Отпуск с ведьмаком

Все эльфы - немного феи. Главное помнить, что феи бывают разные...

Йеннифер всегда заботилась о здоровье Геральта, правда, весьма своеобразным образом – забросила его на необитаемый остров, затерянный где-то посреди океана. Но кто этих чародеек поймет? С пассии ведьмака сталось сочетать беспокойство о чрезмерной загруженности своего любимого с острым желанием отомстить за всё хорошее. Единственное, чего Вернон Роше категорически не понимал, так это того, каким Макаром его приплели к Геральту за компанию? «А главное, как я дал себя уговорить?» - думал Роше, обмахиваясь пальмовым листом. Жара стояла такая, что пот лился ручьем, и даже в теньке, где спасался темерец, едва ли было прохладно. Припоминая, с чего всё началось, Вернон мог сказать наверняка только то, что в его кабинет – оставшийся в «наследство» от Дийкстры, - ворвалась взволнованная Цири – она же приемная дочка Геральта, - и сказала, что ведьмаку нужна помощь. Деталей она не раскрывала, но Роше и без них знал, что Белый Волк – может и вляпывается в неприятности везде, где их можно и нельзя найти. И, зажав ножны с мечом подмышкой, мужчина скомандовал Бьянке собирать вещи в дорогу. Но раньше, чем его помощница успела хоть как-то сориентироваться в ситуации, названая дочь Геральта подхватила их под руки – и перенесла к ведьмаку. Первое впечатление – пекло. Второе – то же самое, только без цензуры. Особенно, когда Белый Волк обнаружился целым и не в окружении противников. Ведьмак, в одних только штанах, лежал и ворчал на чересчур яркое солнце, которое явно старалось перебороть его мутации – и оставить-таки солнечный ожог. … тогда-то Роше и выяснил, что всё дело в Йеннифер. И немного в Цири, которая с невинным видом пожимала плечами: - Ближайший месяц Геральту лучше не появляться на континенте. И на Скеллиге - тоже. Иначе Йен его точно во что-нибудь превратит. А так – отдохнет на море, укрепит здоровье… - Он – мутант, его иммунитетом можно армии валить, не то, что болезни! - А нервы? У него, между прочим, работа вредная, низкооплачиваемая, даже молоко за вредность не дают! А тут бесплатно – и на такой курорт, и никаких, замечу, утопцев, накеров, эндриаг, гулей, альгулей и прочего перечня из бестиария. Если бы Роше не слышал своими ушами, как печально вздохнул Геральт, он бы поверил цинтрийской принцессе. Судя по всему, с развлечениями на острове было настолько глухо, что ведьмак был согласен побегать и за какой-нибудь страховидлой, лишь бы не сидеть без дела. - Да не грусти ты так! – тут же принялась утешать его Цири. – Сейчас только Золтана с Лютиком приведу – и мигом притащу всё необходимое для отдыха. И растворилась зеленовато-голубым огоньком. Роше выругался вслух: у него Темерия, которую нужно восстанавливать, пускай и под присмотром сюзерена в лице Нильфгаарда; не все подозреваемые допрошены, свидетели – не собраны, шпионы – не разосланы по необходимым точкам. Бардак – одним словом. А он вместо того, чтобы в поте лица работать, сидит – хоть и обливаясь потом – на песочке рядом с бездельничающим Геральтом и начавшей расслабляться Бьянкой. Нет, так настоящие патриоты не поступают. Тем более что Вернон не привык так просто сдаваться. Надвинув шаперон на лоб, темерец отправился обшаривать остров – вдруг окажется, что здесь есть агенты Нильфгаарда (которые, как известно, по три-четыре пачки сидят в каждом шкафу, чтобы не пропустить ни одного шепотка в комнате)? Бьянка, несмотря на явное нежелание бегать по жаре, послушно поднялась и последовала за шефом. В конце концов, если Роше где-нибудь по дороге хватит солнечный удар, кто-то должен оттащить его обратно. Солнце, надо отдать ему должное, старалось изо всех сил, метя точно в темную ткань шаперона, не забывая пройтись по глухой плотной одежде, в которой мужчина варился не хуже, чем суп – в кастрюле. Несмотря на абсурдность ситуации, темерец был ровно настолько упрямым, чтобы понимать, вредит он только самому себе, но не желать