Dreamlike

Видеть Фейлона в качестве представителя посредника хотели через день, к десяти часам утра, и, надо сказать, готовился он к этой рядовой, по сути, встрече с изрядной долей мандража. Что он знал о них в своей прошлой жизни? К моменту похищения Такабы Акихито Арбатовы обосновались здесь давно и чувствовали себя очень комфортно. Они практически безвыездно жили в Макао, откуда регулярно заглядывали в Гонконг, чтобы потрепать нервы “Белому змею” и их многочисленным конкурентам. Лично с Михаилом Фейлон познакомился, когда тот уже возглавил группировку; его суровый сопровождающий наблюдал за происходящим то ли как телохранитель, то ли как мрачный визирь, изредка позволяя себе попрепираться с Михаилом. Точно ли они приходились друг другу братьями, Дракон понятия не имел – просто не интересовался этим до сих пор, – но все считали их родственниками. Сходство было, как говорится, налицо. Фейлон сделал себе мысленную пометку разобраться с этим вопросом на первой же встрече. Он оперся подбородком о сплетённые пальцы и прикусил губу. Если подумать, он всегда испытывал смутное беспокойство при мысли о Арбатове-старшем. Как при виде огромного хищника, мимо клетки с которым вынужден то и дело проходить, но ещё не сталкивался напрямую. “Ты не помнишь тот эпизод в казино?” – чуть не спросил Фейлон, глянув на Асами – и вовремя спохватился. – Что? – тут же отреагировал тот. Они сидели рядом на диване, перед низким стеклянным столиком, который был предусмотрительно сервирован заказанной на дом едой. – Ничего, я просто так... Фейлон нахмурился, сосредоточенно вспоминая. Когда они втроём играли в покер на лайнере, Михаил стянул с плеч рубашку, пока трепался, и Фейлон, конечно же, запомнил и его глубокие длинные шрамы на спине, и фразы про сдерживание своих желаний. Тогда он не придал этому значения, посчитав пустым бахвальством, но сейчас всерьёз задумался. Кого Михаил имел в виду? Кто мог оставить ему такой сувенир? Причём само их наличие явно не причиняло хозяину особого дискомфорта: Михаил словно бравировал ими, относился как к должному. “Три сумасшедших мужика собрались поиграть...” И кто из них, в таком случае, был в здравом уме? Судя по тому, что рассказали ему его люди ещё тогда, на лайнере, Асами пристрелил Юрия незадолго до того, как на нижнюю палубу спустился сам Фейлон. Юрий гнался за Такабой – преследовал его, словно загонщик – дичь, и получал от этого удовольствие. Жаль, у трупа не имелось возможности выспросить подробности. Да и тогда Фейлон, у которого земля буквально уходила из-под ног, удовлетворился лишь кратким отчётом. А вот сейчас эти самые детальки были очень нужны. Как воздух. – Земля вызывает Лю Фейлона, – пошутил Асами, потискав его за плечо. Он, конечно же, вовсю уплетал своё, а вот Дракону еда совсем не лезла в горло. – Приём, – вяло отозвался он и в очередной раз попытался поддеть палочками ускользающую из захвата брокколи с морковью. – Это моё первое самостоятельное дело. Не хочу прослыть идиотом, – проворчал он. – Мало того, что я и так выгляжу ненадёжно... – Ты выглядишь очень даже, – подметил якудза, и Фейлон только сильнее нахмурился из-за игривых интонаций. – Именно! Но я не хочу брать этим! – Тогда поешь, – предложил Асами уже серьёзно. – Не думаю, что русские впечатлятся инициативами, если они будут исходить от бледной недоедающей тени. Если тебе что и нужно развить сейчас, так это навык переключения. Фейлон нахмурился и принялся старательно опустошать содержимое стоящих перед ним тарелок. Рука Асами тут же переползла ему на колено, и он задумчиво жевал под эти ненавязчивые поглаживания. "Асами хорошо