О пауках и монстрах

      — О да, детка, о да, давай, сильнее, заезжай по самые яйчишки, мой сладкий.       — Уэйд, — раздался в динамике недоуменный голос Питера. — Ты что делаешь?       — Мы общаемся по твоему личному каналу, а его прослушивает Тони-Пепперони. Грех не поднасрать старикану. И вообще у меня к тебе важное дело, и поэтому я надеюсь, что железяка сейчас блюет от наших гомогеевых романтяшек и не слушает.       Пит фыркнул в ответ:       — Что за дело?       — Сегодня приходи ко мне. Мы кое-что приготовили.       — Ну, ладно, — неуверенно отозвался Паркер после нескольких секунд молчания. — Но ты мог и смс-ку скинуть.       — Фу, ты в каком веке живешь, лапуля? Надо идти в ногу со временем! Я ведь и о тебе забочусь, скачешь там по крышам, нет времени початиться со своим горячим бойфрендом.       — То есть, когда горячий бойфренд внезапно подключается к моему каналу и стонет прямо в эфир, это не должно было меня отвлечь? — поинтересовался Питер.       Уэйд только рассмеялся.       — Уже завелся, малыш?       Питер выдал в ответ невнятный многозначительный звук, и Уилсон улыбнулся еще шире.       — Трогаешь сейчас себя?       В динамике раздался какой-то шорох, и Питер чертыхнулся:       — Уэйд, черт тебя дери! Увидимся у тебя.       И отключился слишком поспешно.       — Мистер Старк все ещё может забрать у меня костюм, чтобы ты знал, — проворчал Питер, заходя, ради разнообразия, в квартиру Уэйда через дверь и в обычной своей одежде. За спиной у него болтался рюкзак, не иначе как с костюмом, что Пит так сильно боялся потерять.       — В таком случае, я его украду для тебя! — пафосно пообещал Уэйд, положив руку на сердце.       — Да, это поможет показать, какой я ответственный и взрослый человек, — фыркнув, согласился Питер.       Он мимолетно поцеловал Уэйда в скулу, оглянулся с любопытством, но квартира выглядела совершенно обычно.       — И что же важного ты хотел мне показать?       — О-о-о-о, — многообещающе протянул Уэйд и на следующие пять минут устроил бестолковое представление: дурачился, усаживал Питера на диван, впихивал ему в руки невесть откуда взявшееся ведро попкрона, сам же замер в нескольких шагах поодаль, покачиваясь с пятки на носок.       — Впервые на арене цирка! — торжественно объявил он. — Весь цирк и арена в одном человеке.       Питеру потребовалось несколько секунд, чтобы понять. Наконец, он удивлённо распахнул глаза:       — Ты серьёзно? У тебя правда получилось?!       — Тихо-тихо, — Уэйд поднял указательный палец вверх, привлекая внимание. — Смотри!       Уэйд прикрыл глаза, и Питер увидел, как задвигались его глазные яблоки под веками. Уголок губ дернулся, вздрогнул подбородок. Уэйд что-то произнес одними губами, Пит не успел понять что, а потом открыл глаза.       — А я могу подать жалобу в жилищный кооператив? Я хочу переселиться в тело Хью Джекмана. Вот это мужик так мужик, а это вообще что? — Уэйд оглядел собственные руки и размял шею, вращая головой. Голос у него стал ниже и жестче, и Питер мгновенно узнал:       — Желтый.       — Врешь! Белый!       Пит рассмеялся и бросил в Желтого поп-корном:       — Не прикидывайся, Горчичник.       — Двигайся, придурок!       Это, конечно, уже Белый. Охренительным открытием для Питера однажды стало то, что Белый почему-то картавил и говорил с ливерпульским акцентом.       — Как вы это делаете теперь? — полюбопытствовал Питер у Белого.       — Думаешь, фокусник возьмет, и раскроет тебе все секреты сразу? — иронично приподнял тот бровь в ответ.       — Спойлеры, детка! — появилась новая личность.       — Уэйд! — опознал его Питер.       — А который? Давай, Паучок, назови меня Уэйд Первый, я буду с гордостью носить это имя.       Он опустил веки и что-то снова неуловимо изменилось.       — Обойдешься, — припечатал его другой Уэйд.       — Но мне действительно не помешало бы вас как-то различать, — задумался Питер.       — А чего их различать? — растянул Желтый губы в улыбке. — Оба те еще придурки, можешь мне поверить на слово, принцесса.       На то, чтобы смениться, личностям хватало мгновения. У Уэйда, как у заправского чревовещателя, голоса менялись без заминки. Питер прикрыл глаза и сразу же возникло ощущение, что в комнате стоит сразу несколько человек и непринужденно болтают.       — А как ты их различаешь?       — Никак, — отозвался Желтый.       — И тут он даже не врет, — встрял Белый.       — Я никогда не вру, — обиделся Желтый.       — И вот так они спорят постоянно, — уведомил Уэйд. — По любому, блядь, поводу.       — Да уж, я на твоем месте тоже бы вышибал себе мозги, — отозвался Пит, открывая глаза. Иллюзия мгновенно рассеялась — в комнате все еще был только один Уэйд.       — Эй, это вообще-то преимущество, а не недостаток! — снова проговорил Желтый ртом Уилсона.       — В какой это вселенной? — спросила другая личность, и Питер узнал в нем до-Уэйда. У того постоянно проскальзывало едва заметное пренебрежение к личностям. — В моей вселенной у меня в башке оргия вместо мозгов.       — Оргия с мозгами! Кто-нибудь когда-нибудь ебал настоящие мозги? — полюбопытствовал Желтый.       — Ты ебешь мне настоящие мозги двадцать четыре на семь, — заметил Уэйд.       — Нам о таком либидо только мечтать, — съехидничал Белый.       — Ладно, ладно вам, — рассмеялся Питер. Голоса тут же заткнулись, и Пит замечал это не в первый раз. Его почему-то слушал каждый из них.       — А что, — начал Паркер, чуть смутившись пристального взгляда. Казалось, на него смотрят сразу несколько человек, — что с Красным?       — Ничего, — пожал плечом до-Уэйд. — Молчит. Мы ограничили триггеры, так что у него не было особого шанса прорваться.       — Но скоро появятся, — хищно добавил Белый.       — В смысле? — насторожился Питер.       — Мы хотим заманить его в ловушку.       В Питере словно выстрелила плотно сжатая пружина:       — Что-о-о-о? — он едва не уронил ведро поп-корна на пол и только благодаря сверхчеловеческой ловкости, поймал его. — Вы окончательно сошли с ума? Это опасно! Он опасный!       — Паучок о нас беспокоится, — умилился Белый.       — Он так делает, между прочим, каждый раз! — встрял Желтый.       — Если вы разозлите Красного, — не дал себя сбить с мысли Питер, — то он же натворит чертову гору проблем!       У него перед глазами снова всплыл вид Уэйда, того жуткого Уэйда, словно искупавшегося в крови с головой, и Питер заметно побледнел.       — И для этого нам будет нужна твоя помощь, Питти, — проговорил Уэйд.       — Да погодите вы, — а это уже до-Уэйд, — объясните ему все нормально, пока он не сбежал в ужасе.       — Да, — кивнул Питер, — объясните.       Уилсон уселся рядом, поджав под себя ногу, и отвел взгляд куда-то в сторону. У Питера возникло ощущение, как будто они там договаривались в голове о том, кто будет вещать.       — В общем, тыковка, — это Уэйд, — мы хотим спровоцировать и разбудить Красного, потому что если мы не проверим наши возможности в деле, толку от этих фокусов не будет.       Питер все еще таращился на Уэйда недоверчиво, но, кажется, понимал, о чем речь.       — Особенность Красного в том, что он может затыкать нас всех. Мы как будто исчезали, и ничего не помнили после. Нужно проверить, что изменится в этот раз. И изменится ли вообще.       — Что, если он…       — Вот тут-то ты должен нам помочь, Питти, — продолжил Уэйд. — Мы тебя подготовим. Научим драться. Расскажем про слабые места. Способы отвлечения. Ты поможешь нам здесь в реальном мире, пока мы будем сражаться с ним в черепушке.       Питер тяжело вздохнул, в задумчивости подергав потрепанный шнурок толстовки.       — Все это имеет смысл, но он, — Пит взмахнул рукой, не найдя подходящих слов.       — Ебнутый, — подсказал Уэйд.       — Именно.       — И на этот случай у нас есть план Б. Если что-то вдруг пойдет не так, ты просто спустишь всю обойму вот в это кривое еблище, котик.       Питер отчаянно помотал головой из стороны в сторону:       — Нетушки, Уэйд. Нет. Не-а. Я не смогу.       Уэйд вопросительно склонил голову.       — Не сможешь что, Паутинка? — осторожно поинтересовался до-Уэйд.       — Я не смогу в тебя выстрелить.       Уэйд недоверчиво на него уставился.       — Мы бессмертные. Ну, если ты вдруг забыл, малыш.       — Я помню, — упрямо сжал губы Паркер.       — О-е-ей, я знаю это выражение лица, — мимоходом хмыкнул до-Уэйд. — Чувак, сам с этим разбирайся.       — Вообще-то, теперь я вас слышу, — возмутился Пит.       — Не обращай внимания, детка, — посоветовал Уэйд. — Ты ведь это не серьезно, да? Что не сможешь выстрелить?       Он внимательно всмотрелся в лицо Питера.       — Серьезно, — со вздохом констатировал Уилсон. — А если ты будешь помнить, что в этот момент в теле нахожусь не я?       Пит молча скривился, всем своим лицом и позой выражая скептицизм.       — А если это будет единственный способ защититься самому и спасти других людей? А за молочный коктейль с двойной порцией сливок и с вишенкой сверху?       — Уэйд, — тяжело вздохнул Питер. — Ты меня знаешь не первый день. Я вообще против оружия. Убить тебя я просто не смогу. Не смогу.       — Не лучший момент для пацифизма, крошка, — заметил Желтый, но Уэйд быстро прогнал его:       — Так, парни, консиллиум распускается по кроваткам. На сегодня завязываем.       Личности в голове переговаривались, Уэйд слышал их голоса, в которых сквозила досада — терять право занимать центр никому из них не нравилось. Он отвлекся буквально на минуту, а когда сфокусировался на реальности, заметил хмурого Питера, сжавшегося в углу дивана.       — Эй, детка, — негромко позвал его Уислон, а потом вздохнул и рывком двинулся к нему, сгребая в охапку. — Загнался уже? И на секунду тебя оставить нельзя, паукообразное.       Питер молчал, но из объятий не вырывался. Уэйд тоже молчал, только запустил руку ему в волосы и перебирал прядки, гладил линию роста волос на шее, где отросшие после стрижки волоски превратились в мягкую щетину. Уилсон уткнулся носом ему в висок.       — Мы тоже его боимся, Питти, — тихо проговорил он. — Мы все. Но еще ни один ублюдок, который что-то имел против нас, не выживал. А если он имеет что-то против тебя, мы просто обязаны прикончить тварюгу.       Питер выдохнул недоверчиво, но потянулся обнять Уэйда, прижаться ближе.       — Я попробую, — хмуро наконец сказал он. — Я не обещаю, что получится, но обещаю, что попробую. Хорошо?       — Хорошо, — легко согласился Уэйд. Даже такая постановка вопроса была серьёзным прогрессом.       — А как вы собираетесь его спровоцировать? — спросил наконец, с тяжелым сердцем, Питер.       Уэйд усмехнулся откуда-то сверху и отвлекся на рваное колено на джинсах Питера, принимаясь вытягивать оттуда ниточки по одной.       — Да есть одна мыслишка, — проговорил он, и Пит по голосу слышал его улыбку. — Один старый добрый друг, который избавит тебя от моральных терзаний.       — И что за друг?       — Кое-кто мохнатый, бессмертный и заторчавший мне должок.       — Логан?       — Бинго! Канадские братаны и все дела.       Питер пожевал губу, видимо, размышляя о таком варианте.       — А что он тебе задолжал? — спросил Паркер, видимо, приготовившись услышать страшную историю с кровавыми и пугающими подробностями, но Уэйд потянулся к ведру поп-корна и буднично ответил:       — Задолжал? А, двадцатку за бензин. Скажу ему, чтобы не возвращал.       — А он согласится?       — Согласится ли Логан выпустить мне кишки? — фыркнул Уэйд. — Да он ещё и доплатит за такое удовольствие!       — То есть, ты предлагаешь мне тебя выбесить, — медленно и с явным удовольствием повторил Логан, раскуривая неизменную сигару. — Чтобы достучаться до какой-то злобной сущности внутри тебя?       — В точку, — щёлкнул пальцами Уилсон.       — Мне приступать прямо сейчас или сначала устроим предварительные ласки?       Уэйд расхохотался:       — Разве не мне в этой истории полагаются идиотские шутки ниже пояса?       Логан только многозначительно хмыкнул.       — Нет, не сейчас, — ответил Уэйд уже серьёзнее, отхлебнув пива. Они с Логаном вновь устроились вдвоём на крыше. — Я хочу натаскать немного Паучка, чтобы он мог драться со мной. Сам знаешь.       Логан знал.       — Удивляюсь, что только сейчас, — пожал он плечом.       — Я не хотел, чтобы до этого доходило. Пит, он, — Уилсон махнул рукой, — я не объясню это. Пит это Пит. Славный мальчик.       — Славный мальчик, запавший на болтливого наемника? Такой уж ли славный, Уэйд?       — Не лезь, — обрубил Уэйд коротко, но жестко. — О своём лучше подумай. Не выкрутит ли он тебе яйца за такие развлечения?       — С чего бы?       — Логан, вообще-то, я знаю как тебя если не убить, то надолго вывести из строя. И драться с тобой буду не я, и даже не Дэдпул. Эта тварь во мне — это ебаный Чужой. Неадекватный мудила, от которого даже у меня мурашки по мошонке. Думаешь, Пьетро останется в стороне, если узнает? Или не попробует убить тебя еще разок, если ты решишь скрыть наши нежные игрища, и он это выведает, м-м-м?       Росомаха витиевато выругался.       — Может, отправить его куда-нибудь на пару дней? — задумался он.       — К маме, — с гаденькой улыбкой подсказал Уэйд.       — К папе, — невесело хмыкнул в ответ Логан.