That we call dream

Чужие руки аккуратно опускаются на плечи, нежно массируя их. Алина прикрывает глаза и издает тихий блаженный стон. Горячее дыхание обжигает ухо, отчего губы сами расплываются в глупой улыбке. — У тебя всё получится. Алина кивает, разворачивается и крепко-крепко обнимает тренера, всем телом прижимаясь к ней. Этери пахнет горькой полынью и вишней, и Алине так хочется простоять в обнимку чуть дольше положенного, чтобы в полной мере насладиться её ароматом, а ещё- руками, бережно обнимающими за талию. — Получится, — шепчет она, выезжая на лёд. — Обязательно получится.

***

Дверь тихонько распахивается, после негромкого стука, и в номер проскальзывает Загитова. Она неловко топчется на месте, держа руки за спиной, смотрит в пол и кусает губы, прежде чем посмотреть на Этери Георгиевну и выдохнуть: — Заплетите меня, пожалуйста. Тутберидзе хмурится, после чего кивает на край кровати, указывая присаживаться. Алина улыбается, достает из-за спины расчёску, передает её в руки тренеру и взбирается с ногами на кровать, пододвигаясь ближе к краю. — У тебя красивые волосы. Этери распускает её хвост и проводит пальцами по волосам, разглаживая их. Щёки Алины алеют, а кончики губ кривятся в полуулыбке. — Волнуешься перед произвольной? — продолжает Тутберидзе, разделяя волосы на три равные части. — Немного. — сознается Алина, тяжело вздыхая. Но потом вдруг выпрямляется и широко улыбается неожиданно пришедшей мысли. — Вы сейчас передаёте мне свой опыт и уверенность в себе! — Это как? — недоумевает женщина, продолжая сплетать волосы в косу. — Заплетая меня! — почти вскрикивает она, радостно поворачивая голову влево, чтобы взглянуть на тренера. — Что бы мне мальчикам такое заплести, чтобы передать им хоть чуть-чуть опыта и уверенности? — усмехается Этери, ладонью плавно поворачивая её голову прямо. — Ну, можем Ерохову хвостики ночью заплести. — хихикает Алина, склоняя голову набок. — Не вертись, — с нежностью просит женщина, расчёской приглаживая чужие непослушные волосы. Алина вновь расплывается в глупой улыбке и замирает, закрыв глаза и полностью растворяясь в приятных прикосновениях.

***

Когда круг почёта пройден, Алина резко тормозит около бортика. Она как только может быстро покидает лёд и бежит к Этери, падая в её теплые объятия. — Ты умничка, Алинка! Загитова отстраняется и мотает головой из стороны в сторону. Снимает с себя медаль и вешает её на шею тренера, приглаживая пальцами ленту. На Этери всё должно быть идеально, даже медаль. — Это Ваша заслуга, Этери Георгиевна! — Думаешь, всё-таки в косичке дело? — смеётся женщина, рукой приобнимая ученицу за талию. — Безусловно, — шутит Алина, убирая выбившуюся прядь за ухо. — Но Ерохову всё-таки не будем хвостики делать. — А что, победу зажала? — с наигранным упрёком спрашивает Тутберидзе. — Нет, не победу, — Алина качает головой, после чего поворачивается и оставляет лёгкий поцелуй на чужой щеке. — Вас. Этери что-то с улыбкой бормочет про детские глупости, треплет по волосам и теснее прижимает её к себе. Алина лишь пожимает плечами и жмётся к ней ближе. Она счастлива. И дело далеко не в косичках.