Кексик

Небо уже светлело, занималась утренняя заря. Мы с Дином лежали на траве, посреди поля. Дин лежал на спине, закинув руки за голову, а я лежала на нем, подперев руками голову и болтая ногами. — И что теперь? Дин улыбнулся. — Хороший вопрос. Я запустила одну руку ему в шевелюру и взъерошила ее. Винчестер улыбнулся. Я пропустила пряди его волос через пальцы. — Это моё… Пальчиками провела по бровям Дина. — И это моё… Винчестер улыбался. Я, чуть не тая, коснулась губами морщинок возле его глаз. — Это тоже моё… Чмокнула его в веснучатый нос. — Ой, это тоже моё… Дин готов был замурлыкать. Поцеловала его в щеку. — Щетинка тоже моя теперь… Едва коснулась его губ. — И это моё… Винчестер посмотрел мне в глаза. — А знаешь, что еще твое? — Что? Он взял мою ладошку в свою руку и приложил к груди. Там, где билось его сердце. — Это твоё. Я улыбнулась ему. Дин поднес мою руку в своим губам. Смотря мне в глаза, легонько поцеловал запястье. Я зажмурилась. Дин рассмеялся. — Солнышко ты моё… Я засмущалась. Вот это нифига себе. Не было еще такого. Дин понял, что мне пока трудно привыкнуть к мысли, что я теперь с ним. Поэтому решил перевести тему. — Знаешь что странно? То, что нам еще ни разу никто не позвонил. Я хотела засунуть руку в карман своих джинс, чтобы проверить телефон, но Дин опередил меня. Достал из заднего кармана моих джинс мой мобильник. — Ну, а я о чем. Ни одного пропущенного. А хотя… Лизке с Трэном там не до нас. Мы рассмеялись. — А как домой возвращаться будем? Дин пожал плечами. — Очевидно, на Хаммере. Я усмехнулась. — Не, ну это понятно. Скажем, или нет? Дин наморщил лоб. — На сколько там Лизка с Сэмми спорила? — На косарь. Ну, плюс проценты… За год по косарю… Уже три. Дин вскинул брови. — Почему три? — Ну смари. Когда они поспорили, мы еще в лагере были. И там уже был косарь. Потом прошло два года. За год по косарю, да плюс тот начальный, получается три. Дин сделал «not bad». — Ну, Лизка себе купит че нить. Интересно, сколько можно на три косаря купить презер… Я закрыла ему рот ладошками. — Дурак! Винчестер рассмеялся. Я встала с него и пошла к Хаммеру. Идиот. Ооох, это ж я покраснела… Дин догнал меня, схватил за руку и притянул к себе. Погрозил пальцем. — Не вздумай больше так делать. Не уходи от меня. Ты моя, и не имеешь никакого права уходить. Ясно? Вместо ответа я приподнялась на цыпочки и чмокнула его в нос. Винчестер растаял. — Ну нельзя же так… — Ты мой. Значит, можно. — Засранка. — Если я засранка, то ты — засранец. — Да как с тобой вообще спорить можно?! Я пожала плечами и, взяв Дина за руку, пошла к Хаммеру. От лица Лизы Я ее убью. И Винчестера заодно. Совсем охуели. Ладно, то, что, было в машине, я им уже простила. Но то, что они ночь дома не ночевали, я им не прощу. Время пять часов утра. Я лежу головой на прессе Трэна. — Эй, ты чего не спишь? Не приехали чтоли? — Неа. — Не волнуйся ты так. Дин с ней, он не даст случиться ничему плохому. Сама же знаешь, как он к ней относится… Я усмехнулась. Это да. Дину нравилась Танька. Причем конкретно так нравилась. Так что, кроме пошлых, в моей голове нет никаких мыслей, куда бы они могли поехать. Внизу хлопнула дверь. Послышались какие-то голоса. Потом все стихло. Только через полчаса я встала, подтянула трусы и пошла вниз. С кухни доносился шепот и тихий смех. — Дин, ну я же уже рассказывала! — Это было два года назад! Два года, Кекс! Я осторожно, чтоб меня не было видно, заглянула на кухню. Танька сидела за столом, поджав одно колено к груди, в одной футболке, с распущеными волосами и, улыбаясь, что-то говорила Дину. Он сидел напротив нее в одних джинсах и пил чай. Волосы взъерошены, улыбка на губах… Что-то эти двое слишком довольные… — А потом она такая: «а хули нам, пасанам! Пошли спрыгнем!». Дин рассмеялся. Я еле сдерживала хохот. Танька улыбалась, смотря на смеющегося Винчестера. Он, вытирая слезы, хотел глотнуть чай, но новый приступ смеха не дал ему это сделать. Дин поперхнулся и закашлялся. Танька подбежала к нему и постучала по спине. Дин поймал ее за руку и, откашлявшись, поднес к своим губам. Танька зажмурилась от удовольствия. А я готова была лопнуть. Че то тут нечииистооо… Когда я вернулась из мира догадок в эту реальность, Танька уже сидела у Дина на коленях. Винчестер что-то шептал ей на ухо. Она улыбнулась и покраснела. Оооооо. Дин продолжал что-то шептать, улыбаясь. Танька пихнула его в плечо. — Болтун! Винчестер рассмеялся. — Кекс, я спать хочу. Танька пожала плечами. — Иди, кто тебя держит-то. Дин усмехнулся. — Так-то ты на мне сидишь. Танька поерзала у него на коленях, подползая выше и устраиваясь поудобнее. Дин провел языком по губам. — Кексиик. Я