Мне это надоело

      «Дэку… Что можно сказать об этом человеке? Он хороший, добрый, ответственный, всегда готов помочь, даже если его об этом и не просят» — рассказывал журналистам какой-то газетенке один из очевидцев крушения моста. Во время работы героев, по-обыкновению, собралось множество различных людей: зеваки, идущие на работу или просто любители поглазеть, работники газет и телеканалов, сотрудники полиции и спасательных служб. Репортёры то и дело искали свидетелей, которые были на месте с самого начала для составления более полной картины случившегося. Чаще всего, фотографы снимали на свои камеры людей, что разбирали завалы, искали пострадавших, по-максимуму использующих свои причуды во благо.       За последние 3 месяца выпуски с участием юных Про-героев расходились буквально за пару дней, редакции даже приходилось выпускала дополнительные тиражи. Но наибольшую популярность вызывали фотографии на обложке и небольшого интервью с одним из самых молодых и известных героев — Дэку. В последние дни одно лишь упоминание о нем приносило компаниям щедрое внимание горожан. Вообще, класс А, выпустившиеся 3 года назад, стал самым известным выпуском за последние годы. Ученики, бывшие в числе выпускников старшей школы ЮЭЙ, были очень хороши, что не ушло от внимания простого народа, Про-героев и, конечно, злодеев. Поговаривали, что статистика по предупреждению и раскрытию преступлений с момента получения ими лицензий сильно возросла и продолжала идти почти вертикально вверх. Только хорошо это или плохо, верхушка председателей сказать наверняка не могла. Впрочем, вернёмся к Дэку.       Мидория изменился. От того парня, отчаянно жалующегося на несправедливую судьбу и истошно умоляющего богов обладать даже слабой причудой, не осталось абсолютно ничего. На его смену пришел тот самый Дэку, который кровью и потом зарабатывал на славу и внимание, а уважение перед людьми и героями. От парня веяло такой силой, храбростью и верой в беззаботное будущее, что устоять никто не мог. Желание помогать было присуще многим одноклассникам, но Изуку выделялся и здесь. Казалось, если герой не совершит благое дело хоть пару раз, его будет преследовать чувство не выполненного долга. Мидодия рвался на поле битвы со злом, но при этом он старался быть осторожен, чтобы не заставлять лишний раз Инко волноваться. Как и любая мать, она переживала, беспокоилась о его здоровье, благополучие дома и на работе. Каждый раз, видя по телевизору специальные новости о происшествиях, женщина молилась увидеть живого сына. Изуку знал как тревожно маме, и хотя парень часто звонил ей, ничто не могло успокоить Инко, с его профессией подобного не избежать. Мидория любил ее, и все свое свободное время старался посвятить семье. Встречи, прогулки, даже пустые разговоры приносили большое счастье скучающему сердцу. Дэку не говорил, но ради мамы он пошел бы на многое, готов был сделать все, что она попросит, не без некоторых исключений. На молодом теле героя появлялись мелкие царапины да неглубокие шрамы без серьезных травм. Герой стремился закончить бой как можно быстрее и безопасней для окружающих. Родители гордились Изуку, хвалили его так же сильно, как и переживали. Женщине так сильно хотелось похвастаться своим отпрыском, что не было сил сдержаться, но анонимность Дэку не давала этого сделать, и Инко скорее меняла тему в разговоре с людьми. Не было ни минуты, чтобы Мидория-старшая не восхищалась сыном, который в 19 уже переехал на отдельную квартиру. Хотя в начале было очень не просто, многому приходилось учиться — как правильно оплачивать квитанции, готовке, уборке — мама всегда помогала и подсказывала. Их узы только крепли, несмотря на все расстояния в километры.        В последнее время Изуку стал сам не свой. Об этом думал каждый второй, кто видел Мидорию. Парень стал каким-то вялым, задумчивым, замечтавшимся о чем-то, и, чтобы услышать ответ, необходимо было спросить несколько раз. «Переутомление» — заверяли друзья, «Тебе надо отдохнуть» — просила мама, всякий раз надеясь, что он услышит ее. А Дэку все грезил — попутно то улыбался и сверкал надеждой в зеленых глазах, то печально смотрел вниз на свои когда-то израненные руки. Никто представить не мог какой тайфун мыслей проносится в голове парня. «Если тебя что-то беспокоит, скажи нам. Может, нет, мы обязательно тебе поможем!» — неустанно повторяли Иида и Урарака, но Мидория для себя уже решил — он не сможет рассказать никому. Для него это было слишком страшно, мысли, чувства казались неправильными, неверными, отвратительными, но, чего греха таить, до одури приятными и мучительными одновременно. Смешанные чувства пугали — вдруг юный герой доверится, но в ответ его не примут, отвернутся. Нет! Уж лучше закрыться, запереть под замок, только от этого еще хуже, все нутро распирает изнутри, готовое вот-вот взорвать железный сейф Дэку. Хотя, конечно, была большая вероятность того, что близкие поддержат, помогут справиться с нахлынувшими наваждениями, но сколько это продлиться? Месяц? Два? Год? А что потом?! Как долго Мидория протянет, изнывая по ночам, ведь не работа, не семья, друзья не помогают уже давно. И вообще, сколько Изуку уже так мечется? С детства, со школы или когда остался один? Наверное, все и сразу, просто до зеленоглазого дошло только сейчас. «Ну почему именно ты засел у меня в голове?» — размышлял Дэку, до изнеможения выкладываясь на тренировках. Если он сейчас не устанет, ночью снова будет мучить бессонница, а так хотя бы сразу вырубится. «Уж лучше как раньше — избей, чем так мучить» — молил парень на протяжении года, но кто же его послушает.       «Поскорее бы отпустило…» — но закончить мысль не успел. Телефон истошно просил внимания, пока экране ярко светилась короткая надпись «Отдел». Герой сразу смекнул, что его срочно вызывают на работу, и женский голос на том конце линии подтвердил его подозрения. Мидория мгновенно собрался и вылетел из квартиры, тихо проклиная руки, не желающие правильно вставить ключ и закрыть дверь. Наконец, оказавшись на улице, Изуку глубоко вдохнул прохладный осенний воздух и понесся вдоль ночного города. ***       «Что ты от меня хочешь?» — сухо говорил Мидория. Вокруг было слишком темно, очертания предметов стерлись, но Изуку Кацуки видел отчетливо. Преемник Всесильного был не тем маленьким незрелым мальчиком, отчаянно пытавшимся обратить на себя внимание, а более чем уверенным, опытным, серьезным юношей в повседневной одежде: зеленой футболке и черных брюках. Стоя напротив, в груди блондина тлело сдавленное желание подчиниться с чувство обреченности. Хотелось отчаянно поговорить с другом и одновременно убить. Ком в горле мешал говорить, словно при ангине. Скорей всего, именно поэтому Бакуго не ответил — так, во всяком случае, он считал, хотя, похоже, просто не понимал что от него просят. Красноглазый молча смотрел на Дэку, чуть щурясь. Повисла тишина. Нет, это было затишье перед бурей. Изуку очень хотел услышать собеседника, но тот ничего не мог произнести. Его попытки прочистить горло не приносили никакого эффекта, наоборот, сильнее запершило, будто наждачкой прошлись. Зеленоглазый хмурится, сжимая плотно губы, но ждет ответа. Кацуки не знает, что делать, голос его не слушается. Ужасное состояние отражается на лице, но больше напоминает злорадство, сдерживание смеха до слез. Терпение иссекает, и Изуку срывается на крик — про детские обиды, школьные издевательства и прочие мучения. Все летит на друга с такой скоростью, что Бакуго просто не успевает осмыслить одно, как следует следующее, но парень упорно пытается вникнуть в суть фраз. Многое спутывается, теряется, и уже не понятно чего же требует Мидория. Таким Кацуки его не помнил, не знал, не хотел видеть — вариантов много. Какой правильный сказать невозможно, а пока вновь наступившее безмолвие давит хуже бетонной плиты. В голове только обрывки сказанного монолога, не более. Дэку тяжело дышит, все его тело сжалось, лицо приобрело гримасу усталости и сильной боли, словно сейчас заплачет, но слезы и не думали идти. Он подходит к вечному сопернику короткими, совсем тихими и медленными шагами. Сердце блондина сжалось еще сильнее, причиняя весомый дискомфорт, только это и рядом не стояло с муками вины перед бывшим одноклассником. Изуку стоит буквально в шаге. С такого расстояния хорошо видны мешки под глазами, бледность и исхудавшее лицо, разительные морщинки на лбу и тусклость очей — это все, что смог разглядеть Мидория. Зеленоглазый делает последний единственный шаг и роняет голову к Бакугоу на левое плечо. Кацуки замирает, он чувствует частое теплое дыхание Дэку, его запах, и готов поклясться — тот пахнет потом и зелеными яблоками. В его жилах замирает кровь, тело отключилось совсем, он сжимает зубы с такой силой, что они вот-вот треснут. Юного героя не покидает чувство, будто он сейчас упадет, сорвется в пропасть. «Возьми на себя всю ответственность». Что это значит красноглазый осознать не может. Его мозги давно отключены. Блондин настолько поражен происходящим, и в какой-то момент забывает как дышать. Весь мир словно остановился, время потеряло свое значение. Постепенно наступает темнота — все исчезло, но что-то не так, словно он лишился зрения, нет того запаха, тепла на плече, а когда алые глаза открываются, видят лишь светлый потолок своей спальни. Пару минут парень пытается понять куда все делось, как оказался в комнате, а потом до него доходит, и от этого легкие сдавило паранормальной силой. Грудь вздымается слишком часто, груз давит и разрывает изнутри, где он только что был. Парень не сразу замечает воду из уголков глаз. Кацуки никак не может понять своих чувств и это заставляет его мучиться, испытывать боль от осознания сна. Все так смешано. Блондин переворачивается на бок и долго лежит, крепко сжимая футболку. Хочется плакать и кричать. Бакуго скручивается в неестественную позу, пытаясь занять как можно меньше места, и кусает губы до крови, еле сдерживая слезы, но срывается. Он никогда не плакал, а тут скулит и проклинает солнечный свет, ночь, себя и, в особенности, Мидорию, который накрыл его тайфуном боли. В голове мелькают несвязные мысли, скачущие с одной темы на другую. Больше всего парень хочет, чтобы отпустило.Да его ломает и трясет, как от недостатка дозы, потому что ему мало лишь ведений. Кацуки не хватает Изуку, но пока Бакуго этого не понял, он будет все также ненавидеть и просить пощады.