На луне

      Москва. Прошло две недели с тех пор, как Глеб и Аня вернулись из Германии. За это время мало, что произошло, начиная от слова ничего. Поэтому лучше всего вспомнить день прилета в Россию.             — За мной подруга приехала, ты с нами?             — Нет, я на такси.             — Тогда… пока?             — Пока, — Глеб схватил ручку своего чемодана и направился к выходу из аэропорта.              Марина стояла около своей белой тачки как обычно со стаканами кофе.             — Привет подруга, я тут… — Марина еще не успела договорить, как Аня уже вырвала у нее стакан и выпила его залпом. Маря смотрела на нее недоумевающим взглядом, слегка приподняв левую бровь.             — Мне нужно что-то покрепче, — тяжело вздыхая, потребовала Аня.             — Кажется, я знаю, что тебе нужно, — с этой фразой Марина полезла открывать багажник. Она перевернула все вещи и достала бутылочку вина. Какое-то время смотрела на свою находку, а потом вытащила штопор. Марина подошла к удивленной Ане, лихо открыла бутылку, ничего не стесняясь, налила винца в стакан. Она, конечно, хотела бы подлить и себе, но вовремя вспомнила, что за рулем.             — У меня два вопроса. Первый: откуда у тебя это в машине? Второй: там есть еще что-нибудь интересное?       Марина рассмеялась и, прокручивая в руке штопор, ответила:             — Я работаю в фитнес клубе, без алкоголя не справишься, чего ты от меня ожидала? Вообще, скажи спасибо, что у тебя есть такая хорошая подруга.             — Спасибо.       Девушки сели в машину и поехали кататься по Москве.             — Итак, ты мне не рассказала, что по концертам в Берлине?             — Каким концертам?       Марина удивленно посмотрела на Аню, ведь перед отъездом именно про концерты в Германии была речь, а сейчас вдруг никто ничего не помнит.             — Ну как, неделю назад ты говорила, что уедешь на неделю в Берлин, чтобы договориться о твоих выступлениях или я что-то путаю?       Да, Аня пока ничего не рассказала подруге про Глеба. Нюта пришла к выводу, что пока лучше никому ничего не рассказывать, ведь и сама девушка не знала, чем обернется эта поездка.             — А, ты про это. Да там ничего не получилось, вроде бы… Понимаешь, мы целую ЦЕЛУЮ неделю обсуждали эту тему, а они так ничего внятного не сказали. Точнее сказали, что перезвонят. Ну, то есть отказали в концертах. В общем там все сложно, не хочу об этом говорить, ты не поймешь.             — Что-то я и правда… ничего не понимаю.       В этот момент в машине начинает играть песня Глеба «На луне». Аня нервно переключала треки, в надежде найти что-нибудь нейтральное, но попытки были тщетны, потому что она переключала треки Фараона. После 12 нажатий Аня перестала продавливать кнопку и вытащила диск, кинув его в бардачок.             — Марина, а ты давно русский рэп слушать начала?             — Да нет, недавно. А что ты такая нервная-то?             — Я нормальна. Просто давай послушаем что-нибудь более спокойное?             — Пфф, что может быть спокойнее русского рэпа?             — Блять.             — Да ладно, ладно. Можно и что-нибудь поспокойнее.       В машине заиграл Rammstein. Марина была крайне удивлена происходящим и просто вела машину, тихонько пропуская пешеходов. Аня недолго смотрела в окно, но потом и вовсе отключила магнитолу.             — Мы поедем в тишине. Гораздо лучше, чем рэп. Настала недолгая пауза, а потом Марина подметила:             — У тебя лучший друг рэпер.             — Держи в курсе.             — Нет, просто ты ни с того ни с сего начала…             — Спасибо, да, я помню. Все? Просто поедем в тишине. Смотри. Вот там бабуля переходит, не задави случайно.       Настолько весело прошел первый день в Москве. Этот город слишком странно влияет на людей. В течение второй недели Аня пыталась дозвониться до Глеба, но абонент был недоступен. В соцсетях игнорил, на смс тоже не отвечал. Но в воскресенье в 4 утра все же решил ответить, прислав холодное сообщение: «Не пиши мне. Я вернулся к Алесе.»       Это было страшно. Одно лишь сообщение пробивает током по всему телу. Аня поняла насколько была глупа, как ее обманывали собственные чувства. Все это время он просто пользовался ей, чтобы хоть немного выговориться и почувствовать себя нужным. Он же дал ей надежду. Он же говорил, что любит. Он же… Ты так наивна.       

