Удовольствие мести

      Грег лежал на спине, в который раз пытаясь унять злость. Он тяжело дышал и нервно покусывал собственные губы. Ему казалось, что невозможно унизить больше, чем поимев как последнюю шалаву. Но нет, еще как можно.       Точно ориентироваться во времени пленник не мог, но предположительно с момента, отдаленно напоминающего секс, прошло пол дня, когда появилась новая проблема. Мы живем не в сказке, где люди не какают и вообще могут не иметь некоторых потребностей вовсе.       «— Теоретически, если человек не ходит по-большому двое суток, то это уже считается запором. А в этом случае фекалии отравляют организм.» — вспоминал Грег слова надзирателя, сказанные профессиональным тоном, будто такие рассуждения в порядке вещей.       Казалось, у этого человека напрочь отсутствует чувство брезгливости. Так можно судить после того, как пришлось испражняться при нем. Некто не просто не вышел, а скорее всего не стесняясь смотрел. Предварительно, чтобы Грег не сомневался в правильности решения, пригрозив устроить туалет прямо под его койкой. Позже не колебался, убирая ведро и протирая Грегу промежность начисто. Все это наводило на мысль о специфике работы подобного кадра. А также еще больше путало узника в поисках личности неизвестного.       После произошедшего появились новые выводы о похитителе. Для начала, он довольно сильно прижимался к Грегу, пока был возбужден, из чего по ощущениям был составлен примерный портрет. У его надзирателя сильные руки, плоский живот и просто подтянутое тело. Да и в росте он почти не уступал Грегу. Почти.       Джонсон был в смятении. У него была прекрасная память на имена. Собственно, Грег всегда считал нужным знать как минимум имя и некоторую толику важной информации о людях, с которыми связывался. И теперь никак не мог сообразить, почему не получалось вспомнить одно несчастное имя, принадлежащее столь темпераментному мужчине. Как, господи, можно пропустить такого? Неужели настолько неприметен?       Из всего упомянутого выше, можно сразу исключить Брайана Сигеля — наследника сети отелей. Парень на порядок ниже Грега и явно не мог так вымахать. А Грег был мужчиной довольно высоким. То бишь, если Брайан и имел к похищению отношение, сейчас держал Джонсона в заперти точно не он.       Кевин? Ах, умный, но ужасно добрый и наивный Кевин. Как бы внешне он не подходил, люди не меняются в характере так просто. Жестокость совсем не его фишка. А похититель Грега был импульсивен и совершенно уверен в своих действиях, откровенно наслаждающийся этим.       Что же получается, остается только Льюис? По типу темперамента подходит почти идеально, внешностью — вполне похож по комплекции. Картинка бы сложилась, если не одно «но». Этот сынок мафиози имеет все основания мстить, однако вряд ли его месть осуществлялась бы с сексуальным подтекстом и явным намеком на чувства. Это все учитывая, что с похитителем Грег имел телесную связь.       Странно, с какой стороны не посмотри.       Теперь, раз пищи для размышления более не оставалось, нужно попробовать другой вариант поиска информации. Самым банальным и точным способом являлся обычный разговор. Трудность лишь в желании похитителя в продуктивном диалоге. Ранее он отказывался давать подсказки, но с того момента прошло достаточно времени, да и после разрядки он мог немного подобреть…       Поморщившись от болезненных ощущений в прямой кишке, и заодно вспомнив, как надзиратель обрабатывал там последствия первого анального секса Грега, узник снова услышал скрип двери. Интересно, дверь специально не пытаются починить? Этот скрип всегда выдавал входящего с головой.       Некто прошел молча. Сел, предположительно в кресло, то ли что-то перебирая, то ли обдумывая.       — Давай начистоту? — первым подал голос Грег.       Некто медлил с ответом, видимо, сомневаясь, стоит ли баловать пленника.       — Давай. — наконец решил он.       — Ты влюблен в меня и затеял это, дабы потешить свое самолюбие. — это даже не было вопросом, Грег не сомневался. — Даже отрицать не станешь?       — Прости, я думал, ты не закончил. — пробормотал надзиратель насмешливым тоном. Затем перебрался ближе к Грегу на кушетку. — Почему я должен отрицать очевидное?       Это тупик. Джонсон даже не знал как реагировать на такое признание в любви.       — Если хотел внимания, мог подойти где-то в клубе, попросить о встрече… Вариантов дохрена и больше. Но ты выбрал именно такой способ. Зачем?       — Я был бы не умнее соседской шавки, решив, что ты снизойдешь до такого человека.       — Почему ты так решил? Судя по твоим же словам, я однажды снизошел. Что изменилось? — не унимался Грег.       — Я за столько лет кое-что уяснил для себя. Даже если удастся спастись, сломанную психику уже не вылечить. Это буквально лишь отчасти, но для меня спасения от Грега Джонсона уже нет. Я болен. А ты… В жизни не поверю, что обратишь внимание на посредственность. Только таким способом, — он погладил аккуратно вырезанные раны на плече Грега. — только сделав что-то из ряда вон выходящее, можно зацепить, заставить запомнить…       Надзиратель говорил расплывчато, упуская реальные факты, но суть вполне можно уловить. Он специально осторожничает, тщательно подбирает слова, чтобы одновременно ответить на вопрос и не спалиться.       — Я ненавижу тебя, Грег. Ненавижу за то, что ты сделал, и еще больше за то, что не могу забыть эти глаза, в которые не стоит смотреть, если не хочешь кануть в бездну.       Джонсон подумал, а действительно ли у его повязки на глазах только одно предназначение, призванное скрыть личность похитителя? Возможно ли, что он просто боялся увидеть в глазах Грега что-то иное? Почему этот неизвестный так этого не хочет?       — И в чем твой план? Хочешь, чтобы я, как только выберусь отсюда, лично перерезал тебе горло? — уточнил Пленник, сразу получив кулаком в солнечное сплетение.       — Ненавидь меня, пока не надоест, но не зарывайся. Ведь тебя только украшает, текущая по телу кровь. А выхода отсюда в здравии я уж точно не обещаю.