сработаемся. Вам же не нужны плохо выполненные задания? — спокойно подтвердила я. — Я тоже считаю, что Хитоми лучше работает в одиночку, — услышала я голос Итачи. — Хмм... — Мадара на минуту замолчал, — из вас получился бы неплохой союз. Но раз уж вы обе считаете его невозможным... — пальцы Учихи монотонно стучали по столу, — Обито. В таком случае с Юзуру работать будешь ты. Тору просил у меня Юкими, но, как мне уже известно, Хитоми берёт её в ученики. Поэтому Тору, тебе придётся подождать, пока Юкими станет хоть на что-то способна. А тебе, Юкими, советую очень постараться, иначе мне придётся... — Я обещаю, что Юкими очень скоро будет готова, Мадара-сама. Беру всю ответственность на себя, — мой голос звучит увереннее, чем я думала. — Я буду стараться! — отчеканила моя ученица. — Очень надеюсь, — бросил Учиха. — Мадара-сама, сейчас я иду против своих убеждений, но... Когда это будет нужно, я согласна временно работать с Тору-куном. Пожалуйста, примите это к сведению, — сказала я. — Хорошо, — устало вздохнул Учиха, — все свободны. Хитоми и Итачи, останьтесь.       Ну что ещё такое? Сначала я испугалась, подумав, что Дейдара что-то растрепал Мадаре. Но потом решила, что он хоть и идиот, но не настолько. Когда все вышли, Мадара сказал: — Наш разговор слишком долго приходилось откладывать. Хитоми, ты так ничего и не вспомнила?       Точно. Когда Мадара уходил куда-то, он говорил о том, что мы должны поговорить, когда он и Итачи вернутся. — Нет, ничего. — Хмм... Итачи, что удалось узнать тебе? — Официально Акико не брала учеников. Но одна ученица всё же была. Ей было девять, когда Акико нашла её, и шестнадцать, когда она ушла и не вернулась. Акико учила её в свободное время медицинским техникам. Мне удалось выйти на неё только благодаря Цунадэ, ведь именно она обучала Акико медицинским техникам, когда та была в Конохе, Акико доверяла ей, и кроме Цунадэ, об этом никто не знал. Я встретился с этой девушкой, Рэйко. Но то, что она сказала, весьма неутешительно. После войны у неё страшные провалы в памяти. Она ничего не может вспомнить о ней. Даже мой шаринган не помог. У Рэйко мощный блок. — На тебе не было ни царапины, когда мы тебя нашли, Хитоми, — Итачи взглянул на меня, — а вокруг ни следа сражений. — К чему ты всё это говоришь? При чём при этом всём я? — непонимающе спросила я. — Я предположил, что ты могла быть ученицей Акико и могла о нас знать. Следовательно, могла прийти сюда сама, либо кто-то тебя сюда доставил. Поэтому послал Итачи узнать, были ли у неё ученики. Но как оказалось, ученицу мы нашли, и она была единственной, — ответил Мадара. — Вы считаете, что я связана с Акико-сан? — Может быть, но пока мы не знаем... — перебил Итачи, — Хитоми, может всё таки хоть что-нибудь вспомнилось?       Интересно, откуда у них такие предположения? Я попыталась напрячь память. Мне и самой очень хотелось вспомнить хоть что-то. Но ничего не выходило. — Итачи... Может, попробуешь ещё раз заглянуть ко мне в память? Прошло уже много времени, может что-то получиться? — Если ты уверена.       Я кивнула. Итачи подошел ближе и взяв меня за плечи, активировал Мангекью. Перед глазами тут же начали проноситься картинки из моей жизни уже здесь, в Акацуки, но ничего из прошлого. Затем голову пронзила резкая боль, перед глазами мелькнула какая-то комната в светлых, пастельных тонах, а следом я увидела девушку с розовыми волосами и парня блондина. Затем всё исчезло и боль стала невыносимой. Я машинально оттолкнула Итачи, который тут же прервал технику, но боль стала только сильнее. Я приложила руку к голове и сдавленно застонала, перед глазами потемнело. Я упала на колени, но сильные руки, предположительно, принадлежавшие Итачи, не дали окончательно упасть. — Хитоми! Что происходит? Мадара-сан! — услышала я напуганный голос Итачи, — Хитоми! Хитоми! Что мне сделать?! — Я вызвал Юкими, — донёсся голос Мадары.       Через минуту моя ученица уже влетела в кабинет. — Хитоми-сенсей! Что с ней? — голос Юкими звучал испуганно, но собранно.        Итачи что-то говорил, но до меня уже доносились только отрывки. — Хитоми-сенсей, я изучала это! Сейчас я помогу!       Нестерпимая боль в голове не прекращалась. Последнее, что пронеслось в голове – только бы Юкими действительно знала, как это исправить.