говорить. Он спокоен как слон. Он может противопоставить им авторитет, опыт, банальный возраст. Даже корочки у него, наверное, самые престижные. А я? Что у меня в багаже, кроме слащавой мордашки и ничем не обоснованной наглости? Именем отца я больше не хочу прикрываться… это было бы несправедливо. И его именем… тоже". – Ты знаешь о них что-нибудь? Асами вздохнул. – Только слышал. Они приехали сюда уже вдвоём. Вроде бы младший парень – сын главаря крупной русской группировки, и то ли с ним что-то случилось, то ли что ещё, но отец здесь так и не появился. Насколько я знаю, с мальчишкой всегда был старший. На брата он не очень похож, да и разница в возрасте слишком большая - лет в пятнадцать точно. Скорее всего, это дядя. Он вёл дела и воспитывал парня, пока тот не подрос. Чужакам сложно выгрызть себе место в другой стране, не зная язык, но судя по всему, у них неплохо получается. Вон, уже вовсю пытаются торговать. Вот как, значит. Вдвое больше того, что о русских знал сам Фейлон годы спустя. Или же здесь это было общедоступной информацией, почерпнутой из слухов и новостных сводок. – Судя по тому, что я слышу, мне как-то не очень хочется им доверять, – медленно произнёс Фейлон. – Смотри сам. По крайней мере, здесь и в Макао парни ещё не успели кому-то открыто насолить, чтобы с ними невозможно было работать. Подмять под себя они не могут – не слишком сильны пока. Местные при виде их не особо возбуждаются, полиция – тоже. Остаётся наблюдать за ними. Смотреть, как они ведут дела. С другой стороны, у меня имеется шкурный интерес. Я не хочу, чтобы ты рисковал, да ещё на их условиях. – Мы все здесь рискуем. Никаких преференций, – пожал плечом Фейлон. Асами усмехнулся и, как показалось, снисходительно взъерошил его расчёсанные волосы. – Никогда не думал, что буду умиляться твоей целеустремлённости. Дракон поперхнулся недожёванной креветкой, и Асами протянул ему салфетку и стакан воды. – Я беспокоюсь. Это так неочевидно? Фейлон отмахнулся от него, утирая слёзы и откашливаясь. Спалось ему плохо. В двадцать минут десятого, следующим утром, он уже сидел в арендованной к этому случаю переговорной. Всё было как у взрослых: костюм с иголочки, проектор, минеральная вода, подборка наиболее впечатляющих фото на ноутбуке. Рассеянно вертя в руках ручку, лежавшую на столе, Фейлон выводил в блокноте бесконечные узоры и ждал. “Гостей” не было. Он просидел в кабинете практически до десяти и ещё пятнадцать минут сверх того, стараясь не нервничать, а потом услышал, как суетятся администраторы внизу, и догадался выглянуть в окно. Арбатов-старший – это действительно были они, а не кто-то ещё на “А”, – стоящий недалеко от парковки бизнес-центра, отвесил лёгкий подзатыльник своему более хрупкому спутнику, который как раз выходил из машины, и подтолкнул его вперёд. Фейлон не сразу узнал Михаила – тот выглядел гораздо моложе, да и ростом, и комплекцией заметно уступал родственнику. Дракон не считал себя слабым, но тут был явный случай разных весовых категорий. Встречаться с таким в ближнем бою не хотелось. “Ты же не собираешься драться с ним, – усмехнулся он, отходя к столу. – Впечатления о тебе ещё не настолько испорчены”. – Прошу простить нас за опоздание, – раздался довольно низкий, суховатый голос. Арбатов-старший говорил на путунхуа медленней обычного и с узнаваемым акцентом, но вполне грамотно. – Непредвиденные обстоятельства нас… задержали, – тут Арбатов красноречиво глянул на младшего отпрыска, будто хотел присовокупить к словам ещё и подзатыльник. – Можете не беспокоиться об этом, – улыбнулся Фейлон. – Всякое бывает. В любом случае, вы никуда