Второй шанс

Тони рассеянно слушал, как мать рассказывала ему об отпуске, который они запланировали с Говардом, когда их бесцеремонно прервала Пятница: — Простите, Босс, но здесь Человек-Паук. Хочет поговорить. Тони думал было крикнуть Пятнице, чтобы велела парню бежать без оглядки, чтобы избежать выволочки, но мать бросила на него весьма красноречивый взгляд, что-то вроде «один неверный шаг, и я тебя убью». Так что Тони был в ловушке. Проклятье. — Скажи, пусть подождет в лаборатории. — Тони. — Да, мам, я знаю. Я с ним поговорю, — что ж, лучше он сам, чем его мать. Тони двинулся к выходу, стараясь не нервничать. В конце концов, он был супергероем и не боялся ничего. Абсолютно. Ведь так? Мама проводила его внимательным взглядом. — Мистер Старк! — воскликнул Питер, едва Тони вошел в комнату. Паренек подпрыгивал, как на углях, от нетерпения. (Боже, Питер был еще более взвинчен, чем Тони в его годы — но все так же очарователен). — Мистер Старк, мой проект был отобран на общегосударственный конкурс! — Питер стянул маску, явив свету широченную улыбку в 32 зуба, — это так здорово! Большое спасибо за вашу помощь! — он бросился на Тони и обнял его (малыш обожал обнимашки), стараясь не раздавить своей суперсилой. — Это круто, Питер, я чертовски рад за тебя, — Тони выдавил улыбку, чувствуя себя ужасно из-за того, что вот-вот разрушит счастье паренька. Дубина повернулся на своей зарядной станции, чтобы поздороваться с Питером. — А, привет, Дубина, — бот сделал вопросительный жест в сторону кухни, — о, хорошо, я хотел бы что-нибудь выпить, если ты об этом. Дубина издал серию возбужденных гудков и помчался прочь. — Только не кофе! — крикнул Тони вдогонку. С Питером на кофе Тони бы явно не справился. — Пятница, присмотри за ним. — Сделаю, Босс. — У меня есть пара идей, как можно его улучшить, мой проект, я имею в виду, и я надеялся, что вы могли бы мне немного помочь. Я имею в виду, если вы не заняты. Конечно, заняты, все в порядке, я понимаю. Я просто… — Питер, стоп! Я с удовольствием тебе помогу. — Потрясающе! И теперь Тони почувствовал себя еще хуже, морально готовясь к неизбежному. Энтузиазм этого ребенка сбивал с ног. Иногда быть взрослым — отстой. Питер затараторил о своем проекте с космической скоростью, а Тони слушал, не перебивая. Почему бы и не дать ему порезвиться перед лекцией? Дубина принес какую-то фруктовую жижу, которую сделал сам, и кружил вокруг них, пока они разговаривали. Ну, отвлеклись ненадолго, чтобы поговорить о науке. Что же здесь плохого, да? — Босс, — произнесла Пятница предупреждающе некоторое время спустя. — Да? — Меня попросили напомнить вам об одном разговоре, который вы запланировали с мистером Паркером. И, кажется, ваше время на исходе. Превосходно, теперь Тони почувствовал себя малолеткой, который тянет время, чтобы не делать домашнюю работу. А потом объявится мама и скажет, что он наказан. Кто именно сейчас был взрослым? — Все в порядке, мистер Старк? — спросил Питер, нахмурившись. — Ладно, Питер, вот в чем дело, — начал Тони, а потом понял, что понятия не имеет, что говорить. Как можно сказать несовершеннолетнему супергерою, что он не может быть супергероем без согласия своего опекуна? (Или не сможет вообще). Ну, бред же. Питер выглядел обеспокоенным: — Я сделал что-то не так? Как же сложно. Проклятье. — Нет, нет. Дело в том… Питер, быть Человеком-Пауком очень опасно, и я сожалею, что поощрял тебя в решении скрыть это от тети. — Но я сам просил вас не говорить ей! — Да, но это не снимает с меня ответственности. Я имею в виду, нечего было тебя слушать. — Вы… вы собираетесь рассказать тете Мэй?! О, мистер Старк, пожалуйста, не надо. Прошу вас! — Питер глянул на него своими щенячьими глазками, и у Тони моментально исчезла всякая решимость продолжать этот разговор. Потому что он был слабаком и не хотел расстраивать ребенка. И его тетю. — Видишь ли, я не хочу этого делать. Но… — но мама была права: позволить Питеру сохранить все в тайне было невероятно безответственно с его стороны. Это было сущее преступление. Господи, он был таким идиотом. — Мистер Старк, вы не можете сказать тете Мэй. Она с ума сойдет! Она… я не знаю, но она явно будет не в восторге. — Знаю, и расстраивать никого не хочу, малыш, но это и не то, чему можно радоваться. — Я же справляюсь! — Естественно, но… ты еще ребенок и не обязан этим заниматься. — Но у меня есть эти способности, мистер Старк! Я их не просил, но они есть! И я должен… я должен использовать их во благо. Потому что… мой дядя говорил, что с большой силой