Предсказанное розой

Тони перемещался от одной группы светских львов к другой, стараясь не обращать внимания на шепотки за спиной, но тихие голоса обвиняющими набатами ревели в ушах. Его бывший бойфренд Тибериус развернул против него целую кампанию по очернению. Он объявил, что Тони изменял ему и что именно поэтому неделю назад они расстались. Настоящая же причина заключалась в том, что после двух лет отношений Тони наконец-то понял: он мирился с унизительными замечаниями и общей мерзостью лишь потому, что пытался доказать себе — Говард был не прав насчёт них. Когда Тони только рассказал отцу о том, что встречается с Тибериусом, Говард презрительно усмехнулся и резюмировал, что Тони совершает величайшую ошибку в своей жизни и что они не продержатся вместе и нескольких месяцев. Тони был железобетонно уверен, что Говард сморозил глупость, и потому не придавал значения бурным ссорам и находил оправдания для всех оскорблений, которыми швырялся в него Тибериус. Теперь, когда Говард умер и компания перешла по наследству Тони — от него стали зависеть тысячи жизней, — он уже больше не мог игнорировать то, что подсознательно всегда понимал: Тибериус был жестоким мудаком. Жаль только, об этом знал только Тони и его лучший друг Роуди. Естественно, все остальные купились на последние статьи в желтых газетёнках. Тони только и оставалось надеяться, что высшие слои общества, не понаслышке знакомые с ложью СМИ, не будут всецело доверять односторонне поданной истории. Его надежды не оправдались. Большая рука хлопнула Тони по спине. — Улыбайся, мой мальчик, — Обадайя Стэн — человек, ставший Тони вторым отцом, — ободряюще сжал его плечо. — Всегда улыбайся. Как только тебя увидят грустным, СМИ и все прочие, кто жаждут твоего поражения, победят. Не дай им такой возможности. Воодушевляющие слова сняли груз с плеч Тони. По крайней мере у него всегда будет Оби. — Спасибо. Я думал, что знаю, каково находиться в лучах прожекторов, но после смерти Говарда понял, что на меня светило всего-то краешком. Обадайя сочувственно кивнул: — Твой отец умел привлекать к себе всеобщее внимание. Теперь, когда ты стал новым лицом компании, взгляды, естественно, сосредоточились на тебе. Впрочем, ты просто обожди — я уверен, вскоре всё утихнет само собой. Тони фыркнул: — Внимание СМИ или мерзкие сплетни Тибериуса? Обадайя улыбнулся, весело сверкнув глазами: — И то, и другое. Твоему отцу не нравился Тибериус, потому что, каким бы умным тот ни выглядел, нормально держать себя в обществе ему никогда не удавалось. Рано или поздно Тибериус оступится, и тогда вспомнится его безумное пристрастие к вранью. Обадайя был прав. Тибериуса частенько ловили на лжи. Пусть все развлекаются его байками, пока не появятся какие-нибудь более значительные и интересные новости. — А пока я хотел тебя кое с кем познакомить, — Обадайя подвёл Тони к группе гостей. Тони помнил их по другим приёмам «Старк Индастриз», но мало с кем из них разговаривал. После десяти минут душевного общения Тони, извинившись, сбежал за выпивкой. В ожидании своего заказа Тони опёрся на барную стойку. — А вы действительно интригующий человек, мистер Старк, — произнёс женский голос с отчётливым акцентом. Тони, вздрогнув, обернулся. Девушка в изумительном красном платье, которое облегало её фигуру, демонстрируя все соблазнительные изгибы, улыбнулась ему и, сделав глоток мартини, отставила бокал. Золотые браслеты звякнули о стекло. Её русые волосы были забраны в причудливый хвост, несколько продуманно оставленных на свободе прядей обрамляли лицо. Её реплика требовала ответа, но Тони как воды в рот набрал, поражённый красотой девушки. Единственной, кто когда-то так же очаровал его, была Сансет Бейн. Девушка наклонила голову, ничем не проявляя недовольство и по-прежнему излучая любопытство. — Прости, — Тони протянул ей руку, — мы раньше встречались? — Нет, мистер Старк, но мне очень хорошо знакомы работы ваши и вашего отца. Меня зовут Ванда. — Она пожала его руку. — Ванда, — повторил Тони, наслаждаясь звучанием имени. — Что ж, позволь мне заметить, что ты самая прекрасная женщина здесь, и я польщен, что ты решила заговорить с таким придурком, как я. — И правильно, — усмехнувшись, Ванда отпила мартини. Сердце Тони пропустило удар. Девушка очень и очень нравилась ему. — Но как же ты познакомилась с моими работами? Кстати, зови меня Тони. Мистер Старк — это мой отец. Ванда, встав, подхватила его под руку: — Может, сперва немного потанцуем, Тони? Именно в этот момент бармен принёс ему напиток. Тони схватил бокал, отпил немного и толкнул обратно по барной стойке. — Всё, что угодно, миледи. Сегодня я твой покорный слуга. Ванда улыбнулась краем губ и вывела Тони