Ночь с футболистом.

Алекс проснулся намного хуже, чем в первый раз. Не хотелось абсолютно ничего, особенно вставать, и даже острое желание пить не могло заставить подняться с постели. К тому, с некоторой радостью, Алекс осознал, что в этот раз лежит абсолютно чистый, не грязный и уж тем более не липкий от спермы. Но стоило об этом подумать, как парень тут же скривился, понимая, кто именно его помыл, а, представляя, как этот человек очищает его спермы, стало не по себе. Но почти сразу, засунув все мысли куда подальше, парень спокойно продолжил лежать. Однако, спустя каких-то минуты две, почувствовав, что кто-то к ними прижимается, Алекс не просто встал, а чуть ли не прыгнул в сторону. В этот момент ноги резко подкосились, и парень плюхнулся на пол рядом с кроватью. —Блять, — зашипел Алекс, морщась от безумной боли в заднице. А так, как теперь она была не только растраханной, но и в синяках от плети, боль казалась еще невыносимее. —А, малыш, — подняв голову, проговорил Джон, смотря на мальчика.— Не ушибся? —Будто тебя это волнует, сраный садист! — выругался Алекс, злобно смотря на вчерашнего мучителя. —Конечно волнует, — улыбнулся футболист, подходя к парню и поднимая его. —Я и сам справлюсь! — огрызнулся юноша. Шипя и морщась от боли, Алекс кое-как натянул трусы и майку. Он старался сделать все как можно быстрее и убраться из этого дома. Джон молча смотрел на парня. Очень хотелось помочь, но он прекрасно понимал, что Алексу не то, что не нужна его помощь (как он думает, ведь на самом деле, она бы очень пригодилась), она ему противна. Джону понравилась вчерашняя ночь, но огромная вина давила невыносимо. Хотя он и был на сто процентов убежден, что Алекс теперь точно никогда не вернется, но где-то в глубине души надеялся, что будет следующий раз, и тогда он точно сделает партнеру приятно. —Алекс, хочешь чего-нибудь? — спросил Джон, надеясь, что его в очередной раз не пошлют. —Да, — пытаясь надеть штаны, вскрикнул парень.— Заплати! «Естественно, что же ему еще может понадобиться?» — мысленно произнес Джон, вставая и подходя к мальчику. Он взял у Алекса штаны и, аккуратно подняв ногу юноши, сам начал его одевать. На удивление парень не то что не откинул его, но даже сам помогал себя одевать. Потом Джон потянул мальчика на себя и, держа его за талию, чтобы тот не упал, застегнул ремень. Они так и стояли некоторое время, пока футболист, не выдержав, не прильнул губами к шее Алекса. —Что ты творишь? — оттолкнув мужчину от себя, огрызнулся парень. —Прости, — прошептал Джон, отходя. Мужчина не на шутку испугался, поняв, что какие-то нежные чувства зарождаются в его душе. Ему не хотелось отпускать Алекса, и единственное, что он себе внушал: «я не могу быть с шлюхой!». Но каждый раз потом вспоминал, что он— первый и последний, и этот факт, как бы не было странно, заставлял улыбку появляться на лице. С тех пор, как Алекс ушел, хлопнув дверью, прошло около трех дней. Все это время Джон не мог перестать о нём думать и чувствовать свою вину перед ним. Даже тот факт, что вначале мальчик сам согласился, и за работу ему прилично заплатили, совершенно не успокаивал. —Я должен найти его! — твердо решил Джон. Тогда Джон, к большому сожалению, понял, что абсолютно ничего не знает о парне. Нет ни одной зацепки, за которую можно было бы зацепиться. Разве что… тот парк, в котором они впервые встретились. Джон очень надеялся, что раз Алекс так поздно гулял по этому парку— значит живет не очень далеко. Совершенно тупая идея пришла в голову, но раз больше ничего не думалось, Джон решил именно ей и