Долгожданный уик-энд, или катавасия в Берлине

       Звонко стуча каблуками по мостовой, я спешила на концерт бантанов. На улице было тепло и по-осеннему солнечно. Озорной ветер бодро срывал с деревьев разноцветные листья и задорно играл с ними в воздухе, то ловко подбрасывая, то плавно опуская на землю. Невольно я залюбовалась таким забавным зрелищем, но быстро опомнилась и направилась к концертному залу.       После того, как мы с Тэ сошли утром с автобуса, который довез нас практически до отеля, мы еще не виделись: у парней вовсю кипела подготовка к концерту, а у меня был ворох бумажной работы.       Утром мы с Тэхёном поблагодарили милую супружескую пару, что так заботливо к нам отнеслась и приютила нас вчера вечером. Они не только проводили нас до автобусной остановки, но, плюс ко всему, Анна отдала мне старые туфли своей дочери, всё ж лучше, чем носки Ви. Мы, конечно, обменялись контактами на всякий случай. Я была бы рада повстречать их когда-нибудь ещё раз.        Время бежало неумолимо быстро, и было очень грустно осознавать, что завтра ровно в семь вылетает мой самолет, а Тэхен с ребятами останется в Берлине еще на несколько дней. Я глубоко вздохнула. Мои размышления прервал громкий крик:       — Девушка, стойте! Там… Столб…       — Ай!       — …Был… Вернее, и сейчас он там есть, но Вы его не уви… Кхм… Вы в порядке? — ко мне подошел незнакомый молодой человек, и показал мне три пальца. — Сколько пальцев видите?       После такого резкого удара о столб, который так неожиданно «вырос» передо мной, я никак не могла настроить резкость и понять, чего от меня хочет этот молодой человек, а он, в свою очередь, настойчиво запрокидывал мою голову назад и прижимал к носу бумажный платок.       — Не двигайтесь, у Вас кровь идет. Надо же было не заметить такой большой столб!       Я сидела молча с осознанием того, что я уже точно опоздаю и не увижу ТэТэ до концерта, а так хотелось лично пожелать ему удачи. «Всё, приехали, можно уже совершенно спокойно попрощаться со своей крышей», — подумала я, а на глаза навернулись слезы, и даже мне было в тот момент не ясно: то ли от боли, то ли от обиды, то ли от того, что я потихоньку схожу с ума.       — Как Вы? Голова кружится?       — Что? Д-да, совсем немного… Я такая рассеянная… Простите, что доставляю Вам неудобства.       — Все нормально. Я просто в первый раз такое вживую увидел. Обычно такое можно только в кино лицезреть. Интересно, о чем можно было так задуматься, чтобы…       Я в очередной раз глубоко вздохнула, взяла платок у незнакомца и принялась сама останавливать кровь, изредка посматривая на парня, что все еще сидел на корточках подле меня. С тревогой и заботой на меня смотрел приятный молодой человек со светло-русыми коротко стриженными волосами, добрыми серыми глазами и милой улыбкой. Одет он был в тёмно-синий строгий костюм, сразу видно, что недешёвый. Парень пристально поглядел на мой нос, затем изрек:       — У Вас останется синяк на переносице. Нужен лед.       — Синяк? Этого еще не хватало, — грустно промямлила я и аккуратно поднялась с земли. Меня немного шатало, но я уже была в норме.       — Спасибо за помощь! — поблагодарила я приятного во всех отношениях незнакомца, после чего, наотрез отказавшись от его дальнейшего содействия, потому что и так чуть со стыда не сгорела, зашагала в ближайшую аптеку, чтобы закупиться парой-тройкой гипотермических пакетиков со льдом.       «Мисс-вечно-всё-наперекосяк» снова в своем репертуаре… А парень очень даже ничего! Но в моей дурной башке есть место только для одного товарища, с которым я сегодня по ходу дела так и не увижусь…» — думала я, сидя на лавочке перед концертным залом, прижимая к носу очередной пакетик со льдом. У меня не было ни телефона, ни билета, Тэ обещал провести меня за кулисы, но я опоздала.       «Вот же безмозглая курица!» — мысленно выругалась я, с тоской поглядывая на вход. Через некоторое время вышел высокий мужчина в черном костюме, возможно, охранник. У него был немного озабоченный вид, как будто он что-то или кого-то искал. Мужчина средних лет весьма приятной наружности несколько раз покосился на меня, затем все же подошел и, пару раз откашлявшись, спросил:       — Простите, Вы — Вероника Шнайдер?       — Я… — выпучила я на него свои удивленные глазёнки. — Чем могу помочь?       — О, хорошо, что это Вы! Вам оставили билет. Концерт уже начался. Я Вас провожу в зал. Вам лучше поспешить. Эм… У Вас все хорошо?       — У меня? Ах, это… Ну, маленький несчастный случай! Все нормально, спасибо. Мне нужна еще минутка.       — Хорошо. Я подожду Вас в холле.       С этими словами мужчина протянул мне конверт и с чувством выполненного долга направился в здание.       «Билет?» — я отложила лёд и поспешила открыть милый конвертик цвета морской волны, переплетенный тонкими голубыми ленточками. Внутри был билет в фан-зону и записка: «Не знаю, что случилось, но, надеюсь, с тобой все в порядке, и ты получила этот билет! Скучаю, твой ТэТэ».       Я чуть не разревелась на месте, но сдержалась. Расплывшись в улыбке, глубоко вздохнув и припудрив свой многострадальный носик, я в новой роли «Мисс-мне-сегодня-везёт» бодро зашагала к главному входу в концертный зал. Всё тот же охранник, а, возможно, он им и не был, не знаю, провёл меня в фан-зону и помог протиснуться сквозь толпу.       Зал был набит до отказа, бешеные визги и писки доносились со всех сторон, девчонки плакали, некоторые даже рыдали навзрыд и периодически что-то выкрикивали. Зрелище явно не для слабонервных.       Я подняла глаза на сцену, которая находилась в нескольких метрах от меня. Из колонок доносилось проникновенное «I'm fine». В свете прожекторов и софитов Тэхён казался каким-то неземным, прекрасным недосягаемым фантомом, не существующим в реальной действительности. Его движения были плавными и в то же время точными. Умелый грим скрывал полученные недавно ссадины, а сам парень был очень сосредоточен на своем сценическом образе. Именно сейчас я осознала, что между нами на самом деле гигантская пропасть, которую мы навряд ли сможем преодолеть, но отступать было поздно (в голове пронеслось: «Нихт капитулирен!»), мне, по крайней мере, потому как я уже увязла в своих чувствах с головой, словно в самой непролазной топи, откуда не выбраться. С каждым днем после нашего с Тэ знакомства я чувствовала, как любовная трясина все сильнее затягивает меня, и все, что мне следовало тогда сделать, — не пускать его в свое сердце и стойко держать оборону, а сейчас, увы, уже слишком поздно… Я тону... Не спасайте меня!

***

      Тэхён! Ваш концерт был просто великолепен! — взвизгнула я и кинулась к одетому в серый плащ парню выходившему из двери черного хода, чуть не сбив его с ног.       — Эй, фрау, Вы что делаете? — раздался совершенно незнакомый голос. Я подняла глаза и пришла в ужас от того, что это был не Тэ. Я быстренько отлепилась от него, извинилась и собиралась ретироваться, как услышала чей-то подозрительно знакомый смех. Из-за угла показался Ви, облаченный в чёрную косуху и кепку:       — Не успеешь отлучиться на секунду, а ты уже к другим парням пристаёшь…       Я, наверное, была краснее вареного лобстера.       — Хм… Ну, ты же сказал подождать у чёрного входа. Вот я и предположила, что ты выйдешь именно оттуда…       Я надула губки и начала приглаживать свои кудри, которые то и дело пытался растрепать безобразник-ветер. Тэхён подошёл и крепко обнял меня: в этот момент мне было больше ничего не нужно.       — Просто железобетонная логика! Ты порой такая смешная, — улыбнулся Тэ и чмокнул меня в нос.       — Ай! — я немного поморщилась от боли и как на духу выпалила Ви историю с тем злополучным столбом, из-за которого я сегодня так задержалась. Парень чуть живот от смеха не надорвал:       — Ну, ты даёшь! Бедняжка… — Тэхён пытался быть серьезным и пожалеть меня, но его предательски выдавали периодически накатывавшие приступы смеха, за что он получил от меня пару шуточных подзатыльников.       — Ника! Ты чувствуешь?       — Что?       Тэ посмотрел на небо, которое уже начало окрашиваться в бледно-золотистые оттенки заката, и поднял палец вверх:       — Это Космос… Мой разбитый нос — твой… Чувствуешь? Это космическая нерушимая связь! Смекаешь?       В тот момент Тэ пытался сделать очень серьёзный вид, будто он, словно великий учёный, совершил какое-то невероятное открытие. Впрочем, его «открытие» — тоже просто нечто, как и он сам.       — Да уж… — проговорила я сквозь смех. — Лучше бы Космос оставил наши носы в покое.       Взявшись за руки, мы направились на небольшую прогулку по вечернему Берлину. Это было так мило, просто идти и держаться за руки, что я то и дело расплывалась в счастливой улыбке, равно, как и Тэ. Мы оба чувствовали приближение нашего очередного расставания, но это ничуть не мешало нам проживать эти оставшиеся минуты вместе и быть счастливыми.       Мы сами не заметили, как подошли к небольшой кофейне.       — Ну, что? Может, по кофейку? — предложила я.       — Кофе в массы! Давай. Только я не пойду внутрь, подожду тебя здесь. Ты же знаешь, что мне взять.       — Как скажешь, — я пожала плечами и зашла в уютное помещение, украшенное различными резными фигурками и пропитанное тонким ароматом свежесваренного кофе. Я взяла два капучино и пару кейк-попсов.       «Надеюсь, они понравятся Тэ!» — с этими мыслями я вышла на улицу, но к удивлению не обнаружила Тэхёна.       — Это что, шутка? — удивленно пробормотала я. — Тэ?       Я стояла, переступая с ноги на ногу, совершенно сбитая с толку. Вдруг моё внимание привлёк чей-то громкий голос, доносящийся из-за угла. Я поспешила туда и увидела тех самых парней, что вчера гнались за нами, только на этот раз их было двое. Один из них держал за шиворот Тэхёна, а второй пытался ему что-то объяснить на немецком и на ломаном английском, при этом очень яро жестикулируя. Ви хлопал глазами, видимо, абсолютно ничего не понимая. «Надо же! Опять они его достают! Вот уроды!» — я была вне себя от злости и с криком «А ну отошли от него!» в парней полетел наш кофе и вкусняшки. Жуткое расточительство, но, как говорится, для самозащиты в драке всё сгодится. Один стакан кофе угодил как раз в того парня, что держал Тэ, пролившись ему на джинсы.       — Ай-яй! Черт тебя дери, бешеная баба! Горячё же! — кричал тот, стряхивая с себя обжигающие капли кофе.       Я схватила Тэ за руку и потянула за собой, но он почему-то остановил меня, оставшись стоять на месте:       — Подожди, он тут полчаса распинался, я хочу знать, что ему нужно. Переведи, пожалуйста, я не понимаю их английский… Он как-то странно звучит. Ещё хуже, чем мой.       Парни стояли и смотрели по очереди то на меня, то на Тэхёна. Я, разумеется, всеми фибрами души была против разговора с этой гоп-компанией, но Ви настоял, и мне пришлось уступить.       — Мне нужен твой автограф! Для… Моей девушки…— отчеканил один из парней на немецком языке.       Я чуть не поперхнулась, переводивши эдакие «страсти», и, естественно, не удержалась от едкой реплики:       — Хорошо же Вы автографы просите! Где ж так учат, братцы кролики? А?! Сначала бьёте, а потом…       — Он первый меня приложил тогда, в аэропорту, а ответный удар — это был рефлекс… Всего лишь защитная реакция. Кхм... Нормальная реакция любого парня!       Я не верила своим ушам, лишь хлопала глазами и, как "робот Вася", переводила каждое слово почти дословно, затем глянула на Ви. Он вздохнул и виновато кивнул:       — Я вообще не понял, чего от меня хотели… Я потерялся и очень нервничал, а тут эти мордовороты подошли. Я и подумать не мог, что этим амбалам понадобится мой… Автограф… А когда один из них схватил меня за рюкзак, я вмазал ему, ну... Тоже, как бы, реакция такая...       И тут меня накрыло, я прыснула от смеха, ребята стояли и пожимали плечами. «Да-а! Коммуникация у них явно не состоялась!»       