У дома тоже есть душа.

      Кто бы мог подумать, что самое ужасное лишь впереди? Для всех мы просто ребята, которым посчастливилось попасть на шоу, после которого нас ждало бы светлое будущее. Для всех мы просто танцоры. Просто участники шоу. Но не для этого здания. Для него мы нажива. Оно играет с нами. Камеры передают лишь тренировки, бытовые споры, то как нас отчитывают за каждый косяк в танцах и голосование в конце каждой недели.        Камеры не передают всю ту паранормальщину что происходит с нами. То случайным образом обвалится пол и ты летишь на этаж ниже. Но потом в потолке ты не видишь дыры. То ни с того ни с сего свалится картина со стены вместе с гвоздем, либо у портрета из глаз будет идти кровь и через секунду все будет обычным. Ночные кошмары, как тебя оперируют в подвале этого здания. Шаги по ночам. Крики. Голоса, которые шепчут тебе что-то на ухо. Непонятные шорохи. Передвигающиеся предметы без чьей-либо помощи. Раскиданные на утро вещи. Можно же скинуть на кого-нибудь, мало ли лунатит. Но не когда комната для всех общая и все на своих кроватях. И вы смотрите друг на друга и просто боитесь лишний раз дать о себе знать.       Каждое утро дается с трудом. Ты не выспанный, но тебе нужно идти на завтрак и потом на тренировку. И в зале ты проводишь целый день. Пожалуй, для меня зал это единственное место где на немного, но можно забыться. Отдать всего себя танцу. Пустить все мысли на новые движение и просто получать удовольствие.       Тренировка дневная идет 4 часа, потом час перерыва и по новой. Но уже нет ограничения по времени. Час тренировки обязателен, а потом иди куда хочешь. Но это куда хочешь распространяется лишь на комнаты здания, да на задний двор. От внешнего мира мы отрезаны. Словно проект на выживание, а не развлекательное шоу. Телефоны отобрали, стационарных нет. Общаться с родными можно только путем писем и то все письма проверяются. Тюрьма.

Ночь

      Белая комната, освещаемая красным светом. Мальчишка, прикованный к кровати цепями. Рядом с ним стоит столик с разными медицинскими приборами. Они поржавели от старости. Они все в крови. Вся комната в крови. Над ним стоят три врача и что-то обсуждают. Один берет скальпель и начинает его резать. Резать без наркоза. У мальчишки от боли закатываются глаза, сквозь слезы. Он не может кричать. Ему закрыли рот грязной тряпкой. Он не может двигаться. Цепи больно впиваются в молочную кожу. Он ничего не может сделать. Он хочет отключиться, но боль не позволяет. Она действует, как холодная вода для пробуждения. Кровь смешивается с потом и струйками стекает по коже мальчишки. Крови слишком много. Он теряет сознания. Но с очередным надрезом он резко открывает кровью налитые глаза. «Они доберутся и до тебя». И он кричит во все горло и затихает.       Которую ночь подряд мне снится этот сон. Лицо этого мальчика я не могу запомнить. Помню только комнату, его слова и крик. Уже которую ночь подряд я просыпаюсь в холодном поту. И уснуть уже удается с трудом. Вроде бы хочется пойти прогуляться, но страшно. — Кристин? Не спишь? — где-то слева от меня раздается знакомый голос. Я поворачиваюсь к его обладателю. — Нет. Опять тот сон приснился. — Я тоже не могу уснуть. До завтрака еще 2 часа, может пойдем в зал? — Можно.       Одному ходить ночью по зданию не так уж и страшно. Свою историю я никому не стала рассказывать. Они может быть бы и поверили, но не хочу. Здание отремонтировали так, что коридоры я еле узнала. Только главный вход остался почти прежним.       В зал я пошла с Денисом. В одном из номеров нас поставили в пару. И, пожалуй, это самый лучший партнер. Своим телом он управляет на все сто и больше процентов. Он старается, чтобы в паре с ним было комфортно. Старается разжевать все непонятные движения. Он главный кандидат на первое место. Меня он ставит на твердую пятую позицию, но уверяет, что я еще могу вырваться вперед.        Зал находится на втором этаже. Он полностью стеклянный. Немного некомфортно поначалу, но потом привыкаешь. Тихо включив музыку, мы стали повторять нашу партию. Нам досталась тема неразделенной любви. Мечтательная девушка, которая хочет искренней любви и что б до гроба и холодный паренек, который гонится за роскошной жизнью, в которой место только продажной любви. И судьба их как-то свела вместе. Но нет в их паре хэппи энда. В конце он просто выберет раскрашенную даму, а ту просто убьет и даже не пожалеет. Печальная история с печальным концом. Но танцевать эту историю — одно удовольствие.

**Час до завтрака**

      Потные, уставшие, но довольные своей работой, мы решили отдохнуть. Мы завалились на пол посреди зала. В зале было слышно лишь наше учащенное дыхание. Музыка уже не играла. «С каждым днем ты танцуешь лучше». За десять минут это была единственная фраза. По телу разлилось приятное тепло от похвалы. — Ладно, пошли. Сходим в душ и уже нужно будет собираться на завтрак — первым встал Денис. Он подал мне руку и я встала. И двинуться я больше не смогла.       В зеркале я видела наше отражение. Крепкая спина Дениса, его темный затылок, мои глаза, которые выглядывают из-за его плеча и женщина. Женщина, стоящая правее от меня. Медленно я повернула голову на нее с надеждой, что это просто галлюцинация. Но наши взгляды пересеклись. У нее были необычные глаза. Черный белок и прозрачный зрачок с радужкой. Потрескавшаяся белая кожа. Красные губы. Я уже хотела отстраниться от Дениса и просто закрыть глаза, но она кинулась на меня с криком, прошла сквозь меня и исчезла. Просто испарилась. А внутри все жгло. Все тело горело, словно ты находишься в печке.       Кое-как, но Денис все же докричался до меня. Я не стала рассказывать ему об этом глюке и просто сослалась на переутомление. В тишине мы дошли до комнаты, взяли необходимые вещи и в такой же тишине дошли до душа. Душ также был общим, но с раздельными кабинками.       По коже стекает теплая вода, унося с собой всю грязь и пот. Но не уносит мысли и чувство, что ты не один. Не один живешь в этом теле. Это пугает. Пугает до онемения и кома в горле. — Ты же видела ее? Видела ту женщину? — резко и прямо в лоб спрашивает Денис — я видел её в отражении и видел как она пронеслась мимо тебя. — Она могла поселиться внутри меня? Такое вообще возможно? — с каждым словом голос дрожит сильнее и подступает приступ истерики. — Хотел бы я знать — слезы сами начинают лица из глаз. Уже просто хочется сдаться и вылететь с проекта, чтобы просто избавиться от всего этого дерьма. Но и не хочется останавливаться на полпути. — Что за. ЧЕРТ!!! — Денис, ты чего? — Показалось. Просто. Просто показалось, что вместо воды пошла кровь. Чертовщина какая-то.       И ведь никто не узнает, что тут происходит. Либо узнает, но после того как кто-то вылетит. Немного странно, но после четвертого вылетевшего до нас не доходили письма, что они дома.

****

      Время летит незаметно днем и замедляется ночью. День сдирает с тебя кожу изнурительными тренировками и разговорами о том насколько ты плох в танцах. Ночь проникает под кожу со страхом не проснуться и ощутить на себе то, что происходит во сне. Какая же ночь станет последней?