Мир придуманных истин

Ричи с недоверием посмотрел на яркую вывеску, обещающую посетителям сомнительного развлечения целый калейдоскоп чувств, острых ощущений и море веселья. Сам Ричи трусом никогда не был, но вот чтобы его Эдди, обходивший фильмы ужасов десятой дорогой и не высовывающийся на улицу позднее одиннадцати вечера, искренне желал зависнуть здесь... Ричи чувствовал подвох, но не мог понять, в чём именно. Покосившись на их сцепленные руки, — инициатива Эдди, — Ричи поморщился. Шестое чувство окончательно слетело с катушек и завопило пожарной сиреной, сообщая об опасности. Ричи не желал заходить в чёртову дверь всеми фибрами души, но суровый лик высокого парня, отвечающего за инструктаж, и умоляющие глаза Эдди требовали обратного. Молчать больше не выходило. — Хорошо, Спагетти, выкладывай, — Ричи вперился требовательным взглядом. Подозрения сжирали изнутри. — О чём ты? — вздохнул Эдди, виновато косясь на ожидающего их парня. — Ты знаешь, о чём. Мы ехали ебучие три часа, чтобы пройти квест? Эдди независимо пожал плечами: — Ну... да? Я думал, тебе такое нравится. — Я люблю подобное, тут ты прав, но что насчёт тебя? Боже, Эдс, ты даже ужастики никогда не смотришь! С чего вдруг подобная инициатива? Это странно, если хочешь знать! Парень, терпеливо ожидающий, пока выяснению отношений подойдёт конец, деликатно отошёл в сторону и закурил, повернувшись спиной к эмоциональной парочке. Ему не привыкать. Здесь и не такое устраивают. — Странно то, что ты не можешь просто насладиться моментом, не доставая меня! — Ричи поморщился, когда Эдди, начиная распыляться, слишком сильно сжал его руку. Ссора точно не входила в его планы, так что Ричи с тяжёлым сердцем решил: пусть будет что будет. Поискав глазами вовремя докурившего инструктора, он крикнул: — Эх! Открывай дверь! Мы готовы. Эдди отвернулся и спрятал усмешку. Правильно, лучше быть готовым ко всему, а то кто знает... Перед тем, как зайти в непроглядную тьму, Ричи, в поисках поддержки, обернулся к уверенно улыбавшемуся Каспбраку. Успокоиться, по понятным причинам, совсем не получилось, и Ричи, мысленно отвесив себе смачный подзатыльник, шагнул внутрь. Каспбраку нужно было доверять, он ведь так редко является в их отношениях каким-либо инициатором. Больше не сжимая руки Эдди, — что он, трус какой-то? — Ричи невольно отскочил. Тяжелая дверь предательски ударила в самую спину. Рядом никого не наблюдалось. Пошарив ладонью по воздуху, Ричи прищурился, пытаясь что-нибудь рассмотреть. — Эдс? — приглушённо позвал он, нехотя понимая, что едва ли сможет дождаться ответной реакции. Рядом раздалось подозрительное шуршание. Первая мысль, посетившая напуганного Ричи, заключалась в том, чтобы немедленно начать ломиться в дверь и умолять выпустить его, но чувствуя, как где-то внутри протяжный стон издало хвалёное самолюбие, он передумал и сделал осторожный шаг вперёд. Чёртов Эдс. Неизвестно, что задумал любимый парень, но Ричи в любом случае ему задаст. Как только выберется. Если выберется. Рядом зашуршали с удвоенной силой. Желательно выберется живым. — К-кто здесь? — голос невольно дрогнул. Неизвестность всегда пугала, а когда её подкидывал дорогой человек, пугала вдвойне. По загривку прошлись мурашки. Тусклый свет лампочки осветил небольшое помещение. Поморщившись, неподготовленный Ричи проморгался, приходя в себя. Лампочка ужасающе жужжала. Всё располагало к тому, чтобы ощутить себя запертым в доме маньяка-каннибала. От проклятых квестов можно было ожидать всего, что угодно. Принимаясь жадно рыскать глазами по комнате и невольно впитывать в себя атмосферу ужаса и таинственности, Ричи резко обернулся в сторону, прекрасно помня, откуда слышал загадочное шуршание. — Ты! — от