У каждого дьявола есть свой ангел, своя малышка.

Алина еле стояла на ногах, она была всё в том же красивом золотом платье, только теперь оно было порвано в некоторых местах. Малышке было трудно стоять, взгляд её был отстраненный и пустой, зрачок увеличен до самой радужки, эти суки накачали её наркотой. Убью мразей! Верхняя губа малышки была разбита, что означает, что ее еще и били. Про руки вообще молчу, синие гематомы просто нереально было не заметить. Моя малышка как бабочка, любое грубое касание может навредить. У нее же кожа чувствительная, одно неосторожное движение и синяк, а эти твари явно были неаккуратными. — Алина! — позвал я малышку, но она и глазом не повела, смотрела куда-то в сторону. — Ахахах. Она тебя не слышит, а точнее даже имени своего не помнит! Прелесть, правда? Это мой новый наркотик, сам разработал, даёт по шарам мгновенно. Правда, если чуть переборщить, то всё — кранты. — восхищался он своей работой, сука. — Отпусти ее. — Сначала это подпиши. — кинул он мне папку с бумагами. Легко их поймав, раскрыл и начал читать, то и дело поглядывая на Алину. — Я прикончу тебя, мразь! — прорычал я, поставив свою подпись. — Отпускай её! — А знаешь? Мне понравилась твоя принцесса. Она такая нежная, но в тоже время строптивая. Ты ведь не против, если я немного поразвлекаюсь с ней? — ухмыльнулся Крот и подошел к моей девочкё. Он провёл по её щеке рукой, но она даже этого не заметила. — Руки от неё убрал! — прорычал как зверь, еле себя сдерживая. — Какие мы злые! Но знаешь что, Дьявол? Твое правление закончилось, пришло мое время! Теперь я король Мафии. Я главный, и ты обязан подчиняться мне! — Хм, думаешь я подписал эти говенные бумажки и всё? Власть у тебя? Смешно. Как был просроченным гандоном, так им и остался, — усмехнулся, высказывая то, что думал. — Да как ты смеешь, мальчишка… — заверещал он. — Я не мальчишка, Я — КОРОЛЬ МАФИИ, а ты никто! , — сказал уверенно я, заметив небольшое мигание лампочек, что значит, Тихий уже пробрался к мозговой комнате. Что ж, похоже все пойдет по второму плану, — уважение и звание нужно заслужить, а ты просто как трусливая мразь выкрал моё и начал шантажировать, как мелкая шлюшка, выпрашивающая денег за свою работу. В России ты никто, тебя первая же группировка прикончит, если ты сунешься! — Хм… Ты прав, пока ты жив, я — никто, но это ведь можно исправить? , — усмехнулся он и отошёл от меня, направив в мою сторону пистолет, — твоё время правления закончилось, Дьявол, пришло моё, — сказал он и готов был нажать на курок. — Сомневаюсь, — усмехнулся я, и в ту же секунду он стреляет. Свет в мгновение ока гаснет, а я чудом избегаю пули, уворачиваясь в правую сторону и заламывая одного охранника, без труда ломая шею. «Что ж, пришло время повеселиться», — зло подумал я. Пора дать себе волю и выпустить всю злость за это время. Как только погас свет, Крот завопил как резанный, а его люди кинулись на меня, ища на ощупь. В темноте, они как слепые букашки для меня. Я убивал их не торопясь, прислушиваясь к шагам вокруг меня, их дыханию и лишним движением. Один за одним, они теряли жизни и можно ли назвать то, что я делаю, наслаждением? Для нормального человека — это кошмар, для меня же — это чувство силы и своего превосходства. Видеть, как гаснет жизнь в глазах этих ублюдков, просто великолепно. И пусть сейчас я этого не вижу в темноте, но я слышу их предсмертный крик. Ощущаю их последние вздохи. У одного из члена банды Крота отобрал пистолет и перезарядил. Пора уже закончить с ним. — Дьявол, я её сейчас прикончу! — закричал Крот, и я услышал выстрел, а после то ли болезненный, то ли испуганный вскрик своей малышки, от чего остановился и замер. «Он ее подстрелил?», — крутилось у меня в голове, от чего сердце забилось как сумасшедшее, а чувство страха за Алину с удвоенной силой появилось в груди. — Где ты? , — верещал он, а я медленно на ощупь шел в его сторону, все охранники, что были в зале, мертвы, остались лишь те, что держали малышку. Вот я удивляюсь тупости Крота, нет бы замолкнуть и попытаться свалить, он верещит, заставляя меня все больше и больше желать ему смерти. Вот я уже совсем близко к нему подобрался, как неожиданно чувствую, что кто-то бьет меня со