приходит большая ответственность, и он был прав. Раз у меня теперь есть этот дар, я также несу ответственность за его использование… — Это опасно, Питер, — Тони сделал глубокий вдох, — слушай, я понимаю, правда понимаю, но это… ты сведешь себя с ума, рассуждая таким образом. Послушай меня, парень, всякое бывает. Дерьмо случается, и это не твоя вина. Ты не обязан спасать мир. Черт, да и я тоже. Мы можем помочь, да, но мы одни из многих. У тебя есть силы, и ты должен использовать их с умом, не спорю. Но ты ребенок, и это означает, что есть некоторые решения, которые ты не можешь принимать самостоятельно. У тебя могут быть самые лучшие намерения на свете, Питер, но ты должен прислушиваться ко взрослым, когда они говорят, что ты зашел слишком далеко. Отчасти это, конечно, и моя вина, потому что я, вроде как, поощрял тебя, но… это неправильно. Быть супергероем сложно, это грязная и чертовски опасная работа. Как, по-твоему, тетя Мэй будет себя чувствовать, когда узнает по телевизору, что тебе надрал задницу какой-то сумасшедший злодей? А если тебя убьют? Я знаю, ты хочешь приносить пользу, и это похвально, но ты… ребенок. Это не твоя работа, а моя. Я должен защищать людей и защитить тебя. Потому что если я не… если ты пострадаешь… это будет моя вина. Потому что я здесь, черт возьми, взрослый. В комнате воцарилось неловкое молчание, и Тони задумался, дошло ли Питера хоть слово. — Я просто хотел помочь, — выдавил наконец Питер, опустив глаза. Тони почувствовал внезапный прилив сочувствия к своему отцу. Это было чертовски тяжело — а Питер даже не был его сыном. — Я знаю, Пит. Я знаю, у тебя самые добрые намерения. Ты хороший парень. Но ты все еще пытаешься прыгнуть выше головы, — произнес Тони как можно мягче. — А если что-то будет происходить прямо передо мной? Я не смогу бездействовать, мистер Старк. Я просто не смогу! — Ладно, я понял. Послушай, я… по правде говоря, не знаю, какой выход из этой ситуации лучше. Что я знаю точно, так это то, что ты не можешь продолжать вытворять все это за спиной тети. Я не могу тебе этого позволить. Так что тебе нужно поговорить с ней. Сказать правду. После этого… посмотрим, что сможем сделать. — Она так разозлится, мистер Старк… по-настоящему разозлится, будет просто бешеной. Да, если она была хоть немного похожа на его мать, Тони не сомневался, что так и будет. — Возможно. Но признай, Питер, у нее есть на это полное право. Ты должен ей признаться. Последствия разгребать будем потом. — Я просижу под домашним арестом до конца своих дней, — заскулил Питер. — Возможно. А еще она, вероятно, захочет содрать с меня кожу заживо. Питер посмотрел на него, потом снова уткнулся в пол: — На самом деле ей вовсе не обязательно знать о вас. — Нет, мы признаемся вместе. Мы оба солгали, это и моя вина тоже, — хотя Тони определенно не радовала перспектива получить по физиономии от Мэй Паркер. Может, стоило взять с собой маму, чтобы Мэй знала, что ему тоже досталось? Тони положил руку на плечо мальчика и подождал, пока тот поднимет глаза, — ты хороший парень, Питер, но стоит притормозить. Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности. — Знаете, я крепкий орешек. — Питер, даже крутые парни могут пострадать. Никогда не знаешь, какой псих решит напасть. Если наступит конец света, клянусь, что позвоню тебе, но помимо этого… не следовало мне тащить тебя в Берлин. Я подверг тебя опасности и безумно сожалею об этом. — Я хотел помочь! — воскликнул Питер, не сводя глаз с Тони, — это была такая честь, мистер Старк! — Нет, это был чистой воды идиотизм. Не могу выразить, как я сожалею, что втянул тебя в эту историю. В свою защиту скажу, что я был в отчаянии и паршиво соображал, хотя это ни коем образом меня не оправдывает. — Я не слабак, мистер Старк. — Знаю, но это ничего не значит, — вздохнув, Тони сделал шаг назад, — итак, рассказываешь тёте. —Что, если я скажу нет? — Ты несовершеннолетний, Питер, так что это не твое решение. Как взрослый, я не могу просто молчать. У меня нет выбора, ты понимаешь? Я скажу ей и без твоего согласия. Но лучше бы тебе самому. Питер ссутулился, глядя на Тони, как побитый щеночек, но Тони Старк был сделан из более прочного теста и не мог позволить себе поддаться на провокацию (вообще-то, он поддался. Еще как поддался. Но нельзя было это демонстрировать. Ни за что). Дубина неловко похлопал Питера по плечу. — Не грусти, малыш. Если мы переживем это и твоя тетя не подаст на меня в суд, в следующие выходные поработаем над твоим проектом. (Ключевое слово «если»). — Обязательно