следовать. Последующие восемь дней Джон обходил все ближайшие и достаточно отдаленные от того парка школы и искал там парня по имени Алекс. Стыдно было за то, что за все время он даже не удосужился узнать фамилию мальчика, но надежда, что Алекс не очень распространенное имя, заставляла двигаться дальше. Джон искренне надеялся на чудо и удачу, ведь только они могли помочь, так как идея действительно не очень. Каждый раз— одно и тоже. Либо Алексов вообще нет в этой школе, либо это какой-нибудь младшеклассник. Было, конечно, парочка школ, где вроде бы все соответствовало— имя Алекс, учится в десятом— одиннадцатом, но каждый раз, когда Джон смотрел на этого парня— не тот и все. Но, как говорится, надежда умирает последней, хотя с каждым разом она потихоньку угасала. И всё же, спустя чуть больше недели это свершилось. —Я ищу парня по имени Алекс. У вас таких случайно нет? — проговорил мужчина. «Это последняя, и заканчиваю, » — грустно думал Джон, подкладывая директору зеленую бумажку, чтобы был сговорчивее. Женщина в хорошем платье, полноватая и слишком накрашенная достаточно долго смотрела на футболиста с нечитаемым выражением лица. В какой-то момент начало казаться, что она либо сейчас откажется, либо настолько горда, что ждет, пока Джон сам не заберет деньги и не извинится. Мужчина этого совершенно не понимал. С одной стороны он видел дорогие украшения на шее и руках директрисы, что говорило о ее благополучие, поэтому зачем ей брать взятки, за которые могут посадить? Но с другой стороны, разве не благодаря этим самым взяткам у неё и есть все эти украшения? Джон ставил скорее на второе. Наконец, женщина перестала его разглядывать и, мило улыбнувшись, протянула деньги к себе указательным пальцем, похожим на сосиску, такой же толстый, но короткий. —Сию минуту посмотрю, — ответила мадам, кладя на стол огромную зеленую папку и открывая ее.— Так, так, так, Алекс… А фамилию, случаем, не скажете? — спустя некоторое время спросила она. —Нет, не скажу, — фыркнул Джон. Его бесило, что все это спрашивают, а он никому не отвечает, так как сам не знает. Директриса хитро посмотрела на мужчину, отвлекаясь от поисков. —Взрослый крепкий мужчина ищет какого-то обычного школьника и даже не знает его фамилию. Уже не знаю, что и думать… — видимо она намекала, что услуги без предоставления фамилии стоят дороже. —Думать надо о том, что скажут люди и депутаты, узнав, что вы берете взятки. Хитрая улыбка и шаловливый взгляд в секунду сменился на хмурое лицо и ненависть в глазах. —Ну ладно, — пробормотала Савельева (Джон только сейчас удосужился прочитать ее фамилию)— и так поищу. Джону показалось, что прошла целая вечность, пока Савельева искала Алексов. Она будто специально тянула время и очень медленно перелистывала страницы папки. За это время Джон успел рассмотреть весь кабинет, пройтись взглядом по всем шкафам и темным углам… —Я больше не выдержу! — в кабинет влетела миловидная девушка на высоком каблуке и с очень официальным видом. —Что случилось, Марго? — без особого настроения, будто так происходит каждый день, спросила директриса. —Он опять… Алекс не появлялся в школе почти неделю, а теперь пришёл и… — затараторила учительница. —Алекс? — перебил ее Джон. —Совершенно точно! — воскликнула Савельева.— Сказка Алекс— ученик одиннадцатого «Н», а также самый безобразный мальчишка, — тихо добавила.— Может он вам и нужен? «Сказка?! Ничего себе фамилия.»— удивился Джон. —Лариса Дмитриева, — опять завелась Марго.