не опоздали. При таких разговорах, как у нас, торопиться не стоит. Они раскланялись, обменялись любезностями и визитками. В обмен на набор инкрустированных бриллиантами перьевых ручек (подарок Фейлона) на столе оказалась прихотливо упакованная бутылка “Кристалла”. От Дракона не укрылось удивление русского: вероятно, тот ожидал увидеть больше людей со стороны переговорщиков – возможно, переводчика, кого-то посолидней и постарше. Если честно, на подобное надеялся и сам Фейлон, но Чан, вечно добренький и хитрожопый, сослался на то, что уже разговаривал с “клиентом” по телефону и теперь решил передать его Дракону – для обсуждения конкретных деталей. Сам Юрий производил исключительное впечатление ледокола – опасного, безжалостного, идущего напролом, но сейчас, прихоти ради, придерживающегося правил этикета. Казалось, даже Михаил с опаской посматривал на родственника. Но что бы там ни было, Фейлон решил не давать слабину. К тому же с возрастом становилось всё проще реагировать на подобную агрессию. – Я слышал, вам действительно пришлось наведаться ко многим перед этой встречей, – заметил Дракон максимально нейтрально. – Так и есть, – ответил Арбатов, без улыбки оглядывая его. – А я слышал, что ваше руководство пообещало мне помочь. – Надеюсь, так и будет. Но для начала нужно мне вникнуть в проблему. Как выяснилось не отходя от кассы, Юрий действительно приходился дядей своему младшему спутнику, Михаилу. Стараясь не думать о взгляде, сканирующем его сквозь одежду, Фейлон кратко рассказывал о себе, о людях, с которыми работал, о “достижениях” за последние пять лет, когда им удавалось проворачивать сделки и не попадаться при этом полиции. Продемонстрировал фото ящиков и контейнеров, в которые был надежно упакован груз перед отправкой. И даже подборку статей, где полицейские с прискорбием констатировали факт роста нелегальных перевозок и клятвенно обещали их предотвратить. И всё это время он кожей чувствовал, как раздражен и нетерпелив его собеседник, несмотря на то, что большей частью Арбатов действительно молчал, слушал и длинно, снисходительно похмыкивал. – Допустим, вам удалось убедить меня в собственной крутости, парни, – сказал он, и Дракону в очередной раз представилась акула, которая сыто щерилась на подплывшего к ней аквалангиста. – Но мне приходилось выслушивать это не один раз. Попрошайки и то чувствуют себя лучше, ходя со двора ко двору. А ведь это тридцать процентов с будущей продажи. Миш, открывай! Михаил передал ему чемоданчик. Юрий небрежно бросил его на диван и откинул крышку, ожидая реакции Фейлона. Судя по номиналу лежащих там купюр, их общая стоимость превышала средний размер обычно предлагаемого “аванса” на этой стадии где-то втрое. Немудрено, что у Чана загорелись глаза при виде такого. – Сочувствую, господин Арбатов. Но наверняка этому есть причина. – О, конечно. У вас, китайцев, мода – замечательно расписывать перспективы, но увиливать, как только вам что-то не нравится. И все, кто хвастались передо мной стальными яйцами, поджимали хвост, едва понимали, с чем им придётся иметь дело. Дракон легко приподнял бровь, неосознанно копируя в этом Асами. – Согласитесь, довольно сложно судить о качестве яиц моих коллег, пока мне неизвестны детали вашего дела. Могу я поинтересоваться, что конкретно вы хотите перевезти и куда? Юрий усмехнулся и начал рассказывать. Как понял Фейлон, его людям удалось беспрепятственно подобраться к складу одной из их военно-морских баз, проникнуть в бытовку, поколдовать с распредщитом, после чего взломать двери и получить в свое распоряжение несколько свинцовых контейнеров с отработавшим