В конце нашей печали

      Что такое душа? Кто-то скажет — отражение твоих поступков. Кто-то скажет — огонь внутри. Наруто согласен и с тем, и с тем. Душу нельзя убить, даже когда умрет тело. Но ее можно калечить, рвать на куски, травить ядом. И в итоге от человека остается лишь образ. Образ существующего, но нереального. Живого, но фальшивого. Говорят, глаза — зеркало души. Узумаки согласен и с этим. Но, смотря в отражение своих глаз, он не видит ничего.       Но почему? Почему он ничего не видит? Ведь он смотрел. И не раз? Все же прав оказался Шикамару, который видит дальше кабинета, дальше Седьмого: — Ты разучился Видеть, Наруто, — однажды сказал Нара, вглядываясь в удивленное лицо Хокаге. — Это ты сейчас о чем? — Узумаки не понял тогда о чем речь, — Я вижу достаточно ясно. — Нет, нет, — усмехнулся Шикамару, — Смотреть и Видеть — не одно и то же. И когда-то тебе это было известно…       Но когда? Когда он перестал Видеть? Когда стал Хокаге и похоронил себя в кургане макулатуры? Или еще раньше, когда женился?       Чем больше проходило времени, тем больше он думал об этом. Не поспешил ли связать свою жизнь с Хинатой? Милой Хинатой… Лишь став Хокаге до него снизошла истина потерянного разума: Милой глазу, не сердцу. Думал головой, не сердцем. Любил словами, не сердцем. Но разве это интересовало тогда девятнадцатилетнего парня, который полжизни прожил один?..       В итоге, как оказалось, не поменялось ничего. Осознав эгоистичность своего желания, безразличие в собственном взгляде, направленном на жену, он снова оказался один. Но на этот раз по своей воле. Он устал придумывать многочисленные отговорки, но не переставал этого делать. Он устал видеть обиду в глазах дочери и гнев в глазах сына, но хотел этого. Он ни за что не посмел бы бросить Хинату с двумя детьми, но в подсознании желал, что бы она сделала это первой. Легендарный Седьмой Хокаге размяк и ослаб. Душой.       О Сакуре он старался не думать. Все годы, проведенные на грани отчаяния, Наруто старался не смотреть в её сторону. Старался не пересекаться с ней на улице. Изо всех сил старался. Боялся увидеть в её глазах ту жизнь, что нет у него. Только не в её глазах. Ведь он почти уверен, что увидит там любовь к семье, к дочери и мужу. Отражение души. И возненавидит себя за то, как поступает со своей.       Мысли рвут на части? Не мысли — прошлое. Хината Хьюга была любимой глазами и словами. Хината Узумаки — увядающей женщиной в его лучах. Ведь для цветка нужно не только солнце, но и вода. Живительная влага, дающая жизнь. Но река Наруто давно пересохла. Как и душа. Она стала сухой, как пустыня. Даже хуже. Как растрескавшаяся земля. Больше он не может дать ей то, что должен был давать до конца их жизни. И тут встает главный вопрос. И что делать дальше? И что будет дальше?..       И поэтому он идет. Идет туда, откуда все началось. Идет к академии Шиноби и смотрит на то последнее, что осталось после нападения Пейна. Дерево, на котором была качель. Его место уединения. Место одиночества. Место ненависти и страха. Качели уже давно нет, дерево болеет, но Узумаки всеми силами старается поддерживать в нем жизнь и верит. Верит, что в нем ответ на вопрос: Куда подевалась душа? Каждый вечер, приходя к нему и заботясь о нем до поздней ночи так, как не заботится о семье, Наруто пытается вытащить из него правду своего будущего. Он уверен, это дерево — связующее звено. В свое время качель на его ветвях стала ему лучшим другом. Но теперь её нет, и Узумаки начинает думать, что вместе с качелью ушла и его жизнь. Его душа. Получается, она ушла давно?.. Нет, это не так. Он жил счастливой жизнью после нападения. Он был счастлив и после исчезновения качели. Тогда что? Что заставляет его испытывать пустоту внутри? Куда делась душа?       