— Я прошу вас подумать как следует и написать заявление в полицию или в опеку! В любом случае, с такой матерью его посадят вскоре по любому. —Да и без неё. Решетка по нему плачет! Они будто забыли про незваного гостя, разговаривая друг с другом. Сам же Джон почему-то стал уверен, что речь идет именно о его мальчике, поэтому впитывал каждое слово. Теперь, хотя бы, стало понятно, почему Алексу так понадобились деньги. —Не надо никуда писать! — наконец подал слово Джон.— Где этот парень? —Сказка, заходи! — крикнула Марго. —Прекратите называть меня этой дибильной фамилией!— послышался знакомый голос из-за двери. Едва Алекс переступил порог кабинета, их взгляды встретились. Парень застыл на месте, как вкопанный, «Что он тут делает? Как он узнал, где я учусь?» — никак не мог сообразить Алекс. —Я его забираю! — констатировал Джон, вставая со стула. —Но еще не все уроки закончились, — попыталась остановить их учительница. —Не ебет. Джон, держа мальчика за кисть руки, выходил из школы. Ничего не спрашивая и не говоря, Алекс следовал за ним, чувствуя некоторую благодарность, что его увели из этого гадкого места. Но стоило им обоим сесть в машину, как парень не выдержал: —Что происходит? —Я тебя забираю, — спокойно ответил Джон. —Откуда вы знаете, где я учусь? Наступила минута молчания. Джон повернулся к мальчику и так посмотрел, что Алекса невольно пробила дрожь. Неприятно, что насильник смотрит на тебя так нежно, но именно этим чувством и был пропитан взгляд Джона. —Я тебя искал, — слишком интимным голосом проговорил Джон, проводя по щеке парня. «Искал? Он?» — Алекса одновременно шокировало и, в некотором роде, обрадовало это заявление (хотя радость была исключительно из-за того, что он хоть кому-то нужен и, естественно, парень ни за что не выдал бы своей радости). Как парень далеко не глупый, он прекрасно понимал, чего стоит найти одного человека, о котором ничего не знаешь в огромном городе. Многие даже не берутся пробовать, а Джон взялся и даже нашел. «Стоп, — сам себя отдернул от Джона Алекс, — О чем это я вообще думаю? Нашел? Ну и пофиг, я не просил!» —Искал? Ну вот и нашел, поздравляю. А теперь отвали и выпусти меня! — грубо проговорил мальчик, дергая дверь машины. —Алекс, подожди, мне много надо сказать… —Ничего не хочу от тебя слышать, долбанный насильник! Алекс вышел и, ни о чем не жалея, поплелся в сторону дома. Алекс. Что уж там таить, надо быть честным хотя бы с самим собой. Мне польстило, что он сам меня нашел и даже хотел просто поговорить, а не заказать на ещё одну ночь, надеясь, что я опять, как последняя шалава, побегу за бумажками. Я тогда был рад. Хоть и подошел почти к дому, но на протяжении всей дороги, да и сейчас, если честно, меня не покидают мысли вернуться и послушать, что он хотел сказать. Чёрт! Так бьется сердце. Меня никто не искал никогда. Если бы что-то случилось, мамаша заметила бы это только тогда, когда не нашлось того, кто подал бы бутылку или деньги на нее. А может и тогда решила бы— сбежал ну и ладно. Джон другой, я к нему даже почти привязался за столь короткое время, если бы только не та ночь. И сегодня, он только что, минут десять назад спас меня от училки и директрисы. Какие же они мымры! Вот и показался мой дом. «Дурак, зачем тебе туда? Вернись к Джону!» — не скажу, что это вдруг заговорило сердце, но что-то явно шло наперекор телу. Ну нет. Я гордый! Нужна ли эта гордость? Не знаю. Поможет ли она мне? Скорее сгубит. Но в глубине души я надеюсь, что если ему это действительно важно, он найдет меня еще раз. Какие тупые мечты! Будто я ребенок или сопливая баба. Показались кривые стены и дверь, у которой практически сломалась ручка. Нервно закусив