Две жизни

      Когда я убедилась, что состояние Мадары стабильно хорошее, решила немного разобрать бумаги на столе. Итачи оказался прав, пока я выполняла накопившиеся задания, их снова скопилось немало. Ну, придётся потихоньку выполнять. Просмотрев листы, я увидела пару заданий, которые показались мне несложными. С такими я управлюсь за пару часов. Я спустилась вниз и заглянула в комнату Юкими, чтобы дать указания. На всякий случай. Вообще я рассчитывала вернуться к завтрашнему обеду. Девушку я застала за чтением какой-то книги. — Хитоми-сенсей? — Юкими оторвала глаза от книги. — Юкими, мне нужно отлучиться ненадолго, присмотри за Мадарой-сама, пожалуйста. — Сколько вас не будет? — заволновалась Юкими. — Максимум сутки. Я постараюсь побыстрее. Нужно выполнить парочку заданий, уж больно много их накопилось, пока меня не было... — Снова уходишь? — услышала я голос за спиной.       В дверном проёме стоял Тору-кун. — Прости, Хитоми, я шёл повидать Юкими, и случайно услышал ваш разговор.       Юкими опустила свои зелёные глаза и снова порозовела. — Ничего, — ответила я, — зато когда вернусь, соберёмся все вместе и повеселимся, — я подмигнула другу. — Ты превращаешься в вечно занятого заместителя Мадары-сама, — пробурчал парень. — Кстати, пока ты тут... Если хочешь Юкими-чан в напарницы, то тоже должен её тренировать. Вы ведь будете работать в паре. Поэтому, завтра моя ученица в твоём распоряжении. — Согласен, — усмехнулся Тору. — Юкими, когда Мадара-сама проснётся, у него нет никаких ограничений, за исключением того, что повязку снимать нельзя, и постарайся, чтобы он никуда не ушёл. И запрети ему тренировки. Это очень важно. И следи за состоянием, главное, чтобы не пошло отторжение. Проверишь это завтра утром, когда будешь менять повязку. — Хорошо, Хитоми-сенсей, — голос девушки выдавал её волнение. — Не волнуйся, он не такой страшный, как тебе кажется. К тому же, он не сделает ничего плохого моей ученице. Не переживай. — Береги себя, Хитоми, — обеспокоенно посмотрел на меня Тору. — Как всегда, — кивнула я.        Собрав снаряжение, я отправилась выполнять задания по устранению нескольких шиноби. Кому и зачем это было нужно, было не важно.

***

       В который раз я убеждаюсь, что плохо у меня не только с терпением, но и расчётом времени. Вместо суток прошла уже неделя. Разыскать этих шиноби оказалось сложнее, чем я думала. Неспроста заказчик обратился в Акацуки. Один из них был прекрасным сенсором, а вот мои сенсорные способности были далеки от идеала. Пришлось повозиться. Но, слава Ками, теперь я возвращаюсь. Интересно, как там Юкими справляется? Тору-кун, наверное, опять будет меня ругать за отсутствие вестей. Но самое важное, как там Мадара... Хорошо ли приживаются глаза?        Осталось совсем чуть-чуть. Три километра... Два... У входа в базу снова кто-то стоит. Один километр... Человек в тёмной одежде облокотился о каменную стену, руки скрещены на груди. Пятьсот метров. Я перехожу на лёгкий бег, а затем сменяю его на шаг.       И что же я вижу? Учиха Мадара собственной персоной. Одет в тренировочный костюм шиноби, волосы стали немного короче, но также растрёпаны, хоть и собраны в низкий хвост. Выражение лица у него, я бы сказала, раздражённое. Даже рассерженное. А чёрные глаза, наверное, сейчас просверлят во мне дыру. Я конечно помню, как он обещал смотреть на меня. Кажется, пока я не сгорю со стыда? Но не при таких же обстоятельствах... и не таким взглядом. — Вышел лично, чтобы встретить тебя, — насмешливо и укоризненно произносит он.        