Пролог
2 мая 2025 г., 18:00
Очередной дикий вопль раздался по туннелям, ведущим в пещеру-тюрьму, предназначенной лишь для одного. Последовавший за воплем погром не причинил клетке никакого вреда и заключённый вновь набросился на камень пещеры, пытаясь своими когтями проломить выход в другую от решётки сторону.
Ярость нахлынула с новой силой, когда Нага понял, что оставил лишь пару царапин на камне. Всё ещё тёмные вены под белой чешуёй начали пульсировать и источать лёгкое иссиня-чёрное сияние. Но то были лишь отзвуки былого могущества и силы, их недостаточно, чтобы выбраться из темницы, которую создали специально под одного заключённого.
Нага заперт, и этого не изменить.
Клокочущая внутри ненависть и желание разрушения возгорались в Наге каждый раз, когда он понимал это. Но всё, что получалось сделать — отколоть осколок камня.
— Безмолвный Нага не такой уж и безмолвный, — голос Эксидры сочился ядом и враждебностью. Легендарный воин даркуса вышел из тени, и пусть из-за маски Нага не видел лица посетителя, но чувствовал — тот смотрел с презрением. — Жалкое зрелище. Ты же знаешь где находишься и почему не сможешь отсюда выбраться. Только силы тратишь напрасно.
Нага зарычал от злости и правдивости данного высказывания. Эту тюрьму воссоздали специально для него, Наги, все Легендарные воины приложили свои силы, чтобы он не выбрался отсюда. Нага был уверен, что и без Драго здесь не обошлось.
— Лучше бы убили! — прорычал Нага, ударив хвостом по темнице. Сидеть здесь, в одиночестве, где единственное твоё развлечение это смотреть на причудливые тени, которые отбрасывает негасимое пламя, было хуже смерти. Нага вспоминал время, когда он вместе с сестрой путешествовал в межмирье Старой Вестрои — и выл от бессилия, невозможности что-то изменить. Неприятные воспоминания только вводили в бешенство, из-за чего Нага невольно начинал бить хвостом по земле.
— Ты всё ещё надеешься выбраться? — проигнорировал Эксидра Нагу, из-за чего у второго загорелись глаза. В клетке он не мог использовать свои способности, поэтому пользовался только когтями, зубами и хвостом. И если бы ему позволили хотя бы одну атаку — он бы разорвал стоящего перед ним бакугана без малейших сожалений.
— А как ты думаешь? — тоном, которым впору отправлять в Измерение Смерти спросил Нага. Ненависть к стоящему по ту сторону решётки только росла с каждой секундой их разговора.
Зачем Эксидра пришёл? Поглумиться над поверженным и брошенным в глубины Новой Вестрои Нагой? Бывшему владельцу Зоны Безмолвия это не нравилось, он злился. Сейчас, когда Нага ослаб и замурован, он не способен дать отпор обидчику, но в собственных мыслях он убил Легендарного воина уже несколько раз.
— Новая Вестроя под угрозой уничтожения, — внезапно сказал Эксидра, повернувшись боком к Наге и продолжил: — На наш мир прибыли захватчики, они называют себя вестами. Дети Вестала. Их технологии позволили им превратить всех бакуганов в сферы и взять в плен. Сами весты прибыли сюда в специальных городах, которые расположены хоть и далеко друг от друга, но именно это несёт угрозу для бакуганов — технологии не позволяют им обрести истинные облики, чтобы дать отпор. Сейчас Новая Вестроя подобна бесплодной пустыне.
Нага внимательно слушал Эксидру, не прерывая. Он задумчиво посмотрел на решётки и резко утробно засмеялся.
— Вот значит каков ваш защитник Драго! Жалкая пародия на повелителя — не способен даже защитить собственные земли!
Место маски, где должны быть глаза Эксидры загорелась. Оскорбления в сторону Драго ему не понравились, зато видя такую его реакцию Нага нашёл выход для всей накопившейся за время пребывания в темницы ненависти.
— И ему вы дали добро на владение Центром Равновесия, тому, кто не способен защитить собственный народ! — Нага рванул к решётке и, вцепившись в прутья, устремил горящий алым светом злобы взгляд на Легендарного воина и прошептал: — Вы все с ним лишь никчёмные создания, недостойные той власти, которую имеете.
Эксидра молчал, рассматривая драконью морду Наги, который готов был прямо сейчас вырваться из клетки и убить его, Легендарного воина. Гнев в глазах белого бакугана давал понять — план Эксидры может сработать.
— А ты бы справился лучше? — спросил Эксидра. В его голосе не было злости, только любопытство.
— Я бы сражался, — прорычал Нага, — а не сидел без дела.
Эксидра хмыкнул. Драго стал Центром Равновесия, который не имеет формы бакугана, а потому и сражаться не мог. Ему оставалось смотреть на то, как мир, ради которого он пожертвовал столь многим, забирают себе весты.