Есть еще одно место. Место, которое стало роднее собственного дома. Ичираку-рамен. Именно там Узумаки чувствовал себя настоящим. Живым. И он идет туда. Снова и снова. Он знает, что как и в прошлые тысячу раз не найдет там ответов, но всё равно открывает двери, садится за стойку и заказывает своё любимое блюдо. Горячий бульон щиплет глаза, аромат свинины и говядины щекочет нос, создавая ощущение умиротворенности и тепла, но… Но ответов как не было, так и нет. Даже здесь их нет.       «Но где? Где их искать?» — в тысячный раз задает вопрос Наруто, пока не открывается дверь и кто-то не садится рядом. И слышится голос, который был забыт давно: — Привет, Наруто, — голос тихий и задумчивый. Голос забытый и забитый глубоко в подсознании. Вот уж кого кого, а этого голоса боялся он больше всего. — Здравствуй, Сакура, — больше сказать сил и уверенности не хватило. Если сейчас она начнет про семью или про работу, то он сорвется. — Как ты? — довольно простой вопрос, но он удивил Наруто. И это всё? — Ничего, пойдёт, — ответил на автомате. Даже сам не понял как. — Как дети? — ну вот, пожалуйста. Наводящие вопросы, которые выведут на семейное благополучие. Которого давно уже нет. Но почему? — Хорошо… Уверен… — вот тут-то он и допустил первую слабину. И теперь, зная Сакуру… А зная ли? — Как работа? — что-то в её голосе не так. Там есть что-то тревожащее. Что-то разъедающее. — Тоже хорошо… — Наруто поколебался с секунду, но потом… — А как у тебя дела? — не отрывая взгляда от дымящейся миски, спросил Хокаге. — Неплохо. Я работаю, Сарада ходит на миссии, — все это было сказано таким сухим голосом, что Наруто так и хотелось бросить на нее взгляд, но страх встречи с ее глазами переборол внезапную слабость. Слабость? — Хорошо.       Узумаки не знал, что говорить. Тем более не знал, как на неё посмотреть. Куда делась вся та смелость и непосредственность? Ведь это же Сакура. Близкий друг и член команды номер семь. Но… Что-то в ее голосе было от самого Наруто. Что-то горькое, вязкое, тлеющее… Прямо как его душа.       Вот оно! После стольких поисков, Хокаге наконец-таки нашел дорогу, ведущую к его внутреннему миру! Неужели именно Сакура может провести его за руку к истине? Но почему она? Ведь в её сердце есть тот, кто лечит душу. Тот, кого она ждала много лет и ждет до сих пор. Её муж и его лучший друг… Нет. Он не может принять её помощь. Только не теперь. Она всегда старалась помочь, несмотря на риск. У неё теперь своя жизнь, у него своя. Он сам найдет решение. Тем более, страх никуда не делся и продолжает вгрызаться в голову. — Наруто… Посмотри на меня… — нет, нет, нет, нет! Только не это. Только не так. — Зачем? — глупый и тупой вопрос, но это всё, что Узумаки придумал для самозащиты. — А почему нет? — всё тот же подавленный голос. Но почему именно она? Почему не Шикамару, или Ино, или Киба? Почему именно Сакура? — Чего ты хочешь от меня? — Наруто постарался придать голосу как можно больше холодности, но вышло так вяло, что его пробрал смех изнутри. — Хочу увидеть твои глаза, — паника охватила все нутро Седьмого. Именно этого и стоило избегать. — В них всё как было, так и осталось, — по-мальчишески и неправдоподобно, но он старался отгородиться от неё. — Ты злишься? — на мгновение Наруто запаниковал еще больше. Вот только этого и не хватало сейчас. — На что? — На меня. — С чего ты взяла? Нет, конечно. — Тогда почему не хочешь на меня хотя бы посмотреть? — что Узумаки должен был на это ответить? Что он боится? Что он не может? Или… Стоп. Хотя бы? — Что это значит? — Просто взгляни, — сжав кулаки и зубы, Наруто, переборов свой страх, повернулся и посмотрел на Сакуру. То, что он увидел на ее лице повергло его в шок. Это было точно же такое лицо, как и у него. Глаза без души, как и у