Запретный дуэт

*POW Пак Чэён* Прочитав ещё раз сценарий к первой серии, я вошла в незнакомое мне помещение. Это был просторный павильон, активно передвигалась разная мебель, появлялись очертания какого-то зала, похожего на наш в общежитии для тренировок. Та же зеркальная стена, несколько картин в рамках по бокам, несколько кресел мешков с одной стороны и небольшой столик с бутылками воды на другой. Видимо, первой сценой в помещении будут снимать часть, где показывается танец главного героя для конкурса. Она раскроет для зрителя таланты Джин-хо (главный герой, роль исполняет Чон Чонгук) и будет служить приманкой для зрителей женской аудитории. Если честно, то я сама люблю такие моменты, где в дораме поют или танцуют. У меня от подобного сразу пробегают мурашки по коже, и я просто восхищаюсь многогранностью актеров. Меня встретили и провели в гримерку. Я села на деревянный стул с длинными ножками, чем-то напоминающим стульчик в баре. Напротив меня было трюмо с зеркалом, окружённое маленькими диодными лампочками. Само трюмо было забито палетками с тенями, румянцем, разными помадами и блесками для губ. Атмосфера как в мультике про Золушку, а в роли Золушки — я. Меня чуть припудрили, нарисовали тоненькие стрелки, а коричневыми тенями подчеркнули контур глаз. На губы нанесли лёгкий блеск, от этого их тон стал выразительнее на фоне светлой кожи. Волосы небрежно завили. Мне подобрали лук из синих укороченных джинсов, белой просторной футболки и черных кедов: «Не стыдно выйти в таком и за кимчхи» — подумала я и усмехнулась такой нелепости. Но по сценарию я шла не в магазин, а на почту. Вообще дорама была про Ли Хонг, которая давно живёт с отцом. Её родители развелись много лет назад. Мать (Ли Юнг) уехала путешествовать по Европе с песнями под гитару. Отец (Ли Хе Лан) анестезиолог по профессии, не отпустил дочь вместе с непутевой женой, считая, что её легкомысленность повлияет на детский характер и девочка вырастет неблагонадежной. Ли Хонг по напутствиям отца поступает в университет на факультет медицины, но в её душе, как и в душе матери, живёт любовь к музыке. И когда ей приходит письмо, где мама пишет, что готова принять дочь, имея уже собственную квартиру и живя одна, в одной из живописных провинций Франции, Ли Хонг недолго думая, отвечает согласием. Мама даёт ей время, чтобы она закончила учебный год и в спокойствие собиралась к ней.

