P S Y C H

      Я безучастно поковала деньги в небольшую черную сумку, после чего присела на кровать и решила собраться с мыслями. Мое заточение в участке подошло к концу этой ночью. Гордон не имел права меня арестовывать: улик,кроме как слов какого-то бомжа не было, и вывод стал напрашиваться сам. Выхода не было, поэтому пришлось надавить на «свидетеля», вследствие чего он раскололся и признался в том, что был принужден дать ложные обвинения в мою сторону. Под эмоциями я, не побрезговав,сорвалась с места и набросилась на этого урода. Я успела прописать ему пару ударов в лицо, прежде чем была остановлена полицейскими, за что, к слову и должна была отсидеть ещё двое суток в участке за буйство, но Брюс настаивал на внесении залога (он думал что ещё пару суток в этом дурдоме и меня прийдется перенаправлять сразу в психушку), а так как я не нуждаюсь в его помощи, я пообещала вернуть деньги как только покину чертов участок. Своё слово я намеревалась сдержать, поэтому подорвавшись с кровати,я направилась к выходу, где меня уже ждала машина. Что на счёт того бомжа:на вопросы типа:« зачем?» и «кому это нужно?» он категорически отказывался отвечать. Он предпочёл забиться в угол и слезно умолять посадить его за решётку пожизненно, чем ответить кто за всем этим стоит. Посадили его всего лишь на пол года, и то, с его же помощью. Он начал угрожать Гордону что зарежет его, его девушку, а вследом и сам вскроется, потом начал показушно истерить, набросился с кульками на Буллока, и так далее. Его изначальный срок был намного меньше. Все бы да ничего, но напрашивается вопрос: « Какой твари нужно что бы я сидела за решёткой?!»       Мы проезжали бесчисленное количество шумных улиц Готэма. В салоне машины было тихо, но это тишина не усложняла ситуацию, скорее наоборот: давала возможность обдумать все случившееся. Кто-то копает под меня, и мне это не нравится, а учитывая недавнюю встречу с Джеромом моя паранойя начинает шалить. Хотя какое отношение имеет восемнадцатилетний юноша,только что вновь заключённый, к ложным обвинениям в мою сторону? Или может...черт,нет. Он за решёткой. «В прошлый раз он тоже был за решёткой, но это не помешало ему и кучке безумцев напасть на Брюса» «Заткнись». Хорошо что Брюс хоть не догадываться о том, что я знаю, как никто другой, каким психом являться этот рыжий не понаслышке.       Я начинаю усердно тереть вески, пытаясь возобновить внезапно сбившееся дыхание.Капли дождя, пустившиеся около минуты назад, резали слух. Внезапно я могла слышать громкое дыхание моего водителя, слышать как капли растворялись под колёсами машины, биение своего сердца, тиканье наручный часов, звук трения кожи салона о одежду, каждый вдох и выдох, работу дворников, я слышала все, черт возьми. Хотелось вырвать уши под корень. Видимо мигрень опять разыгралась. Я с такой силой сжала подол легкого чёрного платья, что могла чувствовать как костяшки пальцев наровяться разрезать кожу изнутри. Мне пришлось закрыть глаза, а когда пришло время их открывать, наша машина уже остоновилась перед особняком Уэйнов.       Я шла по мокрому асфальту, вдыхая полной грудью очаровательный запах намокших листьев деревьев и травы после недавнего ливня. Нервы не выдерживали потому что слышать пение птиц, а ещё и под шум моих шагов было попросту не возможно. Все звуки, звучащие как-то отдаленно, раздавались нагнетающим эхом. « Да что же это за черт?!» Я сильно закусила губу, и продолжила идти. Буквально два шага и не будет этих назойливых звуков и запахов. Я шла будто вечность, под ногами уже давно не чувствовалось опоры, а в глазах появилась странная пелина. Ещё чуть-чуть и все пройдёт, ещё немного, всего пару шагов. Рука уже не выдерживает массы рюкзака(хотя она не была тяжелой), ноги не несут, а взгляд вовсе расфокусирован.        Спустя пару долгих секунд, руководясь ощущениями, я остановилась перед дверью, восстановив дыхание и все таки решилась нажать на кнопку, после чего в особняке раздался оглушительный звонок. Все внутри замерло при виде строгого взгляда дворецкого. «Как же он мне не нравиться» «Видимо, я ему тоже» — Мисс...— он демонстративно закатил глаза перегородив мне путь, что кончено же мне выбесило, черт возьми. — Нет! Молчи, пожалуйста. — я пропихнулась в дом и с полной уверенность зашагала по направлению к комнате Брюса. — Я не к тебе пришла. — Леди, вы не хотите поинтересоваться: может мистер Брюс занят?!— настаивал дворецкий.       Нескончаемые дорогущие картины, увешены по стенам коридора, тусклый свет, отдающий теплом и назойливые шаги Альфреда за спиной... «Он занят» — Нет, не хочу. — я продолжала игнорировать несного Альфреда, и более того ускорила темп: хотелось поскорее отдать деньги и покинуть этот особняк. — я не собираюсь тут засиживаться,уверяю вас. —Так как самочувствие было неважное, «бежать» от назойливого дворецкого Брюса было все тяжелее с каждым шагом. Было сделано ещё пару шагов прежде чем я все таки добралась до нужной мне дубовой двери и легонько постучалась, скорее для формальности и вежливости, а не для разрешении зайти. — Брюс,я...       