Как сложно быть примерной девушкой

      — …и если кто-то желает помочь студенческому совету в проведении каких-либо мероприятий, мы всегда будем рады видеть вас в кабинете 204, — закончила блондинка свою небольшую речь.       К ней особо никто не прислушивался. Организационные собрания в начале учебного года — всегда такая скука. Большинство студентов откровенно уткнулись в телефоны и ноутбуки, кое-кто переговаривался, лишь пара таких же задротов, как Ханна Грин, неустанно внимали словам старосты на первой парте.       По иронии судьбы, за блондинкой также следила и максимально далекая от этих ботанов Кристина Хоук, хотя ее мотивы были совершенно иными. Впрочем, внимание привалившейся к задней стенке аудитории девушки было сложно заметить. Кристина постаралась позаботиться об этом, нацепив солнечные очки, скрывающие ее взгляд, и изображая сон.       Староста обвела группу внимательным взглядом, никак не выделив Хоук из общей толпы, оценила общий уровень заинтересованности слушателей и слегка вздохнула, опустив взгляд в планшет с заметками. Кристина исподлобья рассматривала девушку с секретом. За два с лишним месяца, что они не виделись, у нее не было возможности сильно измениться. Белокурые локоны немного отросли, и Ханна немного изменила прическу — теперь челка спадала на лицо, слегка прикрывая правый глаз. Но в остальном отличница оставалась самой собой, с идеальным внешним видом, безупречными манерами и большими секретами.       «Ну, не такими уж большими», — мысленно поправила саму себя Кристина. — «В смысле… а, черт, что за херня в голову лезет…».       Ханна тем временем убедилась в том, что ее старания пропадают зря, перевернула обложку, скрывая записи, и сложила руки за спиной.       — Ну, — еще раз вздохнула она, одновременно раздосадованная индифферентностью аудитории, но нисколько не удивляющаяся подобной реакции. — Если ни у кого не возникло вопросов, то на этом все…       Ее голос мгновенно потонул в шуме отодвигающихся стульев и гомоне толпы. Кристина среагировала самой первой, сорвав со спинки стула легкую курточку, повесив на плечо сумку и мгновенно рванула к выходу, пробегая вдоль рядов парт. Ханна пыталась продолжать свою речь игнорируя шум:       — Напоследок хочу напомнить, что хотя дипломные работы нам писать только в следующем году, сейчас самое время чтобы начать обдумывать те… ХОУК!       Оклик настиг Кристину у самого выхода, когда она уже пнула дверь. На короткий миг она задумалась, не проигнорировать ли ее, но все же решила, что посреди аудитории какого-либо нежелательного разговора у них не произойдет.       — Что? — полуобернулась она, не потрудившись убрать солнечные очки. Зеленые глаза Ханны не выражали ничего, кроме желания разобраться с рутиной и легкой скуки. Кристина не понимала, задевает ли это ее или успокаивает. Блондинка двумя пальцами подцепила за уголок какой-то листик со стола и слегка потрясла им в воздухе.       — Запишись, если тебе нужен льготный проездной.       Уголок губ Кристины дернулся, словно она пыталась сдержать оскал.       «Это правда все, что ты хочешь у меня спросить?»       — Я на машине.       — А, — Ханна отвернулась, бросив список обратно на стол, будто бы нарочно предоставляя неформалке возможность полюбоваться ее профилем. — Я забыла. Извини, что отвлекла.       Если ее слова и скрывали что-то за фасадом, Кристина не могла это обнаружить. Начинать же разговор, более интересный им обеим, сейчас не представлялось возможным. Глубоко выдохнув, Кристина толкнула дверь с такой силой, что та ударилась ручкой о стену, отколов кусок штукатурки, и вылетела из аудитории.       Несмотря на пару месяцев отдыха, попытки отвлечься, выбросить Ханну из головы, вроде бы даже удавшиеся, при виде вечно собранной строгой блондинки ворох эмоций в душе вспыхнул с новой силой. Себе Кристина говорила, что эмоции эти исключительно негативные, но, говоря откровенно, даже если на девяносто процентов это были злость и раздражение, то в остальных десяти она не могла разобраться как бы ни старалась. Сейчас, после двух месяцев без Ханны, она испытывала какую-то странную мучительную сладость, встретившись с ней вновь, и она была не рада таким своим эмоциям.       Впрочем, это означало, что принятое ей решение было правильным. Оставалось лишь выгадать момент и сообщить о нем Грин.                     — Хоук, — раздался за спиной вежливый бесстрастный голос, от которого Кристина чуть не подпрыгнула. Впрочем, она легко вернулась к привычной манере общения, проигнорировав сердце, пропустившее в этот момент удар.       — Ботанка, — таким же тоном отозвалась Хоук, делая вид, что ее крайне интересует содержимое пыльного учебника с какими-то формулами. Находились они в месте, которое совершенно не подходило неформалке — в читальном зале университетской библиотеки.       Не поднимая головы, она почувствовала, как Ханна отодвигает соседний стул и усаживается за стол рядом с ней. Кристина почувствовала прилив легкого раздражения — что, других мест не нашлось?       — Больше мест нет, — подтвердила Ханна, будто прочтя ее мысли. — Все твердо решили, что в этом году возьмутся за ум, будут выполнять все задания, не прогуляют ни одной пары… обычно их энтузиазма хватает дня на четыре. К пятнице я вновь останусь здесь одна.       Она аккуратно поставила на свою половину ноутбук.       — Как провела лето, Хоук? — буднично осведомилась она, открывая крышку.       — Прекрасно, — Кристина постаралась подражать ее бесстрастному тону. — Отдохнула, съездила на пару музыкальных фестивалей, сделала татуировку — давно хотела… А ты?       — Работала, — ответ Ханны был более лаконичен. Блондинка замолкла, переведя все внимание на электронный текст, забегав пальцами по клавишам. Казалось, больше разговор она продолжать не собиралась, не желая отвлекать Кристину от ее дел. Хоук честно попыталась погрузиться обратно в мир формул, но раз за разом ловила себя на том, что вместо учебы она начинает косить глаза, наблюдая за изящными пальцами соседки, быстро бегающими по клавиатуре. Тонкие, белые с аккуратным маникюром и ноготками покрытыми прозрачным лаком. Даже в такой мелочи она была противоположностью Хоук — у нее лак был черным, слегка ободранным, а на коже были многочисленные ссадины и царапины (недавно Кристина слишком разозлила кота одной своей подруги). В короткий миг ее укололо стеснение из-за собственного непрезентабельного вида, быстро трансформировавшееся в раздражение по отношению к отличнице. Чертова мисс Совершенство!       С яростью захлопнув книгу, Кристина решительно отодвинула ее в сторону. Сейчас — момент ничуть не хуже любого другого.       — Нам нужно поговорить, — решительно заявила она. Пальцы Ханны на мгновение сбились с ритма, но быстро возобновили свой танец на клавишах.       — Хм-м? — только и поинтересовалась блондинка. — Уверена, что это подходящее место? В последний раз, когда мы пытались поговорить, ты залепила мне пощечину, а потом… ах, да, кончила от моих пальчиков… Как мы будем выглядеть, если все пойдет по обычной колее?       Кристина заскрипела зубами. Она предвидела такую реакцию.       — Не волнуйся, — холодно улыбнулась она, — Я тебе не позволю.       — Ты не позволишь мне? — на губах Ханны мелькнула мечтательная улыбка. Мелькнула и тут же исчезла, когда футанари все же соизволила повернуться к девушке. Та была предельно собрана и серьезна. Не… обычная Кристина Хоук, которая старается скрыть свое замешательство за бурей злости.       — Да, — твердо отозвалась Кристина, не отрывая взгляда от зеленых глаз. — Я много думала о том, что ты говорила. Кое в чем ты была права.       — Со мной такое часто бывает.       — О, не пойми неправильно, я все еще считаю тебя сукой. Ты мне еще определенно должна ответить за кое-что… Но в другом… — Кристина на мгновение прикрыла глаза собираясь духом. Она так и не решилась открыть их, медленно проговаривая все вполголоса. — У нас был секс. И мне он понравился. И потом, в лифте… я позволила тебе трахнуть меня. Все так. Я не собираюсь перекладывать на тебя всю вину и ответственность. Я позволила это.       Кристина приоткрыла глаза, вздрогнув от осознания того, насколько близко была к ней блондинка. Они придвинулись друг к другу, говоря не шепотом, но очень тихим голосом. На губах Ханны тут же проявилась самодовольная улыбочка, при виде которой Кристина тут же скрипнула зубами от желания врезать нахальной футанарьке по зубам.       — Повторим? — интимным полушепотом тут же предложила блондинка.       — О, тебе бы хотелось…       — Разве ты не признала только что, что ты тоже обиженной не уходишь? — Ханна вдруг медленно подняла руку, аккуратно коснувшись щеки девушки. Кристина как зачарованная вслушивалась в ощущение легких щекочущих прикосновений. Только когда Ханна пробежалась по щеке и почти коснулась ее губ, Хоук вздрогнула, приходя в себя, резко схватила отличницу за запястье и припечатала ее руку к столу.       — Нет, — процедила она, с некоторой тревогой оглядываясь по сторонам. Кажется, она немного нашумела…       — Почему-то я так и думала, — буркнула Ханна, за вздохом разочарования скрывая болезненные ощущения. — И в чем твоя проблема?       — В том, что это ты! — прошипела ей в лицо Кристина, разом растеряв наигранное самообладание. — Меня начинает трясти при одной мысли о тебе! Твоей… послушности, склонности к доминированию, твоем лицемерии, твоем вечном спокойствии, твоем гребанном перфекционизме и особенно от того, что ты с чего-то вдруг решила, что ты всегда права! С того что ты, с каких-то хренов решила, что мне нравится тебе подчиняться!       Кристина судорожно вдохнула, и сжала кулак, впиваясь ноготками в кожу ладоней. Вторая ее рука все еще прижимала руку отличницы к столу. Зеленые глаза в нескольких сантиметрах от нее не изменились ни на йоту. Ханна спокойно рассматривала ее, ожидая продолжения тирады.       — И что хуже всего… — неформалке понадобилось несколько мгновений чтобы продолжить. — Я как будто начала привыкать к этому. Но… так быть не должно. Этот наш договор… Все эти наши отношения… То что я трахаюсь с мутанткой, которую ненавижу… Все это очень нездоровая херня. И… она должна прекратиться.       Ханна медленно закрыла глаза, глубоко вздохнула и вновь посмотрела на собеседницу. После чего спокойно отвернулась, выдернула свою руку и вновь коснулась клавиатуры.       — Ах, — только произнесла она.       — «Ах»?! — моментально вскинулась неформалка. — Это все, что ты собираешься сказать?!       — А на что ты рассчитывала? — меланхолично отозвалась Ханна, не отрывая глаз от монитора. В зеленых глазах отражались два белых прямоугольника — свет от экрана. — Что я, заламывая руки, на коленях буду упрашивать тебя «ну дай мне еще разок»? У меня есть гордость.       Кристину передернуло. Грин каким-то образом умела создавать образы, задевавшие ее за живое. Правда, непонятно почему же вид унижающейся Ханны пришелся ей не по душе.       — Да уж, гордости у тебя через край, я бы сказала, — пробормотала она себе под нос.       Ханна проигнорировала ее слова, продолжая стучать по клавишам. Лишь на краткие мгновения она то и дело прерывалась, убирая падающие на лицо пряди волос.       — Хотя, — продолжила она говорить, бесстрастно взирая на появляющийся на мониторе текст, — Я уже понадеялась, что ты все же преодолела стадию отрицания.       — Даже не начинай, — наверное, в другой момент Хоук моментально вспыхнула бы из-за того, что Ханна строит из себя всезнайку и решает за нее, какие чувства она испытывает. Но у Кристины было достаточно времени, чтобы разобраться в своем отношении к произошедшим событиям. — У нас был секс — да. Ты довела меня до оргазма — да. Означает ли это, что я хочу повторения?       Кристина вдруг подалась вперед, наклонившись к самому уху Ханны.       — Нет, — чуть ли не по буквам проговорила она, не без удовлетворения отметив, как легко вздрогнула блондинка от подобной близости. Хоук отстранилась и одним движением смела свои вещи со стола в сумку.       — И если ты думаешь иначе, — добавила она, выпрямившись, с грохотом отодвинув стул. — То стоит задумываться, кто из нас обманывает себя.       Ханна даже не оглянулась на нее, продолжая пялиться в монитор безэмоциональным взглядом. Лишь когда звук шагов неформалки, судя по грохоту зацепившей все столы и стулья на своем пути, оповестил, что та покинула читальный зал, блондинка на мгновение прикрыла глаза, сжав кулаки до побеления костяшек. Лишь на мгновение.              

* * *

      Жизнь пошла своим чередом, одновременно изменившись и оставшись прежней. Твердо решившей привести свою жизнь в порядок Кристине требовалась вся ее выдержка, чтобы посещать все пары и заставлять себя учиться. Последнее к ее легкому удивлению было не таким затруднительным, однако проводя все дни в университете, Хоук столкнулась с определенной проблемой. Ханна, кажется, отсюда вовсе не уходила.       И нет, староста никак не мешала ей жить. Не напоминала об их прошлых «отношениях», не пыталась намекнуть на их возобновление… Кристина просто сталкивалась с ней, на парах, на переменах, в библиотеке и в столовой. Отличница скользила по ней равнодушным взглядом и отходила в сторону. Когда им было необходимо поговорить, обращалась к ней исключительно отстраненно-вежливым тоном, не допуская никаких многозначительных пауз. Если раньше при разговоре с ней Кристине казалось, что Ханна постоянно намекает ей на их общий секрет, то теперь перед ней постоянно была примерная девочка, которой родители запретили общаться с этой плохой неформалкой с идиотской прической.       Разве это было не то, чего хотела Хоук?       В каком-то смысле, да. Но, пожалуй, в глубине души, заявляя о прекращении их «отношений», Кристина также надеялась на какие-то иные эмоции со стороны Ханны. В голове невольно всплывали воспоминания о том, какое выражение лица было у отличницы, когда она отвесила ей пощечину. Никакой напускной вежливости или самодовольства. Удивление, замешательство, капелька злости… Черт, неужели эту заучку нужно каждый раз бить по лицу, чтобы она хоть немного стала похожа на человека?       Кристина перевела взгляд со своей ладони вперед, в начало аудитории, где Ханна как раз вставала со своего места, чтобы отметить присутствующих. Преподавателя пока не было и староста пользовалась моментом, скользя по рядам слегка рассеянным взглядом, то и дело опуская взгляд на лист бумаги, ставя галочки напротив нужных фамилий.       Она безэмоционально встретилась взглядом с Кристиной и, никак не выделив неформалку из остальных, поставила отметку и двинулась дальше.       Хоук раздраженно выдохнула и вдруг быстро покидала свои вещи в сумку, повесила ее на плечо и, вскочив с места, быстрым шагом бросилась к выходу. Она не совсем понимала, почему это произошло именно в этот момент, но ей резко захотелось оказаться где-нибудь на свежем воздухе и подальше от Ханны. Бессмысленной лекции по какой-то философии можно было и разок пожертвовать.       — Довольно нагло сбегать прямо передо мной, — остановил ее голос отличницы. — Учебного энтузиазма не хватило надолго… Тебя не отмечать, я так полагаю?       Замеревшая как вкопанная Кристина неожиданно для самой себя улыбнулась и быстро развернулась на пятках. Зеленые глаза были заполнены все тем же скучным равнодушием.       — Я бы предпочла, чтобы ты оставила все как есть… — с невесть откуда взявшимся задором вперемешку с вызовом отозвалась Хоук, делая несколько шагов по направлению к старосте, стараясь выглядеть как можно более невинно.       — И с чего бы мне делать нечто подобное? — выгнула бровь Ханна.       Кристина скосила глаза. Так как лекция все еще не началась, большинство студентов было погружено в свои дела, уткнувшись в экраны гаджетов. Тем не менее, кое-кто поднял глаза, привлеченный происходящим перед доской. А, к черту.       Слегка дернув уголками губ, Кристина вдруг протянула руку, схватив отличницу за узкий галстук, и шагнула вплотную к ней, мягко коснувшись губами ее губ в намеке на поцелуй. Зеленые глаза распахнулись от удивления, еще мгновение и она пришла бы в себя, оттолкнув Кристину. Та не собиралась предоставлять ей возможность взять все в свои руки, первой отстранившись от блондинки, с самым невинным видом заглянув ей в глаза.       — Ну, пожалуйста... — ангельским голоском заявила она. Опомнившаяся Ханна быстро отшатнулась назад, Кристина позволила ткани галстука беспрепятственно скользнуть меж ее пальцев, отчего тот выбился из-под форменного пиджачка. Вид у старосты стал несколько растрепанный… и растерянный.       Кристина довольно улыбнулась. Такой она ей нравилась куда больше, чем преисполненной ледяной самоуверенностью. Из любования блондинкой ее вывел чей-то громкий присвист, смех и шумное обсуждение. Судя по всему, те кто обратил внимание на событие восприняли его, как очередную пусть и немного нестандарную подколку ботанки со стороны Хоук, а не как нечто иное. Отлично.       — Впрочем, делай, как знаешь, — небрежно добавила Кристина, отворачиваясь от Ханны, будто ничего важного и не произошло, и направилась к выходу. Настроение стремительно поднималось, и девушка чуть ли не мурлыкала. Почему-то складывалось такое впечатление, будто впервые за долгое время она вышла победителем из разговора с Грин.       Быстро опомнившись, Ханна несколькими движениями восстановила порядок в одежде, не обращая внимания на заинтересованные вопросы в духе «Эй?! Тебе понравилось?! Хочешь повторить?» из аудитории. Ледяным тоном огрызнувшись на парочку особо активных болтунов, она с независимым видом вернулась к обязанностям старосты, первым же делом занеся ластик над отметкой рядом с именем Хоук.       Занесла и тут же замерла в легком сомнении.                     Кристину Ханна отыскала после пар, сразу на выходе из университета, где она развалилась на скамейке, подставляя лицо возможно последним теплым лучикам солнца в этом году.       — И что, — отличница уперла одну руку в бок. — Ты прогуляла лекцию ради того, чтобы поваляться здесь? Оно того стоило?       — Хммм… — не размыкая губ, слегка промычала Кристина. — Оно. Того. Стоило.       Ханна с подозрением прищурилась, словно раздумывала, о чем именно говорит девушка, но так и не отреагировала на наглое заявление, в конечном итоге, просто двинувшись вперед к выходу с территории университета. Кристина услышала негромкий звук ее шагов и все же соизволила открыть глаза и глянула ей вслед.       — Эй! Просто из интереса. Ты записала, что я присутствую или нет?       Ханна ни на миг не сбилась с ходу.       — А ты как думаешь? — бросила она через плечо, уходя прочь. Кристина не стала настаивать на ответе, слабо фыркнув, и вновь откинула голову на спинку скамейки.              