***

Я вышла на улицу, где уже был выставлен добавочный свет, камеры, и те смешные пушистые микрофоны, похожие на окрашенный в черный хвост белки. Я ещё раз глубоко вздохнула, максимально прониклась представленным мною образом Ли Хонг, который, впрочем, был похож чем-то на меня, и встала на указанное ассистентом оператора место. Я иду по улице, восхищаясь пением птиц, запахом весны. Ветер колышет мои волосы, ласкает кожу лица. Я небрежно заправляю локон за ухо, осматриваюсь на набережную. Улыбаюсь игре маленьких девочек, бегающих вокруг мамы с коляской. Чувствую огорчение, подойдя к серому зданию. Я открываю дверь, тут меня уже ждет наша съёмочная команда, но я будто не вижу их. Подхожу к маленькому окошку, за которым сидит приветливая женщина (тоже актриса): — Доброе утро, чем могу помочь? — спросила она у Ли Хонг. Да, Ли Хонг это я, что мне надо ответить? — Доброе. Мне пришло сообщение о том, что я должна забрать посылку. Это так? — Назовите Ваше имя, улицу и дом, пожалуйста. — Ли Хонг, улица Чхонгечхон. Дом 235. — Да, на это имя есть посылка. Подождите секунду. — Женщина отошла вглубь своей небольшой каморки, но вскоре вернулась, держа в руках некую коробку. — Сначала распишитесь, пожалуйста. Вот, в тех местах, где стоят галочки… Да-да, правильно, спасибо. Все, теперь это ваше. Чувствую подушечками пальцев шершавый картон. Аккуратно забираю себе коробку. Кидаю короткое «спасибо», разворачиваюсь на 180 градусов, и спеша выхожу из помещения. От нетерпения сажусь на первую попавшуюся лавочку, отрываю все кусочки скотча, и наконец-то, вижу содержимое. Кто-то может подумать, что моё волнение необоснованно, да и вообще такая спешка странная. Но у меня всегда так, когда дело касается маминых посылок. С детства ждала приход папы с коробкой в руках. И хотя мне не давали самой открывать, тогда это было связано с таким количеством чудес… Но все стало неважным, даже те жвачки и бельгийский шоколад, я тянусь к письму. Вижу красиво выведенные слова — это писала мамочка. Люблю её почерк. «Ты хочешь переехать ко мне, Ли Хонг?» — челюсть встречается с коленками. — «У меня тут наладилось собственное дело. Ты сможешь мне помогать, при этом не придется отказываться от музыки! В Европе творческие люди так обожаемы, ты всем понравишься, ведь ты — талант. Здесь, во Франции, я почувствовала вдохновение, представляешь? Им пропитано всё. Каждое облако здесь пышет свободой, доченька. Я так хочу разделить это небо с тобой». Чувствую, как к горлу подступил ком, глаза наполнились слезами… Я её так люблю, так скучаю! Мы не виделись очень давно, нашу связь поддерживали только такие коротенькие письма и горы сладостей, но это никогда не могло заменить мне материнского тепла. Пару раз шмыгнув носом, я подняла взгляд, и вдали увидела парня, который не сводил с меня глаз. Его взгляд был полон такой нежности: любовь и сочувствие встретилось в них, как Тихий и Индийский океан. Этот парень, я ведь его знаю. Так на меня смотрит Чонгук или его герой Джин-хо? «Снято! Все молодцы!» — послышалось мне через пелену раздумий. — Пак Чэён, да ты же бриллиант! Такая игра, весь стафф языки проглотил. Вжилась на 100 процентов, браво! — говорил мне какой-то мужчина, а за ним дружно кивали ещё с десяток человек. Я медленно приходила в себя. Да, это история поглотила меня полностью. Я вспомнила о своей маме и слёзы покатились сами по себе в удачный момент. Я смахнула несколько непрошеных остаточных капель с уголка глаза. Посмотрела на весь этот народ и искренне улыбнулась: — Спасибо, без вас у меня бы так не получилось. Вы все очень хорошие! Пока ребята отходили от моей улыбки в 32 зуба, менеджер тихонько стала меня подталкивать к женщине с водой и косметикой. Пара глотков добавила моему уму ясности, а над моей внешностью уже работал стилист. Пока меня причесывали и подкрашивали, я окинула взглядом конец улицы, где стоял Чонгук. Там тоже что-то снимали? Если да, то его взгляд пробрал до самых костей, пощекотав сердце и погладив душу. Вот где спрятан талант! Правда, я не помню чего-то подобного в сценарии… *POW Чон Чонгук* Я играю Кан Джин-хо профессионального танцора, преподающего в студии своего друга. Красивый и талантливый, жизнерадостный и популярный, я, или Джин-хо, (называйте как хотите) чувствовал себя одиноким. Ни одна девушка не могла заполучить моё сердце целиком, потому что бОльшая его часть принадлежала искусству. Я ищу ту, которая была бы похожа на меня. И по сценарию (да и в жизни) нахожу ту самую. Девушка, играющая на улице, с озябшими от холода пальчиками на гитарке, обклеенной стикерами. Она пела и играла со всей душой, и видимо, именно в тот вечер, она забрала часть души бедного Джин-хо, то есть меня, да Розе́?