делать это прямо сейчас? Я имею в виду, вы же заняты. И поскольку я явно буду наказан навечно, думаю, стоит поработать над проектом сейчас. Так, на всякий случай. Тони глянул на часы. Да, время было. Одному Богу известно, сможет ли он снова видеться с Питером после того, как его тетя выяснит, чем они занимались. Они провели еще час, беседуя о науке и наслаждаясь этим, пока Пятница не заговорила вновь: — Босс, мне поручено спросить вас, не возражаете ли вы против небольшой компании. Похоже, его мама хотела познакомиться с Питером. Тони подумал секунду и решил, что у него нет причин не доверять парню: — Питер? — Мне уйти, мистер Старк? — Нет-нет. Слушай, ты умеешь хранить секреты? Питер посмотрел на него как на идиота, и Тони слегка поморщился. Да, тупой вопрос. — Ладно, дело в том, что у меня тоже есть чертовски секретный секрет, которым я хотел бы с тобой поделиться. — Конечно. Клянусь, я никому не скажу. Вы можете мне доверять! Был ли Тони когда-нибудь таким серьезным в молодости? Он не мог вспомнить. — Окей. Это прозвучит совершенно безумно, но потерпи. Тони выложил ему все эти безумные истории о Камне Души, Эймоне Великом (пацан закатил глаза) и невероятном воскрешении. — Так ваши родители действительно вернулись? Живые? — воскликнул Питер, широко раскрыв глаза. — Да. Хотя сомневаюсь, что это снова сработает на ком-то еще. Это была случайность, поэтому мы не хотим говорить людям. Не хотим, чтобы кто-то думал, что… у них есть надежда. Питер печально кивнул: — Понимаю. Мальчик тоже потерял многих. — В любом случае, я говорю тебе это, потому что моя мама хочет с тобой поболтать. — Со мной? — Именно. Кроме того, она жутко разозлилась, что я подверг тебя опасности. По правде говоря, она пригрозила, что сама пообщается с твоей тетей, если я тебя не заставлю. Я плохо знаю Мэй, но моя мама может быть довольно… навязчивой, если ты понимаешь, о чем я, — Тони пожал плечами, — родители, что с них взять? Питер усмехнулся: — Так и сказала? — Вроде того. — А разве вы не… хм… — он ухмыльнулся. — Не говори «старый». — Немного староват. — Определенно старше тебя, так что не дерзи мне, малыш. Ну, что скажешь? —Я имею в виду, меня не ждут проблемы? Или она тоже будет читать мне лекции? — О, возможно. По крайней мере, немного. Но я уверен, с тобой она будет помягче, — Тони улыбнулся, когда Питер заерзал, — да брось, ты завоюешь ее сердце, не сомневаюсь. — Тогда ладно. Но почему она хочет со мной встретиться? Я имею в виду, я не… важная персона или что-то в этом роде. — Ты мой друг. А она хочет познакомиться с моими друзьями. Знаешь, у меня их было не так уж и много. Глаза Питера расширились, и он слегка покраснел: — Ого, это… я ваш друг? Неужели? Ух ты. Это так круто! — Питер подпрыгнул на месте и снова обнял Тони, — вы лучший, мистер Старк! Тони не смог сдержать улыбки. Пацан действительно был просто невероятен. — А если я не понравлюсь вашей маме? — нервно спросил парень, — она точно подумает обо мне плохо. — Ну, что за глупости, Питер? С чего бы ей так думать? — это Тони был идиотом, что позволил парню так рисковать собой. Питеру было всего 16, от него вряд ли можно было ожидать разумных поступков. — Она тебя полюбит, — да и как можно было не полюбить Питера? (Кровь стыла у него в жилах, когда он думал о том, как тяжело мог пострадать мальчик в Берлине из-за него. И еще потому, что Роджерс, чертов сукин сын, вообще не контролировал силу удара). Дверь лифта раскрылась, и к ним, сияя, вышла Мария, и Тони решил, что они сумеют избежать очередных нотаций о глупости и безответственности. — Мам, это Питер. Питер, моя мама. Питер неуверенно улыбнулся и пожал ей руку: — Очень приятно познакомиться, миссис Старк. И… хорошо, что вы больше не мертвы, — Питер поморщился, поняв, что сморозил глупость, — я имею в виду, что вы в порядке, — он глянул на Тони, а на мордашке читалось: «спасите!». Тони только рассмеялся. Дубина радостно пискнул Марии, которая потянулась, чтобы похлопать бота по руке (Тони определенно нравилось, что родители и друзья относились к его ботам так, будто те были полноправными членами их команды). — Приятно познакомиться, Питер, — тепло и успокаивающе произнесла Мария. — На тебе интересный наряд. — А, костюм. Это потрясающе! Мистер Старк сделал его для меня. — Что было, конечно же, очень плохой идеей, — Тони скосил глаза на Питера. — О, ну, э-э… да, — Питер опустил голову, — мне его вернуть? — очередной чарующий взгляд был предназначен Марии, и Тони подумал, сможет ли мама устоять. Очевидно, смогла. — Ты поговоришь с тетей о том, что ты Человек-паук, не так ли?  — Угу, — Питер говорил так, будто его вот-вот расстреляют (хотя, на самом деле, расстрел был бы для него прогулкой в парке по сравнению с грядущим). — Мистер Старк сказал, что пойдет со мной. О, да, отлично. «Вперед на амбразуру», — подумал Тони, но мама одобрительно кивнула: — Это хорошо. Расскажешь о своих способностях? Питер, как и Тони, был редкостным болтуном. В нем было столько энтузиазма, что он мог трепаться часами. Тони действительно узнавал в нем себя, и, наблюдая, как мать улыбается и кивает пареньку (хотя, вероятно, очень мало понимала, о чем он говорит), было очевидно, что она была с этим согласна. — Босс, — произнесла Пятница, пока Питер демонстрировал Марии, как он может ходить по потолку, — мистер Старк спрашивает о вас и миссис Старк. Мне направить его сюда? Тони на секунду заколебался — реакция на желание защитить Питера от пренебрежительных выпадов со стороны Говарда — потом взял себя в руки. Было бы несправедливо продолжать твердить, как заведенный, об ошибках прошлого, когда они решили двигаться дальше. — Ты не против, Питер? — спросил он. В конце концов, это должен быть его выбор — раскрыть свой секрет или нет. — Конечно, не против. Питер все еще висел вверх ногами, когда показался Говард. — Твою мать! — воскликнул отец, вытаращив глаза на Питера, свисавшего с потолка, отчего Тони чуть не упал со смеху. — О боже, твое лицо, — выдавил Тони, все еще держась за живот. Мария постаралась скрыть улыбку. Дубина приветственно пискнул Говарду. — Хм, здравствуйте, мистер Старк. Другой мистер Старк. Мистер Старк-старший? Это сбивает с толку, — Питер повернулся, как акробат, и одним плавным движением опустился на землю. — Я Питер, — представился он, протягивая руку, которую Говард пожал, — Человек-Паук. — Черт возьми, парень. Какого хрена это было? — Говард, следи за языком, — упрекнула его Мария. — О, он слышал вещи и похуже, не так ли, малыш? — Тони хлопнул Питера по плечу. — О, да. И я не ребенок, — он повернулся к Говарду с застенчивой улыбкой, — я могу прилипнуть практически к любой твердой поверхности. Знаете, как паук. — Невероятно. И эти штуки с паутиной, что это? Органика? — Нет, я сам изобрел. Люблю химию. Долго искал нужную формулу. — Это действительно потрясающе. Питер очень умен, — встрял Тони. Питер надулся от гордости. Говард перевел взгляд с Тони на Питера и кивнул: — Я в этом не сомневаюсь. Дубина снова пискнул, пытаясь привлечь внимание Говарда, слегка потянув его за рубашку. — Привет, Дубина. Бот снова пискнул. — Хм… я думаю, он хочет знать, может ли он что-нибудь для вас сделать, — заметил Питер, указывая на пустой стакан на столе. — О, ладно, — Говард посмотрел на Тони, словно спрашивая, что ему предпринять, — Тони пожал плечами. — Что ж, пожалуй, я выпью чашечку кофе. С счастливым гудком Дубина удалился. Прежде, чем Тони успел что-то сказать, заговорила Пятница: — Я займусь этим, Босс. «Хорошо иметь слаженную команду», — с нежностью подумал Тони. Вчетвером они проболтали еще некоторое время, затем Мария пригласила Питера остаться на ужин, при условии, что он позвонит тете и получит ее разрешение. — Я не против. Но что мне ей сказать? — Скажи, что ужинаешь с другом. Потом я отвезу тебя домой, — ответил Тони. — О, вы не должны этого делать, мистер Старк! Я могу вернуться домой и сам. — Это Квинс, Питер, а не другая планета. Это не так далеко. Я тебя отвезу. Питер начал было протестовать, но Мария перебила: — Я уверена, твоя тетя чувствовала бы себя гораздо спокойнее, если тебе не придется полагаться на общественный транспорт в столь поздний час. Едва ли ему угрожали грабители или что-то в этом роде, но ведь Мэй об этом не знала. — Ладно. Питер, конечно, полностью очаровал его маму, что заставило ее бросить на Тони еще более косой взгляд за то, что он подверг ребенка опасности. Говард тоже казался впечатленным — и Тони слегка позавидовал тому, что он так очевидно проявлял свое расположение к Питеру и ни разу не делал это с Тони. Но это были мелочи. Ужин прошел в очень приятной дружеской атмосфере. Потом, как и обещал, Тони сел в машину, чтобы отвезти Питера домой. — Загляну завтра вечером, поболтаем с Мэй, — произнес он. Питер снова пытался протестовать, но Тони не поддался. — Ладно, ладно. Простите, мистер Старк. — Тебе не за что извиняться, малыш. Это не твоя вина, ясно? Это я облажался. — Я действительно хотел быть Мстителем. Тони вздохнул: — Понимаю. Может быть, когда ты станешь старше, и это не будет, ну