мужчина, и у меня встает. Танька оттолкнула его, соскочила с его колен. — Дурак… Отвернулась от Дина, скрывая волосами пылающие щеки. Ох чует моё сердце… Винчестер встал с диванчика, подошел к ней. Сзади обнял за талию и зарылся лицом в ее волосы. — Дурак. Прости. Тебе непривычно? Танька кивнула. НЕПРИВЫЧНО ЧТО?! Дин говорил чуть хрипловатым голосом. — Ну прости, солнце. Я больше не буду. Но мне так нравится, когда ты смущаешься… Танька улыбнулась. — Все равно дурак. Дин усмехнулся. — Согласен. А теперь — пошли спать. Часов до десяти может выспимся. Танька повернулась к нему лицом. Какая же она все-таки маленькая рядом с ним! — Ты предлагаешь мне спать с тобой? Дин мягко улыбнулся. Провел рукой по ее щеке. — Ты имеешь что-то против? Танька уперлась лбом ему в грудь и помотала головой. Дин пальцами взял ее за подбородок и приподнял ее голову. Наклонился к ее лицу… Я зажала себе рот обеими руками. ДА НЕУЖЕЕЕЛИИИИИ?! ДА ЛААДНАААА?! ААААААААА! Эти двое целовались, а я опять ревела. Господи, неужели и у нее все будет хорошо?.. Дин отстранился от Таньки и выпрямился. — Вот че ты такая маленькая? У меня шея устает… — А вот так? Танька принялась разминать шею Дина. Тот откинул голову назад. — Ааа, все, хватит. А то я как начну стонать, так Лизка мигом прибежит. ВОТ ПАДЛА! Они рассмеялись. — Все, пошли спать. Дин взял Таньку за руку. Я вовремя отползла за дверь. Они прошли мимо, в зал. Дин лег на диван и за руку потянул мою сестру на себя. Вскоре из зала донеслось их мирное сопение. Сука. В унисон. Я встала с пола и на цыпочках пошла наверх. Господи, наконец то… Только бы у них все было хорошо…

***

— И сегодня в эфире самые горячие новости! Я приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть, кто посмел меня разбудить. — Ой, малыш, прости, я думал тихо будет. Дин, обнимая меня одной рукой за талию, поцеловал в висок. Я зажмурилась. Точно. Мы же вместе. Я потянулась и зевнула. — Че тут творится то вообще? Нас уже видели? Дин улыбнулся. — Нет еще. На кухне кто-то есть, Трэн вроде. Сэмми я не видел. Ну, а Лизка храпака дает наверное. Счастливая, три косаря в кармане, че бы не дрыхнуть. Мы рассмеялись. — Сколько время то? Дин посмотрел на наручные часы. — Десять часов. Как и хотели. — Да я бы дольше спала, это ты тут со своими новостями. — Ну простииии. Дин укусил меня за мочку уха. Я, смеясь, отпихивалась от него. — Вот подлииизаа тооо, вот подлиизаа! Вдруг на меня сверху запрыгнуло что-то большое и тяжелое. Не успела я испугаться, как меня лизнули в нос. Я обняла эту тушку двумя руками и положила на себя. Дин охнул. Я и так на нем лежала, а тут еще и Тор. — Бооог мооой! Привееет! Тор гавкнул и посмотрел на Дина. Тот аж съежился. Страшно, да? А вот. — Тшшш, малыш. Слухай сюда. Я притянула морду Тора к своему лицу. — Этот парень — показала на Дина — теперь со мной. Я люблю его, и ты тоже постарайся полюбить, хорошо? Я не хочу, чтобы вы плохо относились друг к другу. Я люблю вас обоих, правда. Так что, Тор, не обижай Дина, хорошо? Я люблю его. И тут я поняла, что сморозила лишнего. Сжав зубы, посмотрела на Дина. Тот, улыбаясь, смотрел на меня. — Кекс, я тоже… — Тиха. Вот щас тиха. Мне хватило того, что ты мне встречаться предложил. Пока хватит. Дин усмехнулся. На лестнице послышались шаги. Мы с Дином синхронно повернули головы. Сэмми, запустив руки в волосы, смотрел на нас. Картина маслом, да. Я на Дине, в одной футболке, одна рука Винчестера-старшего на моей талии, другая — на голом бедре. Только Дин открыл было рот, Сэм замахал руками. — Ну нет. Это я сплю прост. Щас я умоюсь схожу, расчешусь, почувствую себя человеком. Вернусь сюда, а тут уже Мамаево побоище и Дин с пробитой башкой лежит на полу. Щас. Он ушел в ванную. Мы с Дином переглянулись. — Ам. — Мда. Может сказать ему? — Пфф, а то он не понял? Тут у меня зазвонил телефон. Он лежал на тумбочке, а у Дина руки длиннее, да и против его тушки не попрешь. — Да? Ооо, мистер Матис, драсьте. Да, простите, Брайан. Кого? Ааа, младшую. Дык не может она. В душе. Я? Я тоже в душе. С ней, ага. Я влепила ему подзатыльник и забрала телефон. Уселась на Дина сверху, чтоб не брыкался. — Да, папуль, привет. Да дурак он. Я не успела трубку взять, вот он и решил поржать. Но он у меня получит, не переживай, ага. У нас то? Да нормально все. Лизка с Трэном мутят. Доооо. Нее, не так серьезно все. Так, поцелуйчики, киношки. Со вчерашнего дня. Нооо. Как Кексик с Дином так на кладбище, трупаки откапывать, а как Лизу с Трэном так в кино. Да ваще несправедливо. Правда? Оооо, класснооо. Я так давно тебя не виделааа. Во сколько? Через часик? Хорошоооо. Да не будем мы ничо готовить, не