топливом, а также топливные сборки для ядерных реакторов на подводных лодках. Сами Арбатовы держались подальше от российской границы, в том числе, из-за незакрытого уголовного дела, которое завели на них после этого громкого случая. И теперь они хотели, чтобы груз как можно скорее отправился к ливийцам – те, со своей манией создания оружия массового поражения, скупали практически всё, что плохо лежало. “Действительно, нехило, – подумалось ему. – Ну и замашки у них, ни дать ни взять королевские. И зачем мне нужен этот геморрой? Захотелось внимания полиции? Остальные были совершенно правы, уклонившись от работы с ними. И мне бы пора. Это не те люди, с которыми хочется иметь какие-либо дела. Ни племянничек, ни дядя”. – Осмелюсь предположить, это не та вещь, которую можно спокойно найти на задворках собственного района, – заметил он, складывая пальцы шатром. – Однозначно, – фыркнул Юрий Арбатов. – Но нам повезло, и мы решили постараться. За это прекрасно платят. – Рискованное предприятие. Как вам вообще удалось туда добраться? Арбатов пожал плечами. – Очень просто. Там отсутствовала охрана. И со стороны залива, и со стороны промзоны, откуда, собственно, и подобралась наша команда. – Неужели там не было сигнализации? – изумился Фейлон. – Была. Но её очень легко отключить, если взломать наружную дверь. В сторожах там немощные бабки, которым лень пройти пару метров по сугробам. А на самом складе висел обычный амбарный замок, к тому же ржавый. Как вы думаете, сколько нам потребовалось минут, чтобы его распилить? – Слишком легко и просто для военно-морской базы, – заявил Дракон, сделавший вид, что нимало не впечатлен абсурдными деталями. В том же материковом Китае после такой выходки полетели бы головы. – Разве могут на объекте подобного уровня проявить халатность и оставить вот так радиоактивные вещества? Вы уверены, что здесь не замешаны ваши спецслужбы? Юрий презрительно осклабился. – Полноте, молодой человек. Это ж Россия-матушка. Подобное в нашей стране имелось всегда, на всех уровнях и даже без теорий заговоров. Более того, такое можно будет провернуть не раз и не два, несмотря на шумиху. Всем всё равно похрен, если дело доходит до конкретных рабочих мест. – И сколько, вы думаете, может длиться подобная безалаберность? Арбатов пожал плечами. – Годами. У нас есть кому заносить. Если мы сработаемся, мы сможем регулярно доставлять вам контейнера, вашей же задачей будет перевозить их по адресу. Глупо отказываться от таких легких денег. За один раз вы получите столько, сколько обычно выходит за полгода. Так что думаете? Фейлон хмыкнул. Громкое предприятие, негарантированное и очень мутное, как и бывает у русских. – Честно? Теперь понятно, почему с вами до сих пор не хотели иметь дела. Будь это обычное оружие, никто бы вам слова не сказал. Но ядерные компоненты – всегда риск, и не потому, что боишься засветиться в темноте, а потому, что за этим пристально следят все, кому не лень. Полиция устраивает такие закупки с целью облав, а нам остается только заглотить наживку. Арбатов-старший наклонился вперед. – Неужели сдрейфил, как и все остальные? Странно. Ваши люди уверяли меня в обратном. Хм. Судя по манере Чана вести беседу, пересыпая разговор любезностями, проще согласиться на всё, чем понять, что он на самом деле хочет. Даже если ему не понравился “клиент”, до конца спускать его с крючка он не захотел. А, возможно, он просто прогнулся под настойчивостью и, чтобы не терять лица, отправил на переговоры того, кто в лепёшку разобъется, но покажет себя с лучшей стороны. То есть, его. – Даже если мы и в состоянии провести эту сделку, – произнёс