на танцпол. Тони заколебался, куда положить руки: он не знал, ожидала ли Ванда от него вальса или чего-то менее официозного. Судя по её виду, она бы, скорее, предпочла вальс простым покачиваниям в обнимку. Тони резко занервничал. В детстве он заучил некоторые танцевальные па, но лучшим в этом он никогда не был. Грациозные и плавные движения ему никак не давались. Он сумел запомнить порядок действий, но добиться лёгкости и изящества у него так и не получилось. Поэтому он неподдельно обрадовался, когда Ванда положила ладони ему на плечи и качнулась из стороны в сторону. Он, в свою очередь, приобнял её за талию и шагнул в такт музыке. — Буду искренна с тобой, Тони. Я пришла сюда не просто так. — Ничуть не удивлён. На такие мероприятия редко приходят без повода. Вопрос только в том, ты здесь ради дела или ради удовольствия. — Ради дела, но, надеюсь, что и без удовольствия не обойдётся. Мысли Тони резко застопорились. Интересно, это она намеренно намёк сделала, или он сам вообразил невесть что? Вроде бы ни одного слова выделено не было... — Что ты будешь делать со «Старк Индастриз», как её новый руководитель? — спросила Ванда. Тони пожал плечами: — Управлять. Чтобы она стала еще более успешной, чем когда-либо. — Продолжишь программы по совершенствованию оружия? — Конечно, — этот вопрос привёл Тони в недоумение. — Не одна международная угроза, так другая. У наших ребят должно быть самое лучшее в мире оружие, чтобы они могли вернуться домой поскорее, в целости и сохранности. — А как же те люди, кого ранят и убивают эти солдаты? Твоим оружием? Тони замер и всмотрелся в лицо Ванды, но так и не понял, что оно выражает. — Наше оружие всегда направлено только на злодеев, судьба которых меня в общем-то не интересует. Ванда опустила руки и вывернулась из объятий Тони. — И это очень печально, — она закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Я надеялась, что ты не похож на своего отца, но, вижу, я ошибалась. Для Тони ничего обиднее быть не могло: — Эй, я совсем не похож на Говарда. — Не нравится, когда другие так быстро судят о тебе? Когда их представление о тебе строится либо на одном-двух фактах, либо на лжи? Свет в комнате замелькал, снаружи загремел гром, музыка оборвалась. Гости начали перешептываться и оглядываться, пытаясь понять, что происходит. Тело Ванды охватило красное свечение. Тони, вскрикнув, отскочил от неё подальше. Она простёрла руку к Тони, и из её пальцев ударил заряд неизвестной энергии — такого же красного цвета. Из лёгких Тони вышибло весь воздух. — Тони Старк, раз уж ты выбрал жить в неведении и воспринимать ложь на веру, так же будут поступать и в отношении тебя. Бок Тони загорелся огнём, и он упал на колени. Пронёсшийся по залу ветер распахнул его рубашку. Вдоль ребер поползли зелёные шипованные стебли, на верхушках которых расцвели алые розы. — Каждая роза отмечает год, каждый лепесток — день. Если до того, как упадёт последний лепесток, ты найдёшь того, кто за слухами и кривотолками разглядит настоящего тебя, то моё проклятие разрушится. Если же тебе не удастся никого найти, то ты станешь тем монстром, какого в тебе увидят. В глазах Тони вскипели слёзы от боли, и он схватился за грудь. Ветер взъярился ещё сильнее, превратившись в настоящий ураган. Внезапно всё прекратилось. Тони свалился на пол. Свет перестал мелькать, музыка снова заиграла, возобновились разговоры. Только до былой светской оживленности им было далеко. — Что с ним? — Он что, под наркотой? — Изменщик, да ещё и наркоман? Говард мог бы гордиться им. Тони, заморгав, потряс головой и оглянулся. Все пялились на него так, как будто он превратился в какого-то ненормального. — Почему вы так на меня смотрите? Вы разве ничего не видели? Какая-то психованная девка пришла и… Тони стошнило. Обадайя внезапно пробрался к нему и помог встать. — Пойдём, Тони. — Но, Оби, — зашептал Тони, лихорадочно вытирая подбородок и губы. Во рту поселился неприятный вкус, — ты видел… Шикнув на него, Обадайя потянул его к выходу. — Тони, не подливай масла в огонь. Тони ещё раз быстро осмотрелся. Судя по всему, никто не видел Ванду — или, как минимум, все забыли, что её видели. Тони замутило. Никакой магии не существует. Проклятия не действуют. Однако Тони знал, что никаких наркотиков не принимал. Разве что ему что-то подмешали в напиток — но кто бы это мог сделать? Ну, за исключением бармена: Тони сомневался, что тот стал бы рисковать своей работой, только чтобы привести владельца «Старк Индастриз» в неадекватное состояние. Что-то было не так. Отчаянно не так. Тони кинул взгляд вниз и хватанул ртом воздух, чуть снова не упав на колени. От талии до шеи его кожу на боку покрывала татуировка с розами.