знаешь, незаконно, — Тони улыбнулся, — бывай. — Спасибо за сегодня, мистер Старк. Это было действительно круто, я прекрасно провел время. Ваши родители супер. — Ты им тоже понравился, хотя это и неудивительно. Питер открыл дверцу машины и помахал рукой: — До встречи. ***** Весь день Тони размышлял о предстоящем разговоре с Мэй. Он пытался придумать, что скажет, но речь не клеилась. Ему вообще трудно давались выступления по сценарию. Все обычно шло не по плану с того мгновения, как он открывал рот (чего стоит одна памятная пресс-конференция «Я Железный Человек»). Однако он все еще нервничал (а уж бедняге Питеру было и того хуже, поэтому Тони и предложил броситься в этот омут с головой, чтобы скорее избавить их обоих от страданий). — Мэй будет в бешенстве, — сказал Тони маме. — Конечно, Тони. На ее месте я бы испытывала то же самое. Ее ребенок подвергал себя опасности, а она и понятия не имела, — Мария вздохнула, — это непросто, даже если знаешь. И даже если ребенок уже не ребенок. Естественно, Тони тут же почувствовал себя отвратительно. — Мам… — Я знаю, ты делаешь то, что должен, Тони. И горжусь тобой, но это нелегко, знаешь ли. — Я могу что-то сделать? — Тони терпеть не мог заставлять маму волноваться. — Ты можешь попытаться быть осторожнее, но сомневаюсь, что у тебя это получится. Но ты можешь помочь Питеру и его тете. Тони вздохнул: — Я могу попытаться оградить его от этого на некоторое время, но не уверен, что он смирится. И, честно говоря, нам нужны такие, как он. Ну, немного постарше и с чуть большей подготовкой… — он отвел взгляд в сторону, на горизонт, — надвигаются более серьезные угрозы, мама. И нам чертовски не хватает бойцов. — Тогда собери еще команду. — Я бы с удовольствием. К сожалению, супергерои не растут на деревьях. Мария нахмурилась, несомненно, думая о беглых Мстителях. — Значит, в худшем случае нам может понадобиться Питер. В смысле, я бы с радостью его защитил, но, если весь мир покатится к черту, тут без вариантов, — чудесный способ поднять настроение, Тони. И напугать маму. — Прости, мам. Уверен, все будет хорошо. Мы что-нибудь придумаем. Мы всегда так делаем, — Тони попытался улыбнуться, — прости, — повторил он. — Все в порядке, милый. — Босс? Вы просили напомнить, когда придет время. Оно пришло. О, замечательно. — Спасибо, малышка. — Удачи в разговоре с тетей Питера. И еще один совет, дорогой: не упоминай о конце света. Это не поможет, поверь, — Мария поцеловала его в щеку и выпроводила вон.

***

«Ладно, Тони», — сказал он себе, стоя перед дверью в квартиру Питера, — «ты сражался с суперсолдатами. Тебе по плечу справиться с обычной женщиной». Он нацепил свою самую обворожительную улыбку и постучал. Дверь открыл Питер с весьма озабоченным видом: — Мистер Старк. Вы здесь. — Надеялся, я передумаю? — Нет, но подумал, что у вас дела. — Ха, если бы. Суперзлодеи никогда не нападают, когда они так нужны. Давай просто сделаем это. — Тетя Мэй! — крикнул Питер. — Да, Питер? Что?.. о, мистер Старк! Вот это сюрприз! — Рад снова вас видеть, миссис Паркер, — произнес Тони, галантно целуя ей руку. (Руку, которой она, скорее всего, влепит ему пощечину). — Что… что вы здесь делаете? В смысле, все в порядке? — Ну… ммм… — Почему бы нам не присесть? — пискнул Питер. Мэй с подозрением переводила взгляд с Тони на племянника. — Питер, что происходит? — Я должен… э-э… кое-что тебе сказать. — Что же? Питер беспомощно оглянулся на Тони, который одними губами произнес: «просто скажи это». — Сказать мне что? — Я… Человек-Паук? — это прозвучало, скорее, как вопрос, и Питер поморщился. Он откашлялся и попробовал снова, — я имею в виду, что я Человек-Паук. Да. Я Человек-Паук. На несколько секунд воцарилось гнетущее молчание, потом Мэй резко повернулась к Тони: — Что?! Ладно, поехали. — Миссис Паркер… Договорить ему не дали. — Вы знали! Вы все знали и… не было никакой стажировки! Бог мой, вы повезли его в Германию, на эту сумасшедшую битву в аэропорту! Ему шестнадцать! Вы спятили? — Да, — произнес Тони глядя ей в глаза совершенно искренне, — вы правы. Я все знал и взял его туда, и вы не представляете, как мне жаль. Я не хотел, чтобы он пострадал. Я вообще не думал, что дойдет до драки. И это было ужасно глупо и безрассудно, и мне очень, очень жаль. И я не должен был позволять Питеру держать это в секрете так долго или позволять ему ввязываться в драки. Я крупно облажался и прошу прощения. Мэй уставилась на него: — Это ужасно. Тони кивнул. — Тетя Мэй, на самом деле это не его вина. Я имею в виду, я… я ведь делал