Глянец

      Бетти смотрела на Тони непонимающим взглядом. Топаз считала, что наконец в её жизни появился кто-то, кто внёс хоть какое-то разнообразие в её унылые серые будни. — Шерил, — Купер недоверчиво посмотрела на модель. — Что? — непринуждённо пожала плечами Блоссом. — Привези мне завтра одежду. А сейчас можешь идти. — Ла-адно, — протянула помощница.       Антуанетта наблюдала за ними, соображая, правильное ли это было решение. Но как бы она выставила девушку за дверь, когда той реально нужна помощь? Да и с ней действительно стало не так одиноко. Точнее стало совсем не одиноко. — Тогда я утром привезу, — сдалась Бетти и ушла.       Топаз не знала, что будет делать после ухода Купер, которая поселила какое-то сомнение в душе девушки. Завтра в десять придут клиенты, поэтому неплохо было бы лечь спать. Однако Тони не горела желанием снова оказаться на неудобном диване. — Ложись, — Шерил словно прочла мысли девушки. — Не думаю, что тебе доставило удовольствие спать на том декоративном диване.       Блоссом похлопала по месту рядом с собой. Антуанетта замешкалась, потому что совсем не представляла, как согласиться на такое. Но желание комфортного сна взяло верх. — Особо не прижимайся. Мне нужен душ. И завтра ты мне поможешь с ним. — Как скажешь.       Топаз залезла под одеяло. На мгновение она забыла, как дышать. Девушка не испытывала такого даже, когда они смотрели фильм. Близость с Блоссом заставляла сердце биться чаще. Однако Тони недооценила свою усталость, и, как только её голова коснулась подушки, она заснула.       Правы люди, когда говорят, что звук будильника — один из самых противных на свете. Шерил слева недовольно застонала. — Если ты хочешь, чтобы я успела приготовить тебе завтрак до того, как придут клиенты, то тебе придётся сейчас встать, — вскакивая с кровати, сказала фотограф, которая считала, что пластырь стоит отрывать сразу, а не постепенно. — Позови меня, когда будет готово, — пробубнила куда-то в подушку сонная Блоссом. — Кто-то хотел принять душ, — напомнила Антуанетта. — Мне потом некогда будет с тобой возиться, а нужно обработать ногу. — Лаааадно.       Шерил открыла глаза, встала и поковыляла в ванну. Топаз давно не чувствовала такого умиротворения. Сейчас в её серый мир ворвался рыжий огонь. Девушка улыбнулась и отправилась на кухню. Совершенно не хотелось ничего готовить, но было приятно, что есть тот человек, для которого ты сможешь побороть свою лень, лишь бы побаловать его чем-то вкусным.       За окном светило яркое солнце, а на небе не было видно ни единого облачка. Лёгкий ветер шевелил зелёные листики на деревьях.       Тони нашла в холодильнике половинку пакета молока и немного замороженной черники. Девушка решила быстро замешать тесто для блинов. Интересно, сколько ещё гостья пробудет у неё? Странно признаться, но Антуанетта очень хотела, чтобы Шерил никуда не уезжала.       Топаз одной рукой щедро наливала масло на сковороду, а второй сыпала чернику в миску. Стоило только тесту попасть на горячую поверхность, как по студии разнёсся вкусный запах. Сколько же модели потом придётся худеть после такого? Нужно будет купить чего-то полезного, чтобы она не закатила скандал. Хотя девушка должна быть благодарна, что о ней так заботятся.       Блоссом вышла из душа в очередной футболке Тони, и на этот раз она взяла её без привычных комментариев, что одежду не мешало бы простерилизовать. Мокрые волосы лежали на плечах, отчего голубая футболка намокла. Джинсовые шорты почти не прикрывали тонкие длинные ноги. Антуанетта практически сожгла блин, засмотревшись на модель. — Пахнет вкусно, — улыбнулась Блоссом.       