из принципа стягивать с себя обмундирование. Да и мало ли, вдруг Цири и Геральт просто не успели найти здешних монстров? Продираясь через диковинные заросли, которые при здешнем пекле умудрялись не только прорасти, но и позеленеть, Роше взмок так, будто по дороге упал если не в озеро, то – приличную лужу точно, хоть выжимай рубашку. И чем дальше он шел, тем сильнее пригревало солнце. Вернон ругался, тихо недоумевая про себя: неужели эта парилка без бани – ещё далеко не предел для природы? «А не собиралась ли Йеннифер под шумок сделать из Геральта ведьмака табака?» - шутки шутками, но кто этих чародеек знает? Ещё где-то с час Роше – не иначе как из чистой вредности – ходил по округе, пугая попугаев одним своим видом до обморока. Бьянка волочила ноги следом – тоже из чистой преданности шефу – и утешала начальника: - Ну, с голоду зато точно не помрем: соберем упавших птиц и зажарим. Или суп сварим. Найти бы только какую достаточно большую емкость. Но энтузиазма им хватило ненадолго: светило достигло зенита – и бывшим темерским партизанам пришлось смириться и вернуться обратно в импровизированный лагерь. Когда они добрались до Геральта, то обнаружили прибавление в отдыхающих поневоле: уже знакомые по Флотзамской истории Золтан и Лютик, которые несколько ошарашено рассматривали что-то, валяющееся у них под ногами. Ведьмак, находившийся рядом, хмурил лоб и морщился, и Роше заподозрил, что на берег из моря выбралось что-то такое, что даже бывалый специалист по всяким страхолюдинам не находился с ответом. Но, подойдя ближе, мужчина увидел, что странная куча не что иное, как сваленная грудой одежда. Крайне подозрительная. Подцепив краем ножен какую-то веревочку, темерец выудил диковинную конструкцию из кучи-малы, которая больше всего походила на два сшитых треугольника. И, хоть Роше не считал себя глупым человеком, но всё его воображение пасовало перед назначением этого предмета. - Это что за хрень? - Купальник, - отозвался со стороны голос Цириллы. Оглянувшись, Вернон увидел названую дочь Геральта в теньке, где она лежала и обмахивалась пальмовым листом. – В нем купаются. - И как это помогает плавать? – на взгляд Вернона, эта штука годилась только для того, чтобы пустить её на заплатки. - Благодаря этому не жарко, - усмехнулась Цири. – Тебе, впрочем, не о чем волноваться. Его носят только женщины. Взгляды окружающих сошлись как по команде на Бьянке, которая и при более прохладном климате носила рубашки считай нараспашку. - И как этот купальник нужно… надевать? – поинтересовался Лютик, с любопытством бросая взгляды то на предмет спора, то на женщину. Но почти сразу уткнулся носом в кулак Роше. Радовало, что не на полной скорости. – Понял, не дурак. Лютик зарылся в кучу одежды, выуживая оттуда хоть и не такие одиозные вещи как купальник, но все равно похожие на выходцев из мира абсурда: портки, укороченные на разный лад, вырвиглазные по цвету рубашки с коротким рукавом, обувь, от которой осталась пара кусков ткани и подошва. Вернону оставалось только хмуриться и ругаться сквозь зубы: - Да что это за рванье такое?! Цири на его слова отчего-то обиделась: - Да что ты понимаешь! В мире, откуда я это принесла, люди на пляже только это и носят! Вернон, ворча не хуже ведьмака, когда тот говорил: «Староват я для этого», - носком сапога откинул одну из рубашек в сторону. - Такое только циркачи носят, - ничего не выражающим голосом выдал мужчина, а потом, развернувшись, отправился дальше на поиски чего-то. Возможно, идеи, как поступить в этой ситуации дальше. Нильфгаардские агенты не спешили вылезать из кустов или свистеть с пальм. Да и вообще, лес на острове был неправильным: ладно бы в нем росла экзотическая растительность вроде тех же лиан, жутковатых гигантских цветов, от которых несло падалью, или растения с какими-то узорчатыми листьями – это было бы полбеды, но вот отсутствие белок как настоящих, так и остроухих, было чем-то за гранью добра и зла. «Так не бывает», - если