В конце нашей печали

— Здравстуй, Сакура, — вопреки произошедшему, Хината смотрела на розоволосую расслабленно, но глаза выдавали её. Она посмотрела на Наруто. — Проходите. — Здравствуй, Хината, — глаза Сакуры выдавали раскаяние, а Наруто опустил свой взгляд в пол. — Я… Я хотел бы повидать детей. — Они наверху. В комнате Химы.       Подходя к комнате, Узумаки услышал детский плач: — Почему… Почему папа уходит… — сквозь всхлипы был слышен голос девочки. Боруто как мог её успокаивал. — Просто он… — Наруто не стал дальше слушать и, собрав волю в кулак, медленно приоткрыл дверь. Увидев лицо отца, Боруто нахмурился. — За вещами пришел? Так иди в свою комнату. Тут тебе делать нечего. — Я пришел к вам. Вы всё-таки мои де— — Да ты что!? Иди няньчи Сараду! А нас оставь в покое! Мы ничего не дождались от тебя тогда, а теперь и маме сердце разбил!? Убирайся! — Боруто кричал, пока Хокаге с опущенной головой сжимал кулаки. Его сердце обливалось кровью из-за того, как он поступал. Но другого выхода не было. Он это понимал. Развернувшись, Наруто задержался в дверях: — Ты прав. Не вышел из меня отец… Но, надеюсь, однажды вы меня поймете, — Узумаки закрыл дверь и прошел в свою комнату.       Сакура поморщилась, услышав детский плач, проходя на кухню вместе с Хинатой, заботливо предложившей ей чашечку чая. Хотя девушка сама прекрасно понимала, что сейчас бывшей Узумаки не до этого, ей все же хотелось хоть как-то помочь ей пережить этот период, опять же, зная, что она — не самый первый человек, от которого бывшая принцесса Хьюга хотела бы услышать слова поддержки.       Ей кажется, она никогда не сможет забыть всей той печали и страха, что выражало её лицо, когда они впервые сообщили Хинате о разводе. Наруто настаивал на том, что он сам должен рассказать всё уже бывшей жене, но чувство вины перед подругой и просто желание хоть как-то помочь любимому ей человеку сообщить эту новость подтолкнули девушку уговорить Узумаки взять её с собой. Тогда же они и смогли лицезреть дружелюбную, радостную Хинату, лицо которой сначало напряглось, затем приобрело черту страха, который постепенно усиливался. Глаза девушки расширялись, рот искривлялся, а глаза начинали слезиться с каждым сказанным словом Узумаки. Хотя они и пришли вместе, говорил всё же Наруто. Сакура лишь могла наблюдать, как Хината, закрыв лицо руками, оставив открытыми лишь глаза, со всей силы старалась сдержать поступающие слёзы, что в последствии только усилились и потекли ручьём по щекам. Сакура помнит, как бешено колотилось её сердце, когда они просидели эти долгие пять минут в полной тишине, слушая лишь сдержанные всхлипы Хинаты, и как рука Наруто незаметно сжала её в знак поддержки.       Сакура так боялась, что Хината не сможет их понять. Сакура так боялась, что всё, что они получат в конце — злобные крики бывшей жены Наруто, её глаза, полные отчаяния и злобы… Но Хината всё поняла. За все эти годы она выросла, стала более крепкой, настолько, что в тот самый момент смогла сказать: «Всё хорошо». И этих слов хватило, что бы Сакура могла вздохнуть с облегчением, но лишь на момент. Чувство вины не отпускало и не отпускает до сих пор. Хотя Хината и сказала, что не сердится, что понимает, каково Наруто и что это его выбор, Сакура знала, что на самом деле она чувствует грусть и отчаяние, такую, которую ей в жизни не узнать. Когда любимый тебе человек отвергает тебя, перед этим шестнадцать лет заверяя, что искренне тебя любит, эта боль не сравнима ни с чем. И хоть девушке никогда не приходилось такое ощущать, представить она могла, поэтому в тот момент совершенно не знала, как же ей поступить, что бы облегчить ношу подруги. Она долго думала, что же ей сделать для этого, но в конце ни к чему не приходила, поэтому сейчас, когда был идеальный момент что-то сказать Хинате, она молчала, отчаянно дожидаясь, пока девушка начнёт первой.       