парься. Чай попьем и всо. С тетей Мартой? Ооо, прикольно. Познакомишь хоть. Ага. Это, меня же в институт обратно взяли! Даааа. Айзек так вымахал, ты прикинь! Я чуть в обморок не упала. Такая лосина. Неее, у него девушка. Да ты чо, какой идиот будет со мной встречаться. Дин шлепнул меня по заднице. Я впечатала ему между ног. Он застонал. — Да тут просто кто-то люлей хочет получить, но. Даа, получит. Прикинь, я же его на молоте катала. Такой довольный был. Тор то? Ооой, мальчик мой, хорошо все с ним. Жрет да спит. Ну, значит через часик? Ладно, будем ждать. Ага, целую. Я положила телефон на тумбочку и принялась душить Дина. Тот кривлялся, изображал умирающего. Наконец, отомстив, я встала с него. — Через час папа с тетей Мартой приедут. Чай попить. Так что оденься поприличнее. Надо будет им сказать. — Что сказать? Дин улыбался. Я передразнила его. — Сто сказять, сто сказять. Что мы вместе. Тут послышался грохот. Мы обернулись. Сэм стоял, охуевше раскрыв рот. У него под ногами валялись осколки кружки. — Ам. — Да. — Ебать. Я должен Лизке три косаря… С этими словами он ушел наверх. Мы с Дином пожали плечами и пошли на кухню. Кевин налил мне чай. Дин пошел в ванную. Мы с Трэном, чуть не лопаясь от хохота, медленно сползали под стол. — Че реально?! — Даааа… И снова ржач. На кухню зашла сонная Лизка. Увидев едва живых нас, она лишь хмыкнула и налила себе чай. Мы почти успокоились, и даже глотнули чай. Лизка отхлебнула из своей кружки, и тут же скривилась. — Блять, опять соли насыпала… Тут Трэн с громким хохотом сполз под стол. Я больше не могла этого выдерживать, и выбежала из-за стола. Однако в дверях кухни налетела на Дина. Он уже рефлекторно обнял меня. Я уткнулась ему в плечо и хохотала. Винчестер, улыбаясь, посмотрел на Лизку. — Че случилось то? Я что-то пропустил? Из-под стола показалась голова Кевина. Он хотел было что-то сказать, но приступ смеха не дал ему этого сделать. Одна Лизка сидела, сонная, не въезжая, че мы ржем. Голоса у меня больше не было, чтобы смеяться, поэтому теперь у меня беззвучно тряслись плечи. Дин поглаживал меня по спине. Я глубоко задышала, успокаиваясь. Подняла голову и посмотрела на Дина. Все еще мокрые волосы после умывания, сияющие глаза и белозубая улыбка… Солнце во всю светило в окно, и веснушки на носу Винчестера чуть ли не сияли. — Оооох… Дин улыбнулся на мою реакцию. Мы услышали «бах». Это Кевин, вылезая из-под стола, долбанулся головой. А вот Лизка уже, кажется, вполне себе проснулась и не отводила от нас с Дином пошлого взгляда. Я медленно вытащила свою ладошку из руки Дина. Он все понял и лишь улыбнулся. Я налила ему чай. На кухню зашел Сэм. Тоже недвусмысленным взглядом посмотрел на нас с Дином. Я молча глянула на него так, что он даже слова сказать не смог. Налил себе чай и сел рядом со мной. Лизка с Сэмом пилили нас с Дином взглядами. Мы сначала даже глаза на них не поднимали. Просто пили чай, смотря на стол. Наконец, когда эти двое уже во мне дырку прожгли, я не выдержала. Вскинула голову. — Да блять! Да! Мы встречаемся! Довольны?! Дин улыбнулся, помешивая чай. Кевин подавился и закашлялся. Лизка завизжала и наебнулась вместе со стулом. Сэм просто улыбнулся. Пока все осознавали сей факт, я пошла спасать бедного Кевина. Парень чуть не умирал, а на него никто не обратил внимания. Я похлопала его по спине, дала попить воды. Села между Винчестерами, где и сидела. Через 15 минут, когда Лизка, наконец-то охрипла, мы смогли нормально разговаривать. — Ребят, через полчаса папа с тетей Мартой в гости приедут. Ну, чай попить, посидеть, поговорить. Надо кому-то в магаз сгонять, каких-нить пироженок купить. Я посмотрела на Сэма. Он кивнул. — Ну вот и чудненько. Я взяла Дина за руку и вытащила из-за стола. Встала на цыпочки, чтобы достать до его уха. Руки Винчестера, уже по привычке, лежали на моей талии. — Пошли со мной на пробежку. А то щас кое-кто начнет расспросы устраивать. Дин улыбнулся и кивнул. Мы пошли на улицу. — Ну что, наперегонки, или вместе? Я разминала голени, переступая с пятки на носок. Дин потянулся. — Ну, давай туда вместе, а обратно наперегонки. — Давай. Мы побежали. Легким бегом, наслаждаясь утром. Мы пробегали мимо людей. Кто-то смотрел на нас с укором, мол, бегают тут, ходить мешают. Кто-то с уважением, типа, молодцы, пробежка по утрам — эти хорошо. А некоторые оборачивались и улыбались. Кажется, даже окружающие видели, что мы встречаемся. Я ловила на себе взгляды Дина, полные нежности и иногда — с огоньком пошлости. Он сразу получал за это толчок в бок и хохотал. Наконец, мы добежали до кранчика с водой. — Че, Винчестер, сдох? Дин жадно пил воду. Я усмехнулась и попрыгала на