него. — Что с тобой случилось, Наруто? — А с тобой? — так же на автомате спросил Узумаки, смотря на неё шокированными глазами. Он не мог поверить, что Сакура превратилась в его подобие. — Со мной? — Учиха отвернулась и с легкой улыбкой посмотрела на улыбающуюся Хинату со снимка «Королева-Обжора», — Думаю… Повзрослела…       Теперь Хокаге не мог отвести от неё взгляд. Повзрослела? Она потеряла душу, как и он, из-за того, что повзрослела? Но если это так, то, получается, и он потерял из-за взросления. Или нет? — Что случилось, Сакура? — Это был мой вопрос. — А, со мной… — Наруто опустил голову, — Не знаю… — Сакура повернула голову и уставшим взглядом посмотрела на Седьмого. — А может… Может, не хочешь знать? — Хочу конечно! — Наруто ответил не задумываясь, как должное, как обыденность… Но он стал сомневаться в сказанных словах. Хокаге делал это не из стремления, а из отчаяния. Он не понимал, что ему нужно и поскорее надеялся найти ответ. Однако конечный результат не всегда приводит к облегчению. Иногда он добавляет еще больше вопросов или того хуже — боли. — Я вот не хотела… Но вглядевшись внимательней в прошлое, увидела ответ… — Прошлое? — Узумаки задумался. Он каждый день возвращается к прошлому, и ничего. — Я забыл о своем прошлом уже давно. — Прошлое определяет будущее. Нельзя им жить, но и забывать его не стоит, — женщина говорила это со стоическим спокойствием, и Наруто показалось, что она продвинулась в поисках дальше, хоть и не на много, раз у нее до сих пор пустые глаза. — И ты пришла мне помочь? — Я пришла увидеть твою искреннюю улыбку, — она сказала это ничуть не таясь или смутившись. — Прости, что так прямо, но я уже не маленькая девочка. Я устала от бесконечной беготни мыслей и зависаний разума. Я эгоистично думала, что ты поможешь мне увидеть правду. Почему я ненавижу своего мужа? Почему моя дочь смотрит на меня так, словно я мать-одиночка при живом-то Саске?.. Но вижу, что и у тебя не лучше. И ты не сможешь ответить на мой вопрос… — Какой? — Почему у меня… Нет… У нас всё посыпалось в жизни? — Наруто вновь удивленно посмотрел на её лицо. — Сакура… Ты..? — Почему мы с тобой не можем жить счастливо, когда должны? Почему мы должны врать нашим детям о нашем прошлом? Почему… — Сакура, — жестко оборвал её Наруто, когда увидел, как она привлекла невольных зрителей. — Идем со мной.       Дорога прошла в молчании. Когда же они прибыли, то Сакура увидела дерево у академии. И как только было хотела заговорить, Наруто её опередил. — Я прихожу сюда почти десять лет и стараюсь найти ответ на твой вопрос. Это дерево — очень значимая часть моего прошлого, но как бы я не старался понять, всё напрасно. Я думаю, что ответ в нём, но… Так и не нашёл… — Узумаки опустил голову. — Наруто… Наруто, посмотри на меня, — Хокаге обернулся и обратил пустой взгляд на подругу, — Может, ты не нашёл ответов потому, что смотрел не на ту часть дерева? Может, стоит смотреть не на кроны, а на корни?       Узумаки на миг задумался. — Я уже знаю, что ты отдалился от семьи, но почему? Это ты должен высмотреть сам…       Наруто начал вспоминать все моменты жизни и наконец увидел причину. Отдаление от Хинаты и детей лишь симптом. Кроны. Он не любил свою жену. Да когда она и не была ещё женой, тоже не любил. Но корни идут глубоко вниз и заставляют заглянуть туда, где лежит упокоенный призрак первой любви. Любви, которая так и не смогла отпустить Узумаки, просачиваясь по корням на землю и ненавязчиво напоминающая о себе. И если копнуть глубже, то можно увидеть призрак воочию. Он начинает обретать форму и складывается в маленькую восьмилетнюю девочку с длинными розовыми волосами в того же оттенка платье. И Наруто начинает чувствовать, как что-то выглядывает из-за сердца. Что-то, что заставляет чувствовать