это и раньше. Мистер Старк пытался меня защитить. — Втягивая тебя в безумные драки? — Он меня не тащил. Я хотел пойти с ним. И все, что было после аэропорта… это все я. Мистер Старк ничего такого мне не говорил. Я просто хотел помочь. — Миссис Паркер, — сказал Тони, ожидая, когда она снова обратит на него внимание, — у Питера есть некоторые способности, и он чувствовал, что должен использовать их для защиты людей. Это мило, но, конечно, он слишком молод, чтобы этим заниматься. Мне не следовало поощрять его. Он хороший парень, и, честно говоря, он более добросовестно относится к своей силе и обязанностям, чем другие так называемые герои, которых я мог бы упомянуть. Но правда в том, что это необратимо, никто не может забрать у него эти способности. Питеру придется научиться жить с ними, хочет он того или нет. И я обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ему. Мэй не торопилась с ответом. Под ее проницательным взглядом Тони почувствовал себя букашкой в микроскопе. — Вы расскажете мне абсолютно все, — наконец отчеканила она, обращаясь к ним обоим. Питер, выглядевший так, словно предпочел бы оказаться где угодно, лишь бы не здесь, повиновался. Тони рассказал Мэй о своей роли в этом деле — от изготовления костюма до нескольких тренировок в Башне. Не было смысла оправдываться, да он никогда и не верил в возможность уклониться от последствий своих ошибок (в отличие от некоторых) — на самом деле, порой про Тони говорили, что он иногда берет на себя слишком большую ответственность за ситуации, к которым отношения он не имел. Но происходящее с Питером было во многом его виной, и Мэй заслуживала правды. Как только все карты были раскрыты, Тони с Питером с тревогой ждали приговора. — Питер, — произнесла Мэй с убийственным спокойствием после того, как переварила все их откровения, — ты наказан. После школы сразу домой, — Питер открыл было рот, чтобы возразить, но Тони предупреждающе покачал головой, и мальчик благоразумно промолчал. — Если я узнаю, что ты ослушался, будут последствия, не сомневайся. Человек-Паук отныне вне зоны действия сети. — Но тетя Мэй, а если что-нибудь случится? Прямо на моих глазах? — Если ты увидишь преступление, позвонишь в полицию. А если это окажется какой-нибудь безумный псих, который не по плечу полиции, сообщишь Мстителям. Полагаю, номер у тебя есть. Питер опустил голову, изо всех сил изображая пинаемого щенка, что, к несчастью для него, никак не впечатлило его тетушку. Бедный ребенок. — Иди в свою комнату, Питер. Я хочу поговорить с мистером Старком наедине. «О, я облажался», — подумал Тони. — Но тетя Мэй… — Живо! — взгляд Мэй весьма красноречиво сообщал: «делай, как я говорю, иначе…». Тони подумал, что это, наверное, типично материнская штука (и было немного неловко осознавать, что он много раз видел схожее выражение на лице Пеппер). Бросив последний извиняющийся взгляд на Тони, Питер поплелся, волоча ноги, точно так же, как это обычно делал Дубина (метафорически, конечно), когда ему велели идти к зарядной станции после того, как он наделал кучу беспорядка. И это тоже была странная мысль. — Итак, мистер Старк, — Мэй повернулась к нему, глядя в упор. Тони почувствовал себя непослушным ребенком. — Мне очень жаль, миссис Паркер. Не знаю, о чем я только думал. Но клянусь, я бы никогда не подверг Питера опасности намеренно. — Я верю в это, — она вздохнула, потом скривилась, — и как я могла не заметить? Думаешь… думаешь, что знаешь своего ребенка, что все под контролем… а потом узнаешь, что он подрабатывает супергероем. Тони не знал, что на это ответить. — Ну… дети могут быть… скрытными, — Тони снова поймал себя на том, что сочувствует своим родителям за то, что им приходилось иметь дело с его мятежным подростковым «я». Он не был супергероем в те времена, но и образцовым сыном не был. — Есть скрытность, но есть и опасная скрытность, мистер Старк. — Питер хороший парень, миссис Паркер. Он хочет помогать людям, но не понимает, что есть и другие способы. То, что случилось с его дядей… — Да, я понимаю. Но он всего лишь ребенок. Некоторое время они молчали. — Я не этого хотела для него, мистер Старк, — наконец сказала Мэй. — Да, я понимаю. Миссис Паркер, я… послушайте, я просто скажу это, потому что… хотя я и не родитель… — он вздохнул, — дело в том, что я не думаю, что вы сможете его остановить. Быть Человеком-пауком — это не… это для него не увеселительная прогулка, это не развлечение или что-то, что он делает, чтобы произвести впечатление на девушку или что-то еще идиотское, что