Букет от любимого

Он впервые встретил меня, когда я была в не самом лучшем виде. Уставшая, с растрепанными от ветра волосами и со стертой с пухлых губ помадой. Я бежала, удерживая на плече любимый, из потертой ткани рюкзак, за желтым автобусом с широкими черными вдоль полосами, когда он уже отъезжал от остановки, громко хлопая железными дверями. Водитель встретил меня недовольным взглядом в зеркало заднего вида и нажал на газ в тот момент, когда я приметила свободное место и упала на него. Передо мной сидел брюнет чуть старше моего возраста. Его темные кудри падали на лицо, прикрывая глаза, но мне все же удалось заметить, что юноша с интересом разглядывает меня. Его руки, увитые паутинкой синих вен, лежали по обе стороны от тела. Он не говорил и не делал ничего, но его взгляд по-прежнему блуждал по моей одежде и вещам. Глаза он намеренно избегал. Это был первый раз, когда мы увиделись. В желтом автобусе, который мчался из города в долину детства и спокойствия, как я любила называть маленький городок, где жили мамины родители. Тогда я перешла в выпускной класс и все мои мысли занимало поступление в колледж и предстоящие экзамены. Но это лето обещало быть таким же, как и предыдущие - ничуть не хуже. Я планировала встречать рассветы и закаты, сидя на пристани, опустив ноги в теплую речную воду; просыпаться по утрам, впуская солнечные лучи в уютную комнату с обоями в пастельных тонах и мебелью на тон темнее. На стенах по-прежнему висели мои детские рисунки и поделки, для которых я кропотливо вырезала детали из бумаги и клеила на картон. Сейчас они могли бы показаться примитивными, но тогда были для меня предметом гордости. И все же ни они, ни другие предметы не были лишними в этой комнатушке. Возвращаясь сюда, я могла лишь дополнять обстановку, но не в коем случае не убирать ничего. Пейзаж за окном автобуса стремительно менялся, а я продолжала сидеть на своем месте, погруженная в мысли. Когда парень напротив меня поднялся со своего места и направился в сторону выхода, я осознала, что мы приехали. Он быстрыми шагами увеличивал между нами расстояние, и я лишь провожала его взглядом, не позволяя мыслям о незнакомом человеке омрачать свои будущие каникулы.