* * *

      — Я тоже от этого не в восторге, — заявила Ханна, устраиваясь перед компьютером, привычно аккуратно расправляя юбку, перед тем, как окончательно придвинуться к столу. Кристина с некоторой тоской оглядела ряд столов, но свободных мест больше не оставалось — из-за ограниченного количества оборудования лабораторные по информатике предстояло выполнять в парах, и как-то так вышло, что ей досталась староста.       — Не волнуйся, — тем временем продолжила отличница, уже пробежавшись пальцами по клавишам. — Я справлюсь самостоятельно. Просто посиди тихо и не мешай.       Кристина закатила глаза.       — Знаешь, совершенная ты наша, именно из-за такого отношения никто и не хочет быть в паре с тобой.       — Может быть, — бесстрастно отозвалась Ханна. — А как вышло что ты, душа компании, осталась последней без пары?       Кристина прикусила язык. Она могла объяснить почему, но тогда получилось бы, что она оправдывается перед этой ботанкой. Да и в конечном итоге, попытки поцапаться с Ханной обычно выходили для нее боком. Лучше уж просто переждать эту пару без попыток подколоть блондинку…       Один из студентов за соседним столом неудачно подвинул стул, толкнув Кристину, и та с радостью переключилась на новую проблему, немного поругавшись на тему того, кто должен сместиться, после чего Хоук с неохотой все же придвинулась ближе к своему столу. Через несколько минут, ходивший вдоль ряда преподаватель попросил освободить проход, и Кристина была вынуждена подвинуться еще сильнее, недовольно оперевшись локтями на столешницу, наблюдая за действиями Ханны.       А затем ее обоняния коснулась знакомая смесь запахов, и сердце Кристины на мгновение подскочило, когда она вдруг осознала насколько близко она к Ханне. Опять.       На месте ее удержало только осознание того, что если бы она подскочила с места и резко отклонилась в сторону, это выглядело бы достаточно подозрительно. Надо будет выждать несколько минут и м-е-е-едленно отодвинуться…       Кристина никогда бы не призналась в этом даже самой себе, но у нее был маленький фетиш, связанный с запахами. Ну, разумеется, не с запахами самими по себе, а в комплекте с какой-нибудь персоной — в таком случае просто приятные сами по себе ароматы становились для девушки крышесносящими. А Ханна пахла… приятно. Довольно стандартные для молодой девушки духи с каким-то фруктовым ароматом, но проблема заключалась в том, что у Кристины он прочно ассоциировался с сексом.       Сладкий запах аккуратно касался струнок памяти, вызывая воспоминания о тех моментах, когда Хоук ощущала его столь же сильно, то есть о событиях в задней комнате библиотеки и в лифте. Кристина практически вновь почувствовала, как обвивает Ханну ногами, впивается ноготками в ее плечи ненавидя и наглую футанарьку за то, что та заставляет ее испытывать, и себя, за то что так легко поддается нежеланному экстазу. Хоук помнила, что в тот момент уже не совсем контролировала свои действия — ноги как будто сами собой подталкивали Ханну, все тело льнуло к футанарьке, предавая хозяйку, пытаясь поймать момент единения… Единственное, на что смогла тогда повлиять более рациональная часть Кристины — это впиваться ноготками в шелковистую кожу блондинки чуть сильнее, чем стоило бы — из чистой вредности стараясь хоть немного обломать футанари кайф… но, кажется, Ханна тогда даже ничего не заметила.       Кристина почувствовала, как от воспоминаний загорелись щеки, а низ живота слегка коснулась приятная истома… Черт, похоже, у нее слишком давно не было необходимой разрядки, если воспоминания вызывают такой эффект…       Чтобы отвязаться от назойливых картинок, девушка попыталась сосредоточиться на нынешнем окружении, чтобы отвлечься. К сожалению, отвлечься на что-либо кроме Ханны не получалось. Как всегда предельно собранная, она сидела на краешке стула с идеально выпрямленной спиной, не позволяя себе уделять внимание чему-либо, кроме задания. Кристина вдруг поймала себя на мысли, что во всем этом поведении строгой примерной девочки был какой-то шарм, и если бы она не знала кто такая Ханна, она бы казалась… привлекательной?       Да что уж там, она и так была красивой, и наверняка часть злости Кристины на отличницу происходила в том числе и из-за того, что Хоук не могла не испытывать к ней симпатии…       Эти мысли, пожалуй, были еще более нежелательны, чем воспоминания о сексе с ней.       Ради интереса (и чтобы занять голову) Кристина попыталась расшифровать фруктовые запахи, окружавшие Ханну, и довольно быстро пришла к выводу, что это была вишня. Но было что-то еще… Кристина скрипнула стулом и подалась вперед, пытаясь понять, что же зацепило ее внимание…       Ну, точно. Ханна, должно быть, пользовалась шампунем с ароматом яблока, и от ее волос шел соответствующий запах, практически неразличимый, если только ты не подходила вплотную. Мысли Кристины невольно скакнули, и она автоматически перевела их с Ханной в горизонтальную плоскость. Если бы они лежали в постели, к вишне и яблоку еще и примешивался бы запах чистых простыней. Если бы они были только после душа, Кристина наверняка могла бы ткнуться носом в шею футанарьки, ощутив какой-то непередаваемый запах свежести и чистоты, а если бы были только после секса, то их бы еще окружал и густой тяжелый…       — Что. Ты. Делаешь. — в словах резко повернувшей голову отличницы вопрос был практически неразличим. Ресницы Кристины дрогнули, когда ее выдернуло из собственных фантазий, и она вдруг осознала, что наклонилась к Ханне чуть ли не вплотную и сейчас их разделяло не более десяти сантиметров.       — Ничего, — буркнула неформалка, резко откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. Ханна продолжала внимательно рассматривать ее. В зеленых глазах плескалась холодная заинтересованность. Заметив такое пристальное внимание, Кристина повторно огрызнулась: — Просто продолжай делать лабу.       — Ты красная, — заметила отличница и вдруг вытянула руку вперед, на мгновение коснувшись прохладной ладошкой лба Кристины. Ее пальцы в этот момент зарылись в челку девушки, что неформалка нашла неожиданно приятным. — И горячая. И так как я не особо верю в неожиданный приступ гриппа… ты возбуждена? Из-за меня, надеюсь?       