с расстановкой Фейлон, – вы должны осознавать, что затраченные нами усилия будут дорогого стоить. Гораздо дороже содержимого этого чемоданчика. – Набиваешь цену? – поинтересовался Юрий, едва проглатывая предсказуемое оскорбление, и на мгновение Фейлон почувствовал, как хищно сверкают его светлые глаза. “Набиваю. И искренне надеюсь, что ты не согласишься”. Надо же, как он взвивается после обычного отрицательного ответа. Неужели привык, что все прогибаются под его прессингом? – Всего лишь констатирую факт: если мы договоримся, мы будем вынуждены просить выполнения ряда наших условий, и это помимо сорока пяти процентов от грядущей сделки, – ответил Дракон как можно более хладнокровно. – А ты не слишком обнаглел, мальчик? – не выдержал Юрий. – Прежде чем выставлять такие условия, ты не хочешь поговорить об этом со своим боссом, обсудить сумму, которую я вам озвучил? – Господин Арбатов, – с прежним спокойствием отвечал Фейлон. – Мне необязательно консультироваться с начальством, чтобы обозначить вам прописные истины. В отличие от клиентуры, которая может единожды связаться с нами и сохранять дальнейшую анонимность, мы будем находиться на этом рынке десятилетиями, контактируя с полицией и со всеми, кто ревностно следит за нами, готовый занять наше место. Мы должны заботиться о нашей репутации и обязаны себя обезопасить. Это будет выгодней и вам – во избежание неприятных последствий. Именно поэтому вы не можете диктовать здесь свои условия, а мы можем. Если вы поймете это, то нам удастся сработаться. Арбатов достал незажженную сигарету, потом стиснул зубами кончик и какое-то время яростно жевал её. – Нам нужно обсудить ваше, без сомнения, щедрое предложение, – выдал он наконец, поднимаясь. – Пожалуйста-пожалуйста, – Фейлон выставил ладони вперед, наблюдая, как Михаил вскакивает и, повинуясь жесту дядюшки, идет за ним следом. – Сколько угодно. Фейлон остался в переговорной, вслушиваясь в то, как Юрий расхаживает по коридору и зло втолковывает что-то невидимому собеседнику по телефону. Он был почти уверен, что Арбатов возненавидит его за заносчивость, обругает и отменит сделку. Конечно, Чан будет недоволен, но он найдёт, что ему сказать. Быть может, после этого в его расписании останется несколько часов на отдых. Эти дни он совершенно не давал себе просто остаться в покое – пусть даже неосознанно. Чтобы не было времени задумываться о неудобных или смущающих вещах. К примеру, настойчивые ухаживания его сожителя и партнёра. Им и так хватает делового сотрудничества… Разговор прекратился. Следом хлопнула дверь ближайшей уборной. Фейлон невозмутимо ждал, глоток за глотком отпивая минеральную воду из стакана. Наконец Арбатов вернулся обратно в переговорную. Он выглядел почти умиротворённым, будто за эти несколько минут ему удалось как следует сбросить пар. Михаила рядом с ним не было. – Надеюсь, ваш разговор прошёл удачно, господин Арбатов, – начал Дракон. Он решил и впредь брать инициативу в свои руки с этим человеком – просто чтобы сломать шаблон и раскачать его на эмоции. Арбатов опёрся о спинку кресла. – Да, мне удалось побеседовать с... руководителем, – прищурился он, вдвое тщательней подбирая слова и буквально роняя их, будто делая одолжение. – Ему не понравилось то, что вы сказали. – Не сомневаюсь, но у нас особый случай, – безмятежно заметил Дракон. – Надеюсь, вы сумели донести это до... – Да. Он согласился увеличить оплату, – с неудовольствием заявил Юрий, и вот тут настала очередь Фейлона удивляться. Он был уверен, что следующей фразой русского будет “Пошли отсюда, Миша”. – И спрашивает, чего вы хотите взамен. “Пойти