***

Это место на пристани обычно пустовало, лишь изредка рыбаки оставляли свои лодки неподалеку. Чаще всего мне удавалось находиться там в гордом одиночестве, наслаждаясь теплотой уходящего солнца. Я нарочно откидывала голову назад, обнажая шею и позволяя лучам лениво касаться моей кожи. Вокруг было до невозможности уютно и спокойно, что я могла часами сидеть на пристани, опустив в реку ноги и наблюдая, как по воде расходятся многочисленные круги. В такие моменты я позволяла себе мечтать о будущем, рисуя самую интересную и красивую жизнь, какую только могло выдать мое воображение. Погружаясь в свои мысли и фантазии, я терялась во времени и не замечала, как солнце скрывалось за горизонтом. - А здесь красиво, - раздался незнакомый голос у меня за спиной. Я невольно вздрогнула и резко обернулась, узнавая в парне того самого пассажира, который сидел напротив меня в автобусе. Он был одет в синюю футболку и черные шорты. Темные волосы путал ветер, а лицо парня выражало вселенское спокойствие. Неудивительно, ведь это место обладало магической способностью расслаблять. Сюда хотелось вернуться после тяжелого дня. Здесь хотелось оказаться, преодолев сотни километров, чтобы сделать паузу и как следует дать себе отдохнуть. - Красиво, - согласилась я, рассматривая парня. Он теперь отвел взгляд и устремил его куда-то вдаль, словно погружаясь в собственные мысли. - Присоединяйся, - освободив ему место рядом с собой, кивнула я. Если быть честной, мне показалось, что он лишь ухмыльнется и уйдет прочь. Но парень медленными шагами двинулся в моем направлении. Он сел рядом, расставив руки по обе стороны от своего тела, упираясь на кисти. Лучи уходящего солнца полоснули его кожу, а он послушно откинул голову назад, прикрывая глаза, подставляя шею теплу. - Часто тут бываешь? - не раскрывая глаз, подал голос парень. - Когда приезжаю сюда, да. Это мое любимое место. Мое признание вызвало его удивление, которое он поспешно скрыл, переводя взгляд на воду. - Меня зовут Беллами, - после минутной тишины сообщил парень и снова посмотрел на меня выжидающе. - Кларк, - ответила я, выдерживая его взгляд. Мы просидели еще какое-то время в полном молчании, наблюдая, как желтое солнце прячется за горизонт, окрашивая небо вокруг в розоватый цвет. Легкий ветерок щекотал кожу, остывающая вода приятно охлаждала погруженные по щиколотку ноги. А присутствие Беллами действовало успокаивающе, несмотря на то, что парень всего лишь молча сидел рядом. После этого мы стали видеться чаще, и каждая встреча возбуждала во мне новые чувства, порождала новые мысли, которые бессовестно атаковали меня, когда я возвращалась домой, падая на прохладную подушку. Мы гуляли до поздней ночи, и каждый раз Беллами провожал меня до двери. Ежедневно утром я открывала окно, обнаруживая на железном подоконнике свежий букет ромашек. В середине июля мы впервые поцеловались. Он привез меня на озеро, окруженное стеной высоченных деревьев, кроны которых переплетались, образуя своеобразный навес от солнца. День подходил к концу, и на берегу становилось темнее и прохладнее. Беллами сидел позади, крепко сжимая меня в своих объятиях, а я по привычке откинула голову ему на плечо. Мы могли обсуждать что-то без умолку, а могли, как в тот раз, сидеть в тишине, погружаясь в состояние спокойствия и счастья. Я действительно была счастлива в такие моменты, потому что знала: он рядом. Мне нравилось смотреть в его глаза, обрамленные черными пушистыми ресницами. Нравилось разглаживать морщинку между бровей, когда он хмурился, о чем-то задумавшись. Нравилось целовать его в щеку, когда он приносил очередной букет. Нравилось чувствовать запах, утыкаясь в шею, ощущая, как он напрягается, а позже расслабляется. Я не спешила, а он не торопил, хотя не заметить, как Беллами заостряет внимание на моих губах, было с каждым днем все труднее. После того дня я узнала, что его поцелуи обладали долгим сладким послевкусием, моментально превращаясь в такую заразительную привычку. Дата, когда мы стали так зависимы друг от друга, затерялась в круговороте дней, что мы проводили вместе. Но тот вечер я запомнила навсегда.

***

- Мне иногда кажется, что я испытываю судьбу, - призналась я как-то ночью, когда мы лежали на влажной траве, разглядывая небо, щедро усыпанное звездами. - О чем ты? - тихо поинтересовался Беллами. - Делаю то, о чем другие бы пожалели потом. Говорю слова, которые стоит позже забрать обратно. - Разве стоит жалеть о чем-то, если ты была счастлива в тот момент? - он откинул локон светлых волос, которые падали мне на глаза. - Не знаю. - Или ты совершаешь что-то плохое? - Не думаю. - Тогда к чему волнение? Я пожала плечами. - Мне кажется, что у всего есть цена. И за любые поступки надо платить. - В этом я соглашусь. Все, что бы мы ни делали, имеет последствия. Я приподнялась на локте, чтобы заглянуть в его глаза. - Как думаешь, когда мы будем расплачиваться за то, что сейчас безмерно счастливы? - Беллами явно не ожидал подобного вопроса и вздрогнул. - Принцесса, откуда такие мысли? - парень насторожился. - Ты заслуживаешь счастья, тебе не придется платить. Я задумчиво покачала головой. - Кларк, - Беллами взял меня за подбородок и, глядя в глаза, уверенно заявил, - если когда-нибудь придется платить за наше счастье, то этим займусь лично я. Обещаю.

***

Теплое июльское солнце оставляло следы на коже в виде легкого загара. Мы провожали с Беллами уже второй месяц лета, стараясь сделать каждый день неповторимым и запоминающимся. Но одному из них, к сожалению, удалось особенно впечататься в мою память. Как-то утром я обнаружила холодную вторую половину кровати, хотя мы засыпали вместе с Беллами, и букет ставших вдруг ненавистыми ромашек, которые источали свойственный только им аромат. Раньше мне казалось, что так пахнет счастье. Я вдыхала этот воздух, пропитанный любовью, и смотрела в глаза парня, который дарил мне эти чувства, подкрепляя букетом. Тогда ромашки мне казались самыми роскошными цветами. Но в тот момент я до побеления в костяшках сжимала злополучный букет, ощущая, как комната и цветы пропахли отчаянием. Мне хотелось сжечь каждый цветок, наблюдая, как свежесть белых лепестков очерняется пламенем, а желтое солнышко по середине сгорает, превращаясь в пепел. Ровно то же я испытывала внутри, осознавая, что человек, которому хотелось отдать собственное сердце, безжалостно растоптал его.