неожиданности и негодования он невольно поперхнулся и надрывно закашлялся. Упирая палец в прислонившегося к стене Майка и пытаясь подобрать хоть какие-то слова, Ричи заколотило от пережитого стресса и накатившей злости. — Привет, — ровно поздоровался Майк, и его поза выражала такую вселенскую тоску и безысходность, что непонятно, сюда его привели аналогичным образом, используя обман, или выбрали куда менее гуманные средства. Майк выглядел так, будто к его виску приставили пушку и заставили тихо сидеть в комнате. — Так я и знал, что это ёбаная подстава, — вздохнув, Ричи огляделся. Какие-то коробки, выставленные друг на друга, небольшой сейф, гудящий холодильник и одинокая лампочка. В воздухе даже парила еле заметная, почти настоящая пыль. Декорации на высоте, ничего не скажешь. Ричи сложил руки открытой лодочкой и прижал ко рту, образуя громкоговоритель. — Эдс! Твою мать! Выпусти нас! Это нихера не смешно! — Не сработает, — тоскливо отрапортовал Майк. — Полагаю, здесь звукоизоляция. — А как они... — Ричи запнулся, когда Майк вытянутой рукой показал на маленькую передвигающуюся камеру. Наконец отойдя от стены, Майк подошёл к пирамиде из коробок и досадливо пнул нижнюю из них. Пошатнувшись, остальные неожиданно и совершенно подло рухнули ему на голову. Ричи не выдержал и расхохотался, не принимая никаких попыток изменить положение вещей и помочь брату выбраться из-под завала. Разобиженный несправедливостью этого мира Майк, кряхтя, скинул с себя пыльный груз. Вдруг не пойми откуда вывалилась небольшая, но самая что ни на есть настоящая ультрафиолетовая лампа. Близнецы переглянулись. — Квесты, — развёл руками Ричи. Телефон в кармане его джинс согласно завибрировал. Не забыв показать средний палец следящей за ними камере, он озадаченно посмотрел на экран. — «Найдите код от двери. Время пошло», — пробубнил Ричи себе под нос. — Отлично, видимо, мы обязаны в этом участвовать. — Рад, что ты наконец-то это понял. — Не поднимая головы, Майк уже с интересом изучал и проверял случайно обнаруженную лампу. — Думаю, она здесь не просто так. Ричи настроился было съязвить, что всё на дурацких квестах не просто так, как единственный источник света, прощально моргнув, погас быстро и безвозвратно. — Блеск, — цокнул он, отыскивая рукой точку опоры, — по крайней мере, не придётся созерцать твою страшную рожу. — У тебя такая же, — механически отозвался Майк. Включив лампу, отливающую в его глазах кислотно-фиолетовым и синим, он направил свет на поверхность стоящего поблизости деревянного стола. — Я почти уверен, что мы сможем отыскать код от двери с помощью этой лампы. Главное понять, куда светить. Поводив лампой над столом и ничего не обнаружив, Майк присел на корточки, рассчитывая увидеть что-нибудь полезное хотя бы на полу или под столом. Однако и там оказалось пусто-грустно. Лишь пыль клубами забивалась в нос и заставляла чихать. — Так и будешь там стоять? — потерев покрасневший нос, Майк недовольно обернулся, посылая брату испепеляющий взгляд. — Иди сюда и помоги мне. Ричи сложил руки на груди. Уж кто-кто, а он не был из тех, кто бежал сломя голову при первом зове. Тем более бежал к Майку. — Чего это ты раскомандовался, умник? Поднявшись на ноги и отряхнув колени, Майк повернулся всем корпусом. Обличающе ткнув в Ричи лампой, он отчеканил: — Потому что я умею быть лидером и знаю, что надо делать. Радиоклуб всегда доверяет моему мнению. — Я тоже умею быть лидером, а поэтому совсем не доверяю тебе, — недолго думая, отбил удар Ричи, нагло усмехаясь. — Тогда почему слушаются Денбро, а не тебя? Ричи нахмурился. Было видно: сказанное его зацепило. — Не сравнивай. Если бы Билл был частью вашей компании, не видать тебе места