такие леса и существуют, то только в таких глухих медвежьих углах, по сравнению с которыми Долина Цветов – одно из центральных королевств континента. Оттирая лоб – и с недовольством отмечая промокший насквозь рукав – Роше ещё раз обошел территорию. Изредка до него доносился шум со стороны берега, где оставшаяся часть невольных туристов чему-то веселилась. «А у меня Темерия. Одна. На континенте, - мрачно размышлял Вернон, перешагивая через какую-то корягу. – А там Редания по соседству. И Каэдвен. И Нильфгаард, хотя он и обещал не делать ничего неприличного». Но одно дело, когда тебе это обещают, пока ты присутствуешь непосредственно в стране, а вот что будет, если тебя забросят на затерянный среди морей остров? Несмотря на крепкое здоровье, Роше почувствовал, как у него закололо сердце и закружилась голова. Перед глазами резко потемнело. … Бьянка нисколько не удивилась, когда в один момент её начальник, точно подрубленное деревце, рухнул ровно в середине шага. И, поплевав на ладони, женщина потащила Роше обратно к точке Х, где находился ведьмак. Благо, что шеф как раз возвращался обратно – не пришлось далеко тащить. - Я ещё не закончил… - попытался заверить подчиненную Вернон, но прежде уверенная речь походила на стон умирающего лебедя. И, признаться честно, Роше не поверил бы собственным словам, выдайся у него сейчас возможность допросить самого себя. Бьянка, судя по хмыканью, разделяла невысказанное мнение шефа. Следующие полчаса Вернона поливали водой и обмахивали – возможно, теми же листьями пальмы, - и всячески пытались возродить всеми доступными немагическими средствами. Надо отдать должное командиру Синих Полосок – в себя он пришел в рекордно быстрое время. И первое потрясение, которое его поджидало, - камзол был безжалостно распотрошен («Роше! Он не прилип, он приклеился к кольчуге!»), шаперон висел на стволе самой тонкой пальмы, которая очень удачно росла скорее горизонтально, чем вертикально. Несчастный головной убор покрылся белыми разводами от соли, и, глядя на это святотатство, Вернон подозревал, что верного товарища спасет только чудо и пресная вода. - Эк тебя разморило, - хмыкнул Золтан, когда услышал тяжелый вздох темерца. – И я из-за тебя десять оренов проиграл: был уверен, что ты взбеленишься, когда увидишь свою тряпку не на своей голове. Это известие несколько примирило Роше. - И кто на что ставил? - Лютик – что ты стойко выдержишь все лишения, вплоть до потери портков, Геральт сохранил свой любимый нейтралитет, а заодно – выступил и в роли судьи, и в роли лекаря. Цири самоустранилась по делам, обещала вернуться вечером. В остальном – тишь да гладь, - тут краснолюд с кряхтением встал на ноги. – Ладно, пошел я…А, точно! Геральт передавал тебе: «Роше, не выеживайся и надевай хоть что-то из того, что притащила Цири». От себя добавлю: это ещё не худший маскарад, какой мне довелось видеть. Судя по тому, что сам Золтан был одет в одни из тех коротких портков и ярко-голубую с красным рубашку, совету ведьмака последовал и сам краснолюд. И, хотел того Роше или нет, но ему тоже нужно было найти что-то на смену старой одежде. Поворчав себе под нос, Вернон подошел к тому месту, где была куча иномирского тряпья. Там теперь лежали только одни укороченные портки и рубашка, от которой у Роше начинался нервный тик: ярко-оранжевая, с жутковатыми крупными желтыми цветами. Словно насмешка над горячо любимыми белыми темерскими лилиями на синем фоне. «Это – не надену», - мрачно решил бравый патриот, собираясь отделаться малыми жертвами. Но уже через полчаса Роше пришлось сдаться перед превосходящими силами противника – вездесущими солнечными лучами. Без рубашки ходить по солнцепеку мог только Геральт, которого, кажется, можно было едва ли не в любую точку мира и время года выбросить – и он выживет. Чего нельзя было сказать о Верноне. Мужчина не считал себя неженкой и привередой – его профессия такого не позволяла – но покрасневшая и шелушащаяся кожа погнала