месте. Ноги хотели еще. Винчестер умылся и намочил шею и волосы. — Фууф, теперь легче. И ничо я не сдох. — Сдох, сдох. Дин рыкнул. Мне тут же захотелось его поцеловать, но я сдержалась. — Всооо, побежалиии! Дин простонал и побежал за мной. — Кто последний — тот лошара! Это подзадорило Винчестера, и он ускорился. Я бежала чуть впереди него. Пробежав половину пути, я остановилась, чтобы завязать кроссовок. Дин остановился около меня. — Тебе плохо? Я усмехнулась. — Нет. И рванула с низкого старта. Дин прокричал что-то неприличное и рванул за мной. Тут я увидела папин Мустанг, выезжающий из-за поворота. И припустила во весь дух. Не знаю, откуда у Дина взялись силы, но он нагонял меня все быстрее и быстрее. Вот, наконец, и наш газон. Я бежала наравне с папиной машиной. Он уже сбавлял скорость, улыбаясь и что-то говоря женщине, сидевшей рядом с ним. — Дин — лошаарааа! Я уже мчалась к дому, как вдруг сзади на меня прыгнули и повалили на траву. — Вапще то так нечестноооо! Я отталкивала Дина От себя, пытаясь вылезти из-под него. Бесполезно. Он навис надо мной. — Винчестер, только попробуй меня поцеловать при папе, и я тебя убью! Дин усмехнулся. — Я и не собирался. Он оттолкнулся от земли и побежал к дому. Я готова была взорваться. — Я убью тебя! Это нечестно! Папа подошел ко мне и помог подняться. Я обняла его. — Паапкаа моой! — Дочка… Ниче-ниче, я этому засранцу надаю пенделей. Будет знать, как нечестно выигрывать мою дочь. Я усмехнулась и посмотрела на Дина. Тот сидел на крыльце и улыбался. Падла. — Пап, вы пока заходите, я быстренько в душ и будем знакомиться. Я помахала женщине, сидевшей в машине. Она приветливо улыбнулась. На крыльце я пнула Дина под зад. — Со мной пошли. — Куда? Я усмехнулась. — В душ. Охуевший Дин встал и пошел за мной. — Ам, зай, тебе не кажется, что мы торопимся? Мы только сутки встречаемся, даже еще не сутки, несколько часов, а ты уже в душ вдвоем… Дин шел за мной по коридору и сомневался. Я повернулась к нему. — Дин, ты серьезно думаешь, что я сейчас пойду с тобой в душ? Дин вообще ничего не понимал. Я улыбнулась и чмокнула его в щеку. — Просто посидишь в ванной, пока я моюсь. Потом я буду волосы сушить, а ты вымоешься. Дин улыбнулся и кивнул. Он стоял за дверью, пока я раздевалась. Залезла в ванну, задвинула шторку. — Все, можешь заходить. Дверь хлопнула. Дин опустил крышку и сел на унитаз. Я включила воду и начала мыться. С кухни раздавались хохот и оживленные разговоры. Дин усмехнулся. — Ты не боишься, что я щас шторку открою? Я усердно намыливала голову. — Нет. Это будет предательством с твоей стороны. И еще я на тебя обижусь и никогда-никогда не прощу. — Прям никогда-никогда? — Прям никогда-никогда. Я смыла пену с головы и принялась мочалиться. В ванную постучались. — Эй, кто там? Вот нам бы щас переглянуться, да никак. Поэтому… — Я. — Я. — Стоооп. Вас там че, двое?! Лизка. Тааак. Страсти накаляются. — Ну, Винчестер, отмазывайся. Дин усмехнулся и подошел к двери. — Лизавета, кип кэлм. Она моется, я на унитазе сижу. Все нормально. — Но. Ага. Да. Я такая взяла и поверила. Дин вздохнул. — Зай. — Открывай. Винчестер приоткрыл дверь и выглянул в коридор. — Видишь? Я в одежде, она за шторкой. Лизка прищурилась. — А тебе там с унитаза ниче не видно? — Если бы и было видно, я бы не смотрел. Я чуть не умерла. Зая мой… — Ну смарите мне, чтоб без глупостей. — Лизавета, иди на кол со своими глупостями. Дин закрыл дверь и сел обратно. — Ты вообще не такая, как она. Я усмехнулась. — Почему? — Ну, она видит намеки на пошлость везде, абсолютно. А ты нет. — Ктооо тебе сказал? Я бы тоже подъебала, если бы они тут с Трэном также торчали. Дин усмехнулся. Я всполоснулась и выключила воду. — Диин. — Да? — Я все. — Понял. Но хлопка двери я не услышала. Только какое-то движение. Осторожно выглянула из-за шторки. Мой парень стоял, повернувшись лицом к двери и спиной ко мне. — Ам. — Я не повернусь. Обещаю. Я медленно вылезла из ванны. Через зеркало он меня не мог видеть. Хорошо. Я взяла полотенце и начала вытираться. Дин уперся лбом в дверь. Я испуганно подпрыгнула. Он улыбнулся. — Ты че, трусишка. Я не повернусь. Я оделась, не спуская с Дина глаз. — Все? — Да. Он повернулся. Улыбнулся. — Я же обещал. Не знаю, что меня на это толкнуло, но я просто обняла его. Дин положил голову мне на плечо. — Знаешь, что я понял? Я теребила пряди его волос. — Что? — Что ты мне доверяешь. А это — главное в отношениях. Я прижалась к нему всем телом. Дин улыбнулся и поцеловал меня в шею. — Все, давай, суши волосы. А я мыться. Я отвернулась, пока он раздевался. Как только шторка задвинулась, я повернулась, глубоко вздохнула и включила фен.

