Две жизни

      Когда я проснулась, Мадары рядом не было. Посмотрев в большое окно, я отметила, что уже вечереет. Несмотря на то, что поспала я мало, чувствовала себя вполне отдохнувшей. В теле ощущалась легкость и приятная болезненность мышц. Сев в кровати, я потянулась. Где же Мадара? Я встала и обнаружила свою одежду аккуратно сложенной на стуле. Одевшись, я вышла в кабинет Мадары. На столе лежала записка.

Отошел по важному делу, к вечеру вернусь. М.       Решив воспользоваться отсутствием Мадары, я спустилась вниз. Наконец-то я увижу Тору-куна, Юкими... Черт, я даже по Дейдаре соскучилась! Интересно, как я их найду? Но искать долго не пришлось – одна из дверей открылась и оттуда выбежал маленький черноволосый мальчик. За ним выскочила девушка — не кто иной, как сама Юкими.       Её некогда длинные каштановые волосы стали чуть короче и были завязаны в высокий хвост. — Ичиро! Куда ты, а ну стой! — кричала она, но ее глаза тут же наткнулись на меня и девушка замерла. — Хитоми... Хитоми! — Юкими кинулась ко мне с объятиями, — Где ты пропадала? Я уже думала, что мы больше никогда не увидимся! — Юкими, ты меня задушишь... — буркнула я, — Отпусти, я тебе всё расскажу.       Девушка ослабила объятия и, схватив мальчонку за руку, внимательно осмотрела меня с ног до головы, остановившись на глазах. — Твои глаза... — начала она, но я не дала ей договорить. — А это ваш с Тору-куном сын? — задала я риторический вопрос.       Юкими улыбнулась и потрепала ребенка по черным волосам. — Это Ичиро-кун, — сказала она. — Он очень похож на вас обоих, — улыбнулась я, посмотрев в ярко зеленые, как у Юкими, глаза мальчика, — приятно познакомиться, Ичиро-кун.       При упоминании знакомого имени я сразу вспомнила о своем первом учителе. Стало немного грустно. Захотелось навестить его могилу... — Где Тору-кун? — спросила я, — я так скучала без вас, Юкими. Прости, что не была рядом в самые важные моменты вашей жизни... — Я уверена, у тебя были на то причины. Ни я, ни Тору, не в обиде на тебя, Хитоми. Правда-правда. Идем, — девушка взяла меня за руку, — я заварю твой любимый зеленый чай. Тору будет очень рад, он только вернулся с миссии.       Когда я вошла в комнату вслед за Юкими, первым, что попалось мне на глаза – стоящий у небольшого окна Тору-кун. Он стоял спиной к нам, руки были заложены за спину. Казалось, он о чем-то глубоко задумался. — Папа! — произнес маленький Ичиро.       Тору обернулся с улыбкой на лице, которая тут же сошла, стоило ему увидеть меня. Губы дрогнули, темные брови сошлись на переносице. Несколько минут мы молча смотрели друг на друга, а затем Тору развел руки в стороны и устало улыбнулся. Я бросилась обнимать друга, словно маленькая девочка, пока Юкими заваривала чай. — Тору-кун... — с трудом сдерживая слезы, выговорила я, — я же обещала, что вернусь... — Я не сомневался в тебе, Хитоми, ни дня не сомневался, — произнес Тору в ответ.       Вот сейчас я наконец полностью почувствовала себя дома. Словно все частички одного пазла встали на свои места. — А вот и чай, — Юкими вернулась с кухни и поставила поднос с чаем на столик.       Я достала из внутреннего кармана кисеру и прикурив, втянула ароматный дым. — Сейчас я расскажу вам очень занимательную историю, — лукаво улыбнулась я, садясь перед дымящейся чашкой жасминового чая.       