Роше обратно к ненавистной рубашке. Успокаивало темерца только одно: он был не единственным, кто здесь выглядел странно. Бьянка в своем купальнике вызвала бы настоящий ажиотаж, окажись где-нибудь на континенте, а здесь… ну, бегает почти голой, что такого? Положа руку на сердце – командир Синих Полосок мог поклясться, что всех настолько донимала жара, что никому не было дела до пикантных подробностей. Температура упрямо держалась до самого вечера, и лишь когда почти совсем стемнело, потянуло прохладой. Вместе со свежим ветерком на горизонте ярким росчерком появилась и Цири, волочившая за собой тяжеленный ящик. Характерное позвякивание возбудило окружающих гораздо больше купальника на Бьянке: Геральт и Золтан поспешили перенять поклажу у девушки, а Лютик тут же соловьем запел благодарности в адрес Цириллы, которую всегда считал настоящим другом. - Постаралась прихватить то, чего у нас нет, на пробу, - смеялась в ответ девушка. Внутри ящика рядами стояли бутылки с этикетками на языке, не известном никому из здесь присутствующих (хотя Роше мог похвастаться достаточно обширными знаниями по долгу службы). Выудив одну из бутылок, темерец с подозрением вгляделся в её содержимое: ему многое приходилось видеть и пробовать, но впервые ему попадалась настойка такого ядовито-зеленого цвета. - А ты уверена, что это не яд? – на вид пойло очень походило на ведьмачьи эликсиры, которые Геральт не единожды пил при Роше. После них ведьмак выглядел ещё более жутко, чем в нормальном состоянии, да и по некоторым данным – читай, сам Белый Волк и рассказывал мимоходом – все эти зелья могли отправить на тот свет любого, кто не прошел нужных мутаций. - Травануться и водкой можно, - усмехнулась девушка. – Да и вроде всё то, что я пробовала до этого было довольно слабеньким. Тем не менее, Роше с подозрением покосился в сторону остальных: если никто не рухнет сразу же в страшных мучениях от иномирского спирта, что ж, можно будет попробовать и эту странную штуку. «При этом нужно учитывать, что среди нас ведьмак, которого ещё нужно постараться отравить, краснолюд, а у этого народца желудки железные, не иначе, и Лютик…» - да, вот бард лучше всего подходил для наблюдения: обычный человек, но при этом и не упадет спать от одного только запаха. Но прошло минут пятнадцать, и никто не торопился падать замертво. Золтан вообще ругался, что это не выпивка: «А так, горло пощекотать!» - взгляд Вернона вернулся обратно к загадочной жидкости. Рисковать не хотелось, да и вообще в идеале стоило сначала скормить это тому же Лютику, посмотреть на реакцию. В крайнем случае сошел бы и Геральт – если ведьмака и скрутит, то он быстро очухается (разве что немного помучается изжогой). Но Вернон думал слишком долго. - Милсдарь Роше! – воскликнул бард, вскидывая руки. – Вы отрываетесь от коллектива! Темерец оказался в центре внимания, а вместе с ним – и бутылка. Геральт, как истинный ведьмак (то есть человек профессии, сопряженной с нешуточным риском), взял бутыль с зеленым нечто – и откупорил. - О! – от радости даже глаза по-кошачьи блеснули в темноте. – А вот это уже пахнет интереснее! С этими словами он сделал несколько больших глотков и, довольно прищурившись, помотал головой, протягивая бутыль краснолюду. - Попробуй, не хуже краснолюдского спирта. Бодрит-то как! «Геральт жив и у него даже в животе не бурчит», - отметил Вернон, хотя и знал, что это не показатель. С тем же успехом ведьмак мог и мышьяк какой-нибудь съесть. Наверное. Тем интереснее была реакция Золтана: краснолюд с подозрением понюхал бутылку и со смешком крякнул: - О, а эта штука явно на каких-то травках настаивалась! – и тоже отпил. – Х-х-ха! Забойное пойло! Знать бы ещё, как называется. Цири, ты не знаешь? Девушка пожала плечами, сказав что-то про нехватку времени для полноценного изучения чужих языков. Бутылка вернулась к Роше, который, понаблюдав за оживленным разговором Геральта с Золтаном и названой дочерью, решил рискнуть – и запрокинул