***

— Теперь мнееее! Я сушила волосы, а Дин лез под струю горячего воздуха. Я, смеясь, отмахивалась от него. Винчестер был в одних джинсах. Мокрые волосы, с которых капала вода, блестели. А сам он был такой счастливый… — Ну заааяяя! И тут меня переклинило. Никто еще никогда не называл меня так. Кроме Дина. Да еще так ласково, и одновременно — требовательно… — Эй, малыш, ты че зависла? Ай-яй-яй электричество тратить. Я очнулась. — А ну иди сюда! Схватила Дина за волосы и направила фен на его голову. Он хохотал, но не отбивался. Я лохматила его шевелюру под струей горячего воздуха, чтобы быстрее высохли. Наконец, я закончила. — Ну все, доволен? Дин посмотрел на себя в зеркало. Его волосы стояли дыбом, как после удара током. — Ооо дааа. Я усмехнулась и принялась досушивать свои волосы. — Зай, а давай каждый раз вместе в душ ходить, вот так? Я немного удивилась. — Ам. Ну. Давай. А че, понравилось? Дин усмехнулся. — Это, конечно, не то, что я подумал сначала, когда ты меня в душ позвала, но… Это даже лучше. Я улыбнулась. Дин обнял меня сзади за талию и наблюдал за тем, как я сушила волосы. — Ты чего? — Я? Ничего. Просто хочу смотреть на тебя. Я чуть не умерла. Но волосы досушила. Поправила челку. Посмотрела на голову Дина И рассмеялась. — Ты так и пойдешь? — Да! — А если серьезно? Я, между прочим, хотела папе о нас сказать. — Аа, вон ты о чем. Ну тогда… Он покорно склонил голову. Я привела его волосы в порядок. — Падла ты, Винчестер. — Че я опять? Дин поднял голову и удивленно посмотрел на меня. Я наклонила его лицо к себе ближе. — Нельзя же быть таким красивым. Дин улыбнулся. — Очень даже льзя. Он поцеловал меня. Нежно, трепетно, как не целовал никогда. Его губы я не променяла бы ни на что на свете… Как я раньше вообще жила без него? Без этих мягких губ, без его нежных рук? Внезапный взрыв хохота на кухне заставил меня вздрогнуть и прервать поцелуй. Дин обнял меня и рассмеялся. — Трусишка моя. Пошли, посмотрим, над чем они там смеются. Мы вышли из ванной. На кухне уже вовсю пили чай. Мы с Дином зашли друг за другом, держась за руки. Все внимание сидящих обратилось на нас. Дин легонько сжал мою руку. «Все хорошо». Лизка налила нам чай. Я села рядом с папой, а Дин — рядом со мной. Папа обнял меня одной рукой. — Вот, Марта, знакомься. Это моя младшая дочка. Я улыбнулась и посмотрела на женщину напротив меня. Не полная, даже стройная. На вид лет 45-47. Темные волосы, видно, красится. Большие серые глаза. Милое лицо. — Приятно познакомиться. Зови меня тетя Марта. Я кивнула и легонько пожала протянутую руку. — Милая, а можно вопрос? Я посмотрела на Марту. — Да. Она переглянулась с папой. — А почему тут нельзя произносить твое имя в присутствии этого молодого человека? Марта кивком указала на Дина. Тот подпер рукой голову. — Да, милая, почему? Я пнула его под столом. Он улыбнулся. — Потому что мне не нравится мое имя. Остальные то знают, как меня зовут, а он вообще не вкурсе. Мы с ним уже три года знакомы, а он до сих пор не знает, как меня зовут. Мне интересно, долго ли он продержится в неведении. И еще, я не хочу, чтобы кто-либо звал меня по имени. Поэтому, тетя Марта, зовите меня, как и остальные — Кексик. Женщина кивнула. Я посмотрела на Дина. Тот сидел, прищурившись, смотрел на меня. Тут же жопой я почувствовала, что надо прятать паспорт и прочие документы. Сэм уронил нож под стол. За столом было тесно, и он не мог слезть вниз. Посмотрел на меня, прося помощи. Я вытянула руку под столом, и лезвие оказалось в моей руке. Я протянула его Винчестеру-младшему. — Спасибо. — Не за что. Марта удивленно смотрела на меня. Я не стала ничего объяснять. Папа потом расскажет, если захочет. Дин встал из-за стола. Я удивленно посмотрела на него. Он лишь улыбнулся мне. Встал за моей спиной и положил руки мне на плечи. — Мистер Матис. Папа посмотрел на него. — Я щас тресну. Дин улыбнулся. — Брайан. Папа улыбнулся. — Вот так. А то «мистер, мистер». Что? Дин вздохнул, набираясь смелости. — Мне безумно нравится ваша младшая дочь. Несколько часов назад я предложил ей встречаться. Глаза папы поползли на лоб. Я покраснела и зажмурилась. Тетя Марта вообще пока ничего не понимала. Остальные с интересом следили за разворачивающимися событиями. Папа посмотрел на меня. — Доча. Это правда? Я кивнула. Папа повернулся к Дину. Мой парень продолжил. — Она уже ответила согласием. Но мне важно, что думаете об этом вы. Папа сначала покраснел, потом побледнел, затем стал