себя живым. Душа. Способность Видеть вновь вернулась к нему. — Это ты, — тихим голосом сказал Хокаге, но Учиха его услышала. — Что? — Ты — моя душа. Я старался сделать так, что бы все были счастливы, но сделав счастливой Хинату, я забыл о себе. И о тебе. Я думал, что для тебя так будет лучше, но… Но ты не выглядишь счастливой. Я наконец смог познать тайны своей души. Спасибо… Сакура-чан, — он улыбнулся ей той искренней улыбкой и увидел удивленное лицо подруги, на котором стал отчетливо проступать румянец. — Теперь… Расскажи, что ты видишь, — Сакура отвернула лицо и стала глядеть в противоположную сторону. — Моя очередь, Сакура. Посмотри на меня, — словно завороженная его серьезным, но в то же время обеспокоенным голосом, она повернула к нему голову и встретилась с его живыми глазами. — Я… Я… — Учиха не знала, что сказать. Точнее знала, но боялась, что Наруто неправильно воспримет её слова. — Говори как есть. Я всегда готов помочь, — удивление вновь проскочило на лице женщины. Такая быстрая перемена настроения была присуща лишь самому непредсказуемому Шиноби Конохи. — Я… Хотела увидеть твое лицо. Твою улыбку. Почувствовать твою поддержку. Все то, что я должна была получить от мужа… Вот же бред, — усмехнулась куноичи. — И почему все так сложилось? — Наруто подошел и, положив свои широкие ладони на её узкие плечи, повернул женщину лицом к дереву. — Смотри не на кроны, а на корни, — её слова в его звучании, её же и вывели из того полукоматозного состояния.       Саске-кун, Саске-кун. Она так сильно зациклилась на истинной любви, что не замечала всё и всех вокруг. Она умоляла Наруто вернуть его домой, и он выполнил обещание. Она хотела, что бы Наруто женился на Хинате, и он сделал это. Но этого ли она хотела? И почему во всех этапах крутится Наруто?       Почему? Да потому, что он всегда был рядом. Её любовь к Саске была первой и сильной. Но разве Узумаки не заслуживал хоть шанса? Хотя бы одного? Нет, конечно… Это же идиот-Наруто… Куда ему до первой любви… И в итоге первая любовь оказалась ненавистной, а идиот-Наруто потерян для розоволосой навсегда.— Я вижу… Я вижу, какая я дура… — сквозь проступившие слезы, еле выдавила из себя Сакура, — Я вижу, что выбрала не того. Но теперь не мне это судить. — А кому? — голос Хокаге звучал серьезно, но мягко. — Полагаю, тебе, — Сакура повернулась и посмотрела влажными глазами на Узумаки. — Мне? Но я всегда делал… — То, что я скажу? И посмотри, к чему это нас привело. Мы оба потеряны в этом мире. Из-за моих эгоистичных страстей увязла не только я, но и ты. Все мои решения оказались неверными. Ты, и только ты должен выбрать для себя дальнейший исход. А я… Я приму его… Каким бы он ни был… — Учиха говорила это со слезами, пока Наруто задумчивым взглядом смотрел в землю. — Знаешь… — Сакура затаила дыхание. — Я думаю… А какой завтра день? — женщина пришла в ступор. И это все, что он надумал? — С..суббота. — Ага… — задумчиво протянул Хокаге, но потом поднял взгляд и с весёлой улыбкой продолжил: — Ну, раз теперь я решаю, тогда как насчет свидания, Сакура-чан? — Я… — ирьенин пораженно смотрела на мужчину, но, видя его светящееся лицо, невольно улыбнулась. — Не против. — Шикос! Тогда завтра в одиннадцать в Ичираку! И не обсуждается, даттебайо! — старая присказка из прошлого вызвала невольный смешок у женщины. — Хорошо, Хокаге-сама…       Двигаясь домой, Наруто наконец ощутил стимул к жизни. И почувствовал, как душа потихоньку начала возвращаться на своё место. Он был уверен, со временем Хината сможет его понять. Как и дети. Со временем его поймут все. Нет. Их поймут все. Ведь теперь у Хокаге появился реальный шанс на настоящую жизнь, без боязни потери души. И теперь, когда он наконец разобрался, он его не упустит. Это уж точно, даттебайо!!!