бутыль. Язык обожгло острым травяным привкусом с явной полынной горечью, от которой сводило зубы и скулы. Командир Синих Полосок от неожиданности зажмурился – и понял свою главную стратегическую ошибку. «Никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя пить с ведьмаками и краснолюдами», - на этой последней разумной мысли мужчину повело, и когда он открыл глаза, то почувствовал, как на душе стремительно светлеет. И даже наплывавшая на остров ночь не могла заглушить полыхавшие над головой звезды. Контуры предметов покрылись легкой дымкой, и это казалось настолько волшебно-сказочным («Такого даже в детстве не было!»), что темерец даже не сразу понял, что каким-то образом успел удалиться куда-то глубоко в лес, утащив чудесную настойку с собой. Тем не менее, вопреки легкости на душе – а может, и благодаря ней – руки и ноги переставлялись с особой тяжестью, которая вынуждала задевать плечами и бедрами всё, за что только можно зацепиться. Задней мыслью мужчина предположил, что это был его коварный план избавиться от ненавистной рубашки. Тут впереди показался просвет, через который явственно угадывались огни костра. Плутания Роше не дали ему уйти в лес и упрямо вели обратно к пляжу и костру. Кое-как продравшись через лианы и что-то отдаленно похожее на траву, Вернон почти вывалился из леса. И понял, что занесло его куда угодно, но не на пляж. Это была прогалина, удивительным образом свободная от деревьев, в центре которой мирно горел чужой костер. Впрочем, хозяин обнаружился почти тут же: - Вернон Роше! – и, сверкая зелеными глазами, из темноты выступил чертов-засранец-сам-Йорвет-во-плоти. А ведь кто-то поговаривал, что его убили. Врали, сволочи. – Какими судьбами и в каком виде! И командир Синих Полосок не остался бы в долгу – для этого остроухого гада у него всегда в кармане было припасено лишнее слово, но вот только высказать его Роше не успел: он заметил что-то блестящее позади эльфа – и оторопело моргнул. За спиной Йорвета трепыхались нежные стрекозиные крылышки. Только размером больше. Мужчина обомлел и какое-то время просто смотрел, как эльф, продолжая распинаться «комплиментами» в адрес командира Синих Полосок, машет своими крыльями почти в такт своей речи. - Ерунда какая-то, - пробормотал в итоге Роше, качая головой. – Йорвет, ты когда себе крылья отрастил? - Чего? – эльф уставился на него во все глаза. - Dh’oine, ты сбрендил? - Может быть, - задумчиво пробормотал Вернон, качая в руках бутылку. – Если это пойло хоть на одну треть похоже на ведьмачьи эликсиры, то не стоит исключать и такую возможность. Эльф фыркнул: - Чего ещё ожидать от таких, как вы? – он ехидно оскалился. – Всё время изобретаете какую-то новую отраву. Роше внимательно смотрел на Йорвета – какая-то нехорошая мыслишка не давала ему спокойно вернуться в состояние прежней умиротворенности, - и чем дольше он вглядывался в остроухого, тем сильнее становились подозрения, что что-то здесь не так. - Так где ты крылья стащил? - Какие ещё крылья? - Те самые – стрекозиные. Эльф одарил Вернона не менее пристальным взглядом. - Роше, ты не думал сначала проспаться? А там и «крылья» на место встанут. Но командир Синих Полосок лишь едва-едва помотал головой, не отводя глаз от своего верного врага. - А точно ли ты Йорвет? – прищурив глаза, заподозрил неладное Вернон. – Мы с тобой вот уже минут пять треплемся, а ты до сих пор не достал ни лук, ни меч. - Ты себя со стороны видел, dh’oine? Ты еле-еле на ногах стоишь. Смутные сомнения Роше стали перерастать в твердую уверенность. - Ты не Йорвет, - мрачно выдал мужчина, пытаясь вспомнить, куда дел свой меч. И не забрал ли его от греха подальше ведьмак. – Мало того, что крылатый, так ещё и притворяешься отвратительно. Псевдо-Йорвет совсем по-йорветовски зааплодировал с саркастичной улыбкой вышеупомянутого остроухого: - Браво, Роше, ты добился-таки своего и словил белочку, хотя не ту и не так, как планировал. «Если бы так не штормило…» - с недовольством