Но я ничего не могу ответить ему. Я настолько потрясена, что просто молча стою и смотрю в две чёрные бездны. Потрясающий результат. И так быстро. Я не ожидала, что Мадара восстановится так быстро. — Хитоми, чёрт тебя дери... Где тебя опять носило? — голос повышается, Учиха отталкивается от стены и направляется ко мне.       Вид у него какой-то... угрожающий. Я отступаю на шаг назад. Нет, я не боюсь, но от этого человека можно ждать чего угодно. Делаю ещё несколько шагов назад и поднимаю взгляд. И что же я вижу? Его глаза смеются. А вот выражение лица просто убийственное. — Мадара... Я время не подрасчитала, не злись... — примирительным тоном говорю я.       Но Учиха продолжает приближаться, а глаза меняют оттенок на красный. Я останавливаюсь. Что он творит? Неужели это он всерьёз? Стало как-то не по себе. Если он действительно разозлился на меня, то дело дрянь. Мадара подходит ко мне почти вплотную, и я чувствую ткань его перчатки на своём лице. Ч-что?       Учиха плавным движением слегка приподнимает моё лицо за подбородок, а в следующее мгновение я чувствую, как тёплые губы невесомо касаются моего лба. Сердце пропускает удар, а дыхание останавливается. Всего на одну секунду я прикрываю глаза, а затем поднимаю их на Мадару. — Я должен сказать тебе спасибо, Хитоми. Я у тебя в долгу, — говорит он, отстраняясь. — Ты спятил... Сначала напугал до полусмерти, а потом это... — выдохнула я. — Я и правда злился... сначала. Не делай так больше, Хитоми, — устало отвечает он.       Сейчас в глазах Учихи нет издёвки, насмешки, раздражения. Только искренность. — Мадара... — неуверенно продолжила я, — я тут подумала... Было бы неплохо всем вместе выпить... Мы никогда так не делали, мне бы хотелось, чтобы все немного отдохнули и сняли напряжение.       Несколько минут Мадара молчит. — Хорошо. Ты права, в последнее время у нас завал. Все устали. — Тебе тоже нужно больше отдыхать. Как твои глаза? — я подошла и поднесла ладонь к глазам Учихи, и активировав чакру, быстро "просканировала" их.       Мадара мягко взял мою ладонь и отстранил. — Твоя ученица хорошо поработала. Думаю, от неё будет толк. Всё отлично, Хитоми. Ты молодец... — на последних словах в голосе Мадары проскользнула грусть, словно он вовсе и не рад тому, что всё так хорошо.       Услышать такие слова от Мадары дорогого стоит. Как-то он изменился за время моего отсутствия... Будто стал мягче, или... печальнее? Словно он и не он вовсе. Списав это на свою усталость, я сказала Учихе, что была бы рада видеть и его тоже в нашей скромной компании вечером, я отправилась внутрь. Там я зашла к Юкими. Девушка была очень рада моему возвращению. — Я так переживала, Хитоми-сенсей! — Такое бывает, Юкими. А где Тору? — Он тоже ушел на задание, как только Мадара-сама снова стал видеть... — Когда это произошло? — нахмурилась я. — Два дня назад. Я пыталась убедить его, что вы не велели снимать повязку... — Всё в порядке, Юкими. Опасно только первые три дня. Если Мадара-сан почувствовал, что может снять её, значит, так оно и есть. Он не враг себе самому. Правда, я не ожидала такого быстрого восстановления. — Я применяла лечебную технику каждый раз, когда меняла повязку, — смущённо сказала Юкими. — О... Неплохо. Ты просто молодчина. — Вы выглядите такой уставшей... Вам нужно отдохнуть, — заботливо ответила девушка.       Я и правда очень устала. Вздремнуть пару часов было просто необходимо. Оставив приготовления к вечеру на свою ученицу, я отправилась сначала в душевую, а затем, придя в свою комнату, без сил рухнула на кровать.

