Невеста поневоле

— П-простите, пожалуйста! — Тихо сказала Маринетт, опустив взгляд. — Феликс! — С лестницы раздался удивлённый возглас Адриана, который, как и все в доме, проснулся от шума. Сего-голубоглазый блондин, посмотрев на брата, сказал: — Адриан, как ты подбираешь персонал? Даже простая кухарка не может удержать в руках блюдо. — Каждое слово он произносил ровно, одним и тем же спокойным, но строгим тоном. Как бы страшно не было Маринетт под его взглядом, она решилась вставить свои пять копеек, но…не успела. — Она не кухарка, а моя будущая невеста! — Таким же твёрдым тоном сказал подошедший к ним зеленоглазый. — Вот как… Ну, тогда, прошу прощения, будущая миссис Агрест! — Отвесив лёгкий поклон, он протянул руку, в которую Маринетт чисто на рефлексе вложила свою. Лёгкий поцелуй тыльной стороны ладони и… — Я…я пойду! — Вырвав руку из хватки парня, Маринетт буквально рванула наверх и не остановилась пока за ней не захлопнулась дверь её комнаты. — И чего это я так его испугалась? — Спросила сама себя девушка, но тут…произошло то, что обычно происходит с творческим людьми — приступ вдохновения. Схватив со стола блокнот, Маринетт плюхнулась на кровать и начала быстро водить карандашом по бумаге. По истечении пятнадцати минут набросок был готов. — Идеально! — Сказала сама себе девушка и начала составлять список того, что ей понадобится для создания своего свадебного наряда… Тем временем служанка в холле уже убрала осколки, Хлоя увела вкрайность объевшуюся печеньем Адель в детскую, а Андриан с Феликсом переместились в гостиную и стали обсуждать последние новости. — Значит ты женишься? — Уточнил Феликс, после очередного глотка ставя чашку с чаем на стол. — Да! Фел, понимаешь, я похоже в неё реально влюбился! Почти с первого взгляда! Она такая, такая… — Всё, всё, запел старую песню! Тоже самое было, когда ты влюбился в принцессу из мультика! — С усмешкой сказал сероглазый блондин, вновь поднося чашку к губам. — Боже, не вспоминай! Сейчас…сейчас всё по другому! По настоящему! — Конечно по настоящему — невеста же живая, а не мультипликатором созданная! — Феликс! Я тебе тут душу раскрываю, как брат брату, а ты! — Адриан притворно обидевшись, отвернулся. «Как дитя малое, а уже двадцать три года человеку!» — подумал Фел, но озвучивать не стал. — Ладно, братишка, прости! — Он тихонько толкнул брата в плечо. — А я и не обижался! — И братья продолжили свою беседу… *** Вечером пошёл дождь. Все уже поужинали и легли спать, кроме одного человека. Сероглазый блондин стоял у окна своей комнаты и смотрел на стекающие по стеклу капли. Он не любил дождь, потому что его любила ОНА… Несколько лет назад и он был счастлив здесь, в Париже. Молодой двадцатидвухлетний парень обладал всем, что только можно было пожелать: известная фамилия, прекрасное высшее образование, престижная работа в компании отца, а главное — любимая девушка. Бриджит Чен. Невысокая забавная двадцатилетняя девчушка с длинными иссиня-чёрными волосами, веснушчатым носиком и голубыми-голубыми глазами, в которым можно было тонуть, как в океане. Феликс и Бриджит любили друг друга. Они мечтали о счастливой жизни вместе, о детях, о том как вместе встретят старость. Но этому не суждено было сбыться. Был такой же дождливый день, как сегодня. Был её день рождения. Он, наконец, решился на самый ответственный шаг — сделать ей предложение. Но, когда она переходила улицу, чтобы подойти к нему, стоящему у входа в их любимое кафе, из-за поворота вылетел огромный грузовик. Секунда и мир Феликса рухнул. В его памяти навсегда остались звук удара, девичий вскрик и отлетевший в сторону ярко-красный зонтик. Она любила этот цвет, а он с тех пор возненавидел его, возненавидел дождь и всё, что она любила, потому что всё это напоминало о ней… Но сейчас он не зашторил окно, как делал это обыкновенно последние четыре года. Он просто смотрел, как по стеклу стекают прозрачные капли. Сегодня он снова увидел ЕЁ. Те же иссиня-чёрные волосы, те же веснушки на чуть вздёрнутом носике, та же нежность рук и те же глубокие голубые глаза. Но это была не она. Феликс напрасно пытался заставить себя понять, что Бриджит больше нет, а эта до безумия похожая на неё девушка всего лишь Маринетт. Не Бриджит — Маринетт. Ма-ри-нетт! …Напрасно! Всё, что он так упорно пытался забыть все три года отсутствия в Париже всплыло в памяти от одного случайного взгляда, случайного прикосновения… В особняке Агрестов было тихо, все спали, но эту тишину на мгновение пронзил звук, который вряд-ли можно назвать человеческим. Он скорее напоминал волчий вой. Это был крик души Феликса Агреста…