Перевертыш

-Отличная работа, ребята, вы молодцы! Увидимся потом! Чжо смотрел, как улыбающаяся Хейзел провожала членов отряда Дамблдора. Они уходили из комнаты небольшими группками, чтобы не привлечь внимания Амбридж и ее прихвостней. Чжо нахмурился; его раздражало, что им приходилось прятаться в родной школе. Этот замок должен был стать безопасной гаванью, вторым домом для учеников. И, тем не менее, им приходилось обучаться тайком. Причем на кону стояли не только знания и навыки – на кону стояли их жизни. Что бы там ни твердили газеты и недоброжелатели, Чжо твердо знал, что Хейзел не стала бы об этом лгать. Гриффиндорка никогда бы не выдумала произошедшего на кладбище… Чжо мысленно одернул себя, отгоняя неуместные мысли, и посмотрел на Поттер. Хейзел всегда его интересовала – даже до того, как в прошлом году, мило запинаясь, попыталась пригласить его на бал. Он видел в ней замечательного игрока в квиддич, но не более того; она была слишком юна. До третьего задания. Когда она вернулась с телом его девушки, рыдала, но упорно отказывалась бросать ее даже после смерти, его мнение о ней изменилось. Чжо видел, как она стойко переносит угрозы Амбридж, насмешки студентов, обвинения в сумасшествии, и был поражен тем, как резко Поттер повзрослела. Она больше не была ребенком; ее невозможно было назвать ребенком после всего, что она вынесла. И это его поражало. Чжо не мог не восхищаться ею даже при том, что он все еще мучительно переживал смерть Сед - как же иначе?.. Ведь его девушку убили просто потому, что она оказалась не в то время не в том месте. Пожиратель Смерти проник в школу и имел наглость вести у них занятия. Той, с кем он хотел прожить жизнь, больше не было в живых. - Эй, Чжо? Ты все еще здесь? Парень повернулся. Из-под толстых стекол очков и темной челки взъерошенных волос на него уставились ярко-зеленые глаза. Хейзел была очень симпатичной девушкой. Не то что бы он собирался что-то предпринимать… Он все еще оплакивал ту, кого он любил, а Поттер переживала смерть ее подруги у нее на глазах. - Просто хотел поговорить. Ты как, держишься? Ее лицо наморщилось и ему захотелось отвесить себе подзатыльник. Молодец, Чжо – начал разговор с самого бестактного вопроса из всех возможных. - Я… Я в порядке. - Ты знаешь, что Сед однажды получила перелом руки, спасая соседа, который чуть не утонул в бассейне? Сконфуженная девушка заморгала. - Что? - Она прыгнула прямо в бассейн, думая, что ее сосед тонет, а в результате ей самой потребовалась помощь. Она всегда была уверена, что должна помогать другим, потому что так поступать - правильно. В любых обстоятельствах. Парень сделал паузу и встретил взгляд Хейзел. Зеленые глаза начинали заполняться слезами. Девушка выглядела совершенно растерянной… Он размышлял, что делать. Было бы очень легко наклониться вперед и прижаться своими губами к ее; заглушить боль чувствами; помочь им обоим прийти в себя через их общее горе. Но так поступить было бы нечестно. Нечестно по отношению к той, кто отдала свою жизнь, расплачиваясь за храбрость и преданность. Нечестно по отношению к нему и к Хейзел. Нечестно таким образом перебинтовывать душевные раны, пряча под ними проблемы. Он посмотрел на стоящую перед ним девушку – посмотрел по-настоящему. Она была растеряна. Она была готова сражаться за других и помогать им, но не знала, сможет ли что-то изменить. Она устала… устала от всего, она была на грани ломки. Чжо знал, что дома ей приходилось несладко, а вкупе с засвидетельствованным убийством и перенесенными пытками… Она нуждалась в поддержке. Не в очередном бремени ответственности. Было бы эгоистично с его стороны толкать ее в отношения, к которым ни один из них не был готов – и это если забыть, что сейчас творилось вокруг. Вместо этого ему следует сдерживаться и помогать ей. По крайней мере - в настоящее время. - Знаешь, - начал он, не давая девушке времени окончательно пасть духом, - Сед как-то научила меня нескольким хитростям в ловле снитчей. У когтевранцев есть свободная метла – хочешь, покажу? - Но… но мне же запретили летать! Чжо усмехнулся. - Это не проблема; никто не будет знать. Он видел, как Поттер мысленно борется с собой – очевидно, она не хотела очередных неприятностей, но в то же время хотела хоть немного расслабиться. Он знал, каково это – желать забыть о прошлом. Говорят, время лечит все раны… но шесть месяцев – слишком мало, чтобы заглушить черную дыру отчания в его груди. Чжо мог только предполагать, каково приходится той, кто лично видела все случившееся той ночью. Хейзел подняла голову и бросила на него решительный взгляд. - Согласна. - Отлично! Тогда пошли. Боюсь, свободный «Чистомёт» не сравнится с твоей «Молнией», но все же… Парень повел ее наружу из Выручай-комнаты, на ходу болтая о метлах, и игнорируя висящую на потолке над их головами омелу. Потом. Всему свое время.