лидера, как своих ушей, потому что где Билл, — Ричи с деловым видом поднял указательный палец вверх, — и где ты, — поморщился, словно Майк был мелкой мошкой, от которой отмахнуться проще простого. Вроде минуло столько лет, а привыкнуть к обидным, втыкающимся острой стрелой в сердце словам до сих пор так и не получилось. Майк закусил внутреннюю сторону щеки и сжал лампу, стараясь случайно не показать истинных чувств. Ричи не должен знать. Никогда не узнает. Пусть думает, что Майк ненавидит так же сильно, как и он его. Если за мерзкую ложь Майка когда-нибудь покарают, то точно не в этом мире. Телефон Ричи завибрировал, прерывая неуютную тишину. — «У вас три минуты», — прочитав сообщение, Ричи озадаченно взлохматил волосы, — наверное, через три минуты мы проиграем. — И хорошо... Ричи хмыкнул, в два шага сократил расстояние между ними и вырвал лампу из ослабевшей руки. — Дай сюда. Лично я из-за всяких слабаков проигрывать не собираюсь. Майк изогнул бровь. — С какого момента всё это начало тебя заботить? Не ответив, Ричи быстро разобрался, как пользоваться устройством. Покрутившись на месте и не придя к чему-то определённому, он принялся рассуждать вслух о месте нахождения злосчастного кода, а когда Майк в грубой форме отверг очередное размышление, разочарованно всплеснул руками: — Хорошо, похоже, мы продуем, потому что я понятия не имею, куда можно запрятать проклятый код, чтобы потом вычислить это место логическим путём! — Может быть, туда, где есть цифры? — предположил Майк. Ричи резко замер, о чём-то судорожно рассуждая. Близнецы синхронно повернулись в сторону сейфа и их лица осветились пониманием. Телефон в кармане вновь отозвался вибрацией. — «Минута», — прочитал Ричи, и они с Майком, подрезая друг друга, ринулись к цели. Направив яркий свет лампы на тёмную, ржавейшую крышку старого сейфа, Ричи взволнованно выдохнул: — Это он. — Какое облегчение, — поддержал Майк, мысленно проговаривая и запоминая простую комбинацию из шести цифр. До двери они добрались в считанные секунды. Ричи подсветил лампой, а Майк, не теряя драгоценного времени, ввёл необходимый шифр. Когда дверь радостно пискнула, как бы поощряя игроков, и слегка приоткрылась, у Ричи потеплело в груди. Меньше всего он ожидал, что сможет вот так вот, рядом с братом, совсем как в детстве, радоваться чему-то. Майка, судя по промелькнувшему на его лице удивлению, обуревали схожие мысли. — Ну что, идём? — Ричи привычно ухмыльнулся, стараясь скрыть неподходящее смущение. — Кто знает, что нас ждёт дальше, — потерянно улыбнулся Майк. А дальше их ожидало море веселья, калейдоскоп чувств и острых ощущений. Всё, как обещал огромный баннер при входе, на который Майк, доверчиво следуя за Уиллом, покосился с такой опаской, будто тот мог внезапно обнажить зубы и сожрать их обоих. Вообще, если быть откровенным, об истинных мотивах друга Майк догадался с самого начала. Ещё тогда, когда Уилл, переминаясь с ноги на ногу, предложил «хорошенько оторваться», Майку стало не по себе. Стоит ли говорить, что, оказавшись запертым в тёмной комнате, на него моментально снизошло озарение? Тогда он принял парочку слабеньких попыток докричаться, но когда те не увенчались успехом, смирился и затих, поджидая ненаглядного братца. С появлением Ричи Майк предполагал один исход: драка. Именно так мог заканчиваться любой их разговор, если бы кто-то не уходил первым. Здесь же уйти не получится. Однако... Майк до сих пор с огромным трудом переваривал осознание, что они с Ричи, окончательно втянувшись, совсем перестали ругаться. Лишь слаженная организованная работа, которой от них ожидали меньше всего. Майк и сам не ожидал, однако факт оставался фактом: они с Ричи оказались прекрасной