домой и хорошенько выспаться. Но, кажется, мне уже не отвертеться”. – В первую очередь – работать на наших условиях и не мешать нам. Обеспечить полную секретность происходящего. И, что очень важно – исключить любые прямые контакты с нами в течение следующих трех лет. За этот срок можно будет попробовать ослабить подозрения заинтересованных государств и Интерпола в случае, если всё получится. – Во-от как, – протянул русский, и в зрачках его полыхнул знакомый нехороший азарт. – Даже если мне очень понравится, как вы это делаете? – Тем более если понравится, – отчеканил Фейлон. – Мы понимаем, что вы хотите закрепиться в регионе, но и вы поймите нас. Мы сильно рискуем в случае, если возьмемся перевозить ваш груз, и это не жажда наживы и не фигура речи. Думаю, вы и сами знаете, что делать подобный источник адреналина основным средством заработка по меньшей мере неразумно. Вы ведь хотите остаться здесь подольше? – Будьте уверены, господин… – Господин Лю, – сказал Фейлон, в глубине душе удовлетворенный тем, что его не назвали “молодым человеком”, “сосунком” или ещё крепче. – ...мы намерены оставаться в Макао как можно дольше. “Конечно. Если он здесь не только из-за наживы, но и предпочёл бы не появляться лишний раз на радаре полиции. С таким багажом и таким характером… За плечами у этой семейки явно много интересного, помимо единичного хищения”. – Что же, прекрасно. Думаю, мне стоит известить своих коллег об успешном исходе переговоров, – Фейлон позволил себе улыбнуться, вежливо, но не без оттенка торжества, и прочитал глухое, тщательно скрываемое недовольство во взгляде напротив. Арбатов смотрел так, словно проклинал весь род Дракона до седьмого колена. Фейлон поднялся и протянул Юрию руку – на западный манер, вместо того, чтобы ограничиться сухим вежливым кивком. – Когда мы встретимся в следующий раз, будем уже обговаривать детали и договоримся о задатке. Жду от вас координаты местонахождения груза, господин Арбатов. Благодарю, что уделили мне время и, надеюсь, мы сработаемся. Он прихватил с собой бутылку, вышел из кабинета и в коридоре столкнулся с Михаилом, который только что выруливал из уборной – бледноватый, со слегка неуверенной походкой. Его рубашка была расстегнута сильнее, чем того требовал этикет, а волосы были мокрыми, словно щедро смоченными водой. – С вами все в порядке, господин Арбатов? – поинтересовался Дракон. Михаил только мотнул головой. Фейлон с сомнением оглядел его. Кажется, потяни он носом – и учует исходящий от него запах адреналина. – А вам... – спросил Михаил на английском, – удалось договориться с дядей? – Более или менее, – отвечал Фейлон. – Не думал, что преуспею. – Он всегда такой, – фыркнул Арбатов-младший. Подобная дрожаще-знающая усмешка на довольно юном лице смотрелась диковато. – Ему часто нужно… выплеснуть эмоции, чтоб подумать спокойно. – Что ж, надеюсь, у него будет достаточно времени на раздумия. Как и у нас, впрочем. Увидимся на следующей встрече, Михаил. Когда Фейлон вошел в лифт, идущий вниз, и за ним закрылись двери, он облегченно привалился к стене. Ни радости, ни особого торжества, что удалось прогнуть под себя главное звено из их парочки, он не ощущал; его переполняло лишь возмущение и смутная брезгливость. Всё его существо противилось грядущей сделке даже не из-за её потенциальной рискованности, а из-за чисто человеческого фактора: при мысли о том, что придётся вновь общаться с Юрием, хотелось рефлекторно передёрнуть плечами. Фейлону не нравилось ни то, как на него смотрел русский, ни снисходительный тон разговора. Ещё больше не терпелось увидеть лица собственных “партнёров” – какого