POV Мадара

      Каждый раз, когда Хитоми уходит, я боюсь, что она не вернётся. Но я не могу приказать ей не ходить на задания... Это будет противоречить мне самому. Мне придётся объяснять ей. Что я скажу? Что за то время, что она находится здесь, стала мне ближе против моей воли? И вот, я снова подвергаю опасности человека, что стал мне важен. Наверное, я никогда не скажу ей, как каждый день я ждал её возвращения, и сейчас, и тогда, когда видеть её не смог бы.       Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз видел лицо Хитоми? Месяц? Возможно, два. И если бы не её голос, который я слышу время от времени, не её заботливые руки, то я бы уже давно принял всё это за какое-нибудь странное гендзюцу, в которое я случайно угодил. А возможно подумал бы, что умер тогда, и нахожусь в своём персональном раю. Или в аду. Но она действительно не плод моего воображения.       Каждому дьяволу положен свой ангел, и Хитоми — мой. И чем же я заслужил такой подарок? Это ты, Акико, мстишь мне с небес? Или ты послала мне её, чтобы она спасла меня от меня самого? Чтобы я перестал искать смерти, стремясь снова быть ближе к тебе. Если это так, то у тебя всегда получалось одержать надо мной верх.       Когда я начал скучать по Хитоми? Когда мне стало не хватать этих глаз? Сейчас я как никогда благодарен ей за силу её характера, за то, что ей хватает мужества противостоять мне. Иначе я больше никогда не увидел бы её лицо.       И вот, знакомый силуэт приближается, и я уверен, это ты. Сколько времени прошло? Смотря на тебя сейчас, я вспоминаю каждую черту твоего лица, каждый твой жест, очертания твоей фигуры. Сейчас ты кажешься такой маленькой и хрупкой, что я снова удивляюсь, что девушка передо мной — шиноби.       Тёмные штаны облегают стройные ноги, чёрная кофта без рукавов вся в пыли, за спиной арбалет, а на поясе привычная катана. Всё те же распущенные каштановые чуть волнистые волосы длиной чуть ниже плеч. А лазурные глаза смотрят устало и удивлённо.       Не хочу признавать, но я скучал по ней, и даже тогда, когда она была рядом. Мне просто необходимо её видеть. Сейчас я не могу дать названия тому чувству, что я постоянно испытываю при каждом взгляде на эту девушку. Сейчас мне уже не хочется видеть в ней Акико. Сейчас передо мной именно Хитоми. И я не хочу, чтобы она уходила снова.       И каждый взгляд этих пленительных глаз заставляет меня понимать, что замёрзшее, зачерствевшее сердце медленно, но верно сдаёт свои позиции. Будто оно быстрее разума успело понять, для чего эта девушка появилась здесь. Тот свет, что исходит от неё, прогоняет боль в моём сердце, как солнечные лучи рассеивают тьму ночи. Но если я прикоснусь к ней — всё будет кончено. Мне кажется, что этот свет исчезнет, и я этого боюсь. На самом деле, я никогда не признаюсь, что мне хорошо быть рядом с ней. Ни ей, ни самому себе.