***

- Кларк Гриффин, ты станешь моей женой? Финн протянул мне букет красных роз, запах которых распространялся по комнате. В памяти беспорядочно мелькали кадры из моего последнего школьного лета. Аккуратные ромашки, много ромашек и до невозможности яркое солнце над головой. Финн стоял в красивом черном костюме с умело завязанным галстуком. Его темные волосы аккуратно уложены. Он был само очарование. В добрых глазах читалось неподдельное волнение. Парень держал кольцо с крошечным камнем, а я смотрела на букет кроваво-красных роз, запах которых выбивал из памяти любимые ромашки. Больше нет в моей жизни человека, который их так обожал. Больше нет человека, который мне их дарил. Розы вытеснили ромашки, как и Финн должен был вытеснить Беллами.

***

А потом в какой-то миг капитан судна, именуемого как "моя жизнь", поменял направление. Позади остались школьные годы, первая и такая болезненная влюбленность, колледж, а впереди сквозь легкую дымку тумана приветливо махало мое будущее. Отпусти прошлое и открой дверь для такого радужного настоящего: профессия мечты, любящий муж, уютный дом и собака в комплекте. Не успеваешь понять, как тебе уже не приходится каждое утро цеплять на лицо натяную улыбку, да и раны от когда-то неудавшейся любви больше не кровоточат. Несколько фотографий, связывающих крепкой нитью с ним, давно рвутся на части.

***

Кларк смеется искренне, со всей нежностью принимает объятия мужа, который терпеливо несколько месяцев ждал ответной реакции. Он догадывался, что прошлое его жену держит, не цепкой хваткой за горло сжимая, а слабенько так, едва мизинца касаясь, но эта связь еще прочнее и тяжелее. Финн лишь хмурился, замечая отстраненный взгляд жены и молчаливо ждал, потому что любил. И отпускать не намеревался. И вот когда Кларк светиться начинает, друзей пригласить собирается на выходные, любимый пирог испечь планирует, жизнь, кажется, сама по себе налаживаться начинает.

***

Рутина проходящих дней в принципе не обременяет. На работе все новые и новые пациенты с целой вереницей судеб, а дома по вечерам муж - адвокат, который как-то по-особенному в губы целует за вкусно приготовленный ужин, за талию обнимает и к спине прижимается, утыкаясь в волнистые блондинистые пряди. В гостиной тихо в камине потрескивают поленья, объятые пламенем, а собака мирно посапывает на ковре около дивана. И на столе как обычно - ваза, в которой традиционно стоят розы. Дарить эти цветы Финну не надоедает, а Кларк отказать не решается. Они так вливаются в интерьер дома, что менять правила никто не планирует. Девушка благодарно целует мужа за букет, давая розам неизвестно какой по счету шанс стать любимыми среди цветов.