черта они не пошли общаться с ним сами? Почему отправили на встречу только его одного? Им было недостаточно лояльности, которую он проявил? Решили проверить его хватку, позабавиться, как с самым молодым и, соответственно, неопытным? Изящно отмазаться таким образом, зная, что Арбатов придёт именно к ним? А, может быть, планировали и то, и другое. Ну так вот он устроит им проблему – в виде грядущей работы. Им всем придется побегать, чтобы сделать её на уровне. Но зато если эти двое пришельцев решат играть честно, возможно, он не увидит их обоих долгие годы. “Разве ты веришь в это?” – спросил он сам себя. Нет, увы. Интуиция подсказывала Фейлону, что честной игры не бывает даже в детских забавах, что уж говорить о большем. Он глубоко вздохнул и вытащил из кармана телефон. Связи в лифте практически не было, но едва он доехал до первого этажа, в “сообщениях” тут же выскочило: “Ну, как оно?” от Асами Рюичи. Хоть кто-то беспокоится о нём, пусть даже и для виду, и не считает его разменной монетой в подобных сомнительных делах. Наверно. “Есть, – написал он. – Мой первый детский утренник”. “Твой ВАЖНЫЙ детский утренник, Фейлон! Как насчёт отметить его успешное начало?” “А тебе что, нечего делать сегодня?” – набрал он. Подобные авантюры пахли слишком грязно на его вкус, чтобы их отмечать. “Ради такого можно выделить для тебя пару часов”. Вот же настойчивый... Фейлон мысленно передразнил его интонации на все лады, выходя в холл, а оттуда – на улицу. Небо, как обычно, плотно затянули тучи, но хотя бы не было дождя. Удивительно, если учитывать, что ночью лило буквально стеной. “Мне ехать домой?” – написал он, почти не глядя на экран, и тут же увидел знакомый “ниссан”. Асами Рюичи подъехал к самому бизнес-центру ради него? Он заглянул в раскрытое окно и обошёл машину, подходя к дверце со стороны водителя. Довольно улыбаясь, Асами поднес к самым его глазам дисплей телефона, на котором значилось ещё не отправленное “Не стоит. Я уже позаботился об этом”. В груди Дракона невольно потеплело. И все подозрения насчёт Арбатовых, что продолжали крутиться в голове, расстройство, завладевшее им по окончании встречи, даже ощущение слегка ватных ног, которые Фейлон переставлял скорее на автомате, – всё это на несколько секунд сдвинулось на задний план. – Да ты шутишь, что ли, – выдохнул он, с облегчением садясь в прохладный кондиционированный салон. Более пристально взглянув в зеркало заднего вида, он обнаружил капли испарины на лбу, у самых волос. – Даже не думал, – отвечал Асами почти серьёзно. – Как всё прошло? Фейлон сжал руку в кулак, потом разжал. Его похолодевшие на нервной почве ладони сейчас стремительно теплели. – Сносно. Пару раз чудовищно хотелось выпить, – признался он, кидая “подарок” на сиденье рядом. – Не ожидал, что Арбатовы согласятся, на самом деле. Видимо, их действительно прижало, раз они пошли на невыгодные условия. Я специально такие поставил. Чан, конечно, раскатал губу, но я не хотел с ними работать. – Почему? Бедняга. Он пока не знает, что всё ещё впереди. – Мне не нравится, как они себя ведут. Даже между собой. Достаточно посмотреть на Юрия, чтобы понять, что на верхних этажах всё хорошенько съехало. Куда мы сейчас поедем? – Отвлекаться. Ты будто из тренажёрного зала вышел. Переволновался? – Всё нормально, – махнул рукой Фейлон. – Здесь просто жарко. – В любом случае тебе это не повредит, – заключил Асами, заводя двигатель, и по его интонациям Фейлон решил не спорить – в таком модусе дискутировать с ним было бесполезно. – Переключись. Иначе так и будешь прокручивать это в голове. “О, как ты прав”. Но подчиниться пришлось.