фиолетовым, и только потом вернулся к нормальному цвету. Во время этого калейдоскопа мне было страшно, как никогда. — Ну чтож. Я, впринципе, не против. Ты классный парень. Но. Папа встал и подошел вплотную к Дину. Посмотрел ему прямо в глаза. — Только попробуй её обидеть. Если я увижу слезы на ее глазах, и причиной их будешь ты, я убью тебя. Понял? Дин кивнул. Папа еще несколько секунд смотрел ему в глаза, затем сел. — Мдаа. Деточки. Дин сел рядом со мной. Я дрожала. Он обнял меня одной рукой за талию. Наклонился к моему уху. — Ты чего, трусишка? Все хорошо. Я глубоко вдохнула и постепенно перестала дрожать. А папа тем временем нашел себе новую жертву. — Лизаа. А Лиза. Ничего мне сказать не хочешь? Мы с Дином посмотрели на мою сестру. Она испуганно смотрела на папу. Мы изо всех сил старались не улыбаться. Папа сцепил руки в замок. — Или ты, Кевин. Что, совсем нечего сказать? Трэн испугался еще больше Лизки. Даа, папа может. Дин, довольный тем, что у нас все прошло более менее мирно, смотрел на Лизку, мол «это не мы, мы ничо не говорили». — Брайан, ну что ты так на них, они же дети! Марта тронула папу за руку. Тот посмотрел на нее. — Ладно, Винчестер сам признался. А эти молчааат. Дин выдохнул. Все-таки он молодец. А че бы было, если бы мы не сказали? Ууу… — Лиза. Я, честно, не против ваших отношений. Кевин — хороший человек. Но папе надо рассказывать о таких вещах. Хорошо? Лизка кивнула. Трэн и вовсе сидел, как собачка в папином Мустанге, у него чуть голова не отвалилась, так усердно он кивал. Дин не выдержал и, увидев Кевина, тихонько рассмеялся мне в плечо. Папа так на него глянул, что он тут же заткнулся. Десять минут мы сидели молча. Сэм выдохнул. — Господи, Брайан, как хорошо, что у вас нет третьей дочери… Тут смеялись все. Когда хохот умолк, папа задал вполне трезвый вопрос. — Доча, ты говорила, что тебя обратно в институт взяли. Я кивнула. — Да, так неожиданно! Просто вечером позвонили и на тебе. И еще про какую-то болезнь говорили, но это неважно. Главное, что я закончу институт! Папа глотнул чай. — Неожиданно, говоришь… И посмотрел на Дина. Мой парень опустил взгляд и принялся рассматривать узоры на скатерти. И тут до меня дошло. Я вскочила. — Так это ты?! Дин кивнул. — Но… Зачем? Винчестер встал и подошел ко мне. Посмотрел мне в глаза. — Я хочу, чтобы ты продолжила обучение. Ты так хотела быть специалистом. Вот я и попросил Эванса. Сказал, что ты была сильно больна, поэтому не ходила в институт. Он обрадовался, сказал, что сегодня же зачислит тебя обратно. И зачислил. Кекс, я просто хотел, чтобы ты училась дальше. Я готова была расплакаться. Дин улыбнулся. Я бросилась ему на шею. — Спасибо… Винчестер прижал меня к себе. — Я сделаю все, чтобы ты была счастлива. От этих слов я все-таки расплакалась. Дин гладил меня по спине, говорил на ухо успокаивающие слова. А папа, тетя Марта, Сэм, Лизка и Трэн смотрели на нас и улыбались. Папа наклонился к тете Марте. — Смотри, она такая маленькая в его объятиях. Женщина улыбнулась. — Брайан, они созданы друг для друга. Папа усмехнулся. — Они мне еще в лагере не понравились. Такие счастливые были от того, что рядом друг с другом. А мы стояли, слушая только биение собственных сердец, и понимали, что тетя Марта права. Я не смогу без Дина. Я, сбивая все на своем пути, неслась на кухню. Ржущий Дин лежал в зале на диване. Папа с тетей Мартой уже уехали, им еще в торговый центр нужно было успеть до вечера. Поэтому мои маты не были наказаны. — ТВОЮ ЖЕ СУКА МАТЬ ЛИЗКАААААА! Она вылетела с кухни. — Чегооо? — СЛУШАЙ БЛЯТЬ! ЗАЯ! Дин из зала добавил громкости телевизору. — Самые важные новости дня! Недалее, как два часа назад, закончилась церемония вручения премии «Оскар». И, обладателем этой награды в номинации «Лучшая мужская роль» стал ЛЕОНАРДО ДИ КАПРИО! Последние слова я орала вместе с ведущим. Лизка стояла, ни жива ни мертва. Я потрясла ее за руку. — ЭЭЭ! ОТОМРИ БЛЯТЬ! Она что-то прошептала. Я наклонилась к ней. — Че? — Еще раз… — ЗАЯ! Дин перемотал, и ведущий повторил свои слова. По щекам Лизки побежали слезы. — Он… получил… Я прыгала вокруг нее. — ПОЛУЧИЛ! ПОЛУЧИЛ! ПОЛУЧИЛ! На мой ор со второго этажа спустился Сэм. — Э, че орем? Я в ту же секунду оказалась у него на руках. — ДИ КАПРИО ОСКАР ПОЛУЧИИИИЛ! Сэм рассмеялся. А Лизка лежала на полу и ревела. Сэм отпустил меня, я подскочила к сестре. — ДУУУРАААА ТЫЫЫЫ! ЧЕ РЕВЕШЬ ТО?! — Лео мой… Получил… — ПОЛУЧИЛ! ТРЭН! Кевин, спотыкаясь на лестнице, прибежал