Когда я закончила свой рассказ в подробностях, было выпито множество чашек чая, табак для кисеру закончился, а маленький Ичиро давно посапывал на кровати Юкими, обняв маленькую игрушечную катану. — Ты никогда не перестанешь меня удивлять, да? — с улыбкой сказал Тору. — Ага, — улыбнулась я в ответ. — Ты железная женщина, Хитоми... кхм, то есть, теперь уже Акико, — покачала головой Юкими. — Быть как стебель, и быть как сталь... Мадара-сан часто говорил так о тебе в твое отсутствие, — задумчиво произнес Тору, — а он был прав. — Мысли о вас, о Мадаре, придавали мне сил. Но и без поддержки Рэйко, Саске, Итачи, и остальных у меня бы не вышло... — Какие планы на оставшийся день? — спросила Юкими. — Нужно кое-куда сходить... Вас я и так уже порядком утомила. — Акико... Ты ведь остановишь Мадару? — взволнованно спросила Юкими. — Теперь все будет в порядке, я уверен, — Тору взял ладонь жены в свою.       Я подмигнула девушке, и та неуверенно улыбнулась в ответ. Выйдя из комнаты друзей, я направилась на выход, чтобы навестить могилу Ичиро. По пути заскочила в ближайшую деревню, чтобы купить табак для кисеру. — Ичиро-кун, прости, я так долго не навещала тебя, — я положила на холмик букет фиолетовых орхидей, что купила в той же деревне, что и табак.       Ветер трепал мои отросшие волосы, колыхал траву на могиле Ичиро. Я стояла и говорила всё, что хотела бы рассказать ему, будь он сейчас с нами, а после вернулась обратно на базу. На душе было спокойно. Хотелось увидеть Мадару. Казалось, что с тех пор как он ушел прошла целая вечность. Я так давно по нему скучала, так давно ждала встречи, что теперь не собиралась терять ни единой возможности побыть с ним рядом. Поднимаясь по каменным ступеням, я надеялась, что он уже вернулся.       Когда я толкнула дверь его кабинета, она оказалась не заперта. Мадара сидел за своим столом и перебирал бумаги. Когда я захлопнула дверь и провернула ключ в замочной скважине, он поднял на меня вопросительный взгляд своих обсидиановых глаз. — Я искал тебя, — произнес он и встал из-за стола. — Я была у могилы Ичиро-куна, — произнесла я, — но ты же знаешь, я без тебя долго не могу, — я хитро улыбнулась.       Мадара иронично выгнул бровь. — И это говорит девушка, которая невесть сколько времени сидела в Конохе, — хмыкнул он. — О Конохе, Мадара... — я на мгновение замялась, но быстро сосредоточилась.       Я больше не могу откладывать это. Мне нужно поговорить с ним, во что бы то ни стало убедить не причинять вреда этой деревне. — Что ты хотела сказать? — на удивление голос Мадары прозвучал мягко. Это придало мне сил. — Я слышала о том, что ты хочешь уничтожить Коноху. Не делай этого, Мадара, пожалуйста.       Я подняла глаза на Учиху и наткнулась на каменное лицо. — Эта деревня причинила мне слишком много боли. И я уверен, будет продолжать и дальше... Я не смогу спокойно спать, зная, что это может произойти снова. — Я клянусь, что теперь все будет хорошо. Там я нашла друзей, я прожила там так долго... Если ты захочешь уничтожить Коноху, я положу все, что у меня есть, даже мою любовь к тебе, на её спасение.        Я решительно посмотрела ему в глаза. — Я просто хочу быть счастлива...       Мне показалось, что в глазах Мадары застыл миллион острых кусочков льда. — Будь, Хитоми. Я не держу тебя! — сказал он, выделяя мое прежнее имя.       