***

— Акико! Наконец-то! Мы уже заждались, проходи скорей, — передо мной стоит та самая девушка с розовыми волосами и приветливые зелёные глаза смотрят на меня с любовью.       Вхожу внутрь и угождаю прямо в объятия темноглазого брюнета. Очень привлекательного. — Ну наконец-то! Виновница торжества, и снова опаздываешь... — пробурчал он. — Акико-чан! С днём рождения! Вот тебе и двадцать шесть! — голубоглазый блондин выскочил в коридор.       Почему они называют меня Акико? Почему этот брюнет так на меня смотрит? И почему я смотрю только на него?! Зажмуриваюсь и открываю глаза снова. — Хитоми-сенсей! Слава Ками! — пред глазами обеспокоенное лицо Юкими. — Юкими, — я не узнаю своего голоса, настолько испуганно он звучит.       Мне страшно. Просто панически. Могу ли я рассказать о том, что произошло? Подобных снов у меня не было очень давно. Что происходит? Я схожу с ума? Господи, неужели я и правда связана с Акико? А может я и есть она? Что, если это видения из прошлой жизни?       Так, Хитоми, успокойся. Ты не можешь быть её реинкарнацией, Акико погибла семь лет назад, а тебе уже явно больше... Но что тогда? Я села, запустив руку в волосы. В голове было легко и пусто. — Вы так перепугали нас! Хорошо, что я смогла погрузить вас в сон... Как ваша голова? — Всё хорошо. Молодец, Юкими. Хорошая реакция. — Что он с вами сделал? Я же говорила, что он настоящий дьявол! — Мадара-сама тут ни при чём. Видишь ли, Юкими... я ничего не помню о себе. Кто я, сколько мне лет, откуда я... Акацуки нашли меня рядом с организацией, приняли, научили всему, что я теперь умею, дали мне дом. Даже больше, чем я могла бы мечтать... Мадара-сама дал мне всё это. Если бы он приказал убить меня тогда...       Юкими прикрыла рот ладошкой, смотря изумлёнными глазами. — Мы просто пытаемся выяснить, кто я такая. Только и всего. Я и сама не ожидала, что такая реакция возможна.       На минуту воцарилась тишина. Я уже более-менее пришла в себя и вспомнила о том, что еще должна сделать. — Завтра я начну программу твоих тренировок, а сегодня у нас с тобой очень ответственное дело, Юкими. — Какое? — Сегодня я должна провести сложнейшую операцию. Я очень долго готовилась к ней, но мне нужен ассистент. Мне повезло, что мы встретились. Всю основную работу я сделаю сама, от тебя не потребуется ничего, чего ты не умеешь. — Вы уверены? Вам бы отдохнуть... — засомневалась Юкими.       И что мне понравилось, так это то, что она беспокоилась о своем пациенте, то есть – обо мне, а не сомневалась в собственных силах. — Всё в порядке, я прекрасно себя чувствую. У меня отличный доктор, — я улыбнулась и похлопала Юкими по руке. — А что за операция, Хитоми-сан? — спросила девушка. — Операция по пересадке глаз. — Ах... — Юкими прикрыла рот руками, — Мадаре-сама? — Точно. Не переживай. Мы справимся. Я сейчас пойду наверх, приходи через 15 минут. Обещаю, он и слова против не скажет.       Девушка кивнула. Ну что ж, время пришло. Собрав все инструменты, я поднялась наверх. — Мадара, — позвала я, прикрыв дверь. — Пришла? — отозвался Учиха, — как голова? Ты проспала 3 часа. — Уже не болит... — я вспомнила о сне и о том, что видела до того, как боль захлестнула меня, но решила пока молчать, — не знаю, что это такое было... — Твой разум сопротивляется. Итачи, видимо, зашел дальше, чем было нужно. Возможно, в следующий раз... Ну, не будем об этом. Ты, я так понимаю, пришла исполнить задуманное? — Верно. — Я могу довериться тебе? — У тебя нет выбора, если не хочешь и дальше сидеть в кресле и ничего не делать. — Ты права, — усмехнулся Учиха, — я готов, приступай. Но даже если тебе удастся, наши тренировки не отменяются. — Как скажешь, — улыбнулась я, — Мадара... Операция сложная, Юкими будет ассистентом. — Если вы меня убьёте, я вернусь с того света и заберу тебя с собой в ад, Хитоми, — рыкнул Учиха.       