спины, от боли слегка согнулся, но тут же выпрямился и, развернувшись, наугад выстрелил в охранника. По упавшему телу понял, что попал. Крот наконец замолк и кажется начал наощупь пытаться выйти из дома. По звукам он был где-то справа от меня. Эта сволочь наверняка тащит за собой мою малышку, прикрываясь ей, из-за чего мне приходится действовать осторожно. Нащупав Алину, резко дернул ее в сторону, выдергивая из рук Крота, слегка придержав малышку при падении, тут же делая размах и ударяя Крота, по моим ощущениям — в левое плечо. От чего тот, судя по всему, падает и свет по какому-то чуду включается. — Не убивай, прошу тебя! , — начал умолять меня Крот, щурясь от яркого света, впрочем как и я из-за непривычки. С удовольствием отметил, что в живых остался только Крот. Все-таки я хорош. — Ты позарился на мое и просишь, чтобы я тебя не убивал? — Умоляю! , — мерзко заскулил он, от чего мне хотелось поскорее выпустить пулю ему в лоб. — Это за моего отца, мразь! , — сказал я, направив пистолет на его тупую башку и выстрелив. Тот тут же заткнулся с дыркой в голове и сдох. Я наверное еще минуту стоял и просто смотрел на его тело, с трудом понимая, что все закончилось. Та война между нами, длившаяся на протяжение пяти лет, наконец завершилась. Я отомстил за ноги отца и спас свою малышку. Кстати о ней. Тут же пробежавшись глазами по полу, обнаружил ее лежавшую без сознания. Только присмотревшись, заметил, что эта тварь прострелила ей плечо. Вот от чего она вскрикнула. Кинувшись к малышке, тут же снял с себя футболку и перевязал ей рану. пытаясь остановить кровь. Нужно как можно скорее доставить ее в больницу. Аккуратно подхватив малую на руки, направился на выход из лофта. Моя девочка болезненно застонала, приоткрывая глаза и, судя по всему, совершенно не узнавая меня, наклоняет голову в бок. Взгляд ее потерян в пространстве, она наверняка ничего не понимает. — С… сз-ади, — кое-как произносит малышка, от чего я хмурюсь и незаметно сжимаю пистолет. Резко развернувшись, вижу члена банды Крота, направляющего на меня оружие и, не задумываясь, стреляю, точно попадая в голову. Малая даже будучи раненой и под наркотой снова спасает мне жизнь. Господи, это не девушка, это мой ангел. Глядя в ее затуманенные красивые глаза, понимаю как сильно люблю ее. Она — мое счастье, она — моя слабость и самая лучшая сладость. Выйдя из лифта, увидел как моя банда и группировка из России добивают банду Крота и его приспешников. Думаю, они справятся и без меня. Сейчас главное доставить малую в больницу и чем быстрее, тем лучше. Вдалеке замечаю Макса, и тот тут же направляется в мою сторону, попутно прикрывая мой тыл. — Больница в двадцати милях отсюда, — кричит он, подбегая ко мне и давая ключи от машины, — по правой стороне будет знак на выезде, заметишь, — кивнув на это, как можно скорее иду к тачке, пока Макс отстреливает некоторых, направившихся в нашу сторону. — Вы справитесь? , — кричу я, на что тот уверенно кивает головой. И не медля больше ни секунды, кладу малую на заднее сиденье, а сам усаживаясь за руль. Заведя тачку, тут же срываюсь с места, оставляя после себя пыль, выезжаю на лесную дорогу, прибавляя газа. Сердце бешено бьется, а сам то и дело твержу, лишь бы успеть, надеясь, что Алина потеряла не так много крови. Мой взгляд то и дело падает на нее через зеркало заднего вида. Она совсем бледная и в таком состоянии кажется еще меньше. За время в дороге я сто раз успел себя накрутить, но постоянно облегченно выдыхал, как только слышал ее болезненный стон или же видел, как поднимается ее грудная клетка. Выехав на нормальную дорогу, тут же прибавил газу, набирая как можно больше оборотов, и на повороте чуть было не пропустил знак, указывающий где находится госпиталь. Как только я подъехал к нужному зданию, выбежал из машины и, вытащив Алину, на руках понес в больницу. Стоило только зайти, как удивленная и слегка шокированная медсестра подскочила к нам. — Помогите, — проговорил я на английском, тяжело дыша. — О Боже, что случилось? — воскликнула она, взглянув на Алину, будто бы оценивая ее состояние, и тут же подкатила ко мне больничную койку, заставляя положить на нее малую. К нам подбежали еще двое врачей, они тут же