Глянец

      Тони запуталась в собственных мыслях, но в итоге сорвалась и поехала в больницу к Шерил. Купер не объяснила, что произошло с девушкой, но Антуанетта всем сердцем надеялась, что ничего серьёзного. Она уже кусала локти, ведь Ник просил увести модель с той вечеринки, а теперь даже неизвестно, в каком состоянии она находится. Внутри Топаз всё переворачивалось, она выламывала себе руки, пытаясь успокоиться, но безуспешно. — Что-то случилось? — водитель смотрел на девушку через зеркало. — Мы едем в больницу в три часа ночи. Как Вы думаете? — огрызнулась Антуанетта, которой сейчас явно не до разговоров с таксистом.       Огни ночного города мелькали за окнами машины, ехавшей, как казалось Тони, невероятно медленно. Ей сейчас не хватало камеры в руках, чтобы запечатлеть всю эту красоту ночи. Девушке пришла в голову идея снимков из движущейся машины. Она бы сняла так, чтобы зритель, смотря на фотографии, ощущал движение и погружался в атмосферу работ. Через секунду мысли снова вернулись к Шерил, и Антуанетта просто молилась, чтобы с той ничего не случилось.       Говорят, что самое тёмное время перед рассветом. И сейчас так оно и было. Казалось, тьму города даже не разбавляли огни. Тони выскочила из машины, сильно хлопнув дверью. Водитель ей что-то за это прокричал, но она не обратила внимания: сейчас ей важна только Блоссом. Девушка подбежала к регистратуре, но краем глаза заметила Ника и сразу же ринулась к нему, скользя по мокрому полу. — Что случилось? — из-за отсутствия толпы посетителей голос обеспокоенной разнёсся на всё здание. — Что ты тут делаешь? — юноша удивлённо взглянул на пытающуюся восстановить дыхание Тони. — Шерил. С ней всё в порядке? — Конечно, — на лице Сент-Клэра отразилось недоумение, — она же просто ногу подвернула. Наделала шумихи, что у неё перелом, и заставила меня везти её в больницу. Сейчас ей наложат повязку, и я отвезу её домой.       У Топаз сейчас гора с плеч свалилась, и девушка наконец смогла ровно дышать. Звуки мира возвращались к ней, и Антуанетта присела на ближайшее кресло, будучи больше не в силах стоять. — Я подумала, — наконец Антуанетта смогла сфокусировать взгляд на Нике, — что это связано с её проблемами… Ты же сказал, что у неё… — Топаз не хотела говорить об этом в больнице и просто надеялась, что юноша поймёт. И он понял. — Нет, конечно, — ответил Сент-Клэр так, будто девушка сморозила глупость, которую даже ребёнок знает. — Шерил бы никогда, — он потёр нос и отрицательно покачал головой, — она знает цену этому. Уж поверь. — Тогда зачем ты просил её увести? — Просто у Шерил может случиться нервный срыв, если она застанет кого-то за этим занятием. Я не думал, что она придёт на вечеринку, — Ник пожал плечами.       Голова Тони разрывалась от количества появившихся вопросов, которые она даже не осмелится задать. В коридоре появился врач, подтянутый мужчина лет пятидесяти, сообщивший, что Блоссом можно забирать домой и что ничего серьёзного с ней не случилось. Однако сама Шерил так не считала. Сент-Клэр повёз девушку домой. — Но там за мной будет некому присматривать! — запротестовала «пострадавшая». — Но я не могу отвезти тебя к себе. — Отвези её ко мне, — предложила Тони и столкнулась с удивлённым взглядом Шерил в зеркале. — Ты ещё не знаешь, на что подписываешься, — усмехнулся Ник, явно сочувствуя девушке.       Блоссом лишь закатила глаза на этот комментарий юноши, а Топаз пыталась понять, зачем она предложила свою маленькую студию в качестве пристанища для наглой модели, которая очень быстро приняла предложение. Сент-Клэр довёз девушек, помог донести «пострадавшую» и уехал. — Сейчас я дам тебе что-то из своей одежды. Не будешь же ты спать в этом вечернем наряде.       Антуанетта рылась в шкафу в поисках чего-то подходящего. Она не знала, что предложить привередливой модели. Пришлось достать новую серую футболку. — Надеюсь, ты её простерилизовала, — поморщилась Шерил, принимая из рук девушки одежду. — Она новая, — закатила глаза Тони.       