командой. Быстрые похлопывания по плечу, с целью привлечь внимание; упирающиеся друг в друга лбы; случайно соприкоснувшиеся плечи и переплетённые тёмные волосы. Казалось, что они с братом попали в параллельную вселенную, в которой не было многолетней вражды и горькой обиды. В ней не преследовали цели задеть, унизить, оскорбить, и Майку это настолько понравилось, что он с грустью в глазах поглядывал на улыбающегося близнеца, уткнувшегося в кроссворд, понимая: скоро идиллия закончится. Когда кодовое слово было подобрано, перед ними предстала большая комната с высокими потолками, от стен которой тянулись и светились лазерные лучи. Охрана. Ричи хотел присвистнуть, но помешали брекеты: — Надо отдать разработчикам должное. Это потрясно. Майк не мог не согласиться. Они с Ричи уже разгадывали кроссворды и загадки; управлялись с огромным ручным лабиринтом, попадая мячиком в определённые лузы; придумывали собственный шифр и даже перевели послание на древнем языке. И вот лазерная охрана из ярко-синих лучей. Попадёшься — проиграешь. Майку стало грустно: обычно такого уровня испытания уготовывают в конце, чтобы игроки собрали последние силы и выложились по полной. — «Вы на финишной прямой. Не облажайтесь», — как в подтверждение тоскливым мыслям, прочитал очередное послание Ричи. — Будет обидно проиграть, — покачал головой Майк, начиная невольно прикидывать, как будет лучше обойти лучи. Ричи состроил самое ироничное лицо, на которое только был способен. — В таком случае, веди нас. — Почему я? — удивился Майк, немного побаиваясь брать на себя такую ответственность. В кои-то веки они с Ричи нашли общий язык, а если сейчас проиграют... да ещё и по вине Майка... Это будет конец. — Не я ходил в клуб гимнастики целый месяц, — Ричи поиграл бровями, припоминая, как долго веселился и подкалывал брата на эту тему. — Это был всего лишь спор, понятно? Ричи образно развёл руками, как бы выражая «не мои проблемы». — У тебя всё равно нет выбора. Майк вздохнул и сделал шаг вперёд. На то, чтобы рассчитать траекторию движения и определить, где именно надо нагнуться, где перешагнуть, а где пройти на корточках, ушло немного времени. Майк запустил пальцы в волосы, строя конечный маршрут. Если всё пойдёт по плану, они без проблем преодолеют охрану и утрут нос проклятому квесту. Эта сладкая мысль сделала по-настоящему хорошо и прибавила небывалого энтузиазма. Постаравшись абстрагироваться от мыслей о наступающем на пятки конце, Майк протянул Ричи вспотевшую от напряжения ладонь. Воззрившись на неё, как на щупальце пришельца, Ричи криво усмехнулся и сжал похолодевшие пальцы в своей руке. — Так проще будет, — скомканно пояснил Майк, пряча смущение за удобной чёлкой. Весь путь от начала комнаты до открытой двери Майк провёл как в тумане. Он старательно огибал лазерные лучи, проводя их с Ричи наиболее безопасной дорогой, а мыслями улетая куда-то далеко-далеко за пределы квеста и границ этого мира. Майк думал о руке, сжимающей его пальцы. О том, насколько сильно она похожа на его собственную, но при этом совсем другая. С более мягкой и нежной кожей, с мозолями от резинового слоя на руле велосипеда, со слишком короткими подстриженными ногтями. Когда он последний раз держался за неё? Майк помнит с трудом. Сколько уже минуло лет? Восемь? Десять? Сейчас не скажешь наверняка. Майк чувствовал буравящий макушку взгляд, словно Ричи тоже прикидывал, как много времени было потрачено зря. На глупые разборки и обиды. Если бы Майку предложили навсегда изменить одну вещь в своей жизни, он бы выбрал отношения с близнецом, для которого когда-то был всем, а теперь не значит ничего. Финальным этапом стало что-то вроде викторины, призом в которой был ключ от двери, ведущей