Девушка проковыляла к стулу. Она уже могла более менее нормально ходить. Видимо, лекарства оказались сильными и хорошо помогали. — Как твоя нога? — переворачивая тонкий круг, поинтересовалась Тони. — Ощутимо лучше. Она, конечно, ещё распухла, как престарелая модель, но уже на неё не больно наступать. — Врач сказал, что ничего серьёзного. Обещал, что через неделю пройдёт, а через две ты вообще забудешь, что когда-то её подвернула. — Звучит обнадёживающе, — пожала плечами Шерил, перекидывая волосы на одну сторону. — В воскресенье будет ещё одна вечеринка Estee Lauder, на которой объявят, кто станет лицом их новой коллекции. Ты же пойдёшь со мной?       От неожиданности Топаз уронила лопаточку. Она не думала, что модель снова пригласит своего фотографа на вечеринку. — Обещаю, я на этот раз уделю тебе больше времени, и тебе не придётся скучать, — тепло улыбнулась Шерил, что Тони не смогла бы отказаться даже если хотела бы. — Только если ты привезёшь мне красивое платье.       Антуанетта поставила тарелку с ароматными блинчиками перед гостьей. — У меня осталось подходящее с прошлой фотосессии для Teen Vogue. Попрошу Бетти его привезти, — Шерил втянула запах блинов и положила кусочек в рот. — Ммм, — блаженно протянула она, — очень вкусно. Как же давно я не питалась нормально. — Как раз хотела спросить, — Антуанетта села напротив, — может, тебе нужно купить сельдерея, обезжиренного творога или чего-то ещё? — Боже, нет, — Блоссом театрально схватилась за сердце. — Поверь, мне хватит этого с лихвой в дальнейшем. — Как скажешь, — улыбнувшись, Тони сделала глоток горячего кофе.       Топаз нравилось так проводить каждое утро, но уже в субботу нога Блоссом прошла, и она могла нормально ходить. Разве что остался уже пожелтевший синяк. А в воскресенье утром она обмолвилась, что после вечеринки поедет домой. Тони загрустила, потому что совершенно не была готова отпускать свою гостью. Ей потребовалось провести четыре дня вместе с Шерил, чтобы понять одну важную вещь: Антуанетта влюбилась. И сейчас, когда они в последний раз завтракали в студии, фотограф жадно впитывала её идеальные черты. Она совсем забыла о том, что хотела сделать Шерил героиней своего нового проекта. — Я бы хотела сделать твои фото. У меня есть идея для новой выставки, где ты бы представляла стихии.       Брови Шерил поднялись вверх. Она явно была удивлена и польщена одновременно. — Если тебе это нужно, то я согласна. Мне нравится идея. — Тогда я всё подготовлю за эту неделю, — сердце Тони сжималось, потому что она уже представляла, какой тихой снова станет студия без Шерил.       В обед девушки решили посмотреть какую-то комедию, сюжет которой Антуанетта даже не запомнила, потому что думала лишь о том, как одиноко ей будет уже завтра. Блоссом в какой-то момент звонко засмеялась, и девушка невольно залюбовалась ей. Сейчас Шерил была живым человеком из плоти и крови, а не бесчувственной куклой, которая украшала плакаты, развешенные по всему городу.       Топаз подумала, что если сейчас упустит возможность, то другой может никогда и не быть. Она быстро начала сокращать расстояние между ними, не отрывая взгляда от приоткрытых губ Шерил, завороженно наблюдающей за действиями девушки. Модель подалась вперёд, сливаясь с Тони в нежном поцелуе, который с каждой секундой становился горячее. Дыхание сбилось, и девушкам пришлось отстраниться друг от друга, но лишь с той целью, чтобы потом вновь продолжить поцелуй.       Блоссом аккуратно потянула за футболку Топаз, чтобы убедиться, что она не против. Но девушка не была против. Как вообще той могло в голову придти, что она против? Шерил спустилась к шее Тони и начала оставлять дорожку из обжигающих поцелуев. Дыхание Антуанетты совсем сбилось, она жадно хватала ртом воздух, когда поцелуи стали ниже.       Топаз силилась понять, в какой момент чувства вспыхнули, но безуспешно. Всё произошло так внезапно и накрыло обеих с головой. Тони резко выгнулась и застонала. Давно она такого не испытывала. Сейчас обе девушки парили в облаках, долетая до седьмого неба. И ни одна из них не хотела, чтобы это заканчивалось.