***

            — Блять, чувак! Может быть ты ее уже пошлешь? — раздраженно сказал Слава в ответ на вздрагивания телефона.             — Да отвечу я. Потом.             — Когда потом-то? Она уже две недели тебе написывает. Кстати, кто это? Очередная фанатка, которой ты по пьяни номер оставил? — смеясь, Слава уже хотел разблокировать телефон.             — Так делаешь только ты. Вообще не твое дело, Морти. Положи телефон на место, — сказал Глеб, отобрав айфон у любопытного Славы.             — Зануда. Сходи лучше за пивом.             — Тебе надо — ты и иди, — несмотря на ответ, Глеб все равно направился в сторону холодильника.             — Как же вы меня оба достали, — бурча себе под нос, Слава взял телефон Глеба и пролистал все сообщения Ани. — Ебать, да ладно, сама Вершинина. Интересно, что бы придумать такого.       Слава набрал сообщение, отправил и положил телефон на место. «Сейчас и повеселимся» — подумал Морти, когда Глеб зашел в комнату и взял айфон. Уже 10 минут спустя из квартиры выбегал Глеб, крича на Славу:             — Какого хрена ты вообще взял мой телефон? Блять, зачем?             — Чего ты так боишься? Думаешь, что она там уже вены резать собралась?       Глеб задержал взгляд на Морти, пока обувался. В его глазах отчетливо читался страх.             — Блять, что? — удивленно произнес Слава, не осознавая своего поступка.             — Пиздец ты мудак, потом поговорим, — Глеб выбежал из дома и направился к машине. Теперь Аня не отвечала на его сообщения, он даже и не знал, что думать.       

***

      Разбитые надежды, грустная музыка и бутылка вина. Как же хотелось провалиться куда-нибудь, например, ниже этого холодного пола, на котором Аня сидела, поджав ноги. Плакать не хотелось, на душе было паршиво. Казалось, что если встанешь с пола и вдохнешь тот воздух, то умрешь от токсичности и отвратности. Так странно разделили пополам и пустили стаю рыбок, как будто ими жонглируют, но только через меня, понимаете? И воздух в горле пережидает холод и частые заикания. Обычно в такое настроение Аня писала песни или стихи, как раз то, что нужно, но не в этот раз. Сейчас ей просто хотелось сдохнуть, от того, что сама себе придумала целую историю счастливой любви, не замечая за ней реальности.       Через мгновение дверь в квартиру открылась, и Глеб ворвался в комнату. Да, он просто выбил эту дверь. Аня продолжала сидеть на полу в одной толстовке и с бутылкой в руке. Мертвым взглядом она смотрела в одну точку. Нюта была больше похожа на холодную глыбу льда, чем на человека.       Глеб присел на корточки и склонился над Аней, тихим и хриплым голосом она произнесла:             — Не надо. Я не хочу слышать этот голос, то есть тебя. Ты такой красивый, — Аня проводила кистью руки по очертаниям лица Глеба, как бы заново воссоздавая контур.       Глеб смотрел на ее, уже блестящие, карие глаза с желтым оттенком. Она явно несла бред, но по-своему интересный, с ноткой манящего безумства.             — Ню, прости меня. Это сообщение Слава тебе написал. Я на пару секунд оставил свой телефон, я понятия не имею зачем он это сделал.             — Нет, не надо. Расскажи лучше о ней.             — О ком?             — Расскажи про Алесю.             — Мы расстались, зачем?             — Я хочу знать, кем она была для тебя.       Глеб упал рядом на пол, отодвинул бутылку вина и взял девушку за руку.             — Она модель. Красивая, не особо умная, но красивая.             — Очень?             — Не важно. Ну мы были вместе больше года. Я случайно узнал об ее, как оказалось, не законченных отношениях с бывшим. Ее тупые истерики, которые в основном заканчивались в скорой. Сука, как же я заебался. Зачем мы об этом говорим?             — Хочу понять, что же ты за пристань, к которой хочется возвращаться снова и снова. Глеб легонько уперся лбом ко лбу Ани. Он улыбался такой детской улыбкой. В этот момент он был как никогда милым.             — Не будем о ней, хорошо? Все будет круто, я обещаю. Ты веришь мне?             — Верю.       