думал Вернон, пытаясь сохранить вертикальное положение. Ему ещё выяснять, куда эта зараза дела настоящего командира белок, а главное – для чего. - Не заговаривай мне зубы! – зарычал мужчина, а потом попытался ухватить «двойника» за воротник. Зараза с ловкостью увернулся и даже сделал это точно так же, как делал Йорвет. Но Роше его уже раскусил. – Я ещё днем обшарил весь лес, и тут не было и намека хотя бы на одну белку. - Днем не было, ночью – стало, - пожал плечами не-Йорвет. – Пить меньше надо. «Знать бы ещё, что это за дрянь…» - пожалуй, Вернон впервые жалел, что не интересовался работой Геральта: может, тогда бы имел представление, что за нечисть пытается так подло и неумело его обмануть. С другой стороны, кто мешает Роше притащить за шиворот эту гадину прямо к ведьмаку? И узнает, что это за штука такая, и припугнет этого псевдо-Йорвета (а заодно поймет, что ему понадобилось от командира Синих Полосок). - А ты сначала докажи, что ты Йорвет. - Que? – ошарашено выдал двойник, умудряясь говорить на Старшей Речи без акцента. Но это ещё ничего не доказывало. – Я тебе ничего не должен доказывать, Роше! «Звучит убедительно, но этого мало», - не говоря о том, что Вернон не стал бы доверенным лицом Фольтеста, если бы все слова принимал на веру. - Это ты так говоришь, а на самом деле ещё нужно убедиться, кто из нас больший эльф! От этих слов у не-Йорвета задергался глаз, а потом он произнес скорее себе под нос, чем в адрес Роше: - Dana Meabdh, это как нужно упиться, чтобы dh’oine пытался мне доказать, что он более остроухий, чем seidhe. - А у тебя уши ненастоящие. Теперь у твари задергалась вся здоровая половина лица, доставшаяся от Йорвета, но тут подлое создание решило сменить тактику: - Роше, ты вообще какими судьбами здесь? – и главное, каким ласковым тоном! У Вернона аж глаза округлились: этот голос совсем не сочетался с бандитской рожей эльфа. И опасения Вернона возросли в десятки раз – определенно, перед ним очень коварная нечисть, которая не остановится не перед чем, чтобы добиться своего. - Так я тебе и сказал! Я бы такого даже настоящему Йорвету не сказал, а уж всяким подозрительным перевертышам – так тем более! Двойник сжал переносицу – крылышки нервно трепыхались, и от них отсвечивало пламя костра. Смотрелось это невероятно, и Роше невольно засмотрелся на отблески. В себя его привело вежливое покашливание – тоже совсем не характерное для одноглазого эльфа. - Роше, ты здесь? - Учти, я не один! – тут же выдал Вернон, грозя существу пальцем. – Со мной ведьмак! Слова произвели на псевдо-эльфа странный эффект: - Ведьмак, говоришь? - Настоящий, - добавил зачем-то Роше. – Геральт, чтоб ты знал! Так что не балуй и дуй отсюда, пока я добрый и не позвал его. Не-Йорвет хмыкнул: - Это многое объясняет. Рядом с Gwynbleidd всегда что-то случается, - тут перевертыш сделал осторожный шаг в сторону Вернона, и мужчина тут же вскинул руку с бутылкой. – Спокойно, Роше, спокойно. Давай пойдем к Геральту. Он заодно тебе скажет, я это или не я. Подозрительность командира Синих Полосок в полный голос завопила, что это вдвойне, а то и втройне подозрительно, но Вернон решил рискнуть: если существо само было готово идти к ведьмаку, то почему бы этим не воспользоваться? - Учти, я тебя за язык не тянул! – мрачно добавил Роше. Псевдо-Йорвет только послушно покивал головой. «Точно дрянь какая-то!» - потому что Йорвет и послушание – это две несовместимые вещи. Особенно, когда дело касается самого Вернона. Тем не менее, командир Синих Полосок не мог не воспользоваться ситуацией – и повел перевертыша к Геральту. Путь обратно был тернист, и если бы не своевременная поддержка двойника – ещё одно очко в пользу мыслей, что это не Йорвет, - то Роше бы потерялся где-то по дороге. Когда Вернон вместе с псевдо-Йорветом добрался до пляжа, то Лютик успел где-то раздобывать странную маленькую лютню, похожую по форме на сплюснутую грушу. Барда странный вид инструмента нисколько не смущал, и