на свободу. Когда Майк услышал правила, по спине пробежались мурашки, а волосы на загривке встали дыбом. Поймав такой же перепуганный и донельзя смущённый взгляд Ричи, он, не зная, что сказать в утешение, жалко улыбнулся в ответ. Кто вообще мог придумать вопросы, акцентированные на глубинном познании внутреннего мира своего партнёра?! Майк молча кричал и не мог остановиться. Первый вопрос предсказуемо завибрировал на телефоне Ричи. — «Какая у Майка ненавистная еда?» — прочитал он и нервно хихикнул. Что ж, могло быть куда хуже. — Сладкий перец. Майк сложил руки на груди и усмехнулся: — Ты знаешь? — Конечно. Ты же всегда его из салата вытаскиваешь. Подобная внимательность со стороны безалаберного Ричи просто не могла не порадовать. Майк тихо улыбнулся, открывая новое сообщение уже на своём телефоне. — «Какую бы надпись Ричи вывел на своей надгробной плите?» — перечитав вопрос несколько раз, Майк обречённо закатил глаза и уставился прямо в наблюдающую за ними камеру. — Что это?! Почему вопросы такие неравноправные?!! — А правда.. какую? — Ричи задумчиво почесал подбородок и перевёл на Майка заинтересованный взгляд. — Ну что, братишка, есть предложения? Майк вздохнул и тоже задумался. Ричи бы вывел что-то такое... что-то... ну... в духе Ричи? Майк организовал драматичную встречу своей ладони со своим лбом. — Может быть: «Наконец я обрёл публику, которая знает толк в хороших шутках»? — Готов поспорить, Эдс рассчитывал на подобный ответ, — подмигнув камере, Ричи рассмеялся. Майк сам не понял, как рассмеялся следом, и почему-то делать это было настолько правильно и естественно, что он на секунду опешил и растерялся. Следующие вопросы приходили всё менее логичными и всё более смущающими. Ричи пришлось угадывать, какие бы цели выдвинул его близнец, став президентом, а Майк ломал голову над вопросом, какое у Ричи лучшее воспоминание из детства. Оказалось, что их два: поездка всей семьёй на неделю во Флориду и знакомство с Эдди. — «Много ли друзей имеет Майк?» — прочитав очередной, подозрительно лёгкий вопрос, Ричи растянул губы в довольной нехорошей усмешке. Майк сразу понял, что сейчас что-то будет. — Вот насчёт всех друзей не знаю, но Уилла Байерса он имеет абсолютно точно. Вдруг Майку показалось, что сейчас, вот сейчас он умрет. Умрёт от смущения молодым и красивым. Щёки запылали и начали печь похлеще солнца в Калифорнии, в груди в противовес этому похолодело, дышать стало невыносимо тяжело. Откуда... Откуда он знает?.. На мгновение у Майка даже закружилась голова и подкосились ноги. Они-то с Уиллом думали, что хорошо скрываются. Не тут-то было. Ричи наблюдал за близнецом с неприкрытым торжеством. — Вообще, это блеф. Я лишь догадывался, но теперь, по твоей реакции, знаю наверняка. — Да ты... — Майк задохнулся от возмущения и застрявших в горле ругательств. Сказать хотелось многое, но при этом тяжёлый подзатыльник заменил бы все слова. Ричи смотрел весело и довольно, словно только что выиграл миллион долларов. — Не переживай, братишка, мне ли тебя осуждать, — он неоднозначно хохотнул и кивком головы указал на настойчиво вибрирующий в кармане Майка телефон. Вытянув мобильник, Майк уткнулся в экран, стараясь не думать, что только что они с Ричи буквально совершили каминг-аут друг перед другом. Ну и перед энным количеством людей, наблюдающих за развитием их семейной драмы с экранов монитора. Оставалось надеяться, что Уилл и Эдди, организовавшие это безобразие, позаботились об «устранении» ненужных свидетелей. — «Три качества Ричи, которые вдохновляют тебя», — прочитал Майк, и тут же отчеканил: — Раздражительность. Вдохновляет хорошенько так ударить. — Зато честно, — не расстроился Ричи. — Потом, — Майк