Я думала хуже быть уже не может, но, о боже, как ошибалась. Сейчас, стоя с Альфредом у входа в комнату Брюса и ошеломлённо смотря на парочку целующуюся посреди комнаты, я как никогда поняла, что ещё как может быть хуже.       Лицо тронула легкая нервная улыбка при виде этой Селины, или как ее там. Я всегда ее не любила. Постоянно ошивалась вокруг Брюса, делая вид что меня и вовсе нет. (сейчас у неё это получилось как никогда хорошо).Она всегда была яблоком раздора, чёрной кошкой, которая пробегала между нами с Брюсом. «Как же больно»       По щеке скатилась слеза, оставляя горящий след. Лицо горело,даже не знаю от злости или от того, что мое самочувствие последние пол часа желало лучшего. Пелена слез вовсе укутала глазницы чуть смывая общую картину. Конечно,моргнув я опять смогла лецызреть растерянные лица подростков. «Лучше бы я не видела этого вовсе» Я смотрела на Селину с нескрываемой злостью и ненавистью, после чего перевела взгляд на Брюса, только уже совсем инной: скорее грустный. — Да пошли вы все. — я сняла с шеи аккуратную золотую цепочку фирменного изделия и замахнувшись, кинула ее Брюсу под ноги, затем развернулась и ткнула сумку с деньгами Альфреду в грудь и зашагала прочь.       Дорогу назад я практически не помнила. Помнила только горечь, что обжигала грудную клетку, и невыносимую боль в голове. Пытаясь убежать как можно скорее, я слышала только отдаленное и надрывное «Мишель» из уст Брюса, но мне было так плевать. Я бежала настолько быстро, насколько позволяло самочувствие. Прибежав домой я сразу же опустошила два бокала вина залпом. Ненависть, таящаяся внутри меня желала раскромсать и разбить вдребезги Уэйна и его новую подружку (а может и не новую) точно так же, как я этот несчастный бокал. Я села на пол,упершись спиной о кухонный островок и запрокинула голову. В голову лезли только навязчивые мысли по типу: расчленённого тела Селины, оплачивающего ее тело Брюса, боль и страдание, что он мне принёс. Глаза напухли и жутко начали печь; нерв под глазом уже во всю дергался. «Какого черта вообще?! Я готова была отдать все что у меня было ради него, а он выбрал эту дворнягу?!» Я схватила бутылку вина за горлышко и со всей дури кинула ее в противоположную стену, правда до цели она не долетела. Темное багровое пятно дорогого вина расположилось на холодном кафеле прямо посреди квартиры, которую тут же заполнил запах сладкого забродившего винограда.       Какой-то уличный крутящийся прожектор, один из многих в Готэме, время от времени заглядывал в мою квартиру, озаряя ее кристально беллым оттенком света. Был слышен гул сирен и людские крики, было ясно: в городе опять творилось что-то дикое и собирался пуститься дождь, потому что гремело не на шутку. «Может свалить с этого безумного городишки?! Что меня здесь держит, черт возьми?!»       Тем временем мое обессиленное тело все ещё сидело на кухне и пыталась подавить рвотные позывы. Было настолько тошно, насколько было возможно(причём как морально так и физически).       За последние пол часа я успела обдумать и придумать что бы именно я написала в прощальной записке, совершив суицид, представить виноватое лицо Брюса на похоронах, и возможно хитрую ухмылку Селины, и конечно же свою месть. Все это прокручивалась в голове с невероятной скоростью, а последний пункт вовсе плотно въелся в подкорку сознания и побуждал меня к действиям.       Вскоре, после осознания всей ситуации и чувства отвращения к самой себе я кое-как встала, и направилась в ванную комнату, где смогла бы привести себя хоть чуток в порядок. Как только я подняла светло-карие глаза, в отражении сразу же увидела впечатляющую картину: волосы будто были пожеваны, глаза, с отрешённым видом, были красными,нет, уже бордовыми, а губы покусаны и впридачу опухшими. Красота.       Я включила ледяной напор и стала вымывать им лицо, авось станет лучше. Правда лучше не становилось. Виски пульсировали, глаза пекли, голов трещала. Наконец, признав что эффекта ноль и бросив эту затею, я решила принять любимую ванну с аромомаслами. «Может хоть она мне поможет отвлечься...» Выйдя из ванны за телефоном,который благополучно должен был покоиться где-то на кухне, я онемела от ужаса. Я прочувствовала холодок,прошедший под корнями волос. Все те недуги, сопровождающие меня от особняка Уэйна вдруг отошли на зданий план. Все отошло на задний план. Я уже забыла причины моего паршивого настроения, все, что когда-либо меня волновало. Все замерло при виде дикого оскала безумца.