***

      Вечером я спускаюсь на кухню, где все уже собрались. Хитоми сказала, что была бы рада, если я приду. И я иду, потому что тоже хочу сделать для неё что-то. К тому же, эта идея не так плоха. Я ищу себе оправдания?       На столе много еды и саке. Давно у нас такого не было. Точнее сказать — лет восемь. На самом деле, я пришел сюда, чтобы видеть её. Мне хочется увидеть Хитоми такой, какая она со всеми — настоящая. Сейчас она не старается делать непроницаемое лицо, не пытается казаться сильнее, чем должна.       Всем действительно весело, Юкими подливает саке Тору, а Дейдара постоянно наполняет чашечку Хитоми. От чего-то меня это раздражает. Споить её, что ли, решил? Молча наблюдаю за весельем. Щёки Хитоми порозовели, она весело и искренне смеётся. Ей очень идёт...       Слышал ли я когда-нибудь её смех? Не помню. Она всегда серьёзна. Я усмехнулся про себя. Даже не верится, что эта женщина меньше суток назад могла отнять чью-то жизнь — настолько беззаботный у неё сейчас вид. Иногда мне кажется, что эта хрупкая девочка вообще не способна никого убить...       Хитоми бросает на меня взгляд своих аквамариновых глаз, и тут же опускает их. И вот сейчас она снова напомнила мне её...       Рядом сидящая Юзуру снова подливает мне саке, а воспоминания накатывают снова. Восемь лет назад, Акико так же устроила нечто подобное. Сейчас уже трудно вспомнить, по какому поводу...       В своём воспоминании я увидел её улыбку, как приподнимаются уголки губ, теплеют глаза. Точно так же, как у Хитоми сейчас. Вспомнил, какими маленькими казались её пальчики в моей руке... — Мадара-сама, — слышу приторный голос Юзуру, — вам нужно расслабиться, позвольте, я вам помогу, — шепчет она прямо мне на ухо.       Эта девушка не знает своего места. Конечно, я с лёгкостью бы мог воспользоваться ей, но я давно перестал вести такой образ жизни. С тех пор, как погибла Акико. И вряд ли она поняла бы зачем. — Мадара-сама отлично знает сам, что ему нужно, — слышу холодный голос Хитоми.       Как она услышала? Но так гораздо лучше. С женщиной и разбираться женщине. — Уж тебе-то откуда знать, что хочет Мадара-сама?! — подвыпившая Юзуру встаёт из-за стола.       Кажется, настоящее веселье начнётся прямо сейчас. Хитоми ставит чашечку на стол и так же поднимается. — Какое веселье без драки? — весело говорит Дейдара, и тут же получает подзатрещину.       Не могу сдержать усмешки. У девчонки рука тяжелая. — Не слишком ли много на себя взяла, а Хитоми? Сама не берёшь и другим не даёшь?       Тору прыснул в кулак. — Сестра, пожалуйста, прекрати! — просит Юкими. — И вообще ты меня достала, вся такая из себя! Что ты вообще представляешь? — не унималась Юзуру, — Сейчас я проверю, чего ты стоишь, раз Мадара-сама так церемонится с тобой! — Я бы не советовал тебе, Юзуру, — Итачи впервые за долгое время подаёт голос. — Точно, — поддерживает Тору, — у Хитоми всё оружие ядом пропитано. Одна царапина и ты труп. — Не недооценивайте меня!       Хитоми выходит из-за стола и просто стоит. Интересно. — Что же ты не достаёшь свою катану, которую постоянно таскаешь с собой? Относись ко мне серьёзно! Неужели тебя не учили, что недооценить противника бывает очень опасно? — Она права, Хитоми-чан, — снова подал голос блондин, — всё, к чему прикасается техника Юзуру-чан, кристаллизируется необратимо.       Одно касание Юзуру к Хитоми, и она просто рассыплется на миллионы мелких кристаллов. На руках блондинки уже потрескивают фиолетовые искры. Действительно интересно. Конечно, я не дам этому произойти. Но я посмотреть безумно любопытно. Я почти уверен в Хитоми. Её ледяное спокойствие свидетельствует о том, что она собрана, и знает, что делает. У Хитоми есть техники, которые убивают без возможности на спасение. Тот же яд на оружии. К тому же, всем оружием, что у неё есть, она владеет почти идеально. Стиль боя у неё, как у Акико. Я сразу заметил это. А Акико никогда не терпела неудач. Но... — Ах, точно! Сейчас у тебя нет с собой оружия! Как неожиданно, а, Хитоми? — ехидно спрашивает Юзуру.        