Я поняла. Мадара думает, что я вернулась лишь затем, чтобы убедить его не нападать на Коноху. — Прошу тебя Мадара, прекрати это, — я умоляюще смотрю в его глаза, — я не прошу тебя отказаться от всего, но откажись от этой глупой затеи... — Нет, Акико. Когда-то я основал Коноху, и это было ошибкой. — Чёрт подери, Мадара! — не выдержала я и хлопнула ладонями по груди Учихи, — Я просто хочу чтобы ты был счастлив по-настоящему! Хочу быть счастливой с тобой! Почему ты меня не слушаешь! — эмоции уже не сдержать и я кричу. — Не кричи, Акико! — Пошел к чертям! — в глазах защипало, но я быстро стабилизировала чакру, а затем со всей силы ударила Мадару по лицу, зная, что это все равно что ударить кулаком в стену. — Мадара, если ты не послушаешь меня... — То что? Теперь ты не можешь запугивать меня тем, что исчезнешь, и я больше не увижу тебя. Ты постоянно делала это раньше. Но теперь ты не можешь покинуть этот мир, и куда бы ты не ушла, ты от меня никуда не денешься, Акико, — Мадара сузил глаза, — теперь я и убить тебя могу, и это не будет бессмысленно от того, что ты вернешься вновь, — беззлобно произнес он. — Кто знает, — ответила я, — прошлый раз тоже должен был стать для меня последним. Я точно знаю, что умерла тогда! Я не вернулась в свой мир! И вот я здесь. Кто знает, что может произойти? Так что не будь таким самоуверенным! Учиха Мадара.       Черт подери, я не знала, что из всего этого разговора получится такое сумасшествие. Что же такое эта любовь к нему? Дар богов, или действительно, мое проклятие? Мадара устало выдохнул. — Будешь мне противостоять? — его губы тронула ироничная ухмылка, — Вся моя жизнь с тобой – сплошное противостояние, — вздохнул он. — Я вправлю тебе мозги... Ты просто псих... — от злости на него, я не знала что сказать.       Мадара тихо засмеялся и подошел ко мне почти вплотную. — Но ты этого психа любишь, — ехидно прошептал он мне в губы, — тебе безумно идет этот пылающий шаринган в твоих прекрасных глазах, когда ты злишься... — П-перестань, — растерялась я.       Мадара чуть отступил и снова рассмеялся. — Только ты видела во мне человека, а не монстра. Видела мою душу, сердце, которое смогла растопить... Поэтому я уверен, не отступишь и сейчас. И я, как всегда, сдамся, — Мадара опустил глаза вниз. — Я не дам тебе погрузиться во тьму, Мадара. Я вытащу тебя оттуда. Затем я и пришла... — я осторожно провела кончиками пальцев по его лицу, подойдя вплотную.       Мадара как-то порывисто взял мою руку и поднес к губам. Прикосновение горячих губ к пальцам вызвало волну дрожи по всему телу. — Больше ты не нарушишь свою клятву принадлежать лишь мне, — прошептал он в мою ладонь, — не посмеешь больше оставить меня. — Бесполезно тратить всю свою жизнь на один единственный путь, особенно, если этот путь не имеет сердца. — О чем это ты? — не понял Мадара. — Я не никуда не денусь, ты прав, потому что ты — мое сердце, — я положила ладонь на грудь Мадары, — неужели твое сердце считает самым важным уничтожить Коноху? Если нет, то не нужно следовать этому пути... — Я ждал тебя... Девять лет, Акико... — хрипло прошептал Мадара, касаясь своим лбом моего.       Я медленно провожу пальцами по лицу Мадары, очерчивая контур, касаясь губ и чувствуя горячее дыхание на пальцах. — Я здесь... Ради тебя я проживу столько жизней, сколько ты захочешь, — шепчу я в ответ. — Из-за любви ко мне ты погибла. Любовь ко мне это проклятие, — губы Мадары дрогнули. — Нет, Мадара. Любовь к тебе – мое спасение, — с этими словами я накрыла губы Учихи своими. Настойчиво, зарываясь пальцами в мягкие волосы, не давая отстраниться.       В ответ он лишь сильнее прижал меня к себе, отвечая на поцелуй с таким отчаянием, будто боялся, что я сейчас исчезну. Я гладила руками его волосы, лицо, плечи, возвращаясь снова назад, повторяя это снова и снова... Мадара незаметно для меня подошел к двери в его личную комнату, плавно втолкнул меня туда, и только тогда оторвался от моих губ. — У меня кое-что есть для тебя, — сбивчивым шепотом произнес он, — закрой глаза. И пожалуйста, не спрашивай ни о чем. Просто я так хочу.       