Именно это Эксидре и не нравилось в сложившейся ситуации. Он даже разделял позицию Наги — Легендарный воин сражался бы, будь на то у него возможность, но… вместо этого он вынужден прибегнуть к плану, успешность которого была хоть и высокой, но могла принести не меньше проблем, чем инопланетные захватчики.
— Я могу дать тебе эту возможность.
Нага с недоумением посмотрел на Эксидру. Ему внезапно пришла в голову мысль, что Легендарный воин так над ним издевается — сам придумал историю, увидел реакцию Наги на неё и сейчас начнёт его дразнить свободой.
Нага зарычал, сжимая прутья решётки. Он хотел убивать.
— Это не ложь, Нага, — спокойно проговорил Эксидра, видя, что его собеседник не поверил его словам. — Бакуганы могут потерять себя и свой мир, если ничего не сделать.
— Почему я?
— Ты силён. Технологии вестов порабощают бакуганов не только тем, что придают им форму сфер, но и лишают сознания, делая из них послушных марионеток. Не каждый способен справится с такой нагрузкой на разум… но ты сможешь.
— Но почему я не стал сферой?
Эксидра задумался.
— Ты находишься глубоко по землёй Новой Вестрои, к тому же твоя темница уникальна — её нельзя разрушить изнутри и извне. Но скорее всего технологии вестов попросту не достают до тебя.
Нага колебался, всё ещё не веря в происходящее.
Ему предлагают свободу. И за что? За спасение Новой Вестрои… Он не видел нынешний мир бакуганов, лишь представлял как тот может выглядеть, если за его созданием стоял Драго. Это единственное, что ему оставалось в темнице.
— Дать волю злейшему врагу и для чего… — Нага рассмеялся, но уже без злости. — Неужели вы в таком отчаяние?
— Кое в чём я сомневаюсь, но есть вещи, в которых я уверен, — Эксидра говорил спокойно, не обращая внимание на иронию собеседника. — Ты бы не позволил уничтожить Вестрою, и не потерпел бы произвола со стороны других рас по отношению к бакуганам. Да, ты бы сражался. Пусть не за те идеалы, за которые бы сражался я или Драго, но я готов рискнуть и дать тебе шанс.
— Шанс? Мне?
— Шанс на изменение. На прощение, — Эксидра снова повернулся к нему боком, что-то обдумывая. — На свободу в конце концов. Ты больше не будешь заперт в этой темнице.
Нага молчал. Его всё ещё терзали сомнения. Не посылают ли его вообще на смерть таким образом?
«Уж лучше смерть, чем клетка!», — завопил внутренний голос Наги.
— Я согласен.
Эксидра кивнул и вытянул руку и решётка пала, позволяя Наге выбраться наружу.
Белый бакуган не шелохнулся, глядя на открытый проход, о котором грезил последние годы… Кажется, его сердце забилось сильнее, когда он сделал первый шаг навстречу свободе, а на второй и вовсе чуть не остановилось от переполнивших его чувств.
Так, шаг за шагом, Нага двигался вперёд. Оставив решётку позади он тяжело задышал, кожей чувствуя свободу от узкого пространства, наполненного сдерживающей Нагу силой. Кажется, даже дышать стало легче, пусть он находился всё ещё под силой сабтерры.
— Каков план?
***
— Как всё прошло? — Ларс Лайон появилась перед Эксидрой сразу же, как тот отправил Нагу на Землю в поисках напарника. — Я не верю ему, — чуть помолчав ответил Эксидра. — Но он наш шанс на скорейшее возвращение Новой Вестрои в тот вид, в котором она пребывала последние годы. Ларс Лайон кивнула, не став спорить с боевым братом. — Нага жесток, но и у него есть возможность стать лучше. — Почему ты так в него веришь? — спросил Эксидра, который искренне не понимал свою подругу. — Он ради власти отправился к Центру Вестрои и поглотил Зону Безмолвия, используя её в самых мерзких своих замыслах. Под маской не было видно, но почему-то Эксидре показалось, что Ларс Лайон улыбается. — Нага последний белый бакуган, он родился тогда, когда они уже были изгоями без своего мира… Его жестокость родилась из-за страданий. Но сейчас, когда Вестроя преобразилась и приняла новый вид, у нас появился шанс дать ему понять, что он — один из нас. И что теперь, когда все миры стихий объединились, изгоев не будет. Всем найдётся место в новом мире. А это — его тропа к искуплению. Эксидра кивнул, не став выражать свои сомнения относительно этой затеи. Он всё ещё не верил Наге, пусть и согласился помочь… Он лишь посмотрел на тёмное небо Новой Вестрои и надеялся, что скоро в мире бакуганов настанет мир, за который он когда-то боролся и отдал свою жизнь.