обычно творят дети его возраста. Питер чувствует, что должен это сделать, — Тони подумал о костюме и о том, что он для него представляет. Как порушились к чертям собачьим его отношения с Пеппер из-за того, что они не смогли приспособиться друг к другу. Как, даже после проклятой Гражданской войны, даже после того, как Тони хотел уйти и покончить со всем этим, он просто не смог. Потому что быть Железным Человеком стало его частью, частью, от которой он не мог — не хотел — отказываться, несмотря на опасность, боль и потери. — Хотя я могу согласиться, что это рискованно и сложно, и что сейчас определенно не подходящее время, если Питер действительно так сильно этого хочет, то нравоучения и наказания не сработают в долгосрочной перспективе. Он вас возненавидит. И в какой-то момент ему придется сделать то, что он считает правильным, а вам придется согласиться, ведь это его жизнь, и он единственный, кто может принять это решение, — Тони замолчал, глядя в сторону, и провел рукой по волосам. — Единственное, что мы можем сделать, это помочь ему пройти через это, убедиться, что есть необходимая поддержка, чтобы справиться с этим безумием. Будьте рядом, — на глаза Мэй выступили слезы, — повторюсь, мне очень жаль. — Я хочу, чтобы он был в безопасности. — Да, понимаю, — к сожалению, это было невозможно. Никто и никогда не был по-настоящему в безопасности, потому что трагедия могла разыграться неожиданно. Самое лучшее, единственное, что можно сделать, — это быть осторожным и принимать взвешенные решения. Тони не мог обещать Мэй, что Питер будет в безопасности, как не мог обещать то же самое своей матери. — Я ценю, что вы лично пришли поговорить со мной и присматриваете за Питером, — Мэй быстро взяла себя в руки, — как вы вообще обо всем узнали? — Я, скажем так, присматриваю за людьми со сверхспособностями. Узнал о парне, называющем себя Человеком-Пауком, и выследил его, — строго говоря, используя не совсем законные средства, но эта информация ей была ни к чему. Но Мэй этот ответ не удовлетворил: — Значит, и другие могут узнать? Люди, которые причинят ему вред? — О нет, сомневаюсь. У меня есть… ресурсы, которых нет у большинства людей. Тем не менее, я присматриваю за парнями, с которыми Питер имел дело и которые могли бы иметь на него зуб, — Тони не собирался позволять всякого рода психам преследовать ребенка. — О, это хорошо, — потом она посерьезнела и строго посмотрела на Тони, — так зачем вы повезли его в Германию? Этого вопроса Тони опасался больше всего. — То, что случилось в Германии — большая ошибка. Я не думал, что все выльется в драку, — каким же наивным он был, когда думал, что Роджерс его послушает и поверит. — Я думал, что способности Питера — его паутина, скорость и ловкость — помогут быстро разрулить ситуацию, не причинив никому вреда. Предполагалось, что он будет держаться на расстоянии, но, думаю, с моей стороны было глупо ожидать, что он меня послушает. Я понятия не имел, что гребаный Роджерс и его банда придурков начнут бой без правил. Если бы я знал, чем все обернется, клянусь Богом, никогда не взял бы туда Питера, — или Роуди, или Вижена, да кого угодно. Черт, если бы Тони знал, что Роджерс предатель, он бы позволил ребятам Росса его убить. (Ну, нет, вряд ли, но иногда он жалел об этой упущенной возможности). Тони вспомнил, как Ванда обрушила на него все эти автомобили даже после того, как Тони пытался защитить ее от нигерийского суда. Он вспомнил, как Уилсон объединился с Барнсом против Питера, не задумываясь о том, какой вред они могут причинить. Он вспомнил этого идиота Лэнга, который мог угробить кучу людей, включая себя самого, потому что не смог включить голову и осознать, что творит. И черт бы побрал Стива Роджерса, швырнувшего тот рукав аэропорта на Питера, парня, которого видел первый раз в жизни, ни разу не задумавшись, достаточно ли тот силен, чтобы выдержать такой удар. Это все было огромной катастрофой. (Не думай о падении Роуди. Просто не думай об этом. Роуди в порядке. Он в порядке. Теперь все хорошо). — Мне жаль, — произнес Тони, задыхаясь от миллиона сожалений и неверных решений. Мэй положила руку ему на плечо и слабо улыбнулась. Она проявила гораздо больше понимания, чем он ожидал. Тони был уверен, что она ему врежет. — Я думал, вы отреагируете более… бурно, — черт, почему он не мог заткнуться? — О да, мистер Старк. Но вы уже сказали, Питер делает то, что считает правильным. Я знаю своего ребенка и не могу себе представить, чтобы он остановился только по чьему-то слову. Я ценю, что