Я сделала вид что закрыла, но граем глаза все равно следила за ним. Мадара медленно обошел меня и встал за спиной. Тонкие пальцы ловко расстегнули застежки сзади на моей кофте. Мадара провел ладонями по моим плечам, и моя одежда сползает вслед за его руками. В комнате было темно, и мое дыхание участилось. То ли от кромешной тьмы, то ли от его присутствия, то ли от того, что на мне не осталось практически ничего.       В следующую секунду я услышала негромкий звон, а затем прохладный металл коснулся кожи на моей груди. — Это по праву твое, — тихо сказал Мадара.       Я коснулась и взяла в ладонь цепочку, и подвеска с символом клана Учиха сверкнула на бледной коже моей руки. Я почувствовала себя словно во сне. Мне все еще не верилось, что я и есть та девушка с фотографии, что Мадара так бережно хранил. И не поверила бы, если бы не вернувшаяся память. — Мадара... — слова застряли в горле, а на глаза выступили слезы, — ты сохранил ее...       Учиха сделал несколько плавных шагов вперед, обходя меня, а затем еще несколько шагов, заставляя отступить к стене. Когда моя спина коснулась прохладной поверхности, Мадара облокотился одной рукой о стену, а пальцами второй приподнял мое лицо за подбородок и жадно впился в мои губы. Я судорожно выдохнула, по телу пошли волны мурашек. Браво, Учиха. Ты продержался долго.

POV Мадара

      Я чувствую, как маленькие прохладные пальчики Акико пропускают пряди моих волос, зарываясь в них и чуть сжимая. Я пытаюсь сдерживать себя, но у меня плохо выходит. Моя Акико, мне хочется скорее почувствовать свою власть над ней. Мне нравится наблюдать, как холодная, расчетливая, рассудительная и сдержанная Акико теряет над собой контроль. Как она шепчет мое имя, как переплетаются наши пальцы, как она прикрывает свои глаза, слегка отклоняя голову назад, поддаваясь моим ласкам. Как ее тело выгибается мне навстречу и несдержанные стоны слетают с губ...       Её пальцы, гуляющие от ключицы, вдоль шеи, и вновь путающиеся в моих волосах... Я чувствую каждое ее малейшее движение навстречу моим рукам. Это сводит с ума, заставляет потерять рассудок, забыть обо всем. Она находилась в моей власти сейчас, но сам же я находился в ее власти всегда.

Конец POV Мадара

      — Я хочу тебя... — еле слышно шепчу я в миллиметре от губ Учихи, прогибая спину под его пальцами.       Мадара рвано выдыхает, проводя носом вдоль моей шеи. Я торопливыми, слегка неловкими, но уверенными движениями стаскиваю с него одежду. Близости, что сейчас между нами мне не достаточно. Хочу чувствовать на себе его прикосновения, везде, всем телом. Забыв о приличиях, я беру ладонь Мадары в свою и провожу ею от шеи, по груди, животу... Прижимаюсь к нему вплотную, проводя кончиком языка дорожку по его шее.       Мадара обхватывает мои бедра и снова прижимает к стене. В его движениях проскальзывает животная страсть, но Мадара старается быть нежнее. — Акико... — он буквально простонал мое имя, когда я почувствовала его в себе.       Мало... Я еще никогда не ощущала подобного. Как же мне его мало... Вцепившись ладонями в его бедра я прижала его еще сильнее, заставляя двигаться глубже. Движения были немного резковатыми, но меня это лишь сильнее заводило. Мои стоны периодически срывались на вскрики, а затем я, потеряв голову, принималась шептать Мадаре слова любви. Один лишь взгляд на него заставлял меня закусывать губы и закрывать глаза — влажные черные пряди волос, местами прилипшие к шее, полувыдохи-полустоны... Мадара прикусывал губы и прикрывал глаза, иногда чуть окидывая голову назад. Сейчас я была уже не в силах сдерживать переполнявшие меня чувства и эмоции, и мне было наплевать на то, что нас наверное, слышит вся база.       