на мой зов. Прально, если на мой зов не прибежать, можно получить потом. — Что такое? Лиза?! Что с тобой?! Кевин бухнулся рядом с Лизкой на колени. Она залезла ему на руки. — Лео… Оскар… Кевин посмотрел на меня. Одними губами. — Не получил что ли? Я не удержалась. — ПОЛУЧИИИИИИИЛ! Лизка еще сильнее разрыдалась Кевину в плечо. Тот, улыбаясь, гладил ее по спине и что-то говорил на ухо. А я уже висела на своем Винчестере, голося с ним в одну глотку: «ПОЛУЧИИИИЛ!». На следующее утро после получения Ди Каприо «Оскара», мы, с жутким похмельем, никуда, естесна, не пошли. Дин только сползал до кухни, припер мне воды, и больше мы с дивана в этот день не вставали. Лизка и вовсе ничего не помнила. Дин, смеясь, рассказывал, что она лежит на кухонном столе, в обнимку с двумя пустыми бутылками, которые вылакала ночью, уже после нашей пьянки. Вот алкашка. Мне с двух по 50 плохо (Дин больше не дал выпить), а она вона че. И еще че то говорит, типа «Лео моя» и «Ебаный Оскар». Уже на следующий день мне стало лучше. Я даже первая проснулась. Вообще. Весь дом спал, а я такая проснулась. Сидела минут 15, как клуша, соображала, какой сегодня день, и чо было вообще. Вспомнила, поржала. Осторожно, чтобы не разбудить Дина, встала с дивана и пошла на кухню. Там был пиздец. Лизка, в одних трусах, спала уже на полу, но все также в обнимку с двумя бутылками. Я, от души поржав, накрыла ее пледом. Переступая через куски хлеба и обломки бутылок, добрела до чайника и налила себе кружку со смородиной. Бошку как ветром продуло. Я, еще раз поржав над Лизкой, ушла наверх. Быстренько приняла душ, высушила волосы, стараясь не обращать внимания на храпящего на унитазе Сэма. Осторожно, чтобы не разбудить Трэна, который спал на моем шкафу, достала вещи и спустилась вниз. Раскинула одежду на диване. Размоталась из полотенца и быстренько оделась. Был уже май, на улице тепло. Поэтому короткие джинсовые шорты, красная в черную клетку безрукавка. У нас в институте нет особой формы, кто как хочет, тот так и ходит. Еще влажные волосы я заплетать не стала. Сумка была уже готова. Пошарила по карманам, ища ключи. Ах да. Сходила к Сэму, вытащила у него из волос ключи от Хаммера. Потом поняла, что сделала это зря. Ибо моя машина на штрафстоянке. За что -не знаю, это Сэм виноват, пусть он и разбирается. Значит, пешком дойду. Проходя мимо зала, не смогла удержаться. Подошла к спящему Дину. Наклонилась и поцеловала его в щеку. — Зай, я пошла. Винчестер приоткрыл один глаз. — Кудааа? — В институт. — Ааа. Солнцееее. Я улыбнулась. — Что? Дин закрыл глаза. — Я люблю тебя. Я взъерошила его волосы. — И я тебя люблю. В прекрасном расположении духа я вышла на улицу. Солнышко светит, птички поют. Красота. В такую погоду можно и лекции послушать. Отсидев пять часов на лекциях, мы с Шейли и Айзеком пошли в буфет. Заказали по кофе и булочке. Посидели, посмеялись. Айзеку позвонили. Он заулыбался, сказал в трубку, что сейчас будет. Чмокнул нас в щеки и убежал. Шейли усмехнулась. — Ты чего? — Да так. Довольный такой. Я улыбнулась. — Себя вспомни в первые месяцы, когда вы с Джейком только начали встречаться. Шейли покраснела. — Во-во. Так что молчи сиди. Парень счастлив. Мы еще немного посидели и пошли на улицу. Выйдя на крыльцо, мы обнялись. Я стояла спиной к парковке, а Шейли через мое плечо было видно, что там происходит. Она шепнула мне на ухо. — Эй, медленно обернись. Какой красавчиииик… Я обернулась, чисто ради интереса. И чуть не умерла. В центре парковки стояла Импала. На ее капоте сидело мое счастье. В белой обтягивающей футболке, темных очках и джинсах. Ноги в белых кроссовках покачивались на уровне бампера. Дин запрокинул голову и грел свой веснучатый нос на солнышке. Я не знаю, как он почувствовал меня, но, как только я повернулась, Винчестер опустил голову от солнца и посмотрел на меня. Встал с капота, улыбаясь, снял очки. — Привет, солнце. Я чуть не растаяла. Шейли вообще в ахуе стояла. — Это че… Но я уже бежала к Дину. Перепрыгивая через три ступеньки, я слетела по лестнице и, подбежав к нему, обняла за шею. Дин засмеялся и, обняв меня руками за талию, закружил в воздухе. Поставил меня на землю и тут же поцеловал в губы, не выпуская из объятий. — Я соскучился… А я то как соскучилась… Я не видела его всего каких-то пять часов, а уже соскучилась. Я разгладила несуществующие складки на его безупречно белой футболке. — Ну вот зачем ты так. Дин улыбнулся и чмокнул меня в лоб. — Как? — Ну вот