Кристина мгновенно полыхнула, резко ударив по и так отдалявшейся руке отличницы, и вскочила на ноги. Руки сами сжались в кулаки и, чтобы не врезать наглой футанарьке, Хоук резко хлестнула по ее вещам на столе. Ручки и тетрадь мгновенно взлетели в воздух, Ханна испуганно моргнула, отклоняясь в сторону, а Кристина резко наклонилась к ней, зло прошипев на ухо.       — Научись уже… — она резко осеклась, вдруг осознав, что на них пялится вся группа. Вспыхнув, на этот раз от смущения, неформалка схватила свою сумку и быстро вылетела из аудитории.       Ханна грустно осмотрела помятую тетрадь, смахнув с нее мусор.       — Очень по-взрослому, Кристина… — пробормотала она себе под нос.                     Кристине пришлось заскочить в туалет и умыться холодной водой, но даже это не смогло убрать пунцовый цвет лица. Ее все еще преследовал фантомный запах вишни и яблока, а в голове вновь вспыхивали нежеланные воспоминания о том, как эти духи окутывали ее, когда пальцы Ханны шарили по ее животу, требовательно расстегивали ремень, бесцеремонно скользили под резинку трусиков…       Ну почему, почему она позволила ей тогда…?!       Потому что сама этого хотела, разве не очевидно. Кристина обещала себе, что прекратит врать хотя бы себе в этом вопросе.       Вот только она не может постоянно бегать от Ханны при встрече. Ей стоило придумать, что с этим делать…              

* * *

      Кристина нервно закусила ноготь большого пальца, разглядывая стоящую дальше по коридору парочку. Одной была уже привычно обосновавшаяся в ее голове Ханна Грин, второй же… какая-то первокурсница, решившая вступить в студсовет. Сейчас ее ботанка устраивала мелкой ботанке «курс молодого бойца», проводя экскурсию по университету и рассказывая о работе студсовета.       Вот только то, с каким восторгом смотрела мелкая серая мышь на Грин, наводило неформалку на мысли, что притащилась в студсовет она вовсе не из любви к организационной работе и поблажкам на экзаменах. За всем своим самокопанием и непонятными чувствами по отношению к отличнице Кристина как-то совершенно привыкла к тому, как потрясающе выглядит блондинка и какое впечатление может производить на людей своим примерным поведением. Все с их курса-то уже привыкли, что Ханна отшивает любого, кто пытается к ней подкатить, а вот у достаточно наглой первокурсницы может хватить дури повторить попытку…       Или Кристина все придумывает? Бывают ли вообще лесбиянки среди этих занудных книжных девочек? Западают ли они на блондинок с первого взгляда? А если и да — то какое Хоук дело? С каких вообще пор Ханна стала «ее» ботанкой? Пусть трахается с этой серой мышью, вот та удивится, когда столкнется с секретами отличницы…       Или наоборот обрадуется… Кристина невольно представила эпизод как из хентайной манги, в котором эта первокурсница подходит к сидящей за столом Ханне и начинает несильно массировать ей плечи. «Вы, кажется, устали, Ханна-семпай. Позвольте помочь вам расслабиться… Скажите, что от меня требуется? Закончить отчеты? Проверить подготовку к хэллоуинской дискотеке? Сделать вам минет?..»       Кристина тряхнула головой, отгоняя идиотские картинки. В этот же момент первокурсница громко рассмеялась, а на лице Ханны расплылась довольная улыбка, и подозрения вспыхнули вновь.       — Что между вами происходит? — раздался рядом голос, немного вырвавший Кристину из ее размышлений. Оглянувшись, она увидела свою подругу Эллисон.       — Ты о ком? — попыталась притвориться Хоук дурочкой.       — О старосте, конечно, — слегка фыркнула та. — Ты ее целуешь ни с того ни с сего, потом опять начинаешь орать на нее, теперь сталкеришь… Будь это кто-то другой, я бы заподозрила, что вы переспали по пьяни и теперь боитесь выяснить отношения…       Кристина вздрогнула. Глаза Эллисон, которая тоже не была дурой, округлились.       — Серьезно?!       — Нет! Ничего подобного не было!       — Ну еще бы! Подозреваю что пай-девочка с одной банки пива улетела бы. Мне не так интересно, как именно это произошло. Какого черта тебе вообще пришло в голову тащить задротку в постель? Я вообще не знала, что ты би!       Кристина вздохнула. Ну, рано или поздно, кто-то должен был что-то заподозрить, почему-то в последнее время у Кристины не было желания как-то скрываться. Забавно только, что инициатором все равно считают ее.       — Слушай, это долгая и сложная история. Я… — Кристина осеклась, заметив, как Ханна приглашающее подтолкнула серую мышь в сторону кабинета студсовета. Ее рука так и замерла между лопаток первокурсницы не особо торопясь куда-то уходить. — Я тебе потом все расскажу.       «А заодно и придумаю, что именно рассказать».       — А сейчас — ты отдала ботанке флэшку с лекциями? Нет? Дай мне.       Схватив флэшку, Кристина бросилась вслед уходящей парочке и неожиданно вынырнула перед ними, заставляя остановиться.       — Хей-Грин-спасибо-что-выручила-вот-флэшка-ты-очень-помогла! — на одном дыхании выпалила неформалка в лицо едва моргнувшей Ханне, практически насильно впихнула флэшку в ее руку и быстро наклонилась к ней, одарив коротким поцелуем куда-то в уголок рта. Достаточно раскованно для просто друзей, недостаточно откровенно для того, чтобы отличница вообразила себе лишнее…       Во время этого Кристина с трудом удерживалась о того, чтобы скосить глаза на первокурсницу. Это бы мгновенно выдало, для кого этот поцелуй на самом деле. Пусть держит свои мышиные лапки подальше от отличницы, по крайней мере, пока сама Кристина окончательно не разобралась, что же с ней делать.       — Еще раз спасибо, — улыбнулась Кристина, отпрянув, и вновь нырнула в толпу, так и не предоставив Ханне возможности ответить. Впрочем, та, кажется была достаточно удивлена, чтобы как-то среагировать.       Хм, а это идея. Судя по всему, Ханна просто не знает, как реагировать на такие выходки неформалки, что в первый раз, что сейчас просто замирая в ступоре. Может быть в такие моменты, когда она не готова к неожиданностям, с нее слетает и маска пай-девочки и насмешливой доминантки, и показываются истинные эмоции?       Кристина даже на мгновение замечталась — что если ей удастся таким образом «расшатать» отличницу и немного приручить самодовольную блондинку. Четкого плана, как именно это сделать, да и какого именно результата она хочет добиться, у нее не было, но все равно картинка получалась привлекательной даже одними своими очертаниями…       Кристина довольно улыбнулась. О серой мыши она уже успела позабыть.              