***

Стук каблуков о кафельную плитку разрезал тишину, нарушаемую лишь звуком работающей люминесцентной лампы над головой. Негромкий стук в дверь, расположенную в самой дальней части этажа, скорее с целью оповестить о приходе, чем попросить разрешения зайти внутрь. - Войдите. Коричневая дверь со скрипом открылась, и девушка скрылась за ней. В кабинете главврача сидели двое. - Миссис Коллинз? - мужчина в кресле приподнялся, глядя на блондинку, которая подошла вплотную к его столу. - Позволите? - Конечно. Что-то случилось? - нетерпеливо спросил мужчина, не отводя заинтересованного взгляда. - Как Вы могли позволить это? - девушка бросает на стол историю болезни и переводит взгляд на сидящего рядом врача. - Как можно было столько ждать? Брови начальник ползут вверх от удивления. - Миссис Коллинз, - он старается привлечь внимание девушки. - Простите, но решила, что и Вам это нужно знать. - Что знать? - взгляд мужчины бегал от одного врача к другому. - Кларк, мы можем это решить наедине? - начиная понимать, о чем речь, тушуется доктор. - У женщины осложнение, а ты даже не предпринял попытки это предотвратить, - с отвращением она бросила результаты анализов. - Мистер Уоллес, Вы снова допустили ошибку? - Мистер Кейн, я все объясню, правда. - Миссис Коллинз, как мы можем помочь сейчас? - игнорируя жалкие попытки оправдаться, спросил доктор. - Я думаю, - Кларк начала говорить спокойнее, - что стоит назначить операцию, если повторные результаты не покажут положительной динамики. - Я могу оперировать, - вклинился в разговор Кейдж. - Вы отстранены от лечения этой больной, - сухо заявил Маркус. - Кларк, займитесь ею, будьте добры. Девушка бросила недовольный взгляд на коллегу, потому что, мягко говоря, надоело исправлять все ошибки врача, который претендовал на место зав.отделением. - Конечно, мистер Кейн, - обратившись к начальнику, ответила девушка. Собрав бумаги, она вышла. Когда дверь закрылась, блондинка на несколько секунд прижалась к стене. Она злилась. Злилась на халатное отношение работников, злилась на то, что вторые сутки на ногах, злилась на то, что, кажется, увидела его сегодня, когда покупала кофе в ближайшем кафе, потому что в больнице кофейный аппарат так не кстати сломался, из-за чего и на него она тоже злилась. Она мечтала оказаться дома, чтобы выспаться после тяжелой смены, а на утро проснуться от нежного прикосновения родных губ мужа и понять, что все это лишь последствия усталости. Потому что она не могла увидеть его вот так случайно. Потому что это жестоко. Жестоко, когда люди врываются в жизнь, становясь чертовски важными, а потом исчезают, словно их никогда и не было. Жестоко, когда впервые в жизни все наконец по-настоящему правильно, а судьба нещадно ударяет по затылку воспоминаниями. Жестоко, когда раны, которые так долго заживали, покрываясь тонкой корочкой, заново потрошит случайный образ, что так похож на человека, который нанес эти раны. Жестоко, когда построенная по крупинкам идеальная жизнь рушится, потому что не имеет под собой твердого фундамента, а стоит на шаткой платформе из пепла сожженных чувств и разрушенных надежд. - Это не он. Это не может быть он. Слова приглушались шумом воды, которая стекала по обнаженному телу. Девушка, зажмурив глаза, подставила лицо каплям. - Не он, - повторяет она, пытаясь отделаться от мысли, что на столе в гостиной лежит букет ромашек, который кто-то оставил на пороге квартиры.

***

POV

Я люблю ромашки. Сейчас бы вырваться в поле, покрытое свежей зеленой травой и бесчисленным количеством ромашек. Маленькие солнышки, на лепестках которых блестят капельки утренней росы. Сейчас бы бродить босыми ногами по шероховатой земле, игнорируя покалывание травы в области щиколоток. Сейчас бы лежать, вдыхая аромат летнего утра, морщиться, когда ты стебельком с листочками щекотливо проводишь по контурам лица. Сейчас бы смотреть на ясное небо и любоваться солнцем, которое лениво бросает косые лучи на землю, где лежат два таких родных друг другу, два до безобразия счастливых человека. Я люблю ромашки. Ты привел меня в то место, где их было бессчетное количество, потому что любил меня. Сейчас бы смотреть на ямочки на твоих щеках и не отводить взгляд от лукавой и неимоверно довольной улыбки. Когда меня спросят, что такое счастье, я нарисую огромное поле ромашек и двух маленьких человечков, потонувших в этих цветах. Сейчас бы позволять тебе вплетать в мои волосы бело-желтый венок и улыбаться, шутливо отталкивая, когда ты тянешься, чтобы украсть невинный поцелуй. Сейчас бы наблюдать за божьей коровкой, которая карабкается по стебельку вверх и останавливается, лишь достигая желтой сердцевинки цветка. Сейчас бы кусочек лета и глоток счастья. А не сидеть на холодном подоконнике, устремляя пустой взгляд вниз на улицу, наблюдая за городским муравейником и сжимая в руках охапку ромашек, которые я так чертовски люблю.