Юкими переводит испуганные глаза с сестры на своего сенсея. В присутствии ученицы ты просто не можешь проиграть. Я бы хотел, чтобы Хитоми раз и навсегда поставила эту выскочку на место. Но Хитоми молчит. И я прекрасно понимаю, почему.       Хороший шиноби должен быть хорошим психологом. И молчание Хитоми раздражает Юзуру, заставляя ту потерять контроль и броситься вперёд. Движения у Хитоми как всегда плавные и точные. Она словно обтекает все выпады блондинки. Тайдзюцу её обучал лично я и Итачи. Её движения не могут быть другими. На пальцах замечаю голубоватое свечение. Иногда мне кажется, что мы создали совершенное оружие, ведь Юзуру хороша в бою, но нет, Хитоми просто хорошо предугадывает все движения, логическое мышление, немного смекалки, и идеальный самоконтроль.       И через минуту Юзуру падает на колени, а из бедренной артерии пульсирующей струёй льётся кровь, заливая каменный пол. Юзуру моментально применяет простую медицинскую технику, но рана не затягивается, а кровотечение не останавливается. Тогда Юзуру пытается прижать артерию пальцами, но это не останавливает кровь, только замедляет её. — Оружие мне и не нужно, Юзуру.       Голос всё такой же холодный, как и глаза, которые словно заледенели. Теперь я начинаю понимать, как она убивает. Рука Хитоми всё так же светится голубым свечением. — Этой техникой я могу не только лечить, но и убивать. Любая рана, полученная этой рукой, никогда не затянется. Если этого не захочу я сама. — Бинго... — мрачно произносит Тору. — Хитоми-сенсей! Простите сестру! Вы же не дадите ей умереть? — Юкими вскакивает с места, умоляюще глядя на своего учителя. — Я хочу, чтобы ты поняла своё место здесь, Юзуру. Ты просто наёмный убийца. Если ты больше не будешь пытаться перейти мне дорогу, и не будешь досаждать Мадаре-сану, я залечу твою рану. Ты не такая плохая, какой хочешь казаться, Юзуру. Я уверена.        Юзуру глянула на Хитоми и досадливо зашипела. — Пожалуйста, Юзуру! — просит Юкими. — Мадара-сама! Прикажите ей вылечить меня! — Я согласен с каждым словом Хитоми, — холодно произношу я, — если и ты тоже, то конечно, ты останешься жива. — Чёрт с вами! Я согласна... — с ненавистью выкрикнула девчонка.       Хитоми молча подходит и присев рядом, залечивает рану. Юкими смотрит с восхищением и обожанием. Я смотрю с гордостью. Юзуру встаёт и молча покидает помещение. Хитоми так же молча садится за стол и наполняет свою чашечку саке. Все снова начинают болтать и веселиться, как будто ничего не произошло. Кажется, мне пора уходить, пока гордость за свою ученицу не переросла в восхищение.       Выхожу в прохладный полутёмный коридор и иду к себе в кабинет. За спиной послышались тихие шаги. Что она хочет? Оборачиваюсь в пол оборота. Хитоми подходит очень близко, она смотрит прямо мне в глаза, не опуская взгляд. — Мадара, — произносит она негромко, а моё имя на её губах, её голосом, звучит совсем не так, как мне раньше казалось. Чисто. Светло. — Ты прости мне мою несдержанность. И спасибо, что поддержал меня... — Если выбирать между вами, ты абсолютно права, Хитоми. Не нужно благодарить меня. Это тебе благодарность, что избавила меня от этой надоедливой женщины. Ты поступила с ней мягче, чем это сделал бы я. — Для такой неуверенной женщины, как я, твоя поддержка была просто неоценима, — Хитоми опустила ладонь на моё плечо и я чувствую вес всего её хрупкого тела, а затем прохладу её чуть влажных губ на своей щеке.       Она просто молча уходит, больше ничего не сказав. А я просто стою, глядя вслед её удаляющейся фигурке. Прикосновение её губ к моей щеке обожгло, словно огонь. Заставило вздрогнуть от внезапной волны дрожи. Это прикосновение открыло мои глаза. Словно меня кто-то вытащил из кромешной тьмы. Именно это невинное прикосновение отпечаталось в памяти так, что я навряд ли смогу забыть то чувство, что я испытал, почувствовав её прохладные губы на своей коже.