задумался, — чувство юмора? Я могу считать его за качество? Потому что оно по-настоящему крутое. Иногда я буквально заставляю себя не засмеяться. Было сложно признаваться, но Майк решил, что если играть, то играть по-крупному. Всё равно их отношения настолько ужасны, что сделаться ещё хуже вряд ли смогут несмотря ни на что. — Ах, вот как мы заговорили? — Ричи с видом победителя упёр руки в бока. — Ты недавно утверждал, что все мои шутки «чёртов испанский стыд»? С чего вдруг такие откровения? — Наслаждайся, — буркнул Майк. — Ещё меня вдохновляет твоя смелость. Из нас двоих ты всегда поступал более решительно. На самом деле, ты очень добрый и отзывчивый, когда потребуется, приходишь на помощь своим друзьям и когда-то приходил мне. А ещё ты чуткий и умный, хоть и производишь обратное впечатление. Тебя любят учителя, родители... И я тоже люблю... Но одеваться ты всё равно не умеешь! — вывалив всё, как есть, Майк отвернулся и глубоко вздохнул. С шеи как будто отвязали верёвку с огромным камнем. Теперь плевать, что подумает Ричи. Впервые за много лет Майк сумел открыться и сделать первый шаг к примирению. Очередь за братом. Достав вибрирующий телефон, Ричи, явно обалдев от такого количества тяжёлой для понимания информации, неожиданно улыбнулся светящемуся экрану. — «Три качества Майка, которые вдохновляют тебя», — усмехнулся он, нажимая на кнопку блокировки. — Значит, так. Хорошо. — С решительным лицом, он посмотрел брату в глаза. — Начнём с того, что ты меня бесишь. — у Майка всё оборвалось в груди. — Бесишь, потому что я до сих пор не могу поверить, что ты достался именно мне. Нет, серьёзно, ты идеальный брат. Такой, какого можно только желать. Ты всегда пытался поддерживать меня, хоть мы и были в вечной ссоре; ты заботился обо мне и хотя говорил, что яичницу с беконом приготовила мама, я видел, что именно ты её жарил. Ты никогда не задирал меня первым, а когда я задирал тебя — терпел до последнего и почти никогда не злился по-настоящему. Я думаю, из нас двоих именно ты был более зрелым, потому что знал, как нужно себя повести в действительно критичной ситуации, когда же я действовал глупо и безрассудно. — Ричи улыбнулся. — Надеюсь, мне засчитают это за три твоих качества, которыми я вдохновляюсь и восхищаюсь. И да, Майк, если хочешь знать, мне жаль. Я в большей мере виноват в том, что сейчас происходит между нами. Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь меня простить. Ты ведь такой у меня. Майк не успел ответить. Откуда-то сверху раздалось странное механическое передвижение и прямо под ноги им упал небольшой ключ. Стараясь больше не пересекаться глазами, Ричи взял злосчастную железяку, ради которой вывернул душу наизнанку, и вставил ключ в скважину. Замок легко поддался. Как только они с Майком оказались в просторной светлой комнате с уютными кожаными диванчиками, откуда-то выпорхнула миниатюрная девушка в форме персонала. — Вы отлично справились, поздравляю, — широко улыбнулась она, — а ещё установили новый рекорд по прохождению квеста. Я не видела, но наверняка это было супер круто и слаженно. — Девушка рассмеялась и указала рукой на вазочку с печеньем и конфетами. — Можете отдохнуть и перекусить. Исчезнув так же быстро, как и появилась, она оставила за собой приятный аромат цитрусовых духов и какое-то еле заметное чувство тревоги. Рухнув на мягкий диванчик, Ричи сконфуженно усмехнулся: — Не могу поверить, что мы сделали это. Майк опустился напротив. После загадочного напряжённого квеста цветная радостная обстановка немного смущала и вызывала дискомфорт. — Ричи? — позвал он. Брат тут же поднял голову, и лицо его показалось Майку настолько уязвлённым, что он сглотнул от напряжения. — Я