вы пытались помочь ему и обеспечить безопасность. По крайней мере, он действует не в одиночку. Жаль только, что вы не рассказали мне обо всем раньше. — Да, мне действительно следовало это сделать. Простите. — И я ценю, что вы извинились. Иногда Тони казалось, что последние несколько лет он только и делал, что извинялся за свои ошибки и за ошибки других. — Надеюсь, когда Питер выберется из заточения, вы позволите ему вновь прийти в Башню. Стажировка все-таки была настоящей. Он умный парень с большим потенциалом. — Знаю. Вот почему я хотела, чтобы он сосредоточился на учебе и поступил в хороший колледж, а не… это вот все, — она печально махнула рукой. — Еще не все потеряно. Как я уже сказал, сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ему во всем, что он выберет. Мэй кивнула: — Спасибо вам. Я… мне предстоит многое обдумать. — Понимаю. Если вам что-нибудь потребуется… поговорить или… что угодно, пожалуйста, звоните. У Питера есть мой номер, — Тони не думал, что она примет его предложение, и не был уверен, что знает, что сказать, если она позвонит, но ему нужно было что-то сделать, как-то помочь ей справиться после того, как он обрушил на нее все это. А если ситуация выйдет из-под контроля, Тони всегда сможет попросить о помощи маму. Создадут группу поддержки родителей или что-то в этом роде (пожалуй, туда следовало включить и Хэнка Пима для полного счастья). — Спасибо вам. Кажется, разговор был окончен, и Тони решил, что пора идти. Он встал: — Могу я попрощаться с Питером? — Да, конечно. Тони постучал в дверь и после слабого «войдите» зашел внутрь. Питер лежал в постели с самым разнесчастным видом. — Эй, ты в порядке, малыш? — спросил Тони, присаживаясь на кровать рядом с ним. Питер ничего не ответил, и Тони продолжил, — все слышал, да? — он только сейчас вспомнил, что у парня великолепный слух. Слегка виноватый взгляд был красноречивее любых слов. — Только самое начало. Простите. — Да брось, Пит, все в порядке. Но Человеку-пауку не помешает отдых, окей? А мир спасти еще успеешь. Практика показывает, с ним вечно что-то не так. Питер кивнул, все еще подавленный: — Я просто хотел помочь. — Ты еще поможешь. Возможно, сообразим какую-нибудь там программу тренировок. Но только после окончания школы. — До этого еще целая вечность. — Два года. Поверь, это фигня, — Тони щелкнул пальцами. Не то, чтобы он опирался на собственный школьный опыт, но был уверен, что у Питера дела идут лучше, чем было у него. — У тебя есть друзья, с которыми можно тусоваться, куча развлечений и все такое. И ты скоро вернешься на стажировку. Это не конец света, поверь. — Да, я понимаю. Малышу явно нужно было время, чтобы прийти в себя и принять это. — Ты все еще можешь звонить мне, когда захочешь, хорошо? — Спасибо, мистер Старк. — Черт возьми, Питер! Ну чего ты скис? Ты меня просто убиваешь, хуже Дубины. Питер вяло улыбнулся. — Ладно, я пойду, не хватало еще разреветься тут от избытка чувств. На этот раз улыбка была более искренней и теплой: — До встречи, мистер Старк. — Скоро увидимся, малыш. И дай знать, как продвигается твой проект, окей? Тони встал и повернулся, чтобы уйти, потом остановился и обернулся: — Эй, иди сюда. Питер поднялся, глядя на него с любопытством. Тони положил руку ему на плечо: — Ты отличный парень, Пит, — он заключил мальчика в объятия, на которые тот немедленно ответил, — дело не в том, что ты сделал что-то не так. Это не наказание. Мы просто хотим, чтобы ты был в безопасности. — Окей. Они отошли друг от друга, и, в последний раз похлопав его по руке, Тони покинул квартиру, попрощавшись с Мэй. Пожалуй, все было не так уж и плохо. ***** Родители ожидали его в пентхаусе: — Как все прошло? — тут же спросила мама. — Сойдет. Обошлось без жертв. Не уверен насчет его психологического состояния, но пацан всегда умел играть на чувствах, — Тони сел на диван, чувствуя, как огромная тяжесть спадает с его плеч. — Вообще-то я не завидую Мэй. Быть родителем чертовски сложно. — Это точно, — пробормотал Говард. — Ты поступил правильно, дорогой. Питер поймет. — Надеюсь. — Кстати, о родителях, — произнес Говард, — я подумал, мы с тобой могли бы поработать над чем-нибудь вместе, когда мы с твоей мамой вернемся. Это сущий позор, что в 21 веке все еще нет летающих автомобилей. Уверен, мы отлично проведем время. Тони засмеялся: — Господи, представь, если бы у каждого была летающая машина. Это был бы настоящий кошмар! — он улыбнулся, — я с удовольствием, пап. Быть родителем было все еще непросто, но оно определенно того стоило.