Он сказал это серьёзно, но у меня это вызвало смешок. — Я пойду за тобой куда угодно, Учиха, — сквозь смех ответила я, а затем посерьёзнев, добавила: — Шутки в сторону. Ты в надёжных руках, Мадара. Через пару дней снова сможешь видеть моё прекрасное лицо. Уже соскучился?       На самом деле я ужасно нервничала. Впервые в жизни я так сильно боялась. Поэтому прикрывалась шутками. Я не должна показывать ему свой страх. — Когда смогу его видеть, буду смотреть в твои бесстыжие глаза, пока ты не сгоришь со стыда. Когда ты успела стать такой нахальной? Отправлю на задание на пол года, — но улыбка на губах Учихи противоречила его словам.       Что ж, надеюсь, я смогла немного разрядить обстановку. Я же знаю, что и он нервничает. В комнату неслышно вошла Юкими. Я попросила Учиху лечь на диван, и Юкими медленно погрузила его в сон. — Начинаем, — я развязала повязку и приступила к операции.

***

      Операция длилась 3 часа. Работа была очень тонкой, и я не торопилась. Нельзя было пропустить никакой мелочи. Когда я закончила, Юкими прекратила действие сонной техники и завязала повязку на глазах Мадары. Теперь будем ждать результат, который появиться не раньше, чем через несколько дней. — Спасибо Юкими, ты отлично справилась. Теперь можешь отдыхать. Я останусь тут, нужно пронаблюдать за состоянием.       Юкими кивнула. — Хитоми-сенсей... Я вами восхищаюсь. Надеюсь, что и я смогу стать такой, как вы. Кстати, что это за технику вы использовали? Можете научить меня? — Ну... наверное это можно назвать кеккей генкай, это моя особенность. Поэтому я не могу научить ей кого-либо. Но я уверена, ты станешь превосходным ирьёнином и со своими способностями, если будешь стараться.       Тут я заметила странный взгляд Юкими на мою правую руку. Конечно, Юкими казалась настолько "своей", что я забылась, и сидя на диване машинально гладила Мадару по волосам. Руку я тут же одёрнула. — Ладно, я пойду. Поговорим об этом позже, — девушка бросила многозначительный взгляд на мои руки.       Когда дверь за Юкими закрылась, я снова опустила ладонь на волосы Мадары, осторожно убирая непослушную прядь с бледного лица. «Если бы ты знал, через что я прошла ради того, чтобы сделать тебя чуточку счастливее... И пройду через что угодно ещё, если так будет нужно».       Несмотря на очень объёмную и важную работу, мне казалось, что я сделала ничтожно мало. Мне хотелось сделать для Мадары нечто большее, но я не знала что. И снова я показалась себе такой маленькой и незначительной, что стало грустно. Мне очень хотелось, чтобы Мадара принял мои чувства. Я больше не хочу довольствоваться тем, что есть. Я не хотела, но знала, что никогда не смогу сдаться, но и сделать ничего не могла. Я понимала, что рано или поздно утону в океане своей глупой безнадёжной любви. Раньше мне хотелось испытать любовь, но когда это произошло, я сделала лишь один вывод:       Вместе с любовью всегда приходит боль, и чем глубже в ней тонешь, тем больнее..