Мадара не пытался заглушить все эти вскрики и громкие стоны, едва сдерживая их сам. Казалось, ощущения были такими сильными, что я просто умру. — Мадара... ммм... Мадара... — я уже сбилась со счета, сколько раз я уже побывала на пике наслаждения, — я больше не могу... — стонала я, и в то же время хотелось еще и еще.       Учихе же снесло крышу больше, чем мне. Сжимая в кулак мои волосы на затылке и оставляя на шее укусы и засосы, он буквально вколачивал меня в жесткую стену. — Давай же... еще.. раз... — простонал он мне на ухо.       Я всегда знала, что он сумасшедший. Мы с ним никогда так не ссорились, поэтому и примирение вышло столь же эмоциональным. Мадара закрыл глаза и застонал, что спровоцировало во мне новый взрыв. Я поймала его губы своими, ловя этот стон, а затем зарываясь носом в его волосы.       Затем в комнате повисла звенящая тишина, прерываемая только рваными вдохами и выдохами. Придя в себя, Мадара отпустил меня, и я почувствовала твердую поверхность под дрожащими от напряжения ногами. — Кажется, нам нужно в душ, — заметила я.       Мадара молчал и смотрел на меня победным взглядом. — Чего так смотришь? — пытаясь скрыть смущение спросила я. — Ну, и сколько раз? — ехидно улыбаясь, ответил он.       Когда я поняла, о чем он, зашвырнула первой попавшейся вещью с пола. — Ты сумасшедший, — буркнула я. — Не более, чем ты сама, — проурчал мне на ухо Учиха, — ну скажи, Акико, я должен убедиться в своих догадках. — Отстань, я не считала, — я совсем засмущалась и спрятала лицо в ладонях, — давно ли тебе стали интересны такие вещи, извращенец, — я легонько стукнула Учиху по плечу. — С тех пор, как эти вещи, как ты говоришь, престали быть одиночными эпизодами, — хохотнул Мадара, — я заметил пять, — снова прошептал он мне на ухо.       Сначала меня бросило в жар от смущения. Что же он творит, зачем говорит мне это? Издевается? Ну сейчас я ему... — А что насчет тебя? — ехидно парировала я, — я насчитала шесть!       Конечно, это не правда, я ничего не считала, да и быть такого не может. Но каково же посмотреть на его лицо? — А ты в себе весьма уверена, — так же тихо произнес Мадара, и его губы тронула ухмылка, — но ты обсчиталась, дорогая... Правда не намного, — после небольшой паузы закончил он.       Что-что? Что я слышу? Вот теперь свой победный взгляд я скрыть не смогла, и улыбку тоже. — Хочу, чтобы так было всегда, — прошептала я, обняв любимого за шею. — Будь в этом уверена, — ответил он, подхватив меня на руки и направляясь в душевую.       Спустя пол часа мы лежали на небольшой кровати в комнате Мадары. Я медленно перебирала влажные пряди его волос. — Так ты не пойдешь в Коноху? — снова спросила я.       Мадара вздохнул. — Я не могу причинить тебе боль, Акико. Если эта деревня и люди в ней дороги тебе, я оставлю это. Главное, чтобы ты была всегда рядом. Даже на день больше не отпущу тебя... С тобой я готов начать все с чистого листа. — Ты будешь счастлив, я обещаю тебе, — я взяла ладонь Мадары в свою и поцеловала.       Мадара коснулся губами моего лба. — Отдохни. Утром у меня есть одно дело. Ты идешь со мной.       Я послушно прикрыла глаза. Сейчас я чувствовала себя абсолютно на своем месте, счастливой. Я была уверена, что теперь все будет хорошо.