Спустя примерно пять минут молчания, сверху послышались громкие крики Боруто. Сакура знала, что он отреагирует резко, поэтому не сильно удивилась, лишь немного скривившись и стараясь не думать ни о чём, кроме Хинаты, сидящей напротив неё. На удивление и на радость, она начала первой: — Знаешь, Сакура… В том, что произошло, виновата я… И Саске… — Нет, Хината. Тут виновата только я одна… — хотелось что-то ответить, убрать ношу с плеч подруги, даже самой зная, что то, что она говорит, может быть правдой. — Мы оба пытались навязать вам свои принципы. Саске ушел, оставив тебя одну. На что он надеялся, я не знаю. Я же давила Наруто своей любовью. Слишком сильно давила. Мы не замечали, как приносили вам только боль. Так что не удивительно, что вы теперь вместе. Желаю вам счастья. Вы его заслужили, — Хьюга вымученно улыбнулась и у Сакуры как камень с плеч свалился. Розоволосая знала, что улыбка эта фальшивая, но пожелания Хинаты были действительно искренними. Она всё понимала и смогла принять, а это было большим облегчением. Девушка верила, что её подруга сможет найти свой путь и настоящее счастье, даже если для этого приходится переживать этот несчастливый период. — Я готов, — Наруто спустился вниз, держа в руках спортивную сумку. Сакура встала и направилась к выходу. — До свидания, Хината. Я постараюсь как можно чаще навещать детей, — он слегка опустил голову, — хоть они и не хотят меня видеть… — Не переживай, Наруто-кун. Со временем они поймут. А я поспособствую.       Наруто и Сакура вышли из дома молча, но на их лицах можно было заметить слабую улыбку. Они улыбались облегчённо, будто бы этот момент был переломным в их жизни. Они оба знали, что это правда, и с этих пор всё изменится, в лучшую или плохую сторону — никто не знал. Но они верили, что это будет первое, ведь спустя столько времени они смогли осознать свои чувства и найти тот самый недостающий кусочек пазла, что даёт им возможность посмотреть на мир другими глазами, увидеть давно забытые краски, ощутить давно забытое чувство… Чувство, которое они искали всё это время, бесцельно ища тепла в тех, кого никогда не любили по-настоящему, переживая плоды своей ошибки снова и снова, до тех пор, пока, в конце-концов, не осознали, что ключ к этому счастью был совсем рядом.       Они оба знали, что не все примут их. Будут те, кто будет их оскорблять, осуждать… Но будут и те, кто поддержит, поймёт. Те, кто знает их такими, какими они были ещё давно и стали прежними сейчас. Их друзья, которые выслушают, не бросят, не станут с презрением смотреть в след… И это давало надежду. Надежду на светлое, счастливое будущее, что для них, что для их детей. Сакура знала, как Сараде всё это время не хватало отца и была невероятно счастлива, что наконец-то её дочь получит такового, пусть и не родного, хотя они и будут делать всё, чтобы это было так.       И почему-то совсем не было стыдно перед Саске. Казалось, что будь он хоть сейчас рядом с ними, то даже не повернулся бы в сторону Сакуры. И, в каком-то плане, девушка даже завидовала Наруто, ведь его жена его любила и до сих пор любит. С другой же стороны, её не будут мучать мысли о том, что Саске будет сложно пережить расставание, почему-то она была уверена в этом.       Смотря в ясные, голубые глаза Наруто, которые хоть и выражали небольшую тоску по дому, по детям, но всё же переполненые счастьем, Сакура сама чувствовала лишь радость. Наконец-то всё наладится: не будут постоянно мучать кошмары, паника и тревога… Теперь всё будет хорошо.