***

      Глеб был занятым человеком, плотный график не оставлял ему времени для личной жизни, но, тем не менее, он находил его для Ани. Время девушки было такое же хрупкое. И чего только не придумаешь, чтобы побыть вдвоем.       Два билета в кино на последний ряд в 12 ночи. Вот что нужно эти двоим. В зале никого, потому что дерьмовое кинцо, да еще и ночью, никто смотреть не собирался. Да в принципе Глебу было тоже плевать, он смотрел только на Ню. Красивая и умная девушка, способная одним лишь взглядом в твою сторону завладеть твоими чувствами. Девушка-магия, не иначе. Рядом с ней Глебу было необычайно комфортно. Она всегда его понимала.       Забавно было наблюдать за двумя влюбленными антропосами на окраине города в старом парке Москвы. В 3 часа ночи они пытались скрыться за черной неряшливой одеждой ото всех. Аня не хотела, чтобы кто-то знал про Глеба, а он же рассказал только самым близким друзьям. Порванные джинсы, грязные кроссовки, хотя до жути стильные, растянутые футболки. На Ане еще была теплая толстовка и кожаная куртка, а на голове пучок, казалось, что вот-вот и резинка свалится. Макияжа не было, Нюта не боялась показывать себя такой, какая она есть. Глеб был одет в черную зимнюю куртку поверх футболки, а на голове кепка. Кстати, тяжелые цепи и шевроны на джинсах удивляли девушку каждый раз как в первый. В таком виде они казались беззаботными и молодыми, как будто им снова 17. Простота и воздушность, вот чего так не хватало, а сейчас, кроме ветра, в голове ничего не было. Неряшливость внешнего вида и инстинктивное поведение позволяло назвать их первобытными.       Они шли в пустом утреннем переулке, воздух был чист и свеж. Глеб что-то искал в телефоне, он пытался послать Славу, который вечно торопил время. Аня завела Глеба в арку дома и неожиданно поцеловала. Так неожиданно, что Голубин чуть не выронил свой айфон. Как только он осознал происходящее, то не позволил Нюте контролировать себя. Еще секунда и Аня оказалась мягко, но настойчиво прижата к стене. Нюта обхватила руками шею Глеба, а после снова прикоснулась к его губам, закрыв глаза. Глеб слегка пододвинул её к себе за талию, чувство эйфории медленно накрывало их обоих. Пустые улицы, яркие лучи солнца, холодный воздух добавляли свою магию. Глеб возбудился, аккуратно водя рукой под футболкой Нюты, чувствуя, как мурашки бегали по ее телу.             — Совсем чуть-чуть, пожалуйста, скоро, — через зубы, так нехотя, произнес Глеб.             — Что? Я и не тороплю, все и так хорошо, правда, — Аня улыбалась, блеск ее желтых глаз помогал Фаре успокоиться. Он опустил ее на асфальт, как бы случайно коснувшись ее бедра, и, взявшись за руки, они пошли дальше.