так. Я же чуть не умерла. Винчестер засмеялся и прижал меня к себе. — Идиотка ты моя. Привыкнешь ты когда-нибудь или нет, что я теперь твой? Я положила голову ему на плечо. — А вот этого я не могу тебе сказать. Дин положил голову мне на макушку. Обняв меня, он чуть покачивался из стороны в сторону. Это помогло мне привести мои мысли в порядок. — Зая. — Ау? — Ты как себя чувствуешь? Дин улыбнулся. — Сейчас — намного лучше. Еще пять минут постоим, и будет идеально. Я снова чуть не умерла. Этак мне недолго жить осталось. Дин сел на капот Импалы и притянул меня к себе за бедра. Я сверху вниз смотрела в его зеленые глаза. Пальчиками начала расчесывать темно-русые волосы. — Как в институте? — Все хорошо. Вчера меня Шейли с Айзом отмазали, мол температура поднялась, и все такое. Сегодня послушала лекцию по ядерной физике, исписала пять листов конспектами. Потом еще по электронике, три листа схемами изрисовала. И последняя была по общей безопасности. Ну, там листок примерно. Дин улыбнулся. — Умняшка моя. У меня по коже пробежало стадо мурашей. У Дина зазвонил телефон. — Ох попадет кому-то. Отвлекают меня тут. Посмотрел на дисплей. — Ну, говорю же. Да, Лизавета! Безумно рад тебя слышать, родная! Чтоб ты мне не звонила никогда больше! Дин встал и отошел от машины. Ко мне тут же подбежала Шейли. — Это… Это… Оооо… Это все твоё?! Я улыбнулась и, смотря на Дина, кивнула. — Идавно? — Четвертый день сегодня. Шейли не отрывала взгляда от моего парня. — И где же ты его, такого, откопала? Я усмехнулась. — В детском лагере. А ты варежку то прикрой. На чужой каравай рот не разевай. Ишо чего, будет она мне тут на мои булочки смотреть. Ага. Щаз. Дин, тихонько матерясь, вернулся ко мне. — Не, ну ты прикинь! Обнял одной рукой за талию и притянул к себе. Второй продолжал бурно жестикулировать. — Значит, сама вылакала хер знает сколько бутылок, а Дин ей потом «Боржоми» покупай! Да еще чтоб со вкусом лимончика, мать твою! Я рассмеялась. — Ну я ваще в шоке от нее. — И че в итоге то? Дин усмехнулся. — Че-че. У нее есть Трэн, пусть он и пиздует в магаз. Мне некогда. Вапще. Я занят. Тут он наклонился и поцеловал меня в шею. — Совесть имей, Винчестер! Дин поднял голову и посмотрел на Шейли. — А, ну да. Пардон. Вы кто, мадам? Шейли офигела. К ней так еще не обращались. Она тут местная звезда. Поэтому… — Шейли… — Ааа, Шелйи. Не, ну теперь мне все понятно, да. Я усмехнулась. — Зай, это моя одногруппница. Дин просиял. — Ааа, ну так бы сразу и сказали. Дин. Он протянул Шейли руку. Та протянула свою. Винчестер легонько сжал ее ладошку. — Ну, вот и чудненько. А где Айзек? Я еще с ним не познакомился. Я махнула рукой. — Айз, также как и ты, занят. Дин понимающе кивнул. — Солнце, поехали уже. А то я загорю, как Кани Уэст и буду шоколаадным. Последние слова Дин пропел. Это строчка из «Лето», BIFFGUYZ. Я рассмеялась. — Поехали, поехали. Шейли, до завтра! Девушка кивнула, не сводя глаз с Дина. Тот нахмурился. — Слушай, перестань на меня так смотреть, а. Мне страшно. Как будто ты меня съесть хочешь. Дин открыл мне дверь пассажирского сидения. Я полезла в машину. Шейли усмехнулась. — Я была бы не против. Дин усмехнулся и завел мотор. Дома было относительно чисто. Лизка сидела на столе, в рубашке Трэна и, болтая босыми ногами, пила из горла «Боржоми» и раздавала указания. — Так, Сэмюэль, во имя моего Лео, выкини мусор. Кевин, ради моего Ди Каприо, пропылесось в коридоре. Мы с Дином переглянулись. Как бы нам под горячую руку не попасть… — Э! А ну стоййййать! Лизка чуть покачнулась, слезла со стола и подошла к нам. Ее лицо опухло, глаза еле было видно. Я спряталась за спину Дина, чтобы не рассмеяться прямо перед ней. — Далеко собрались, а? Дин сдерживал смех. — Наверх. Ооох… Тааак, спокойно. А что? Лизка икнула. — Да так. Ничо. Поорать хотела. Ну, пиздуйте уже. Мы с Дином, изо всех сил сжав зубы побежали к лестнице. Лизка на кухне уже опять наводила свою политику. И, чтоб Трэну не было скучно, напевала. — Лееееео, Лееееооо, Леееео мооооооя! Мы с Дином, закрыв дверь нашей с Лизкой комнаты, расхохотались. — Пиз… Ахахах… Ооой… Даже меня так никогда не раздуваалооо… Ахахахах… Дин хохотал, лежа на полу. Я переоделась, пока он отходил от истерики. Надев майку и шаровары, я уселась сверху на Дина. Тот перестал смеяться и похотливо улыбнулся. — И что теперь? Я усмехнулась. — Да так. Я соскучилась, вообще то. Дин приподнялся на локтях. — А я то как скучал… Он с улыбкой примкнул к моим губам.