* * *

      Стук каблучков о кафель донесся до Кристины, едва она выключила воду. Даже не выглядывая из кабинки, она почувствовала, кто именно зашел в душевую. Чертыхнувшись, она протянула руку к противоположной стене и, проигнорировав полотенце, схватила с крючка трусики, принявшись натягивать их прямо на мокрое тело.       Она подозревала, что Ханна не случайно выбрала именно этот момент для разговора, решив лишний раз продемонстрировать свою доминирующую позицию, что легко сделать, когда твой собеседник без одежды. Черта с два она позволит ей это.       Кристина была в душевой одна. Несмотря на то, что в этом году она действительно взялась за ум, ей еще предстояло отработать немало своих прогулов, в том числе и по физре, из-за чего она была вынуждена оставаться на дополнительное время.       Ханна дошагала до ее кабинки, как раз в тот момент, когда Кристина, чертыхаясь, натягивала на себя майку. Сообразив, что шаги остановились, а на нее явно изучающе смотрят, неформалка с независимым видом одернула промокшую ткань, липнувшую к телу и мало скрывающую. Медленно развернувшись, чувствуя себя героиней малобюджетного фильма ужасов, Кристина наткнулась на знакомый насмешливый взгляд зеленых глаз.       Ханна, разумеется, была при полном параде, и девушка в школьной форме смотрелась несколько неуместно среди кафельной плитки. Ее это совершенно не беспокоило, блондинка слегка склонила голову набок, разглядывая девушку.       — Что тебе надо, задротка? — огрызнулась Кристина, — Пришла посмотреть, как выглядят нормальные девушки?       Она все же чувствовала себя неловко — в этом Ханна выиграла. Сложно сказать, что именно влияло на нее больше — то, что она стоит полуголая, или то, что она стоит полуголая перед той, кто ее трахала. Или то, что она стоит полуголой перед той, кто хочет трахнуть ее повторно…       — Пришла попросить совета у эксперта по отношениям, — хладнокровно отозвалась Ханна и сделала шаг вперед, игнорируя лужицы воды с пенными разводами, заходя в кабинку. Кристина невольно попятилась назад, шлепанье сланцев звучало совершенно не угрожающе по сравнению с ровным стуком каблучков. Она оказалась заперта между тремя стенами и Ханной. Кристина едва заметно сглотнула. И вновь стоило ей того только пожелать, отличница становилась хозяйкой положения. Кристина могла говорить что угодно, но в глубине души она вновь замирала перед зелеными глазами, раздираемая странными противоречивыми ощущениями.       — Одна девушка сказала мне, — бесстрастно продолжала Ханна, — Что то, что у нас был секс, ничего не значит…       У Кристины дернулся уголок рта. Она сразу поняла к чему идет этот разговор.       — Как и то, что ей этот секс, в общем-то, понравился…       — Такого я точно не говорила…       — А потом… — перебила ее Ханна. — Она поцеловала меня на людях. Чего раньше, кстати, когда у нас был секс, никогда не делала. Я подумала, что это действительно может быть просто издевкой… но она проявляла другие… признаки заинтересованности. Поцеловала меня вновь, даже несмотря на то, что это было неуместно…       — Я бы не назвала второй раз поцелуем…       — Так скажи мне, Кристи. — Ханна требовательно наступила на нее вновь, Хоук прижалась к мокрой холодной стене. Блондинка аккуратно убрала с ее лица несколько мокрых прядей с темно-синими концами и как зачарованная провела кончиками пальцев по щеке, остановившись на подбородке. — Что значит это?       Кристина тряхнула головой, Ханна с легкой улыбкой отдернула пальцы, но тут же сделала еще один маленький шажок, почти прижавшись к Хоук, внимательно заглянув ей в глаза. Девушка отвела взгляд, чувствуя как бешено колотится ее сердце. Ей хотелось и чтобы Ханна развернулась и ушла, и… чтобы она продолжала.       Кристина вздрогнула всем телом, когда руки блондинки коснулись обнаженных ног. Ее ноготки, собирая капельки воды, игриво вырисовывали на гладкой коже какие-то невидимые узоры, что контрастировало с по-прежнему серьезным взглядом футанари. Запах ее духов вновь окутал Кристину, туманя голову, мешая мыслить рационально.       — Ты не отвечаешь, Кристи, — Хоук ясно увидела, как глаза отличницы опустились, ее взгляд явно остановился на розовых губах, словно Ханна обдумывала некую, довольно очевидную мысль. Кристина невольно сжала губы в тонкую линию, хотя ее сердце при этом на мгновение странно сбилось с ритма, словно в легком томительном предвкушении. Ханна вновь подняла насмешливый взгляд, заглянув в глаза неформалки. — Я могу считать, что ты по мне соскучилась?       Ее тихий шепот ветерком коснулся губ Кристины, а внизу рука коварно скользнула вверх по ее бедру, зацепившись за край трусиков. Большой палец тут же зацепил ткань, нырнув под нее, пока еще оставаясь на той части тела, которую можно было считать ногой. Тем не менее, легкие поглаживания в местах, на которых Кристина так давно не ощущала чужих прикосновений, воспринимались довольно… волнительно.       Ханна прикрыла глаза и подалась вперед. Ее губки соблазнительно приоткрылись, приближаясь к губам Кристины и… неожиданно уткнулись в теплую ладонь, почти достигнув цели. Ханна удивленно распахнула глаза.       Неформалка зло выдохнула, заставляя себя игнорировать приятное чувство предвкушающего волнения, разрастающееся в груди, и слегка надавила рукой, отодвигая лицо блондинки от себя.       — Нет, — сквозь сжатые зубы процедила она ответ. — И убери руки!       Замешательство Ханны длилось пару мгновений, прежде чем она резко схватила руку, зажимавшую ей рот, за запястье и прижала ее к кафельной стене. Ну, по крайней мере, так ее пальцы не шарились под трусиками девушки, да и сама блондинка не спешила вновь лезть с поцелуями, пока что лишь уставившись в глаза Хоук, выискивая в них что-то.       — Тогда объясни мне, — потребовала она. Ждать при этом она явно не собиралась, подавшись вперед всем телом, мягко прижимая Кристину к стене. Ее колено вклинилось между ножек девушки, и было понятно, что от продолжения активных действий футанарьку отделяют секунды. — Потому что с моей стороны кажется будто ты… — Ханна вновь наклонилась, на этот раз промахнувшись мимо губ девушки лишь для того, чтобы запечатлеть теплый влажный поцелуй на ее щеке. — …очень… — она прижалась еще плотнее, и острые зубки сомкнулись на мочке ушка, вызвав у Кристины беззвучное аханье. Ханна вновь отстранилась с самодовольной уверенностью заглядывая в слегка затуманенные глаза девушки.       — …хочешь меня… — почти беззвучно прошептала отличница, вновь приближаясь к лицу неформалки, с явным намерением все же урвать свой поцелуй.       Мощный поток воды ударил ей сначала по ногам, заливая туфли, а потом Кристина и вовсе подняла свободную руку над головой блондинки, и ледяная вода хлынула по ее волосам и вниз по одежде, моментально вымачивая ее до нитки. К ее чести Ханна моментально оценила последствия удара, и не стала с визгом отпрыгивать от девушки, в бесплодной надежде спастись, и лишь втянула голову в плечи, когда холодная вода залилась за шиворот.       Удовольствия ради Кристина вновь изменила положение руки, направив воду прямо в лицо блондинке. На этот раз Ханна, пусть и не издав и писка, все же торопливо отступила на несколько шагов, выйдя из кабинки. Только после этого Кристина, наконец выключила воду. Ей и самой немного досталось, но, во-первых, это был не такой концентрированный поток ледяной воды, а несколько ручейков, во-вторых, она была и так мокрой и полуголой, а вот у Ханны сменная одежда вряд ли была — у основной группы сегодня физкультуры не было.       В душевой на несколько секунд воцарилась тишина. Кристина тяжело дышала — так бешено ее сердце не колотилось даже после недавней тренировки. Организм испытывал странное ликование вперемешку с разочарованием. Ханна же медленно всплескивала руками, оглядывала себя с ног до головы и убирала промокшие пряди волос с лица.       — Научись принимать «нет», в качестве ответа, — с, как она надеялась, зеркально скопированными с ханниных, нотками превосходства в голосе произнесла Кристина.       Ханна медленно подняла на нее голову. В зеленых глазах не было, как втайне опасалась Хоук, ничего, кроме спокойствия.       — Зато какой вид, — заявила она, медленно пробежавшись по Кристине взглядом. Ну да, мокрая майка, в отличие от пиджака, все же ничего не скрывала. Хоук невольно бросила взгляд вниз, на проглядывающие бусинки затвердевших сосков (и совсем не от холода), но тут же вскинула голову, не давая себя смутить.       — Ты тоже ничего, — Ханна иронически выгнула бровь. Кристина пожала плечами в ответ на это. — Похоже, красивую девушку ничто не испортит.       Это было правдой. Вид у старосты стал довольно жалким, но не отталкивающим, а в чем-то даже более привлекательным. Возможно тем, что Кристина впервые видела Ханну такой… несовершенной, с потекшей косметикой и липнувшими волосами, но в любом случае девушка была вполне искренна в своем заявлении.       Ханна, впрочем, подобный тон не оценила, холодно пронзив девушку колким взглядом.       — Что все это должно значить? — тоном, который в исполнении примерной девочки можно было считать злым, произнесла она. — Все твои выходки?       Кристина прошла мимо нее, сорвав с вешалки полотенце. На этот раз блондинка не препятствовала ей, молча провожая все ее действия выжидательным взглядом исподлобья.       — Для той, кто считает себя самой умной и понимающей, ты удивительно тупая, — также тихо бросила через плечо Кристина, уже выходя в раздевалку. Колени все еще подрагивали от прошедшего через тело напряжения вперемешку с возбуждением. Возможно, раньше в такой ситуации она и воспользовалась бы возможностью высыпать тонну едких комментариев, однако сейчас произошедшее не воспринималось победой. Ей больше не хотелось вступать с Ханной в перепалки.       Хотя в глубине души оставалось странное разочарование.       Насколько тупой должна быть эта зубрилка, чтобы так ничего и не понять?              