***

А потом появляется он. Робко стучит в железную дверь, оглушая тишину ставшей вдруг совсем неуютной квартиры с засохшими розами в вазе и сладким запахом духов. Финн в какой-то командировке, а без него совсем пусто и одиноко, что Кларк даже телевизор включает, чтобы не бояться этого дурного предчувствия. Он совсем не изменился, что удивительно. Все такие же черные волосы, выразительные черты лица, родной запах. Она его на расстоянии вытянутой руки держать боится, а потому отходит, упираясь в стену, пока он по-хозяйски закрывает дверь. Даже не смотрит на замок, как будто проделывал это миллион раз. Кларк уходит в комнату, боясь оглянуться и не увидеть его. День как-то слишком быстро сменяется темным вечером, солнце прячется за тучами, предвещая непогоду. Девушка останавливается у стола, скрещивая руки на груди и обнимая себя. Беллами разглядывает ее как в их первую встречу, специально избегая глаза. Оба молчат, имея за плечами кипу вопросов, но никто не решается спросить первым. Взгляд падает на цветы, лежащие на подоконнике. Они какие-то мятые, с кривым стебельками. - Говори скорее, зачем пришел. Муж скоро вернется, - бросает Кларк, стараясь зацепить за больное, но в итоге нещадно словно давая пощечину самой себе. Она кусает губы - нервничает. Беллами грустно улыбается и кивает.

POV

- Кларк, - я и забыла, как звучит мое имя, когда его произносит Беллами. - Просто выслушай. Можешь прогнать меня потом, я больше не появлюсь в твоей жизни. Но сейчас, пожалуйста, выслушай. Всего на пару секунд я задержала взгляд на его лице, после чего выдохнула и коротко кивнула. - Я так долго планировал этот разговор, - парень устало потер переносицу и резко вскинул голову, - а сейчас не знаю, что и сказать, - признался он. Я ждала, когда Беллами закончит то, что ему так хотелось сказать, и уйдет. Но проблема была в том, что я не хотела его отпускать. - Я знаю, что сделал тебе больно, Кларк. Ты думаешь, что я бросил тебя, - он печально улыбнулся, замечая мой взгляд, словно читая мои мысли, в которых я даже не подумаю опровергнуть его догадки. - В ту ночь, когда я остался с тобой, чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле. Ты спала, удобно устроившись рядом, я обнимал тебя одной рукой, а другой прижимая твою ладонь к своей груди. Я видел, как безмятежно и спокойно твое лицо, чего не скажешь обо мне. Не знаю, как я почувствовал, но знал, что что-то не так. Ближе к рассвету, - он подошел к окну, вглядевшись вдаль, - мне позвонил отец и сказал, что моя сестра сбежала из дома. Они тогда часто ссорились и, видимо, в тот раз кто-то из них перегнул палку. В общем отец не успел рассказать мне всего в подробностях, но я знал главное - Октавию следовало найти. Беллами стоял напротив окна, уже обернувшись ко мне. - Я ехал по пустой трассе, когда вдруг увидел свет фар и все. Я вздрогнула. Мне кажется, что и дышать перестала, пока он не оказался рядом, притягивая меня за плечи к себе. - Я бы приехал сразу же, слышишь. Я бы никогда не бросил тебя. Кларк, я говорю это не для того, чтобы оправдать себя, - подытожил он. - Можешь ненавидеть меня и дальше, но никогда не сомневайся в том, что я говорил и делал тогда. - Он нежно коснулся моей скулы и стер слезы. Я даже не заметила, что плачу. - Я никогда не соврал бы о чувствах к тебе. - Беллами почти невесомо прижался губами к щеке, так же легко стирая влагу. - Прости меня, Кларк, - шепнул он, крепко меня обнимая. В тот вечер я поняла: Сколько бы мы ни бежали от прошлого, оно рано или поздно догонит, разрушив такое безмятежное будущее и якобы идеальное настоящее. - Почему ты не принес букет ромашек лично? - зачем-то спросила я, бросив взгляд на цветы. Лицо Беллами по-прежнему сохраняло спокойствие, но во взгляде невозможно было не заметить боль. - Я принес бы, приносил бы каждый раз, а не только сегодня, если бы выжил в той аварии. Правда обладает возможностью убивать, разрывать на маленькие клочки твою душу, стоит ей ворваться в мир, где долгое время от нее пытались отгородиться. Говорят, что прошлое надо отпустить, забыть ту боль, которую хранят прожитые года, но, не зная правды, человек все равно время от времени будет возвращаться назад, вскрывая швы на едва заживших ранах.