начали спрашивать, что случилось. — Ее подстрелили и ввели какой-то наркотик, — протараторил я, на что те кивнув, повезли куда-то малышку. Я само собой за ними. Но как только они заехали в какую-то палату, скорее всего в операционную комнату, меня остановил врач. — Вам туда нельзя, — проговорил он, на что я кивнул и с силой сжал кулаки. Мне хотелось быть с ней, взять за руки и видеть лично, что пытаются сделать врачи, убедиться, что они ей помогают, но я понимал, что это невозможно, поэтому переборов свое желание быть рядом с ней, глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться и убедить себя, что все в порядке. Что моя малышка в безопасности. Ко мне прибежала медсестра и попросила заполнить некоторые документы по поводу произошедшего и о самой Алине. Пройдя на ресепшен, попросил позвать Главврача, на что та удивленно на меня посмотрела, но, кивнув, согласилась. Буквально через две минуты передо мной тут же появился мужчина в годах. Мне пришлось отвалить ему довольно много денег, чтобы это все было конфиденциально, и чтобы лучшие врачи сделали все возможное. Тот сперва долго отпирался и хотел даже полицию вызвать, но как только он услышал мою фамилию, тут же согласился и сказал, что все будет в лучшем виде. Довольно кивнув, я вернулся к операционной и устало присел на скамейку. Волнение за мою малышку было безумно сильным, от чего я еле держал себя в руках. Прошло, мне казалось, огромное количество времени, как я почувствовал чью-то руку у себя на плече. Подняв удивленно и немного зло голову, увидел Макса, тот, заметив мое выражение лица и сжатые кулаки, тут же убрал руку и немного отошел. Правильно. Лучше меня сейчас не трогать. — Как она? , — спросил он, садясь на соседнюю лавочку. Его примеру последовали и Север с Женей, остальные же остались стоять, слегка привалившись к стене. Только сейчас понял, что тут вся моя банда. — Не знаю, врач еще ничего не говорил, — покачал я головой. — Не парься, все будет отлично, — попытался меня заверить Пес, но я пропустил это мимо ушей. — Вы всех устранили? — Да, дом взорвали, — сказал Женя и я довольно кивнул. Все оказалось куда легче, чем я планировал, — все наши группировки уже разъехались по своим делам. — Нужно будет увести от себя подозрения и на всякий случай придумать алиби, — сказал Макс, и я согласно кивнул. — Пёс, Колл, займитесь этим, — сказал я, и те, кивнув, направились на выход из больницы. Прошло наверное минут пять, как неожиданно к операционной подбегают еще два врача. — Что происходит? , — тут же спросил я, но меня успешно проигнорировали, но я схватил медсестру, подбегающую к операционной. — Что происходит? , — прорычал я, сжимая ее руку, от чего она испуганно на меня посмотрела. — Из-за наркотика случилась остановка сердца, — проговорила она, и я готов наверное был упасть от услышанных слов. «ОСТАНОВКА СЕРДЦА», — крутилось у меня в голове и если бы не парни, подскачившие ко мне, то я наверное так бы и держал медсестру за руку, причем наверняка бы сломал ее, та, как только я отпустил, тут же забежала в операционную. ОСТАНОВКА СЕРДЦА! Нет! Моя малышка сильная, она справится! — Все будет хорошо! , — начали заверять парни, но я как будто их не слышал, от страха за ее жизнь, казалось, впал в ступор. С какой-то неведомой мне надеждой подошел к смотровому стеклу, которое было закрыто жалюзями и прислонился к нему лбом. Время, казалось, потеряло весь свой смысл. — Жива! — Она жива! — докричались парни до меня наверное раза с третьего и то, я как даун переспросил. — Что? — Ваша девушка жива, молодой человек и сейчас ей ничего не угрожает. Конечно были проблемы и даже остановка сердца, но все обошлось, — проговорил врач и только сейчас я понял, какого это чуть было не лишиться смысла существования. Да, Алина для меня стала всем, она мой кислород, моя маленькая малышка. — Можно к ней? — Пока нет, но завтра мы переведем ее в палату, и вы сможете посетить свою девушку. — Спасибо! , — поблагодарил я от сердца, да, от своего гнилого, но такого любящего сердца. — Это моя работа, — улыбнулся врач и куда-то пошел. А я облегченно вздохнул и сел на скамейку, парни тоже заметно расслабились. Да уж, малышка, заставила ты нас всех попереживать.