Предсказанное розой

Тони не мог в это поверить. Он столько времени прожил с этим проклятием, висевшим над душой, что теперь как будто грезил наяву. И всё благодаря каким-то пришельцам, спешившим на концерт, их сыворотке правды и Роуди. Тони только потому не накинулся на Роуди со страстными объятиями (и предложением завести общих детей), что у него был бойфренд. По крайней мере он на это ещё надеялся. Стив сейчас сидел рядом с ним в его машине (за рулём был Хэппи, который до сих пор радовался, как ребёнок, тому, что имеет возможность возить Капитана Америку) и молчал. Раньше Тони мгновенно заполнил бы тишину болтовнёй, но сейчас он был слишком занят собственными мыслями. Он пока только и сумел, взяв себя ненадолго в руки, попросить Стива поехать домой вместе с ним. Ему хотелось без лишних глаз и ушей поделиться с ним последними новостями. Он посмотрел вперёд, перепроверив, что перегородка поднята, и пододвинулся поближе к Стиву, мазнув своим коленом по его. — Стив? — негромко позвал он. Стив вздрогнул, очнувшись, и заморгал, соображая, где он сейчас. — Что, Тони? — наконец мрачно откликнулся он. У Тони кольнуло в груди: — Я что-то не так сделал? Стив выпрямился: — Боже, нет, Тони. Тони… я… — он снова обмяк, потёр затылок, опустил голову и поморщился. — Прости меня, Тони. Прости, что последние часы вёл себя так отстранённо, просто… Я искренне сожалею, что мне не удалось вовремя освободиться, чтобы не дать тебе сказать всего этого, — он сглотнул, сжав ладонями колени до побелевших костяшек. — Это было настолько личное… такое нельзя говорить под давлением. Если бы я освободился, то мог бы хотя бы рот тебе закрыть, чтобы тебе не пришлось насильно выворачиваться наизнанку перед Роуди… и мной. Тони облегчённо выдохнул: — Так, значит, ты не злишься, что я ничего не говорил про, — он отвернулся к окну, — секс, наркотики и всё такое прочее? Стив поднял взгляд, сверкающий яростью: — Я злюсь, но не на тебя. Я злюсь на всех тех, кто пользовался тобой, на тех, кто распространял лживые слухи и делал ни на чём не обоснованные предположения, а на Ванду, из-за проклятия которой всё это и происходило, я злюсь в тысячу раз сильнее. — Эй, тише, — Тони похлопал его по спине. — Помни, что я не образец безупречности. Кое-что я творил по собственному разумению. — И потому, что ты не видел разницы, будешь ты это делать или нет — а в этом виновато проклятие. Тони пожал плечами: — И всё же я это делал. Именно я решил сдаться и опустить руки. — Он нахмурился: в памяти снова всплыл Альтрон и слова Стива об этой программе. — Знаешь, я просто рад, что вся эта фигня не отпугнула тебя, — Тони заставил себя усмехнуться, чтобы немного развеять напряженную атмосферу. — Я бы возненавидел своё прошлое, если бы оно тебя отвратило — всё-таки я успел к тебе привязаться. «Привязаться» было, конечно, преуменьшением. Он любил Стива. Стива — единственного человека, который не был знаком с Тони до проклятия и всё же не поленился узнать его поближе. Храброго и смелого Стива, который, несмотря на свой публичный образ, поцеловал Тони на чужих глазах. Стива, который набросился на бариста только потому, что она намеренно сожгла кофе Тони. Стива, который решил помочь известному эгоцентристу и сухарю только потому, что так было правильно. Тони любил Стива — и это ничто не могло изменить. — Тони, — Стив обнял его и поцеловал — целомудренно, но Тони ощутил затаённую страсть и отчаяние. — Я знаю, что ты не поверил мне, когда я сказал это впервые, и я тебя не виню… но я люблю тебя. — Он прижал Тони к себе теснее. — Правда люблю. Уже во второй раз за день Тони показалось, что он грезит наяву: — Стивен Грант Роджерс, клянусь всем этим миром, что если ты прикалываешься, я прямо сейчас надену костюм Железного человека и одним пинком пущу тебя в полёт вокруг земного шара. Стив, рассмеявшись, поцеловал его в лоб: — Обещаешь? — Да, — Тони улыбнулся и взялся за край футболки. — И кстати, не надо так раскаиваться, что не успел остановить меня, когда я раскрывал перед вами душу. — Приподняв ткань, он показал чистую кожу. Стив распахнул глаза, и улыбка Тони стала ещё шире. — Похоже, именно из-за того, что все эти годы я лгал, никто, включая Роуди, не видел настоящего меня. Я просто не давал никому шанса. Стив благоговейно коснулся его бока. Тони, пожав плечами, опустил футболку обратно: — Я не хотел, чтобы кто-нибудь счёл меня слабым или понял, насколько беспомощным я себя ощущаю. Чёрт, если бы я только знал, то уже давно разрушил бы проклятие. Стив так и не убрал руку, продолжая поглаживать его: — Оно действительно исчезло. — Даже не знаю, кто из вас с Роуди спас меня — может, сразу оба, — но спасибо, — Тони с улыбкой чмокнул его в губы. — И я тоже тебя люблю. Только что Стив с восторгом смотрел на него — и вот уже прижал к сидению, осыпая поцелуями. Тони обхватил его руками и рассмеялся. Наконец-то его будущее снова принадлежало ему.