Парни переглянулись и рассмеялись вслед за мной. Теперь, когда всё, более-менее, прояснилось, и нам не нужно было никуда бежать, я могла их рассмотреть получше. Тот, что представился нам как Марко, который, собственно говоря, и просил автограф, вблизи не выглядел каким-то пугающим, как мне показалось в первый раз. Но выглядел парень достаточно внушительно благодаря своей мускулатуре: его накаченные бицепсы были видны невооружённым глазом даже под потёртой кожаной курткой свободного покроя. У него была выбрита одна половина головы, а с другой свисали достаточно длинные пряди волос, доходящие до скул, на шее была татуировка в виде кельтских рун. У второго, Андреаса, была короткая стрижка и козлиная бородка, очень смешная, как мне показалось. «Да уж! Выглядят они достаточно сурово! Я бы тоже, наверное, испугалась, если б такие невзначай подкатили в аэропорту...» — вынесла я окончательный вердикт.       Марко достал из кармана мятый плакат бантанов и протянул Ви.       — Вот, просто напиши для Сьюзи…       Тэ взял плакат:       — У нас завтра еще один концерт… Я мог бы достать для неё билет, — задумчиво произнес Тэ, пытаясь расписаться на плакате, используя спину Андреаса, как подставку.       — Она все равно не сможет прийти…       — Почему же? — удивилась я.       — Сьюз сейчас в больнице…       Мы с Ви переглянулись, затем посмотрели на Марко, у которого был очень печальный вид.       — Так вот почему вы носились за нами по всему городу? Это как...       — Я знаю, что это все глупо, — Марко глубоко вздохнул. — Я просто не знал, чем ещё её отвлечь, а она фанатеет от ваших танцулек-пулек-шмулек. И что она в них нашла? Вот мы и пришли с ребятами в аэропорт, когда узнали про концерт этих... Айдолов. Ну, а вдруг они тут автографы раздавать будут или ещё что... Потом этого увидели, ну а дальше вы знаете...       — Кстати,— подхватил Андреас, обратившись ко мне, — мы и сумку твою нашли с пиджаком. Ты забыла их в той кафешке.       — О! А я уже с ними мысленно распрощалась!       — Телефон твой, правда, достал до жути! Всё звонил, и звонил, и звонил... Хорошо, что наконец сел аккумулятор. Только вот... Вещи в пакете в больнице остались.       — Эх, жаль.       — Ну-у-у, — многозначительно протянул Тэхён. — Тогда мы доедем до госпиталя за вещами, заодно и Сьюзи вашу навестим! Сделаем сюрприз…       После того, как я перевела последние слова Тэ, глаза Марко настолько расширились от удивления, что я подумала, они того гляди выпадут, и уже приготовилась их ловить.       — Сколько сейчас времени? Мы успеем? Не поздновато ли для визита? — подхватила я, уловив волну настроения Тэ.       — Д-да, — пробормотал нерешительно Марко. — Я там иногда ночую, так что договорюсь обо всём.       — Так, чего же мы стоим? — возмутился Ви, подмигнув и взяв меня за руку.       Мы вызвали такси, которое мигом домчало нас всех до больницы. Дежурный врач на ресепшене была очень удивлена, увидев в фойе толпу народа в такой час.       — Вы… К кому, простите?       — К Сюзанне Койтер, — проговорил Марко.       — Господин Йегер, Вы же в курсе, что время для посещений уже вышло?       — Ну, Вы знаете нашу ситуацию... Приехали... Гм... Старые друзья, хотят повидать больную, да к тому же Вам надо немного отдохнуть и выпить чашечку кофе. Вы столько трудитесь. Я вот принес Вам Ваш любимый шоколад.        — Эх, Марко... Знаешь ты мои слабости. У Вас десять минут. И не шумите там. Скажу охране, что родственники пациентки. Всё, кыш отсюда!        — Спасибо большое! — парень пожал ей руку, расписался в журнале посещений и пошёл через холл к одному из больничных коридоров.       Мы всей гурьбой направились за Марко. Тэхён натянул кепку почти на глаза. Он старался держаться позади меня и Андреаса, чтобы особо не светиться. По длинному просторному коридору мы вышли в большой холл с пятью дверьми, расположенными полукругом. Парень решительно открыл вторую. Рядом с дверью была табличка «Койтер С.».       Первым вошел Марко. Мы последовали за ним.       — Привет, — молодой человек подошел, поцеловал девушку в лоб и помог ей сесть, подложив под спину еще одну подушку. Сюзанна выглядела немного сонной. В глаза сразу бросилась ее нездоровая худоба, впалые щеки и бледность. Было видно, что она была очень слаба, а её руки тряслись, когда она потянулась за стаканом воды. Поправив немного свои каштановые волосы, которые были собраны в небрежный хвостик, девушка с удивлением рассматривала только что бесцеремонно ввалившихся в её палату незваных гостей. «Бедная... Наверное, она давно уже лежит здесь, — подумала я и крепко сжала руку Тэ.— Надеюсь, она скоро поправится».       — Сьюз, у нас тут… — начал было Марко.       — Сюрпри-и-из! — выкрикнул Тэхён, видимо, не выдержав повисшего в воздухе напряжения, и снял свою кепку.       Сюзанна смотрела на парня с широко раскрытыми глазами, при этом закрыв рукой рот.       — Это… Не сон? Марко, что здесь происходит?       — Ну… Я сам не особо понимаю, если честно… Я попросил у него для тебя автограф… Ну, там целая история с ним… А Тэхён решил прийти, спроси у него сама! У вас меньше десяти минут. Вот это его…       — Переводчик! — поспешила ответить я, чтобы не прозвучало ненароком слово «девушка» или что-то подобное.       — Э-э-э… Да, она переводчик, поможет вам найти общий язык, так сказать. Я подожду снаружи.       Марко взял за шиворот любопытного Андреаса, который собирался остаться, и вывел его из комнаты. Мне предстояла нелегкая работа. Переваривая все чувства девушки, невольно пропуская их через себя, а как иначе, я переводила их недолгий разговор.       Сегодня Ким Тэхён предстал передо мной в новом свете. Таким я его раньше не видела, очень заботливым, проявляющим участие в жизни одной из своих фанаток. Но он не смотрел на нее с жалостью, а вел себя, как обычно, шутил, даже рассказал какую-то смешную историю. Я видела, как Сюзанна преображалась, улыбаясь и заряжаясь бьющей через край позитивной энергией Тэ. В конце разговора Ви взял с неё обещание непременно выздороветь и обязательно прийти на их следующий концерт. Сюзанна закивала, а на её глазах выступили слезы.

***

      Когда мы шли по набережной, оставшись вдвоем с Тэхёном, я всё вспоминала, как Марко выбежал на крыльцо, чтобы проводить нас и отдать мои вещи. Парень с глубокой признательностью в своих сверкающих голубых глазах долго жал руку Ви и благодарил его за то, что он подарил Сьюзи несколько минут счастья, отвлёк её от больничной рутины. Как оказалось, у девушки редкая форма болезни Виллебранда, и она должна периодически принимать препараты и делать переливание плазмы. То есть львиную долю своей жизни она провела в различных клиниках. Я тяжело вздохнула.       — Тэ, а ты молодец… — прильнула я к груди Ви, а он приобнял меня за плечи.       — Я знаю-ю-у… Хотя мне на самом деле было тяжело… Мне всегда трудно находиться в больницах. Это так грустно... Жаль девочку, ведь она не может вести нормальную жизнь так, как другие…       — Ты отлично справился! А у Сьюзи есть Марко... Он уж о ней позаботится!       — Да, вот это любовь... Но я справился лишь потому, что со мной был мой ангел-хранитель…             Ви трепетно обнял меня и поцеловал в лоб.       — Тэхён, ты знаешь, который час? — спросила я, оперевшись спиной о большие каменные перила моста.— Уже рассвет. Мы с тобой гуляли всю ночь... А у тебя завтра, вернее, сегодня уже концерт...        — Длилась бы эта ночь вечно... И откуда взялось это надоедливое солнце?!       — Согласна с тобой. Но нам надо возвращаться в отель. У меня есть ещё пара дел по работе, да и вещи надо упаковать,— грустно пробормотала я, сделав затем небольшую паузу. Тэхён положил руки на перила позади меня и нежно дотронулся до моих губ своими.       — Как же я снова буду без тебя? — произнёс Тэ шёпотом на выдохе и подарил мне долгий страстный поцелуй. Я коснулась ладонью его щеки, потом сняла с него кепку и провела рукой по мягким волосам, затем по спине Ви. Мне хотелось запомнить каждое из этих прикосновений. Но возможно ли это?