он виртуозно наигрывал какую-то веселую мелодию, под которую Цири и Бьянка весело отплясывали. Геральт и Золтан сидели в стороне и, видимо, обоюдными усилиями пытались перебороть ведьмачий организм, который категорически отказывался пьянеть. Краснолюд появление Вернона заметил первым – и ошалело закричал: - Дювельшайс! Геральт, смотри, кого откопал наш синеполосый! Ведьмак оглянулся и тоже во все глаза уставился на странную парочку. Да и когда бы ещё он увидел, как Гроза Севера и пр., тащит на своем плече несколько окосевшего командира Синих Полосок? А может, тоже пытался понять, какой-такой зверь притворялся Йорветом. «Но теперь-то он не отвертится!» - тихо радовался Роше, когда двойник подвел его к Белому Волку. - Геральт, ты ведьмак? – совершенно серьезно поинтересовался Вернон, а потом, поймав краем глаза острое ухо, которое с любопытством шевелилось, свободной рукой отвернул голову перевертыша в сторону. – А ты не подслушивай! Особенно, когда я о тебе говорю. Волк моргнул: - Роше, ты на склероз раньше не жаловался, да и… - Тш! – шикнул он на Геральта, не дав договорить. – Следи, чтобы этот не подслушал. Я ему не доверяю. - Роше, как он может не подслушивать, если стоит совсем рядом? - Тогда пусть не смотрит. Ведьмак перевел ошарашенный взгляд с командира Синих Полосок на псевдо-эльфа, последний в ответ на взгляд Волка пожал плечами: - Не смотри на меня так. Он уже пришел таким. - А ты ему лапшу на уши не вешай, - пробормотал Роше. – И ты, Геральт, не верь ему. Он Йорветом притворяется – и притворяется плохо. Ведьмак поперхнулся. На что двойник с совершенно серьезным видом закивал: - А я это уже полчаса выслушиваю. - Вот видишь! – тут же ухватился Роше. – Он – выслушивает! Йорвет так не делает. У нас с ним вообще диалоги редко грешат объемом. Геральт перевел взгляд обратно на Вернона. - А с чего ты вообще взял, что он не настоящий? Роше с подозрением покосился на перевертыша, и он, с тяжелым вздохом, послушно отвернулся, делая вид, что не слушает. Удовлетворившись, командир Синих Полосок наклонился к ведьмаку и шепотом сказал: - С того, что у этого – есть крылья. Геральт оглянулся на двойника, а потом снова на Вернона: - Слушай, Роше, давай-ка ты пока присядешь… а я со всем разберусь. - Точно? – не то, что он не доверял ведьмаку. Просто знал, что его «разборки» могли закончиться как смертью подозрительной твари, так и полным отпущением грехов с последующей отправкой на свободу. – Учти, это очень коварное существо! Геральт на пару с псевдо-Йорветом кивал, пока перевертыш опускал мужчину рядом с костром. В сидячем положении мысли Роше стали путаться гораздо сильнее, а голова то и дело ныряла в темноту. И где-то в перерывах между забытьем и бодрствованием он слышал странный разговор, который почти сразу же забылся: - А если серьезно, как тебя-то сюда занесло? - У aep Aen Seidhe есть свои секреты, которые никогда не расскажут чужаку, - усмехнулся псевдо-эльф… и такой ли уж псевдо? – Лучше расскажи, что ты в этот раз натворил. Не поверю, что тебя сюда занесло по своей воле. - Ну… мы немного повздорили с Йен насчет ремонта Корво Бьянко… О чем дальше заговорили эти двое Роше не слышал – он окончательно упал в темноту, блаженно засыпая до следующего утра, которое встретило его страшным похмельем и язвительным Йорветом (настоящим, что самое обидное), который в красках рассказывал Вернону, как он с пьяных глаз никак не хотел признавать своего врага, и закончил свою речь словами: - Как же мало нужно сделать, чтобы ты, Роше, перестал меня узнавать! «Да чтоб я ещё хоть раз пил с ведьмаком и краснолюдом…» - мрачно думал Вернон, зная заранее, что не сдержит слово: пассия Геральта вряд ли успела за один день остыть, а не выпить в компании Геральта и его друзей ещё сложнее, чем пить с ведьмаком на спор. … и, разумеется, Роше не видел, как командир скоя’таэлей прикапывает ту самую бутылку с зеленым зельем. На всякий случай. Пока ещё кто-нибудь не усмотрел у эльфа крылья.