* * *

      Оглушительный чих, пронесшийся по аудитории, заставил Кристину подпрыгнуть на месте, несмотря на то, что она по привычке заняла последнюю парту, то есть была на максимальном удалении от эпицентра.       — Прошу прощения, — очень-очень тихим голосом извинилась староста перед преподавателем.       Чихала Ханна уже второй день после позавчерашнего происшествия в душевой. И если вчера только чихала и отказывалась провериться в медпункте, заверяя, что все в порядке, то сегодня еще и была бледнее смерти. Но продолжала расхаживать по университету с прямой спиной, гордо вздернутым носиком, игнорируя возможные проблемы.       Это произошло из-за нее? Кристину вновь уколола совесть.       Спереди донесся голос преподавательницы, предлагающей Ханне сходить в медпункт; как полагала Хоук, та больше опасалась за свое здоровье, чем за состояние Грин. Отличница привычно отказалась, сославшись на миллион важных дел, начиная от учебы, заканчивая работой в деканате.       Кристина мысленно вздохнула и вновь уткнулась в телефон. В любом случае, являясь последним человеком, которого Ханна станет слушать, она ничего не могла тут поделать. А что касается ее вины… то она достаточно относительна. Блондинка сама нарвалась.       С передней парты прилетел новый чих.              Во время большой перемены Кристина вполглаза наблюдала за тем, как Ханна с крайне нездоровым видом ковырялась в тарелке супа, в конце концов, отодвинув поднос от себя. Ужасно хотелось подойти и наорать на упрямую идиотку, но, как понимала Хоук, это лишь подтолкнет ее к противоположному решению. Тем не менее, даже смотреть на нее было почти физически больно, и Кристина решила пошататься неподалеку от старосты весь остаток дня. Просто на всякий случай.       Решение быстро оправдало себя, потому что до следующей пары Ханна так и не дошла. Кристина обнаружила ее на лестничном пролете, сидящей на подоконнике, прислонившись лицом к стеклу. На шаги она не отреагировала.       — Так, — заявила Кристина, спускаясь по ступенькам к ней. — Это уже смешно.       Ханна не отреагировала на ее слова. Подойдя ближе, Хоук заметила, что та так и сидит с закрытыми глазами. Чувство неожиданной тревоги тисками сжало сердце, Кристина схватила блондинку за плечо… и в тот же момент, Ханна приоткрыла глаза, между пушистыми ресницами плеснула зелень радужки.       — Ты со мной разговариваешь? — судя по всему, с трудом ворочая языком, осведомилась Ханна. — Прости, я не расслышала, ни «задротки», ни «ботанки», ни «мутантки»… Ах, последний вариант это для оскорблений наедине…       — Не начинай сейчас, — рыкнула на нее неформалка, схватив ее за лацканы и сдернув с подоконника. Ханна поморщилась, тут же принявшись поправлять задравшуюся юбку. — И не пытайся сбить меня с темы. Иди к медсестре.       — Я всего лишь простудилась, Хоук, — попыталась отмахнуться Грин. — Я уже выпила аспирина. Скоро приду в норму.       Она попыталась шагнуть мимо Кристины, но та тут же схватила ее под локоть, удерживая на месте. В обычной ситуации Ханна тут же бы вырвалась и одним взглядом облила Хоук потоком высокомерного презрения, да и сейчас она попыталась провернуть нечто подобное. Вот только вялые трепыхания не смогли бы помешать и котенку, и даже от таких незначительных усилий у Ханны слегка потемнело перед глазами, и она завалилась в сторону, вынужденная схватиться за Кристину.       — Очевидно, аспирин не помогает, — прокомментировала неформалка. — Я уверена, ты безумно любишь свою деканатскую возню с бумажками, но мне кажется она того не стоит. Никто даже не заметит если ты упадешь в обморок под столом и тебя засыплет отчетами.       — Тебе какое дело! — резко зашипела Ханна, наконец, вырвавшись из хватки Хоук. — И извини, что рушу твои иллюзии о реальном мире, но не всем нам родители дарят машину на день рождения! Кому-то приходится заботиться о себе самостоятельно.       Кристина на мгновение опешила.       — Серьезно?! Ты будешь меня попрекать этим?!       Ханна сделала несколько глубоких вдохов-выдохов.       — Нет, — ровным голосом произнесла она. — Это было неуместно. Прошу прощения.       Она развернулась заглянув в глаза неформалки с привычной бесстрастной маской на лице.       — Но, насколько я помню, несмотря на все твои недавние… приступы сентиментальности… наш договор — единственное, что нас связывало — разорван. Так что, будь добра, не лезь в мою жизнь.       Кристина неверяще смотрела, как Ханна с видом (умирающей) королевы отвернулась от нее, словно ее аргументы действительно были столь неотразимы и ставили окончательную точку в этом разговоре, и поставила ногу на первую ступеньку, явно собираясь отправиться в аудиторию. После чего, коротко фыркнув, неформалка схватила старосту за руку и решительно потащила вниз по лестнице к медпункту.       — Хоук! ХОУК! — раздались позади первые гневные оклики, — Пусти меня!       Заметив полное отсутствие реакции на свои слова, вынуждено перебирающая ногами Ханна попыталась вырвать руку, упираться ногами, бесславно скользя туфлями по паркету, в конце концов вцепилась ноготками в руку неформалки. Кристина дернула уголком рта, скрывая приступ боли, но не позволила упрямой блондинке вырваться, продолжая буксировать ее к медпункту.       — Хоук! Чт… черт с тобой! Я пойду! Н… не вытаскивай меня так в вестибюль… — последние слова отличница почти прошептала. Это заставило Кристину притормозить и развернуться. Ханна метнула в нее убийственный взгляд, сбросила ее руку, быстро достала из сумки зеркальце, осмотрела себя, поправив волосы так, чтобы они немного скрывали бледность, проверила аккуратность одежды, поправила галстучек и, наконец удовлетворившись своим внешним видом, вернула зеркальце в сумку и приосанилась.       Кристина протянула ей руку. Ханна посмотрела на нее, в глаза Хоук, снова на руку.       — Я же сказала, что пойду, — устало выговорила она.       — Может быть, я всегда мечтала пройтись с тобой, держась за руки, — прохладным тоном съязвила Кристина, тут же пожалев об этом. Ханна дернулась как от удара, гневно сверкнула глазами и прошла мимо девушки, задев ту плечом.       «Надо было промолчать, и ждать пока она возьмет тебя за руку», — размышляла Кристина, следуя за громко стучащей каблуками блондинкой. — «Или сказать это без сарказма».       Ворвавшись в медицинский кабинет, Ханна стремительно развернулась на каблуках так, что полы юбки на мгновение взметнулись вверх, и захлопнула дверь, едва не заехав по носу девушке.       «Но все же почему она так разозлились?»       Идти обратно в аудиторию было лень. Хоть Кристина и погрузилась в учебу, натура прогульщицы была рада любому поводу не сидеть на паре. Поэтому, помявшись у порога минут десять, она аккуратно поскреблась в дверь и сразу же шагнула в кабинет.       Ханна к этому моменту лежала на кушетке. Что бы ни заставляло ее до этого момента держать лицо, сейчас оно исчезло, и выглядела она совершенно вымотанной. Узел галстука был сильно расслаблен, а верхняя пуговица рубашки расстегнута — вероятно, несколько минут назад она мерила температуру и так и не стала застегиваться до конца. Хоук вошла как раз на середине разговора с медсестрой.       — …сообщим вашим родителям… — медсестра прервалась, оглянувшись на неформалку.       — Я ее привела, — быстро пояснила Кристина, не дожидаясь вопроса. — Так вы отправляете ее домой?       — Можете им не звонить, — прервала ее Ханна, даже не обратив внимание на появление девушки. Она устало поднялась с кушетки, устроившись на ее краешке, свесив ноги вниз. — Они не приедут.       — Их телефон указан в вашем деле, как контактный на случай необходимости.       — Я его указала, потому что была несовершеннолетней на момент поступления, — все тем же голосом, в котором не было ни следа вежливости или знакомой Кристине самоуверенности, лишь усталое равнодушие, проговорила отличница. — И никаких других телефонов у меня не было. Можете звонить, если хотите, но на результат не рассчитывайте. Я сама доберусь.       — Ну, — пожала плечами медсестра, — Я не могу вас задерживать. В конце концов, вы действительно уже взрослый человек. Но все же рекомендую, чтобы рядом с вами кто-то находился. И вызовите врача сразу, как вернетесь домой.       — Я могу отвезти ее, — Ханна подняла на Кристину сумрачный взгляд, но та неожиданно легко выдержала его, не собираясь отказываться от своих слов.       — Это было бы замечательно, — одобрительно кивнула медсестра.       Так приведя в порядок одежду, что очень бросалось в глаза, по крайней мере Кристине, Ханна молча вышла из кабинета.       — Мне не нужна помощь, — заявила она, едва за ними закрылась дверь.       — Без моей помощи, ты бы сейчас помирала на паре. Так что заткнись и иди за курткой.       Ханна поморщилась, больше от головной боли, вызываемой слишком громкими словами, решила, что сейчас спорить было себе дороже, и направилась в гардероб. Кристина поздравила себя с этой маленькой победой и побежала на улицу, подгонять машину к выходу с университетской территории. Она жила недалеко, и в хорошую погоду ходила пешком, однако с приходом поздней осени (а также с возросшей необходимостью являться к первой паре), предпочитала добираться до универа с комфортом. Чему была сейчас рада.       Отличница показалась через несколько минут после того, как Кристина остановилась у выхода. Положив руки и подбородок на руль, Хоук наблюдала за тем, как она прошла весь путь от входа в здание до ворот и в нерешительности остановилась перед ней, бросив на неформалку труднорасшифровываемый взгляд. На миг девушку кольнуло раздражение — если Ханна вновь собиралась показывать свой несгибаемый нрав, то больше Кристина бегать за ней не собиралась.       Но нет, помявшись, Ханна все же обошла машину и села на пассажирское кресло.       — Спасибо, — сухо и формально поблагодарила она, застегивая ремень. — По каким бы причинам…       Она не договорила, а Кристина, хоть и почувствовала новый прилив раздражения, решила проигнорировать вторую часть ее фразы.       Пока Хоук забивала в GPS адрес Ханны, та по телефону тихо договаривалась о вызове врача к определенному времени. И на долгое время это стало единственными словами, нарушившими тишину. Кристина вела машину, изредка бросая косой взгляд на блондинку. Ханна не пыталась перехватить ее взгляд, отвернувшись от девушки, прислонившись к прохладному стеклу и, кажется, дремала.       — Что все это значит, Кристина? — тихий спокойный голос едва не заставил девушку подпрыгнуть на месте. Но вместе с тем неожиданное обращение, не формальное «Хоук» и не насмешливое «Кристи», неожиданно приятно легло на слух. Если бы еще это произошло в более благоприятной обстановке…       — Можешь считать, что меня грызет совесть, и я пытаюсь ее хоть как-то заглушить, — попыталась привычно огрызнуться девушка. Положа руку на сердце, получилось неубедительно.       Ханна, кажется, считала так же. Она слабо усмехнулась, на мгновение оставив на стекле маленькие запотевшие пятнышки.       — Я не об этом, — она по-прежнему пялилась в окно, не давя на Кристину самоуверенным взглядом, как обычно. — Все это. Ты разорвала наши… наше соглашение. Я это понимаю. Но потом ты целуешь меня. Обнюхиваешь.       Кристина слегка покраснела.       — Ревнуешь?       — Не было такого.       — Допустим. Тогда просто целуешь еще раз. Но после этого обливаешь водой, когда я пытаюсь поцеловать тебя, — закончила Ханна.       — Чушь, — раздраженная Кристина даже ударила по рулю. — Ты не поцеловать меня пыталась. На что ты надеялась, зажать меня в уголок и снова трахнуть, будто так и надо?!       — Мой подъезд, — ровным голосом отозвалась Ханна.       — Что?!       — Мой дом. Мой подъезд. Ты чуть не проехала.       Кристина чертыхнулась, она и не заметила, что молчание длилось почти всю поездку. Припарковавшись, она глянула из окна на типичный обветшалый жилой дом, как по одному внешнему виду можно было судить, с ужасной планировкой, маленькими квартирами, раздражающими соседями и картонными стенами.       — Ты живешь здесь? — ужаснулась Кристина.       — Я предпочла бы пентхаус в центре, но моя зарплата пока не позволяет, — безэмоционально откликнулась блондинка.       — А твои… — начала было Хоук и тут же прикусила язык. Она вдруг поняла, что почти ничего не знает о Ханне и ее личной жизни. Она вообще не задумывалась о том, что у Ханны есть жизнь за пределами университета.       — Ты не ответила на мой вопрос, — староста, наконец, отлипла от стекла. Кажется, таблетки, которые ей дали в медпункте, наконец, начали действовать, и выглядела она чуть менее бледной. И сумела вновь выпрямиться в кресле, чуть развернувшись всем телом к Кристине. Последних ее слов она как будто не заметила.       Неформалка взяла короткую паузу, чтобы собрать разбегающиеся мысли в кучку.       — Все, что я сказала тебе тогда в библиотеке — это правда. Я действительно думаю, что это соглашение должно было прекратиться. Но… — Кристина заколебалась, стоит ли признаваться. — Мне хотелось и сделать что-то неожиданное для тебя.       — Зачем?       — Когда ты не готова, ты не притворяешься ни пай-девочкой, ни самоуверенной сучкой. Не успеваешь. Мне хотелось увидеть настоящую… Ханну.       Грин закатила глаза.       — Ну вот, Кристина, — вздохнула она. — Я слишком устала, чтобы притворяться, кем бы ты меня там ни считала. Что ты хочешь?       Кристина скосила на нее глаза.       — Боже… — выдохнула она. — Ты действительно ничего не понимаешь?       Ханна выгнула бровь.       — Ты все-таки в меня влюбилась?       — А ты все-таки самовлюбленная тупая блондинистая сука! — мгновенно вскипела неформалка.       В салоне моментально повисла гробовая тишина.       — Ясно, — после нескольких секунд молчания ледяным тоном подвела итог Ханна. — Это беспродуктивно.       Она щелкнула дверным замком, выскользнув из машины раньше, чем Кристина успела как-то среагировать.       — Еще раз спасибо, что подвезла, — на секунду наклонившись, произнесла блондинка и закрыла дверь. Хоук ожидала грохота, но нет, Ханна осталась верна самой себе, прикрыв двери с аккуратной прилежностью отличницы. Кристина молча наблюдала, как она обходит машину перед капотом, заходит на тротуар и идет к подъезду. Лишь когда Ханна уже открыла дверь и шагнула внутрь, Хоук вдруг сорвалась с места, выскочив наружу, хлопнув дверью и автоматически нажав на кнопку сигнализации.       Со всех ног бросившись к подъезду, Кристина едва успела просунуть руку в щель, придержав тяжелую металлическую дверь, после чего резко дернув ее в сторону, ворвалась внутрь здания.       — Нет уж, стой! — пылая праведным, как ей казалось, возмущением крикнула она, останавливая вздрогнувшую блондинку на вершине маленькой лестницы, ведущей к лифтам. — Это действительно нужно объяснять?! Пожалуйста, мне не сложно! Ты права, не все, что было, мне не нравилось. Может я даже хочу кое-что повторить. Блять, может ты и права, и мне даже нравится подчиняться тебе во время секса! Но влюбиться в тебя..?! Всякий раз, когда я хоть чуточку, чу-у-уточку проникаюсь хоть каплей симпатии к тебе, ты тут же все уничтожаешь своим отношением! Да, я знаю, что ты гребаная мутантка, но ты не могла бы хотя бы немного притвориться, что тебе надо от меня хоть что-то помимо секса? Я тебя поцеловала, а ты сразу решила, что это повод меня трахнуть?! И так постоянно! — Кристина тяжело вдохнула воздух — эмоциональная тирада была произнесена на одном дыхании. И неожиданно почувствовала себя жутко опустошенной, будто вложила в слова все копившиеся обиды. Она продолжила говорить почти беззвучно, одними губами, но быстро умолкла совсем: — Как будто я твоя…       Она осеклась и подняла голову. Ханна по-прежнему стояла спиной к ней на несколько ступенек выше и, кажется, никак не отреагировала на маленькую речь. Это была лишь видимость, впрочем; в конце концов, она даже не пыталась двинуться дальше, будто ничего и не услышав. И тяжело дышавшая Кристина терпеливо ждала ее реакции, желая, пожалуй, лишь увидеть ее лицо в этот момент.       — Как же. Ты. Меня. Достала, — Хоук вздрогнула от ровных безэмоциональных слов. Она определенно ожидала не такой реакции. Новая порция злости мгновенно восстановила силы, и новые яростные слова были готовы полететь в спину блондинки, но Ханна медленно развернулась, и невысказанная речь так и застряла у Кристины в горле.       Она все еще была бледной, с проявившимися сероватыми кругами, немного растрепанной в прическе и в одежде, но в зеленых глазах горело такое же пламя эмоций, что и в душе Кристины.       — Как удобно, должно быть, рассказывать историю с середины, — Ханна медленно ступила на одну ступеньку вниз. В отличие от пламенной речи Хоук, ее слова как будто были ледяными и острыми, но от того не менее болезненными. — Бедная девочка страдает от домогательств злой футанари. Какая трагедия.       Ханна достигла низа лестницы, поравнявшись с Кристиной и заглянув той в глаза.       — Ты помнишь, как все начиналось? — спросила она. — Или твое возмущение тебе так удачно блокирует неудобные воспоминания?       — Я отлично помню, как ты расхаживала с видом королевы и сразу потребовала дать тебе должность старосты, — Кристина не отступила под холодным давлением Грин, лишь скрестила руки на груди.       — Не помню, чтобы кто-то со мной спорил. Но да, я потребовала. У меня есть планы на жизнь, на будущую работу, и я сразу начала претворять их в жизнь. Да и, откровенно говоря, мне нравится организационная работа. Мне нравится возиться с отчетами. Мне нравится учиться. Мне нравится быть со всеми вежливой. Мне нравится быть примерной девочкой. Но почему-то таким как ты, — Ханна неожиданно ткнула Кристину пальцем в плечо. — Это поперек горла. Ни дня без насмешки, без обсуждений за моей спиной, без «случайно» разбросанных вещей…Особенно я любила неожиданные столкновения в столовой, когда половина моей еды оказывалась на полу. А все потому, что «эта сучка-зубрилка-стукачка» не отметила кого-то, кто прогуливает пары, не дала списать и не прислала готовый реферат. А ведь ей это совсем ничего не стоит, да?       Ханна сжимала побелевшие кулаки. Волны холодного бешенства расходились от блондинки, ощущаемые почти физически. Кристина отвела взгляд, даже не пытаясь оправдываться. Конечно, сейчас она бы так не поступила, но несколько лет назад, пытаясь влиться в новый только создаваемый коллектив, она… Кристина на мгновение зажмурилась, пытаясь подавить чувство самоуничижительного стыда.       — Да, мы все были идиотами, которых почему-то назвали взрослыми, — признала она. — Но какое это…       — Ты мне нравилась, — резко прервала ее Ханна. Слова как будто повисли между ними на несколько секунд. — Мне было наплевать на ваши идиотские выходки, в общем-то, я к подобному привыкла. А ты была не такой дурой, какой хотела казаться для своих подружек. Иногда даже остроумной. И, честно, я без ума от твоей внешности. Я надеялась, что может быть когда-нибудь…       Ханна глубоко вздохнула, подавляя рвущиеся эмоции, не позволяя им влиять на тон голоса.       — Но потом ты узнала, — зло выдохнула она. — Что ты сделала тогда?       — Что я сделала? — угрюмо бросила Кристина исподлобья.       По лицу блондинки пробежала тень, на короткую долю секунды исказившая ее черты лица, словно та изо всех сил старалась сдержать гримасу ненависти.       — Ты начала все это, Хоук, — очень тихо проговорила она. — Что ты думала тогда? Что эта жалкая мутантка будет настолько рада, что кто-то обратил на нее внимание, что влюбится в тебя без оглядки, и ей можно будет крутить, как ты хочешь. Ведь так?!       Кристина не смотрела в глаза Ханны, взглядом скользя по не очень чистому полу. Она несколько секунд выжидала в безумной надежде, что это может оказаться риторическим вопросом, но Ханна хранила молчание. Неформалка нехотя вздохнула:       — Я…       Руки блондинки вцепились в ворот ее куртки, с силой прижав к подъездной двери. Усталость и недомогание Ханны как будто испарились. Кристина с изрядной долей фатализма приняла несильный удар о металл и подняла взгляд, заглянув в пылающие зеленым огнем глаза.       — Скажи это, — прошипела ей в лицо отличница. Кристина успокаивающе коснулась ее запястья, не пытаясь вырваться, и помолчала несколько секунд.       — Это была наполовину шутка, насколько я помню, — с тяжелым вздохом сказала она. — Но где-то в уголке сознания… да, возможно у меня была такая мысль.       Признавалась она скорее себе, чем Ханне.       После еще нескольких секунд тишины, та отпустила ее.       — Ты бы не сделала такого с парнем, — прошептала она. — Или с другой девушкой. Это потому что я… это я. Мутантка с недотрахом, готовая ради секса на что угодно. Так ты обо мне думаешь? Все так обо всех нас думают.       — Не то чтобы ты вела себя по-другому, — из чувства противоречия попыталась возразить Кристина. Ханна сверкнула взглядом.       — Мне нравится, что я футанари. Мне нравится быть примерной девушкой. Что в этом плохого? — тихо, но твердо произнесла блондинка. — Но я никому не позволю себя контролировать. Никогда. И если для этого нужно стать сукой, то я ей буду.       — Но в результате все обернулось как нельзя лучше для тебя, — заметила девушка.       — О да, определенное удовольствие я получила. А как бы все сложилось, не будь я собой? Бегала бы за тобой как собачка, надеясь, что хозяйка уделит ей капельку внимания?       — Я такого не планировала. Не строй из меня злодейку. Так что, ты считаешь это все местью за то, что так и не случилось?       — Да ты вообще слышала, что я говорю?! — вдруг разозлилась Ханна. — Я всю свою жизнь распланировала по минутам! Думаешь, я бы не нашла лучшей работы, чем университетский клерк, если бы это не было необходимо?! И ты все еще думаешь, что я бы стала рисковать всем этим ради перепихона?!       — Тогда ради чего?!       — Да не знаю я! — Ханна отступила, отвернувшись от девушки. — Я думала… не знаю… что если люди трахаются достаточно продолжительное время, то отношения между ними как-то изменяются…       — О, ну ты просто прекрасно умеешь демонстрировать свои симпатии! — вновь вспыхнула Кристина, почувствовав твердую почву под ногами.       — Любое дружелюбие или простую вежливость ты почему-то принимала за проявление слабости, — холодно возразила Грин.       — И ты решила, что изнасиловать меня будет лучшим вариантом?! — рука Кристины невольно коснулась горла. Настал черед Ханны вздрагивать и отводить взгляд.       — Я… я… — несколько растерянным тоном промямлила блондинка. — Я не всегда думаю головой в таких ситуациях.       — О, как стереотипичная мутантка, который ты, по твоим словам, не являешься?       — Я… думала извиниться. В конце концов… я же предложила тебе…       — Что?!       — …себя, — совсем тихо, как будто стесняясь, выговорила Ханна. Кристине понадобилось несколько мгновений, чтобы сообразить о чем вообще речь.       — О, тот идиотский спор, в котором я тебе должна была что-то доказывать?! Как это вообще может сойти за извинение?!       Ханна вздрогнула и выпрямилась. Кристина практически видела, как ее глаза заволакивает маска равнодушия и холодной вежливости.       — Никак. Ты права, — слегка улыбнулась она уголками губ. Такое изменение, несмотря на тяжелый разговор перед этим Хоук было совсем не по душе.       — Ханна… — начала было неформалка.       — Одно ты смогла сделать лучше меня, — не дала ей и шанса Грин. — Признать, что некоторые вещи должны закончиться. Как в одной пословице: «Если лошадь сдохла — слезь».       — Ханна, давай…       — Правда, я так и не поняла, чего ты хотела добиться от меня дальше, — продолжала игнорировать ее блондинка. — Но это и не важно. Давай просто закончим все это.       — Ханна!       — Я не хочу продолжать этот разговор, — Ханна упрямо склонила голову и вновь поднялась по лестнице к лифтам. — До встречи в университете, Хоук.       Кристина так и не решилась как-то помешать ей войти в лифт, и зло пнула загудевшую дверь, выходя наружу. Добравшись до машины, она села за руль, и, едва не зацепив соседние автомобили, выехала на дорогу… проехала метров двадцать и поняла, что в таком состоянии уедет лишь до ближайшего столба. Вновь припарковавшись, она положила голову на руль и закрыла глаза.       Нужно было все обдумать.