***

      Просторный холл Тегеля распахнул для меня свои автоматические двери, и вот я уже в половине шестого вечера мирно шествовала на регистрацию. Тихо поскрипывало одно из колёсиков моего любимого дорожного чемодана. Обычно меня этот звук очень раздражал, и я каждый раз клялась смазать их чем-нибудь после очередной поездки, но всегда благополучно забывала об этом. Сегодня же я была словно сама не своя.        «Не я. Это определённо не я... Я слишком раскисла, дала волю чувствам. Так беспечно увязла в своей любви. Сама виновата! Глупая женщина!»— мысленно ругала я саму себя, чувствуя, как моё сердце постепенно разрывается на части, как будто кто-то тоненьким пинцетом отщипывает от него по маленькому кусочку, наживую, без анестетика. По щеке катились слёзы так, что я едва их успевала смахивать. Зарывшись глубоко в свои мысли, я не видела перед собой ничего, как внезапно ощутила, что кто-то схватил меня за локоть, увлёк за собой в туалетную комнату и запихнул в первую попавшуюся кабинку. Я даже крикнуть не успела, только услышала, как щёлкнул замок. Придя в себя, я увидела перед собой Тэ, запыхавшегося, взъерошенного, в черной куртке с большим капюшоном. Я потёрла глаза, подумав, уж не померещилась ли мне вся эта картина. Но это был не глюк. Передо мной стоял мой Тэ и смотрел на меня своими большими бездонными глазами.       —Т-тэ-хён?! Псих! Что ты здесь...       Парень кинулся ко мне и заключил в свои крепкие объятия. Я от неожиданности потеряла равновесие. Ещё чуть-чуть — и мы бы с Ви распластались прямо вокруг унитаза, но он каким-то чудом удержался от падения.       — Очень романтичное место ты выбрал! — выпалила я, немного переведя дыхание.— Только не говори, что это мужской туалет...       — Не-а, для инвалидов...       — Хм... А я и смотрю, что-то в кабинке много места... Но где мой чемодан? Я его выпустила из рук, когда ты... Ай, Тэ! Что за дела?! Что ты творишь?       — Ты плакала?       — И что? Хочу и плачу... Ты-то что здесь забыл? Дубина! У тебя скоро концерт!       — Я успею! Я все рассчитал! Я должен был тебя увидеть перед вылетом... Ещё разок...       — Ну, конечно! Глупыш Тэ... Опять ты творишь то, что тебе в голову взбредёт. На этот раз тебе точно достанется от ребят. Ты безответственный! Ты... Ты... Хорошо, что ты здесь... — я громко выдохнула, закрыла глаза и прижалась щекой к груди Тэхёна, его сердце колотилось, как ненормальное. Меня охватило ощущение, что моё сердцебиение тоже участилось. Ви погладил меня по голове и поцеловал в макушку.       — Труднее, чем в тот раз...       — Да,— без колебаний согласилась я.— Но мы должны отпустить друг друга... Снова.       — Пффф... Тебе надо найти работу в Сеуле...       — А, может, тебе переехать в Россию?       Мы одновременно рассмеялись.       — Глупости!       —А я серьёзно,— Тэ приподнял мой подбородок и коснулся большим пальцем нижней губы, затем впился в неё своими губами, я ответила, и мы снова утонули друг в друге. «Дурная штука эта любовь!» — пронеслось у меня в голове, и я была полностью согласна с этой мыслью.— Но, как говорила несравненная Скарлетт О'Хара, не буду думать об этом сегодня, уже нет...».

***

      Сидя в самолёте, я смотрела в маленькое прямоугольное окошко и не думала ни о чём. Всё ещё ощущая на своих губах вкус поцелуя Тэ, я, легко улыбнувшись, тихонько коснулась их кончиками пальцев.       «Сумасшедший! Надо ж было такое выкинуть! Хорошо, что мой чемодан не украли и я не опоздала на рейс... Но я чертовски была рада его увидеть именно в тот момент...».        Внезапно нахлынувший поток моих мыслей нарушил звонкий "блямс". «О, я же не включила режим "в самолёте", хорошо, что мы еще не взлетели...»       Перед тем, как переставить режимы, я заглянула во входящие сообщения, где меня ждало такое милое сердцу "I miss you". Я улыбнулась.        «Я тоже, Тэ, я тоже... Уже скучаю. Возможно, мы попрощались не в последний раз, но это уже совсем другая история, в которую мне безумно хочется верить...»