***

Вся моя жизнь связана с похожими комнатами. Обязательно темная и с зеркалом на всю стену. Чуть меньше 10-ти лет, каждый год провожу в похожей, до тех пор, пока ноги не сведёт судорогой, а Намджун останется нами доволен. Такая жизнь айдола, и, похоже, начало моей актерской карьеры. Выпад левой ногой, сопровождаемый скользящим движением правой руки. Лёгкий наклон корпуса вперёд, потом посмотреть вверх. Прыжок, скрещивание ног, прыжок. Описываю руками в воздухе что-то вроде зигзага, ложусь на живот, опираясь на руки, приподнимаю корпус вверх. Резко подымаюсь, снова выпад, но уже правой ногой, взмах левой рукой… Закончив съёмки танца слышу комментарии от девушек вокруг: — Он такой чудный, видеть Чонгука рядом — это как воплотить сны наяву! — говорит какая-то маленькая крашеная блондинка. — Мой биас — Джин, но Чонгук так горяч… от этого зрелища у меня вспотели ладошки.— ответила подруге высокая и худая брюнетка. — Да, у нас обоих глаза бегают, как шарики в бильярде! — Фу! Говори за себя, такое некрасивое сравнение ты могла подхватить только у своего парня! — Не смей говорить гадости о сонбэ! Девушки взъелись одна на другую без повода, и, может, их перепалка бы и продолжалась, но начальник (судя по всему одного из отделов студии) пригрозил расправой и отправил каждую по разным делам. Я не собирался подслушивать подобного рода сплетни, но у меня проскользнула не самая красивая мысль, что будь здесь Чэён, я бы не так категорично воспринял эту сцену. Было бы хорошо, если бы Розе́ почувствовала мою притягательность для других девушек. Конечно, я понимаю, что она не из тех, которые слушают и принимают как свою всякую чужую мысль. Может, это играло отчаяние в моей голове, ведь за это время воздыханий на расстоянии, я мало думал о том, как себя вести во время подходящей ситуации. Казалось бы, вот — стоит подойти и заговорить, все располагает к этому. Но я боюсь, вот, черт, банально боюсь налажать! В надежде успокоить нервишки, выхожу на свежий воздух. Все-таки весна одно из лучших времён года. Умеренная теплота, в меру пекучее солнце, прохладный ветер создают атмосферу новизны и свежести. Лёгкая редкая зелень на деревьях не рябит в глазах, запах мокрой от дождей земли приятно собирается в лёгких. Вид плачущего ангела разбивает сердце… Стоп. А теперь отмотайте назад. Я шел и радовался жизни, как вижу красивую знакомую девушку, плачущую сидя на лавочке. Я сразу узнал, кто это, но не сразу понял, что происходит. Её слёзы настолько выбили меня из колеи, что мой кругозор уменьшился до того момента, когда не видно десяток людей, камеру, микрофоны… В общем, ничего, абсолютно. Кроме неё, кроме моей Чэён. Она была вдалеке, но я будто видел перед собой и эти мокрые ресницы, и эти покрасневшие губы, и даже дрожащие пальцы. Я смотрел и не мог ничего с собой поделать. Подбежать и успокоить? Стоять и наблюдать со сторонки? Ненавижу свою нерешительность, эту слабость… А потом, как в замедленной съёмке, не Нео, конечно, а испорченная интерпретация Ромео, но этот лёгкий подъём головы, дуновение ветра в её волосах, а главное, этот взгляд, устремлённый на меня. Она так понимающе посмотрела… Неужели что-то поняла? Я ощущал каждой клеткой, что она думает обо мне, что-то гадает, что-то пытается понять. Разве я для неё не открытая книга? Мне всегда казалось, что у меня на лбу написано «Люблю Пак Чэён». А оно, видимо, не совсем так. Жаль, что время нельзя остановить. Вот уже ей аплодируют, вот уже восторгаются её талантом. Визги удивления моей принцессой. Это был дебют очередного её достижение. Она поглотила не только моё сердце, но и сердца всех тех несчастных, что находятся рядом с ней. Но я не такой, как они. Я отдал ей себя безвозвратно и безвозмездно, не желая ничего взамен.