Да, она и не ждала благодарности от Блоссом. У Топаз слипались глаза, и ей очень хотелось спать. Осталось надеяться, что модель разделит это желание. Антуанетта набрала Бетти, чтобы сообщить той о том, что Шерил в прекрасном состоянии. Купер изрядно напугала девушку, да и себя, видимо, тоже, потому что у помощницы гора с плеч свалилась после звонка. Когда Тони вернулась в комнату, модель уже переоделась и сладко спала. Блоссом заняла единственную кровать, поэтому Топаз пришлось устроиться на маленьком диване, на котором обычно фотографирует всех. Даже микроскопический размер и неудобство не помешали девушке быстро заснуть.       Противный звук будильника в девять утра прервал глубокий сон. Но выбора не было, и пришлось встать. В одиннадцать придут клиенты, и фотограф надеялась, что её гостья будет тише воды ниже травы. — Отключи эту пищалку, — недовольно пробормотала сонная Шерил.       Тони поднялась и ощутила, что все её мышцы сильно затекли из-за неудачного места для сна. Девушка размялась и побрела на кухню. Она побоялась, что Блоссом кинет в неё яичницей, которую та планировала приготовить, и решила спросить: — Что ты будешь на завтрак? — Свежевыжатый сок из сельдерея, имбирные галеты и обезжиреный творог, — Шерил приковыляла на кухню.       Топаз вывернуло от мыслей о подобном завтраке. Как такое вообще можно есть? Нет, это очень полезно, но невозможно же так питаться постоянно. Антуанетта заметила, что гостья взглянула на пару яиц на столе. — Но если ты никому не скажешь, что готовила мне яичницу, — Блоссом смотрела на Топаз, как котёнок смотрит на хозяина, выпрашивая ещё один кусочек мяса.       Тони улыбнулась и достала сковородку. Она проверила холодильник, в котором нашла половину пачки бекона. — А томаты есть? — Шерил внимательно наблюдала за каждым движением Тони. Живот модели заурчал. — Омлет или яичница? — Омлет. С томатами и сыром. Есть?       Топаз только сейчас заметила, что Блоссом сняла макияж и сейчас выглядела очень по-домашнему. Теперь она казалась тёплой и приветливой, а не холодной и далёкой. — Как твоя нога? — Болит, но терпеть можно. Бетти обещала в обед привезти лекарства, а вечером забрать меня. У неё там какие-то свои дела, — Блоссом положила руки на стол и уперлась в них подбородком.       Антуанетта готовила завтрак, и аппетитный запах разнёсся по всей студии. Живот Шерил заурчал ещё громче, сообщая, что он не прочь поесть и побыстрее. Тони взбила молоко, яйцо и сыр и вылила это на сковороду к поджаренному хрустящему бекону. Она поставила вариться кофе, и его аромат заполнил всё вокруг. — Вкусно пахнет, — Блоссом жадно втянула носом вкусный запах готовящегося завтрака. — Давно не ела такого? — улыбнулась Топаз, которая думала, что с моделью придётся не сладко. — Иногда, когда Бетти не видит, я убегаю в ресторан, чтобы съесть чего-нибудь вкусного. — Кофе с молоком или сливками? — Две столовые ложки молока и щепотку корицы. — Я тоже люблю корицу, — тепло улыбнулась Тони, понимая, что у них есть что-то общее.       Когда омлет приготовился, Антуанетта разложила его по тарелкам и налила кофе в кружки. Она и представить не могла, что будет вот так кому-то в скором времени готовить завтрак, а уж тем более не думала, что этим человеком окажется Шерил Блоссом. Гостья с аппетитом ела приготовленную Тони еду. — А ты неплохо готовишь, — с каким-то слишком уж серьёзным выражением лица произнесла модель, словно она выбирала повара для важного ужина. И это почему-то рассмешило Топаз. — Что? — приподняла одну бровь Шерил. — Ничего. Приятного аппетита, — улыбнулась Антуанетта, которой несомненно было приятно, что её кулинарные таланты оценили. — Через час ко мне придёт клиент для фотосессии. — И ты хочешь, чтобы я тихо, как мышка, сидела в другой комнате, — утвердительно произнесла Блоссом. — Ну в общем как-то так. — Будет сделано, — подмигнула гостья и сделала глоток ароматного свежего кофе.       Шерил выполнила своё обещание, и даже нельзя было сказать, что в студии помимо клиента и фотографа кто-то был. Позже приехала Бетти с целым ворохом лекарств. — Я так испугалась за тебя, — девушка накинулась на Блоссом с объятиями, что сильно удивило Топаз, у которой появился ещё один вопрос к её уже огромному списку. — Я всего лишь оступилась на лестнице, — успокоила она помощницу. — Нику не стоило поднимать такую шумиху. — Мне так жаль, что я не смогла приехать вчера в больницу… — Бетти, — прервала разговор Тони, которая чувствовала себя лишней, — хотите чая? — Не отказалась бы, но мне нужно бежать. Вечером заберу нашу «пострадавшую» домой. До вечера, — улыбнулась Купер и убежала по каким-то своим делам.       