хотел... может... может, мы могли бы, как бы тупо это ни звучало, попробовать заново? Ричи хмыкнул: — Почему тупо? Думаю, у нас ещё не всё потеряно, братишка. Они улыбнулись друг другу. — Только никаких «стукачей» больше, договорились? — Не будешь стукачить, не будет и «стукачей», — пожал плечами Ричи. — Господи Иисусе, да сколько можно?! — Майк всплеснул руками. Только ему показалось, что появился лучик света в их с братом отношениях, и вот опять! — Остынь! Я пошутил! — тут же воскликнул Ричи. — Да насрать мне на тот тупой случай с петардами! И на остальные случаи тоже! Просто ты так мало косячишь, что я не знал, как ещё тебя поддевать. Майк невольно приоткрыл рот. — Ты сейчас это серьёзно? Он помнил злополучный день, когда их с братом дружба полетела в чёрную дыру, как будто это было вчера. Тогда приближался их с Ричи праздник. День, который не может не любить ребёнок и который ждёт с завидной выдержкой и поистине потрясающим терпением. Маленький Майк обожал День Рождения почти так же сильно, как обожал собственного брата. Ему нравились яркие шарики, вкусная еда и большой стол. Майк любил, что в этот день всё внимание сконцентрировано только на их с братом желаниях. Нэнси гладила два идентичных костюма, мама хлопотала на кухне, а отец возил их на плечах. Майк всей душой желал наступления заветного дня, а потому озаботился подарком для Ричи ещё за неделю до торжества. Собрав все накопленные за домашнюю работу деньги, он купил лучшую рогатку, достойную лучшего брата, заранее предвкушая, как сильно обрадуется Ричи. Дни тянулись бесцветной чередой. Ричи выглядел загадочным и постоянно пропадал на заднем дворе и в подвале, куда Майку вход был категорически запрещён. Сейчас сложно сказать, какие помыслы двигали Майком в минуту тяжёлых раздумий, но так или иначе, он решил подсмотреть. Ричи рылся в каком-то странном порошке и создавал непонятную конструкцию, предназначение которой Майк как ни старался, а понять не смог. И тогда в его детское сознание пришла простая, но решающая мысль обычного, правильно воспитанного ребёнка, — рассказать родителям. Праздник был испорчен, Ричи посажен под домашний арест, а Майк щедро вознаграждён. Ведь он-то хороший мальчик, не разрабатывает взрывчатку в подвале собственного дома. Потом начался сущий кошмар. Ричи, вкладывающий всего себя в изобретение уникального фейерверка для предстоявшего праздника, обиделся так сильно, что отвергал любые попытки Майка помириться и вернуться к исходной. Сначала Майк пытался, расстраивался, плакал и опять пытался. А потом ему надоело. Превратившись в персонального агента собственной матери, он докладывал ей все планирующиеся проделки неугомонного брата. Теперь он не мог участвовать в их реализации, но при этом всё равно оставался той частью, которая определяет окончательную судьбу детской проказы. Конечно, назло Ричи и его обиде, он не давал завершиться ни одной из них. Были драки, обидные клички и разные подставы. Их с Ричи взаимоотношения от доверительных и светлых превратились в не пойми что. Тряхнув головой, Майк резко поднялся. Ричи поднялся следом. Они уверенно замерли друг напротив друга, и Майк точно знал: в голове у них было одно и тоже. — Что было в прошлом, должно там и остаться. — Майк протянул руку. — Мир? Ричи склонил кудрявую голову. — Хорошо сказано. Мир. Их руки утонули в тепле и поддержке друг друга. На памяти Майка моментов, когда он был счастлив так, как сейчас, имелось всего ничего. Ричи разделял его мнение. Совсем рядом раздались громкие торопливые шаги. В комнату отдыха ввалились взволнованные Уилл и Эдди. — Всё в порядке? — немедленно уточнил Уилл. — Лучше не бывает, — успокоил улыбающейся Ричи. Майк хмыкнул. И правда. Не бывает.