губу, а потом глубоко вдохнув, я открыл дверь и зашел в квартиру. —Алекс, — из комнаты вышла мама. С чего бы ей меня встречать? Как-то подозрительно спокойно она выглядела, а глаза… затуманенные и с огромными зрачками. Она употребляла наркоту? Где только нашла? —Скажи, малыш, почему ты не рассказал, что твой папаша променял нас на какую-то шваль и уехал с ней? — под конец она орала, будто ее разрезали. Малыш? Джон когда-то тоже меня так назвал, но я не обратил внимание. Хоть тогда мне и не понравилось, что садист меня так называет, но сейчас, когда это сказала она— стало в разы противнее. Даже не сравнить, с какой интонацией они сказали. Как бы там ни было, я боюсь, что совсем немного, и она пойдёт в разнос всего, что видит, в том числе и меня. Ненавижу, что бессилен против нее и не могу дать отпор. Внутри все еще теплятся воспоминания о доброй и милой маме, которая когда-то была всем для меня. Поэтому сейчас я не то что ударить, даже руку поднять не неё не могу и, естественно, отказать в чем-то, к примеру как деньги тоже. —Мам, все хорошо? — аккуратно спросил, видя, что она просто стоит на месте и начинает плакать. —Ты знаешь эту дрянь? Я решил промолчать, хоть это и не лучший вариант. —Я спрашиваю, ты ее видел? — громче закричала она, швырнув в меня первое, что попалось под руку— книгу. —Да, — тихо ответил, еле увернувшись. —И ничего не сделал? Даже не сказал мне? Болван, идиот! Как ты мог! Она подошла и больно ударила по щеке. Она часто меня бьет, особенно в состоянии опьянения. Я не сопротивляюсь и иногда даже не укрываюсь от ударов, ведь так ей становится легче. Я знаю, что очень похож на отца и рад, что мама не настолько теряется в себе, чтобы сильно мне навредить. —Алекс, — неожиданно появился Джон, закрывая меня от матери. —Что ты здесь делаешь? — его появление действительно стало для меня шоком. —Я же говорил, нам надо поговорить! И не дожидаясь ответа, он просто вывел меня из квартиры. Мы молча спустились и дошли до его машины. Не верю, он все-таки пошёл за мной. Я, может, и вправду ему не безразличен? —Переезжай ко мне! — неожиданно начал Джон. —Что? — непонимающе выдавил я. —Так не может продолжаться. Я думаю, ты стал для меня чем-то больше продажной шлюхи… Наступило молчание. Джон явно не знал, что добавить или сказать, а я просто молчал. Без толку пялился в окно, в котором виднелись окна моей квартиры. —А как же мама?— неожиданно для самого себя спросил, отлипая от окна. —Я что-нибудь придумаю. Так что? Я действительно не знал. И продолжал не знать, когда еле заметно кивнул, когда наблюдал за улыбающимся Джоном, когда тот целовал меня так страстно и в тоже время нежно. Даже когда он завел мотор, и мы поехали— я не знал ответа на его вопрос. Он казался слишком тяжелым тогда. Но не сейчас. С тех пор прошло два месяца. За это время я пережил много не очень хорошего. К примеру, сразу, как мы с Джоном уехали, мама скончалась от передозировки. Я об этом узнал лишь через пять дней и подумал, что неправильно ответил на вопрос Джона, надо было оставаться. Но я не заливался слезами, только жалел немного, что не провел последние минуты ее жизни с ней. А в остальном, это событие на меня никак не повлияло, в какой-то момент я даже думал, что так лучше, легче и мне, и ей самой. Потом отношения с Джоном как-то стали налаживаться, я даже не заметил, как именно. К счастью, чемпионат закончился, и, на удивление, этот некогда противный мне футболист взял меня с собой. Принципе, конец счастливый. Не будь я, правда, таким идиотом, было бы куда легче жить вместе с ним за границей.