Антуанетта поправила подушки под ногой Шерил: врач велел держать ногу выше. Сейчас девушка не выглядела той стервой, какой её выставляют все журналы. Конечно, ещё и месяца не прошло с их знакомства, но Тони уже удостоверилась, что Блоссом не такой плохой человек, как все считают. — Хочу в душ, — грустно произнесла гостья. — Я боюсь, что ты можешь поскользнуться, поэтому придётся тебе немного подождать. — Ладно, — нехотя согласилась девушка и откинулась на подушку. — Кем тебе приходится Бетти? — набравшись смелости, спросила Топаз. — Она моя кузина. — Вау, — такого ответа Тони уж точно не ожидала, да и она вообще не ожидала, что ей ответят.       Теперь стало понятно, почему Купер так возится с моделью, терпит все её выходки. Антуанетта вспомнила, как при первой встрече спросила у неё о Шерил, и та ничего плохого не сказала. В студии стало как-то душно, хотя погода сегодня пасмурная, и дует сильный ветер. Топаз открыла окно, из которого вырвался поток холодного воздуха, поднявшего лёгкие белые полупрозрачные занавески. Небо казалось сплошной серой массой, через которую не проглядывал ни один лучик солнца. — Слава Богу, ты открыла окно, а то я уже начала задыхаться, — заелозила на кровати Блоссом. — Сделай мне чай, — приказным тоном произнесла она, но позже, смягчив, добавила, — пожалуйста. — Только потому что ты сказала «пожалуйста». — Если будет вкусно, скажу ещё и спасибо, — подмигнула девушка, блаженно развалившись на кровати с голубыми в чёрную клеточку простынями.       Тони поставила чайник греться, а сама думала, как ей приятно наконец оказаться в чьей-то компании. Одиночество сильно давило на неё в последнее время. Девушка поймала себя на мысли, что не хотела отпускать Шерил. Антуанетта отрыла в шкафчике зелёный чай с лаймом, мятой и персиком. Листья с кусочками фруктов пахли свежестью и летней прохладой; сразу хотелось оказаться на пикнике в тени раскидистого дерева. Свисток сообщил, что вода закипела. Девушка заливала кипятком чай, пар клубился рядом со струёй воды, мешая видеть, сколько уже налито. Через три минуты Топаз разлила напиток по большим красным кружкам. За это время чай не успеет перезавариться и стать горьким, поэтому Тони всегда внимательно следила за этим. Блоссом лениво переключала каналы, когда вошла хозяйка. — Я думала, что ты сбежала, чтобы не делать мне чай, — потянулась за кружкой Шерил. — Не думаю, что ты выгонишь меня из моей студии, — Антуанетта сделала глоток: чай удался. — Ты меня недооцениваешь, — улыбнулась гостья, пробуя напиток. — Спасибо. — Пожалуйста, — без задней мысли ответила Топаз. — Я же обещала сказать тебе «спасибо», если чай будет вкусным. — Точно, — уголки губ Тони поползли вверх. — Давай что-нибудь посмотрим. По телику ничего интересного, — вздохнула Блоссом. — И что бы ты хотела посмотреть?       Антуанетта поставила кружку на чёрную прикроватную тумбочку и пошла за ноутбуком. Девушка быстро включила девайс и открыла гугл. — А ты? — вот уж точно Топаз не думала, что Шерил заботит мнение других. — Не знаю. Как насчёт «Величайшего шоумэна»? Я не смотрела ещё. — У меня тоже всё никак времени не находилось для этого фильма. Включай.       Сюжет оказался лёгким, но интересным, а песни приятными на слух и со смыслом. Сейчас все современные фильмы наполнены бессмысленной пошлостью, а здесь обошлись без этого, отчего он стал только лучше. Девушек настолько захватил сюжет, что, когда в дверной звонок позвонили, они испугались и дёрнулись, отчего ноутбук чуть не упал на пол. Пришла Бетти, сияющая, как начищенное серебро. — Привет, — радостно произнесла она и прошла в комнату, — ты готова? — Вообще-то я остаюсь у Тони. Дома за мной некому ухаживать, — эти слова огорошили не только кузину, но и саму Тони. — Ты же не против? — Н-нет, — ответила остолбеневшая Антуанетта. — Оставайся, пока не поправишься, — произнесла девушка, которая не хотела снова оставаться наедине с давящей тишиной.